Статья: Этическая языковая рефлексия как объект медиалингвистического исследования

Этическая языковая рефлексия как объект медиалингвистического исследования

Е.Н. Басовская

Российский государственный гуманитарный университет,

Российская Федерация, Москва

Аннотация

Статья посвящена анализу одного из аспектов современного медиатекста - лингвоэтической авторской рефлексии. На материале журнала "Огонек" 1916-2019 гг. рассматривается использование конструкций "прошу прощения за..." и "простите за..." в качестве рефлексивов, или форм признания "речевой вины". Установлено, что лингвоэтическая рефлексия нехарактерна для советского публицистического текста. Активизация приема происходит в постсоветский период и достигает пика частотности в конце 1990-х - начале 2000-х годов. Данные показатели подтверждают тезис специалистов по лингвоэкологии о нарастающей дисгармонизации публичного вербального общения в начале XXI в. Исследователем проведена классификация рефлексивов по ряду критериев: расположению в тексте (в монологе журналиста, эксперта, в репликах интервьюера и интервьюируемого лица, в публикуемом журналом открытом письме), степени сложности, предмету рефлексии и прагматической установке. Продемонстрировано различие между простыми и аналитическими рефлексивами. Выявлены важнейшие объекты речевой самокритики, такие как неблагопристойность, вульгарность, жаргон, резкость тона, банальность, патетика, каламбур, тавтология, словесная неточность или оговорка. Отмечается, что авторская лингвистическая самокритика в медиатексте может служить средством снятия речевой агрессии и способствовать гармонизации общения журналиста с аудиторией. Нередки и случаи иронического использования речевых формул, содержащих псевдоизвинение за сказанное. Общим для обоих вариантов применения рефлексивов служит выполняемая ими функция диалогизации медиаречи, повышения уровня ее адресованности и активизации потенциального адресата, включения его в медиакоммуникационное пространство. Отмечается важность дальнейшего изучения содержания и форм этической языковой рефлексии в рамках современной медиалингвистики. рефлексив журнал лингвоэтический

Ключевые слова: медиалингвистика, медиатекст, лингвоэтическая рефлексия, рефлексив, диалогизация.

Ethical language reflection as an object of medialinguistic research

E. N. Basovskaya

Russian State University for the Humanities,

Moscow, Russian Federation

The article analyzes one of the aspects of contemporary media-text - the author's linguistic reflection. Using the material of the magazine "Ogonek" 1916-2019, the author explores the use of the constructions "I apologize for..." and "sorry for..." as reflexives or forms of admission of "speech guilt" The author establishes that the linguistic-ethical reflection is not typical for Soviet journalistic texts. Activation of this method occurs in the post-Soviet period and reaches a peak frequency in the late 1990s - early 2000s. These indicators confirm the thesis of specialists in linguistic ecology concerning the growing public disharmony of verbal Russian communication in the beginning of the XXI century. The author conducts a classification of reflexives on several criteria: location in the text (in the monologue of a journalist, an expert, in replicas of the interviewer and the interviewed person, and in the open letter published by a magazine), the degree of complexity, the subject of reflection, and the pragmatic attitude. The author of the article demonstrates the difference between simple and analytical reflexives and identifies the most important objects of speech self-criticism, such as obscenity, vulgarity, slang, harsh tone, triviality, pathos, puns, tautology, verbal inaccuracy or a slip of the tongue. The article notes that the author's linguistic self-criticism in the media text can serve as a means of removing speech aggression and contribute to the harmonization of communication between the journalist and the audience. There are also frequent cases of ironic use of speech formulas containing a pseudo-apology for what was said. Common to both applications of reflexives is that they perform a function of raising the level of dialogue in media text, specify its target, activate the potential addressee, and include the audience into media communication space. The author notes the importance of further study of the content and forms of ethical language reflection in the framework of modern media linguistics.

Keywords: media linguistics, media text, linguistic reflection, reflexive, intensification of dialogue.

Постановка проблемы. Медиалингвистика, будучи одной из новейших, активно развивающихся в последние десятилетия языковедческих дисциплин, не может находиться вне общей антропоцентрической парадигмы, характеризующей современную гуманитаристику. По справедливому замечанию Д.И. Иванова и Д.Л. Лакербая, "антропологизм в лингвистике - это опора на те начала в языке (коллективные и индивидуальные), которые несут печать субъекта речевой деятельности, а не только обезличенной языковой системы" [Иванов, Лакербай 2016: 82]. Соответственно и изучение текстов СМИ неотделимо от интереса к различным аспектам личности автора, среди которых важное место занимает лингвоэтическая рефлексия (анализ и оценка этической стороны собственной речи), находящая выражение в специальных метатекстовых средствах, или речевых маркерах.

Изучение содержания и формы рефлексивных замечаний, касающихся этичности и нормативности собственной речи, открывает перспективу для анализа отраженных в средствах массовой информации общественных представлений о "хорошем" и "плохом", "правильном" и "неправильном", "допустимом" и "недопустимом". Таким образом, выбор рефлексивов в качестве предмета научного рассмотрения вполне соответствует общей установке медиалингвистики на исследование не только текстов СМИ, но и - шире - закономерностей функционирования коммуникационной стороны сегодняшнего социума, в частности "социокультурного контекста" функционирования языка [Добросклонская 2008: 36-37].

