Эволюция мировоззрения российского студенчества в XIX - начале ХХ в.
Н.Н. Юркина
Аннотация
Актуальность и цели. Изучение мировоззрения российского студенчества, процессов формирования внутреннего мира студенческой молодежи в XIX - начале ХХ в. направлено на выявление особенностей психологического облика наиболее активной части российского общества. Возрастные особенности студенчества позволяют говорить о схожести процессов становления мировоззрения как у молодых людей в начале ХХ в., так и у современной молодежи. Целью исследования является изучение внутренних механизмов мотивации учащейся молодежи в ситуации выбора, в процессе принятия решений. Материалы и методы. Работа написана в рамках методологии повседневности и освещает влияние различных идеологических и материальных факторов на становление внутреннего мира студенчества, формирование таких ключевых понятий для молодежи, как вера и смерть. Большое место в статье занимает анализ мемуарной и художественной литературы. Множество размышлений студентов на эту тему свидетельствует о значимости данных категорий в становлении мировоззрения молодых людей. Источниковой базой исследования стал также значительный корпус публицистики, освещавшей проблемы молодежи с различных позиций. Результаты. Рассматривается проблема смертности среди молодежи и причины, приводящие к гибели молодых людей, прослеживается динамика данного явления в разные десятилетия XIX в. Изучен процесс формирования юношеского мировоззрения под влиянием различных обстоятельств, в том числе рассматривается степень влияния на учащуюся молодежь радикальных учений, сформировавших у определенной части молодежи стремление погибнуть на благо народа. Анализируется духовный поиск молодежи, восприятие религии и веры с различных мировоззренческих позиций, духовных исканий, а также трансформация убеждений в процессе обучения и наработки жизненного опыта. Выводы. На внутренний мир и духовное становление молодежи оказывали влияние множество факторов: материальные проблемы, особенности системы обучения и воспитания в вузе, а также формы проведения досуга студентами. Становление убеждений будущей интеллигенции происходило во многом через осмысление религиозных убеждений и догматов, их влияния на жизнь и смерть человека. На протяжении XIX - начала ХХ в. можно проследить эволюцию мировоззрения студентов и выделить общие для большинства молодых людей различных университетских городов убеждения и ценности, менявшиеся на протяжении изучаемого периода.
Ключевые слова: студенчество, мировоззрение, вера, атеизм, церковь, материальное положение, смертность, духовные искания, смерть, народничество
Abstract
The worldview evolution of the Russian students in the 19th - early 20th centuries
N.N. Yurkina
Background. The study of the Russian students' worldview, the processes of formation of the inner world of student youth in the 19th - early 20th centuries is aimed at identifying the features of the psychological make-up of the most active part of Russian society. The age characteristics of students allow us to speak about the similarity of the processes of formation of the worldview both at the beginning of the 20th century and today's, youth. The purpose of the work is to study the internal mechanisms of young students' motivation in a choice situation, in the decision-making process. Materials and methods. The work is written, within the framework of the methodology of everyday life and highlights the influence of various ideological and material factors on the formation of the inner world of students, the formation of such key concepts for young people as faith and death. A large place in the article is occupied, by the analysis of memoirs and fiction. A lot of students' reflections on this topic testify to the importance of these categories in the formation of the worldview of young people. The source base of the study was also a significant corpus of journalism, covering the problems of youth from various positions. Results. The study deals with the problem of mortality among young people and the causes leading to the death of young people, the dynamics of this phenomenon in different decades of the 19th century is traced. The process of formation of a youthful worldview under the influence of various circumstances is studied, including the degree of influence of radical teachings on student youth, which formed in a certain part of the youth the desire to die for the good of the people. The spiritual search of youth, the perception of religion and faith from different worldview positions, spiritual quests, as well as the transformation of beliefs in the process of learning and gaining life experience are analyzed. Conclusions. Many factors influenced the inner world and spiritual development of young people: material problems, features of the system of education and upbringing at the university, as well as forms of leisure activities for students. The formation of the beliefs of the future intelligentsia took place largely through the comprehension of religious beliefs and dogmas, their influence on the life and death of a person. During the 19th and early 20th centuries, it is possible to trace the evolution of the worldview of students and highlight the beliefs and values common to most young people in various university cities that have changed over the period under study.
