Этиологическая мифология как базис мировоззрения Алтайского этноса
Полякова Елена Александровна, доктор исторических наук, доцент, профессор кафедры истории и философии, Барнаульский юридический институт МВД РФ, профессор кафедры музеологии и туризма, Алтайский государственный институт культуры
Гекман Наталья Анатольевна, старший преподаватель, кафедра художественной культуры и декоративно-прикладного творчества, Алтайский государственный институт
Современный этап развития общества отмечен тенденцией возрастания интереса к проблемам этноса и этничности. Осознание стратегической роли традиционной народной культуры для обеспечения национальной безопасности усилило меры государственной поддержки этнических и межэтнических отношений.
Проблемы сохранения и развития этноса обусловливают изучение его мировоззренческой парадигмы, которая определяет его жизнестойкость и жизнеспособность. Этническая идентичность и целостность базируются на мифологической памяти народа, поскольку мифологическое мировоззрение является первым историческим типом познания. Алтайский этнос, объединяющий представителей различных этногрупп коренных народов, характеризуется архаичностью мировоззрения, преобладанием доиндустриальных форм картины мира. В статье содержатся описание этиологических мифологических сюжетов и их анализ, в результате которого установлено, что сюжеты этиологической мифологии представляют собой сакральный базис этнической мировоззренческой парадигмы. Заложенные в алтайской мифологии мировоззренческие ценности, обусловленные обожествлением и одухотворением природы, тесной связью с ней человека, сформировали особые нравственно-этические устои, которые консолидировали алтайский этнос под эгидой единства природы и человека. Эта сакральная связь обусловила экологичность сознания и высокий адаптивный потенциал алтайского этноса, что способствует его жизнестойкости.
Ключевые слова: этиологическая мифология, мировоззрение, этнос, Алтай, сакральные ценности, героический эпос, анимизм, шаманизм.
AETIOLOGICAL MYTHOLOGY AS A PRIMARY ELEMENT FOR ALTAIAN ETHNOS' WORLD VIEW
Polyakova Elena Aleksandrovna, Dr of Historical Sciences, Associate Professor, Professor of Department of History and Philosophy, Barnaul Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation; Professor of Department of Museology and Tourism, Altai State Institute of Culture
Gekman Natalya Anatolyevna, Sr Instructor, Department of Artistic Culture, Arts and Crafts of Altai State Institute of Culture
Current stage of social life is marked with a tendency of development of interest to ethnos and ethnicity phenomenon. Awareness of strategic role of people's traditional culture for nation security helped strengthen the measures for state support of sub-ethnic and inter-ethnic relationships.
Issues of saving and development of an ethnic group cannot be resolve without learning the people's world picture that holds its vital capacity and growth power. An ethnic identity and integrity stand on mythological memory of an ethnic community because mythological worldview is the first historical type of knowing. For Altaian ethnos that integrate several various ethnic groups of indigenous people, archaic worldview and preindustrial sorts of global picture is a peculiar thing. The article describes and analyses Altaian aetiological mythological plots. The authors trace an influence that aetiological mythology has on genesis and development of Altaians' worldview paradigm. Philosophical values inherent in Altaian mythology related with idolization of nature have built up peculiar ethic principles that consolidated Altaian ethnos under idea of likeness of nature and human. This sacral tie-in defines ecological friendliness of the people's mentality and ability to adaptation of Altaians to conditions of modernity.
Keywords: aetiological mythology, worldview, ethnos, Altai, sacral values, heroic epos, animism, shamanism.
На современном этапе наблюдается тенденция возрастания интереса к проблемам этноса и этничности. Это связано с актуализацией этнических и межэтнических отношений в современной политике государства. Программные документы Российской Федерации, такие как «Основы государственной культурной политики», «Стратегия национальной безопасности России», декларируют «сохранение этнокультурного разнообразия» [5] народов России, их наследия, традиций, духовно-нравственного и бытового укладов [8].