Актуальность исследования определяется также его включенностью в проблемное поле такого динамично развивающегося направления медиалингвистики, как критика медиаречи. Для данной практически ориентированной области лингвистических изысканий важны как констатация речевых фактов, так и поиск путей гармонизации медиапространства [Добросклонская 2008: 36-37].

История вопроса. Интерес к процессам осмысления лингвистических явлений носителем языка возник в начале ХХ в. и связан с именами Р.О. Якобсона, постулировавшего наличие у языка метаязыковой функции [Якобсон 1975: 201-202], и Л.В. Щербы, придававшего большое значение самосознанию не только ученого, но и рядового пользователя языка. Именно Л.В. Щерба сформулировал задачу включения в круг внимания исследователей "неудачных высказываний с отметкой "так не говорят"", которые он назвал "отрицательным языковым материалом" [Щерба 1974: 33]. Так была определена - на весьма отдаленную перспективу - задача анализа случаев лингвистической самокритики как отражения по принципу "от противного" социального языкового идеала.

Упомянутые общие положения были в дальнейшем конкретизированы и привели исследователей к мысли о необходимости вычленить из текста специальные вербальные рефлексивные средства. Как указывает А. Вежбицкая, "... комментатором текста может быть и сам автор. Высказывание о предмете может быть переплетено нитями высказываний о самом высказывании" [Вежбицкая 1978: 404]. Рефлексивы служат важными показателями авторского языкового сознания. По словам И.Т. Вепревой, они отражают "ценностную систему языковой личности", ее "мировоззренческие установки" [Вепрева 2005: 8]. Отмечается в научной литературе и существенное влияние металингвистического сознания носителей на развитие языка и общества в целом [Mertz, Yovel 2003: 20].

Наиболее существенной с точки зрения медиалингвистики, обращенной к массовой коммуникации, представляется отмеченная Н.Н. Трошиной прагматическая функция рефлексивов: ".вербализованный метакоммуникативный рефлексив является своего рода посредником между коммуникативными позициями собеседников" [Трошина 2010: 18]. Есть основания предполагать, что названная способность рефлексивов повышает их ценность для медиатекста, всегда ориентированного на активное взаимодействие с аудиторией и обладающего имманентной диалогичностью [Дускаева 2018: 33].

Несмотря на значимость рефлексивов для изучения индивидуального и общественного языкового сознания, анализа тенденций, характеризующих культуру и мораль определенной эпохи, их функционирование в журналистском тексте изучено недостаточно. Редкое исключение представляет собой статья Н.П. Перфильевой, в которой отмечается рефлексивная активность спортивных журналистов. По утверждению автора, работники спортивных СМИ имеют дело с предельно эмоциональной аудиторией и должны "под давлением фактора адресата регулярно осуществлять метаязыковую деятельность и выражать ее в уместном, коммуникативно целесообразном выборе языковых средств и их комментировании с помощью метатекста" [Перфильева 2011: 100]. На наш взгляд, читатели, слушатели и зрители спортивных изданий, радио- и телепрограмм не обладают спецификой восприятия журналистского текста: живую реакцию, как позитивную, так и негативную, могут вызывать публикации на политические, экономические, культурные и иные темы. Мы склонны вслед за Л.Р. Дускаевой отнести повышенный уровень диалогичности к числу универсалий медиатекста [Дускаева 2010: 26]. Отсюда следует и высокая активность рефлексивов, применяемых журналистами в качестве средств не только самоанализа, но и активизации адресата.

Методика исследования. С целью проверки высказанных предположений и моделирования системы функционирования метамаркеров лингвоэтической рефлексии в текстах СМИ было проведено исследование журнала "Огонек" от начала издания до настоящего времени. Рассматривались выпуски 1916, 1940, 1952, 1959, 1965 гг., а также электронный архив издания за 1996 - август 2019 гг. Отбирались и систематизировались микроконтексты, включающие в себя форму "простите" и конструкцию "прошу прощения". Среди них были выделены рефлексивы, содержащие стилистическую и этическую оценку собственной речи (о единстве этической и стилистической оценки высказывания говорит, в частности, В.И. Шаховский [Шаховский 2016: 174-190]). Эти формулы содержат извинение за элемент высказывания, не соответствующий, по мнению автора текста, литературной или этической норме, но тем не менее им использованный.

Анализ материала. Изучение эмпирического материала позволило установить, что лингвоэтическая рефлексия нехарактерна для журналистских текстов "Огонька" дореволюционного и советского периодов. Этикетные формулы извинения встречаются исключительно в речи персонажей художественных произведений, опубликованных в журнале. Так, в рассказе "Родительская любовь", напечатанном в 1940 г., один из героев обращается к собеседнику со словами: "Простите, но вы... вы соображаете, что вы говорите? