Статья: Феномен краудфандинга: исследование особенностей

Источник:

Российская краудфандинговая платформа Boomstarter

Краудфандинговая платформа Planeta.ru

Платформа для совместного финансирования Smipon

Статистика сайта-площадки Planeta.ru показывает отсутствие явных лидеров среди реализуемых проектов разной направленности: доля проектов категории «общество» - 18%, «музыка» - 17%, «кино, видео и анимация» - 16%, «литература и журналистика» - 15%, «благотворительность» - 14%, «бизнес-проекты и технологии» - 10%. Подавляющее большинство спонсоров (82%) - из России, остальные - из европейских стран и США. Успешным стал каждый третий проект (в количественном отношении это 2860 по данным на 28 февраля 2018 г.), а «средний чек» равен примерно 1500 руб.

Распределение проектов по категориям на платформе Boomstarter показывает гораздо больший разброс значений (табл. 2). Доля успешных проектов здесь еще ниже - только каждый пятый проект был реализован в соответствии с поставленной целью, при этом обращает на себя внимание категория проектов «технологии», у которой худший показатель в этой части в процентном отношении и больше всего неуспешных проектов в общей сумме (по числу же всех проектов у категории «технологии» третье место - после «изданий» и «фильмов»)Интересно, что аналогичная ситуация наблюдается и на Kickstarter: из 15 представленных на ней категорий проектов худший показатель по доле успешных проектов у категории «технологии» -- 19,96% (см.: Stats / Kickstarter).. Из этого можно сделать вывод о том, что сугубо инновационные проекты сравнительно мало востребованы среди потенциальных интересантов. Причинами такого положения могут быть непонятная для них терминология, нежелание вникать в технические тонкости предлагаемой идеи, отсутствие личной заинтересованности в ее реализации. В то же время большое число технологических проектов может свидетельствовать о желании их инициаторов протестировать возможный интерес и будущий спрос на предлагаемое к реализации новшество и в случае повышенного внимания (следствием которого является быстрый сбор денег) иметь больше оснований для того, чтобы пытаться получить финансирование из иных источников - венчурных фондов или бизнес-ангелов.

Анализ принципов работы рассмотренных платформ указывает на наличие разных подходов к тому, кто может выступать донором. Концепция Boomstarter реализует изначальный взгляд на краудфандинг как на возможность получить финансирование проекта от простых людей, зачастую весьма далеких от бизнес-процессов, т. е. спонсорами могут быть только физические лица. Вместе с тем у менеджеров платформы есть понимание того, что различные организации (юридические лица) могут изучать представленные на сайте проекты, следить за их восприятием в сети, за динамикой сбора ими средств с перспективой стать инвесторами (партнерами). Подход Planeta.ru отличается: эта платформа допускает спонсорские договоры, по которым деньги в проекты перечисляют юридические лица, хотя статистики относительно того, как часто они поддерживают проекты, нет.

Новой ступенью развития российского рынка стало появление площадок краудинвестинга, которые специализируются на сопровождении предпринимательских проектов, реализуемых индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами (в части обеспечения их взаимодействия с потенциальными инвесторами). К числу таких площадок относятся, например, онлайн-сервис «Поток» (действующий при поддержке «Альфа-Банка» и организующий взаимодействие трех сторон: банка, заемщиков, реализующих свои проекты, и инвесторов, заключающих договоры займа через личные кабинеты), а также инвестиционная площадка StartTrack, которая, кроме договоров займа, имеет опыт предложения инвесторам доли в проектах.

Источник: Российская краудфандинговая платформа Boomstarter.

Организаторы StartTrack, исходя из того, что субъектами поддержки в их модели является уже работающий бизнес с перспективами значительного роста (предлагаемые проекты должны пройти своеобразный листинг), установили определенные требования к инвесторам. Предполагается, что их основу составляют менеджеры среднего и высшего звена, а также владельцы небольших компаний. Они проходят аккредитацию (в марте 2018 г. на сайте компании упоминается о 3635 инвесторахИнвестиционная площадка StartTrack), после которой получают доступ к базе проектов; в случае поддержки посредством займа минимальная сумма составляет 100 тыс. руб., а при приобретении акций - 1 млн руб. Такая форма взаимодействия, дополняя возможности бизнес-ангельского и венчурного финансирования, способна обеспечить рост профинансированных компаний и повысить их шансы на дальнейший доступ к более значимому по объемам финансированию, например через выпуск облигационных займов и проведение IPO.

4. Проблемы краудфандинга и риски его участников

Привлечение фирмами финансирования разными способами связано со значительными обязательствами, а также с рисками, которые они, равно как и их инвесторы и кредиторы, вынуждены принимать на себя. Краудфандинг в этом смысле ничего не меняет (за исключением его модели, основанной на пожертвованиях).

1. Для предпринимателей существует риск того, что озвученные на краудфандинговых платформах новые идеи (особенно связанные с реализацией технологических проектов) могут быть заимствованы другими компаниями и реализованы ими самостоятельно. При этом заблаговременная защита прав промышленнной интеллектуальной собственности (получение патента на изобретения, полезные модели и др.), которую было бы желательно провести, в этом случае может быть затруднена из-за того, что процесс патентования представляет собой длительную и дорогостоящую процедуруКомплекс вопросов, связанных с управлением и охраной интеллектуальной собственности, подробно проанализирован в монографии [Управление инновациями, 2018, с. 168-189, 204-224]..