Вопреки сложившимся в ХХ веке стереотипам о том, что «фактор этничности будет постепенно терять свое значение вследствие процессов модернизации» [2, с. 71], история современности свидетельствует, что «этничность не только не утратила свои позиции в современной этнической и культурной жизни, но и значительно усилила их» [2, с. 71]. Жизнестойкость и жизнеспособность этноса определяются его адаптивностью к изменяющейся социально-политической, социально-экономической и социально-культурной ситуациям. В свою очередь, адаптивность каждого отдельно взятого этноса зависит от его мировоззренческой парадигмы, трактуемой как «общемировоззренческие представления о природе и о пространственно-временных характеристиках сущего, о причинно-следственных связях явлений и вещей, о человеке и его способностях, ценностных отношениях к Богу, миру, социуму, самому себе и другому, свойственные определенной эпохе» [1, с. 16]. Базисом мировоззренческой парадигмы является набор ценностей (нравственных, эстетических) и сложившихся убеждений, которые формируются разными способами, например, посредством сохранения и освоения образцов устного народного творчества. Процесс формирования мировоззренческой парадигмы начинается с раннего детства, а наиболее эффективным средством духовно-нравственного воспитания выступают мифы, былины, сказки, в которых зашифрована народная мудрость. Это является вполне обоснованным, поскольку первым историческим типом мировоззрения было мифологическое. В его основе лежит неразрывная сакральная связь явлений природы и жизни человека. Так, с одной стороны, человеческие свойства переносятся на окружающий мир, а с другой - происходит одушевление природных сил. В мифологии сакральными считаются происхождение Вселенной, Земли и человека. С позиций сакральности объясняются не только природные явления, но и жизнь, судьба, смерть человека, а также вопросы нравственности и долга. Таким образом, понимание этнической идентичности и целостности, основу которой составляют традиции и верования, базируется на мифологической памяти народа в целом и на её сакральной компоненте в частности. Языческие верования различных народов и праязыческие религиозные формы, такие как тотемизм (а также его более поздние формы - зоолатрия и фитолатрия) и анимизм, подчеркивали близость человека и природы, понимание человеком взаимосвязи всего в мире, например, верования в то, что каждый род ведет свое начало от великого предка - зверя (род Ашина - в алтайской мифологии; Ромул и Рэм, вскормленные волчицей, - в римской мифологии и др.) или растения (культ мирового древа - в различных мифологических системах или одушевление растений). Все это подчеркивало понимание человеком своего места и роли в природе и его неразрывную связь как с ней, так и с предыдущими и последующими поколениями.
Одним из ярких примеров, когда этиологическая компонента мифологии выступает базисом мировоззренческой парадигмы, является алтайский этнос, объединяющий представителей этногрупп коренных народов, проживающих на Алтае - прародине тюркских народов. Религия алтайцев - это симбиоз нескольких верований. В основе их религиозных представлений лежат анимизм и сформировавшийся на его основе шаманизм. Анимизм - это вера в одухотворённость природы и вера в то, что живой (человек, растения, животные) и не живой (камни, реки, горы и пр.) мир, а также явления природы наделены душой.
Этиологические представления алтайцев базируются на трёхчастном делении мира: небесный (верхний), земной (средний) и подземный (нижний). В верхнем мире живут главные добрые божества; на земле - люди и духи-покровители (рода, места, явлений), которые для них ближе, чем небесные боги; в подземном мире обитают нечистые существа, змеи и злые духи и души умерших, он ассоциируется с темным началом и злом. Средний мир находится между верхним и нижним, благодаря чему здесь можно встретить как представителей верхнего мира, так и нижнего. Здесь соседствуют и борются добро и зло. Именно в этом среднем мире и проживает человек.
Подобное представление прослеживается в легендах, мифах и сказках коренного населения. Алтайская мифология в отличие от мифологий множества других более древних культур является изученной не в полной мере. Она заслуживает более пристального рассмотрения, поскольку именно в ней в большей степени сохранена та целостность восприятия мира, где человек, являясь частью природы, не разрушает, а сохраняет ее. Профессор Л. П. Гекман в работе «Мифология и фольклор Алтая» поясняет эту мысль: «...мифологическое или традиционное сознание позволяет этносу осознавать себя как целостность. Целостность же предполагает знание не только истории основания своего этноса, но и истоков существования мира, в котором он возник и оформился» [3, с. 24]. Для алтайской мифологии более других присуще понимание или ощущение «живого», когда «традиционное сознание включает природные объекты в контекст человеческого существования, признавая приоритет первых как вечных по отношению к человеческому существованию, а значит, наделенных надчеловеческим смыслом и функциями» [3, с. 55].