Keywords: students, worldview, faith, atheism, church, financial situation, mortality, spiritual quest, death, narodnichestvo
Основная часть
Студенчество в XVIII - начале ХХ в. являлось элитной частью общества, получавшей высшее образование, открывавшей путь в науку, а также к высоким должностям, приоритетной установкой интеллигентной молодежи являлась готовность к служению на благо Отечества. В исторической науке изучением молодежи и студенчества занимались такие исследователи, как Л.К. Ерман, В.Р. Лейкина-Свирская, К.С. Маслов, А.Е. Иванов и др. В их публикациях подробно рассмотрена эволюция социального состава студенчества, учебный процесс, бытовые стороны жизни молодежи в различных университетских городах [1-5]. В нашей работе освещена такая сторона жизни студентов XIX в., как их внутренние искания. Особое внимание уделено отдельным категориям, особенно остро обсуждавшимся в самой студенческой среде и считавшимся наиболее значимыми для становления мировоззрения студентов, таким как вера и смерть. Большое место в статье занимает анализ мемуарной и художественной литературы, поскольку в данном типе источников наиболее полно отражены особенности мировосприятия молодежи, поднимаются проблемы психологического характера, о которых не принято было говорить в официальной среде. Большое значение для изучения типичного пути формирования внутреннего мира студенческой молодежи имеют произведения А.П. Чехова, Н.Г. Гарина-Михайловского, В.В. Вересаева, М. Горького [6; 7, с. 145-147; 8]. Эти писатели создавали образ узнаваемого студента, рисовали яркие студенческие типажи, наиболее распространенные в молодежной среде. В произведениях русских писателей можно найти отражение внутреннего мира студента, переживания, характерные для данного возраста. В воспоминаниях бывших студентов и воспитанников высших учебных заведений, таких как Б.Н. Чичерин, П. Свиньин, А.И. Герцен, П.Н. Милюков и многих других [9-15], содержится множество интересных наблюдений за религиозным и духовным поиском, характерным для внутреннего мира студенчества разных десятилетий, позволяющих проследить эволюцию мировоззрения студентов, определить повлиявшие на него факторы. Исследование различий между университетскими городами в вопросах формирования идеалов и убеждений студенчества, их эволюции в нашей работе не проводилось, так как идейные установки для студенчества разных городов в определенные десятилетия были схожими, традиционная корпор а - тивность студентов провоцировала не только установление общих ценностей внутри корпорации, но и трансляцию их на провинциальные города и гимназическую молодежь, воспринимавшую университеты как источник передового и нового знания.
Особое внимание к формированию внутреннего мира студенчества проявили публицисты в начале ХХ в., когда наблюдался рост смертности среди молодежи [16], причины такого явления, по убеждению современников, крылись именно в тех ценностях, которые бытовали среди интеллигентной молодежи. Возросшая в конце XIX - начале ХХ в. смертность среди студентов вызвала большой общественный резонанс и стремление не только понять ее причины, но и упразднить их. При этом и сами студенты болезненно реагировали на гибель товарищей. Причины смертности среди молодежи были различными, начиная от заболеваний, таких как воспаление легких, туберкулез, инфекции, в том числе венерические, заканчивая истощением от голода и суицидом [17, 18]. Большой пласт как публицистических, так и академических исследований посвящен данной проблеме.
Одним из очевидных факторов студенческой смертности была названа пресловутая студенческая бедность, которая стала приметой второй половины XIX - начала ХХ в. Именно она становилась зачастую причиной гибели отдельных студентов. Из поступающих в вузы «процент состоятельных представляет собою каплю в море» [19, с. 7], пишет одна из газет конца XIX в.
Работающий студент становится типичным явлением в этот период, так как средства, дающие студенту возможность жить и учиться в крупном городе, - это та работа, которая не вредит занятиям. Но наличие такой работы в большом городе так ничтожно, «что составляет как бы феномен». «Предложение сравнительно велико (со стороны студентов - прим. авт.), что повышает цену на труд, так что даже имеющий работу бывает вынужден приискивать себе новые средства к существованию» [19, с. 8]. Работающих студентов становилось все больше, но зачастую подработка становилась обузой, так как оплачивалась скромно, а нагрузка на студента возрастала.