Да и сколько-нибудь серьезные проекты требуют гораздо больших денег, чем те, что возможно собрать на отечественных платформах, принимая во внимание скромные среднестатистические доходы россиян, отсутствие у подавляющего их числа стремления к техническому новаторству и его поддержке, а также появившуюся со временем боязнь втянуться в какую-либо финансовую авантюру. Поэтому для таких проектов краудфандинговая форма их поддержки может быть преимущественно дополнительной, при условии, что есть (или появится в дальнейшем) главный канал финансирования, представляющий основной размер средств. Использование краудфандинга в качестве метода софинансирования проектов (с указанием этого факта) может рассматриваться и как конкурентное преимущество в сборе средств.

2. Риск имеется и для самих инвесторов, ведь для них сложно определить, насколько успешным может стать проект, каковы его перспективы, не говоря уже о возможности мошенничества со стороны его авторов. Платформы, на которых представлены проекты, естественно, не могут отвечать за их техническую реализуемость, а тем более за экономические результаты. Вместе с тем одной из весомых причин того, что пока серьезных проблем почти не было (в том числе и в России), является стремление модераторов площадок предварительно плотно поработать с предлагаемыми проектами и их авторами, чтобы убедиться в серьезности их намерений.

3. Наиболее острые последствия неудавшегося проекта могут быть в случае долгового и акционерного краудфандинга, недаром, как уже отмечалось выше, регулированию последнего в мире уделяется значительное внимание. В России он пока не нашел активного распространения, и нет еще законодательных актов. В отличие от него долговой краудфандинг уже применяется, чему способствуют площадки взаимного кредитования: работающие по схеме Р2Р (кредитование гражданами друг друга), а также схеме Р2В (кредитование фирм физическими лицами). Однако регулирование этого рынка тоже пока отсутствует. Не определен и статус соответствующих площадок, их ответственность перед своими клиентами.

4. Весьма актуальными вопросами, нуждающимися в проработке, являются осуществление контроля за использованием собранных и еще не перечисленных инициаторам денег, а также учет возврата спонсорам средств, если их сбор в необходимом объеме в итоге не был завершен. Правовой вакуум в этой сфере может привести к возникновению проблем. Как справедливо отмечает В.А. Кузнецов, «компании, осуществляющие краудфандинговую деятельность, не входят в перечень организаций, подпадающих под действие Федерального закона от 7 августа 2001 г. №115-ФЗ “О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма”, что на практике исключает за ними контроль, осуществляемый соответствующими государственными органами в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем» [Кузнецов, 2017, с. 67]. Платформы, аккумулирующие средства инвесторов до передачи их своим клиентам, должны учитывать их на отдельном счете.

5. Законопроект по краудфандингу - неочевидность объекта регулирования

Стремление урегулировать различные аспекты привлечения инвестиций как фирмами, так и гражданами через специализированные инвестиционные платформы, а также установить правовые основы деятельности их операторов привело к подготовке законопроекта «Об альтернативных способах привлечения инвестиций (краудфандинге)», который был опубликован Минэкономразвития России в начале 2018 г. [Проект Федерального закона «Об альтернативных...», 2018] (одновременно текст также был размещен и на сайте Банка России). Не вдаваясь в детальный анализ этого документа, отметим ряд неоднозначных, на наш взгляд, его положений концептуального плана.

Среди способов вложения инвестиций посредством специальных платформ в проекте закона названы четыре, которые имеют отношение к инвестиционным моделям:

1) предоставление займов;

2) приобретение ценных бумаг;

3) приобретение доли участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, а также в складочном капитале хозяйственного товарищества или хозяйственного партнерства;

4) приобретение токенов инвестиционного проекта.

Таким образом, краудфандинг, основанный на пожертвовании имущества, выводится из сферы действия будущего закона. Это представляется спорным, поскольку отсутствие в том или ином виде возврата средств (денег, товара и др.) не отменяет начального сбора денежных средств посредством платформы со всеми вытекающими возможными проблемами, которые закон как раз и пытается предотвратить.

Вместе с тем, если пренебрежение благотворительным вариантом еще можно понять, то выпадение из перечня еще и краудфандинга, предполагающего нефинансовое вознаграждение, т.е. взятие инициатором проекта на себя определенных обязательств, выглядит уже просто упущением. Игнорирование неинвестиционных схем означает и сохранение упоминавшейся выше ситуации неприменения к ним закона №115-ФЗ, а между тем опасения, что краудфандинг может быть применен для сокрытия нелегальной деятельности или ухода от налогов, распространены.

Такой подход отражает спорную тенденцию вводить в понятийное пространство краудфандинга активно распространяющийся механизм сбора денежных средств, рассматриваемый как его криптовалютная разновидность (см., напр.: [Что такое 1СО..., 2016]), и получивший распространение под названием 1СО. Эта операция представляет собой привлечение фирмами инвестиций в ходе проведения ими эмиссии собственных токенов (монет), не имеющих в данный момент реальной стоимости, которые инвесторы смогут использовать в будущем - в случае успеха проекта (и при важном условии - что он не был мошенничеством).

Стремление ввести данный процесс в правовое поле привело к появлению законопроекта «О цифровых финансовых активах», представленного 25 января 2018 г. Министерством финансов РФ, где под токеном понимается «вид цифрового финансового актива, который выпускается юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем с целью привлечения финансирования и учитывается в реестре цифровых записей» [Проект Федерального закона «О цифровых...», 2018]. По сути, речь идет о попытке положительно решить крайне дискуссионный в современной мировой и российской практике вопрос о признании криптовалют и возможности осуществлять их эмиссию, а также сделки по обмену цифровых финансовых активов одного вида на цифровые финансовые активы другого вида или на рубли, или на иностранную валюту, на специальных торговых платформах с использованием технологии блокчейна.