Этиологические (объяснительные) мифы представлены в мифологиях разных традиционных культур, в том числе и в алтайской. В этих мифах объясняются культурные особенности этноса, причины сформировавшегося природного ландшафта, повадки и внешний вид представителей местной фауны. Для космогонических, антропогонических и этиологических мифов алтайского этноса характерно одушевление природы, наделение её человеческими и сверхчеловеческими свойствами. В качестве примера можно привести сюжеты о горах Алтая, которые могли не только расти и передвигаться, но так же, как и люди, «воевать, заключать браки» [3, с. 55]. Так, появление алтайских гор в этиологической мифологии объясняется тем, что в предначальные времена жили богатыри, наделённые сверхсилой, которые после потопа превратились в горы, поскольку «земля стала мягкой и не могла удерживать исполинов. Тогда тела богатырей стали горами, а в горах оказался заключен дух каждого из богатырей (ту-ээзи, таг-ээзи)» [3, с. 55]. Каждая гора Алтая имеет имя и мифическую биографию, основанную на общем поверье. Подтверждение этого мы находим в работе А. М. Сагалаева «Алтай в зеркале мифа»: «.Однажды Бабырган (гора на левом берегу Катуни) решил жениться и посватался к дочери горы Абаган. Не сумев найти выкупа за невесту, Бабырган ее просто украл и побежал. Убегая, он неподалеку от верховьев реки Салтон споткнулся и едва не был схвачен Абаганом. На том месте образовалась гора с красноречивым названием Те-иди (Зацепил ногами). В тридцати верстах от этой горы Бабырган переправился через Бию, но погоня не отстает, и он бросает невесту. Догнав дочь, Абаган хотел ее зарезать, но она взмолилась: “Кеспе!” (Не режь!), и так называется гора у деревни Лебяжьей. Абаган взял дочь с собою, но и ему она показалась в погоне обузой. Он привязал ее (пуулган), дав тем самым название сопке: Пуулган. Потом Абаган стал осматривать местность в поисках беглеца. Увидев бегущего Бабыргана, сказал Абаган: “Вон он краснеет”. Место, куда он указал, - гора Кыза- рык (Краснеющая). Услышав его голос, Бабыр- ган взял правее, в сторону села Сростки, увидел переправу через Катунь, перепрыгнул через реку. Но тут от чрезмерных усилий у него оторвалась мошонка, и так образовался круглый пригорок на обширном ровном месте (Тажак) возле деревни Сетовки. Абаган увидел это, захохотал и не стал прыгать через Катунь, вернулся домой» [6, с. 65].
Л. П. Гекман в своей известной работе «Мифология и фольклор Алтая» отмечает сакральную связь гор и человека, их тотемный характер для каждого отдельного рода: «Гора воспринималась как корень рода, его опора. Алтайцы верили, что в глубине горы висят колыбели с душами будущих детей. Горы были связаны и со смертью - в горных пещерах они хоронили умерших. Так гора замыкала жизненный круг человека: вышедший из нее в нее возвращался» [3, с. 55]. В качестве примера, объясняющего соотнесенность человека и горы (человека и природы), можно привести следующую легенду: «...Когда-то у горы Кызыл-гая (Красная) жили девять братьев. Двое из них ушли промышлять в тайгу. Они так увлеклись охотой, что забыли о времени, а когда спустились с белков (покрытых снегом вершин), то увидели, что уже вскрылись реки и трава выросла по колено. Охотники решили, что пошла уже вторая весна с тех пор, как ушли они на промысел. Заспешили братья домой и, когда вернулись, узнали, что семьи их уже в живых не числили. Жена одного из братьев вторично вышла замуж. Разгневанные братья убили и жену, и ее нового мужа. Увидев такое беззаконие, Кызыл-гая обагрилась кровью. На род убийц пало проклятье - отныне не бывает более одного сына в их семействах» [6, с. 66]. В этой легенде отчетливо прослеживается бинарная оппозиция «порядок - хаос» - освоенный человеком мир и мотив «запрет - разрешение», цель которого - сохранить порядок, чтобы не навлечь на себя гнев богов или духов-хранителей природных объектов. Однако нарушить порядок, установленный силами природы, духом-хранителем земли, не так-то просто. В героическом эпосе «Маадай-Кара» злодей Кара-кула, поработивший и угнавший в рабство народ Алтая, решает изменить, уничтожить священные родовые атрибуты, но терпит неудачу, поскольку природа родной земли противостоит чужаку-захватчику [4, с. 36].
