1. Конечно, в мозге есть центры, отвечающие за контроль человека над эмоциями и своим поведением в некоторых экстремальных условиях, но вряд ли возможно четко выделить единственный участок, отвечающий за все черты, присущие правосознанию.
2. Чисто эволюционно сложившийся мозг на том этапе эволюции, когда он принял современную форму, не нуждался в правосознании как в отдельном центре. Не существовало самой системы права, а значит, эволюция не могла создать конкретную часть мозга в угоду выживанию в новых правовых условиях. Более того, право появилось не так давно, чтобы повлиять на эволюцию мозга, тем более что в современных условиях эволюция вряд ли будет протекать в человеческой среде по тем законам, по каким она протекала ранее.
Таким образом, правосознание не сводится к части сознания в соответствии с концепцией Стивена Приста, а является его функцией, выражаясь словами автора - активностью. Но если, как и автор, мы пойдем по пути избавления от сознания, то мы должны избавиться и от правосознания. То, чем мы его заменяем, по сути, сводится к правовому опыту. Давайте рассмотрим, как мозг осуществляет эту функцию.
Когда сигналы от внешних раздражителей поступают в виде импульсов в мозг, они находятся в форме неорганизованных данных. Правовой опыт соотносится с этими данными, и делаются определенные выводы. Данные трактуются и становятся правовым опытом.
Но на деле все несколько сложнее, нежели отсеивание данных через опыт. Важную роль играют эмоции, первичный настрой, который частично исходит от уже имеющегося опыта, частично - от данных, получаемых через рецепторы.
Простейшим примером будет состояние усталости. Условия те же. Данные попадают в мозг, где уже есть опыт. Но множество внутренних импульсов из тела сообщают мозгу сигналы, которые он интерпретирует как состояние усталости. Мозг, из экономии ресурсов или по иным причинам, не проводит подробного соотнесения данных и уже имеющегося опыта. В лучшем случае, он переработает часть информации, например поверхностную.
Таким образом получается, что концепция сознания, сводимого к мозгу и опыту, имеет право на жизнь с некоторыми оговорками. Кроме того, к этим оговоркам следует отнести и характер человека. Он также определяет дальнейшее соотнесение данных и опыта. Но сам характер вряд ли можно свести к опыту так же просто, как все остальное. Возможно, что он определяется уже физиологией мозга, что, само по себе, должно являться темой узкоспециального научного исследования.
И еще несколько слов об опыте. Правовой опыт в данном случае - это скорее искусственное название для всего опыта, касающегося права. Опыт может быть и однородным, мозг при обработке не выделяет конкретные виды опыта, а может быть и классифицируем самим мозгом, но не факт, что правовая информация для него является отдельным элементом. Здесь мы вступаем на тонкий лед непонимания внутренних процессов человеческого организма, упираясь в тот самый барьер - субъект исследования, как правило, не стремится видеть себя как объект исследования.
И еще следует сказать о том, откуда берется опыт. Возможны ли внеопытные знания? На данный момент мы бы ответили, что они невозможны. Есть только базовые, заложенные природой установки, которые позволяют получать опыт (то есть примитивные инстинкты).
Представим некое существо. Пусть это не будет человек, равно как и ни одно из известных нам существ, которому мы могли бы приписать какие-либо свойства. Оно появилось, но не обладает любого рода знаниями. Перед ним лежат три предмета. Инстинктивно существо тянется к одному из них, не имея представления ни о том, что оно делает, ни о том, что перед ним. Взяв предмет, оно бросает его, и предмет падает. Полученный опыт говорит о том, что есть некий предмет, его можно взять, у него есть вес (он тянет вниз, когда берешь его в руку). Второй предмет, к которому существо тянется, не ощущается как весомый, и когда его бросают, не падает на землю. Существо пытается объяснить это явление и найти отличия между предметами. Через третий предмет рука существа проходит, хотя он выглядит на первый взгляд так же, как и предыдущие.
Эта короткая иллюстрация призвана показать, что на самом деле опыт - это получение всех базовых знаний. Не факт, что человек при рождении вообще осознает что-либо. Доказательством отсутствия доопытного знания может служить постепенное обучение ребенка различению цветов и дальности до объектов. При этом для такого обучения особые инстинкты заставляют ребенка отдавать свое внимание более сложным предметам [1; 3].
Таким образом, теория о том, что активность мозга напрямую связана именно с опытом, имеет под собой основания. Что касается правосознания, здесь мы имеем дело с определенного рода искусственным наслоением, поэтому с данной точки зрения правосознания почти всегда может сводиться к опыту.
Во многом обоснована также и классификация мыслей на ложные и истинные. Для правосознания этот вопрос крайне важен, поскольку дефект правосознания, проявляющийся в искажении правовых фактов, является одним из наиболее распространенных, особенно сейчас, когда правовая информация может быть почерпнута из множества разных, порой недостоверных источников. Бессознательность и сознательность мышления также имеют свое значение. Правовые мысли, которые иногда осуществляются человеческим мозгом, могут и не быть явными для человека, однако порой они приводят к определенным результатам, построению правовых концепций или неожиданному появлению какого-либо мнения о системе права.
Таковы в целом основные идеи концепции Стивена Приста и их влияние на концепцию правового сознания. Пусть многое из сказанного выше и носит спорный характер, но отдельные наработки могут быть применены в дальнейших исследованиях.
правосознание прист мозг мышление
Список литературы
1. Кулагина И.Ю. Возрастная психология: развитие ребенка от рождения до 17 лет / Ун-т Рос. акад. образования. 5-е изд. М.: Изд-во УРАО, 1999. 175 с.
2. Прист С. Как разрешить проблему «сознание - тело» // Логос. М., 1999. № 8 (18). С. 90-99.
3. Смирнова Е. О. Детская психология: учебник для вузов. 3-е изд., перераб. СПб.: Питер, 2009. 304 с.