Студенчество осознавало опасность бедности и пыталось решить ее своими силами путем взаимопомощи, организуя мероприятия по благотворительности. Студенты вузов регулярно организовывали благотворительные концерты и вечера, создавали кассы взаимопомощи и землячества, оказывавшие материальную помощь нуждающимся товарищам. Вырученные с концертов средства также распределялись среди нуждавшихся. Такая помощь носила случайный и нерегулярный характер [1, с. 284-285]. Часть учащейся молодежи полагала, что средства распределяются несправедливо и предлагала поставить этот вопрос под контроль, что вызвало дискуссию не только внутри университета, но и за его пределами. Так, публицист Н.П. Гиляров - Платонов считал не этичным контролировать те деньги, которые студенты получали путем благотворительности, так как «студенты суть нищие, и для них нужны подаяния; подано, и делу конец». А распределять деньги, следить за результатами своего участия - «все это лишнее» [19, с. 7]. На практике благотворительность среди студентов не была поставлена под контроль.
Еще одним видом помощи студенчеству являлись стипендии. Студенты, подавшие прошение и предоставившие свидетельство о «недостаточности» (т.е. бедности), выступали равными претендентами на стипендию. Стипендии назначались различными органами управления, это могла быть как инспекция, собиравшая сведения о материальном положении студентов, так и правление университета, иногда при вузе существовал «Комитет Общества вспомоществования», до появления инспекции именно он занимался стипендиями. Публицисты и сами обучающиеся отмечали: часто «университет назначает стипендию студенту, получающему от родителей 25-30 руб. в месяц, и отказывают круглому бедняку». По факультетам стипендия распределялась неравномерно. Например, студентам историко-филологического факультета начисляли стипендию всем, подавшим прошение, а юристам редко и только с третьего курса, поэтому на юридическом стипендия носила «характер неожиданного сюрприза». По многим воспоминаниям «инспекция… раздает их… по вдохновению», «лишь бы раздать», оправдываясь тем, что «нет никакой возможности собрать необходимые сведения» о нуждающихся студентах [20, с. 56-57]. Основанием выдачи стипендии в первую очередь и являлось свидетельство о бедности, прилагаемое к прошениям о назначении стипендии. Были студенты, стеснявшиеся подавать такие прошения, предпочитавшие бороться с бедностью самостоятельно.
В 90-е гг. XIX в. проблема студенческой бедности обострилась, в том числе вследствие «демократизации» учащейся молодежи, роста количества университетов и расширения возможности более широких слоев населения при поступлении в университет. Бедный студент - примета 1890-х гг. Нуждающиеся студенты носили поношенную форму, которая дешево продавалась в специальных лавках. Общественность обращала внимание на «развитие индивидуализма» в студенческой среде, что влияло на снижение взаимопомощи через концерты или кассы [21]. Публицисты с сожалением констатировали: «…при современном положении студенческой среды, когда все идут в разброд, когда почти нет точек соприкосновения, кроме официальных встреч в университете, - вопрос о студенческой взаимопомощи стоит на точке замерзания» [20, с. 4-5]. В этот период подспорьем для бедного студента стали бесплатные обеды в студенческих столовых. По данным Петербургских исследователей, 11% студентов пользовались данной услугой, ее можно было получить в двух студенческих столовых. Малая столовая была открыта при Санкт-Петербургском университете в 1892 г., большая - в 1893 г. «Кое-кто из студентов, выбившись из бюджета, ограничивался чаем и бесплатным хлебом, несколько кусков которого еще положит в карман. На это никто не обращал внимания, наоборот, относились даже сочувственно. Иной студент, совершенно незнакомый, скажет: «Коллега, я вам куплю обед, у меня денег хватит на двоих». Администрация столовой иногда предлагала бесплатно тарелку щей без мяса. Такая столовая очень выручала бедных студентов» [22, с. 161]. Подобную помощь студентам оказывали и московские «кухмистерские». Однако бесплатные обеды не выдерживали никакой критики. Они были таковы, что студенты всегда ходили «полусытные и нездоровые», - считает П. Иванов: «Не успеешь дойти до дому, как опять хочется есть» [20, с. 56-57]. Безусловно, хлеб и чай не являлись качественным источником пропитания, и в случае, если студент попадал надолго в бедственное положение, здоровье его заметно ухудшалось.