В алтайской мифологии не только гора, но и дерево являются основными художественными и культурными символами. Священное для алтайцев дерево - стоствольный тополь. В этиологической мифологии он соотносится с осью мироздания, находящейся на вершине священной для алтайцев горы Белуха - места обитания духа-хо- зяин Алтая - Алтай-ээзи. Этот тополь соединяет три мира. В эпосе «Маадай-Кара» он характеризуется, как «стоствольный тополь-исполин», листва которого «звенит серебром» и «блещет золотом». В союзе с тополем находятся: небесный мир, который символизируют «кукушки вещие» - прорицательницы воли богов; наземный мир, который олицетворяют «два черных беркута», являющихся стражами родной земли, и подземный мир, границы которого охраняют «два черных пса сторожевых», выступающих стражами нечисти [4, с. 10].
Обожествление священного дерева формирует культ дерева вообще. Одухотворение природы в целом и дерева в частности приводит к появлению множества запретов, связанных с рубкой деревьев. О способности дерева испытывать боль указано и в других мифологичечских традициях. Так, в древних китайских книгах говорится, что деревья истекают кровью под ударом топора, в эпосе о Гильгамеше (Месопотамия) Энки- ду слышит стон срубаемых кедров. В славянской традиции с культом деревьев связано огромное количество ритуалов, позволявших определить, возможно ли срубить дерево для постройки дома, определявших деревья как священные и т. д. этничность народная культура традиционный
Вышеизложенные сюжеты свидетельствуют о сложности комплексного анализа ввиду их по- литематичности. По мнению Л. П. Гекман, применительно к мифу целостный анализ невозможен в принципе, возможна либо передача сюжета, либо анализ родового явления (образов мирового древа, горы и т. д.). Вместе с тем этиологические мифы Алтая дают объяснения многообразным явлениям земного бытия, подчеркивая сакральность природы в культуре алтайцев.
Этиологическая мифология востребована современными представителями алтайского этноса и формирует их мировоззренческую парадигму. Анимистическое мировоззрение, способствующее объединению человека с окружающим миром, природой, обусловило такую особенность коренного населения, как экологичность их сознания. Они от природы никогда не возьмут больше, чем необходимо для обеспечения их существования, поэтому не будут уважать человека, который варварски относится к природе. Оскорблением коренного населения, которое может спровоцировать как конфликт, так и намеренное причинение вреда, является неуважение к природе, проявляющиеся в замусоренности территорий туристами, варварской охоте, а в частности охоте на зверя с детёнышами, хищническое истребление растений (вырубка леса, повреждение растений при сборе ягод, перекрытие ручьёв и рек).
Сохранение представления о том, что природа - это живое существо, проявляется и в почитании духов, среди которых наиболее уважаемыми являются родовые духи и духи местностей (гор, перевалов, рек, леса и пр.). Особенностью мировоззрения алтайского этноса является представление об отсутствии «ничейной» земли. Любая территория всегда исторически связана с конкретным родом и, соответственно, с его духом-покровителем. Согласно традиционным представлениям, духов места всегда следует благодарить за удачно пройдённый перевал, чистую воду, ночёвку и т. п.