Общежитий для студентов практически весь XIX в. не было, только в 1882 г. была открыта Александровская коллегия в Петербурге. С начала XIX в. Московский университет предоставлял своим студентам-бюджетни - кам (казеннокоштным) «казенные нумера», где в одной общей комнате располагалось множество кроватей и тумбочек. «Своекоштные» студенты полностью содержали себя сами. В 1860-х гг. «казенные нумера» были ликвидированы, в это время в Москве сформировался квартал, называвшийся Козихой, где студенты могли снять дешевые квартиры. К концу XIX в., когда число высших учебных заведений выросло, таких «студенческих кварталов» в Москве стало значительно больше. Только в середине 1870-х гг. было открыто «ляпинское» общежитие, но попасть в него было трудно. Подавляющее большинство приехавших в университетский город на обучение молодых провинциалов искали дешевые съемные квартиры. Если в крупном городе у молодого человека не было связей, он объединялся с товарищами и брал, что подешевле [1, с. 300-312]. Съем квартиры часто сопровождался обманом. Ужасали в таких квартирах и соседи - «подонки общества», которые дурно влияли на студента. По причине всех этих неустройств «создается обстановка, невыносимая для серьезных занятий». «Происходит странное смешение некультурной, неинтеллигентной среды с «цветом русской молодежи»». «Грубость, ожесточение… пьянство - являются прямым следствием сближения с подонками столичного общества» [20, с. 39-40]. Резкий переход от домашней обстановки провинциального дворянина или разночинца к самостоятельной жизни в крупном городе среди бедного населения негативно влиял на психическое состояние молодого человека, приводил к размышлениям о глобальных проблемах, толкал на совершение неблаговидных поступков.
Материальное положение студентов оставляло желать лучшего. Ничтожные средства, с которыми приезжал студент в университетский город, стремительно заканчивались, приходилось искать средства к существованию. «Кроме того, экстренные расходы часто выбивали студента из его и без того скромного бюджета: «разорвал сапоги, заболел - вот и нарушено бюджетное равновесие», а еще нужно регулярно покупать книги. В такой обстановке «нервы расстраиваются до невозможности»» [20, с. 40]. В этих условиях молодой человек мог принять решение о суициде.
Оставаясь часто впервые без семьи в большом городе, студенты испытывали острое чувство одиночества. В. Курбский вспоминает, что его постоянно преследовали чувства покинутости и тоски по уюту, родным [12, с. 126]. Эта проблема становилась острее, когда студент оказывался предоставлен сам себе. Публицисты начала ХХ в. обращали внимание современников, что одиночество может привести к суициду. Студенту в Москве «страшно тяжело», писал журнал «Русь». Одиночество «давит и гнет» его, «моменты нервозности и тоски отзываются болезненно на настроении юноши». «Кругом лишь одни чужие люди». Студенческая квартира - это «походная палатка, где все напоминает о чем-то временном, где ни на одну секунду нельзя почувствовать себя дома» [23]. Размышления об одиночестве, новая обстановка в начале XIX в. приводили к установлению широких товарищеских связей, студенты заменяли друг другу семью, становясь частью большой студенческой корпорации, объединенной общими установками. Товарищи собирались на квартирах, чтоб как-то избежать тоски. «Иногда, когда говорить не хотелось, а хотелось чего-то другого - более жизненного, товарищи угрюмо молчали, курили и валялись поочередно на постелях, скучали убийственно, но не расходились, потому что одиночество было еще горше…» [20, с. 81]. Мрачное общение, мрачные мысли не только приводили к работе над своим внутренним миром, но и толкали на участие в студенческих беспорядках. «Оторванные от семейств, обращающиеся исключительно в своей студенческой среде, деля время между учебными занятиями… и незрелыми товарищескими беседами, поглощая массу самой нездоровой литературной пищи», они не имели голоса «трезвой истины», луча «согревающей любви». «Сил, растлевающих нашу молодежь и сбивающих ее с толку, множество, а сил, направляющих ее к добру и правде, не видно ниоткуда» [24], - сетовали современники студенческих волнений начала ХХ в., ставших приметой времени.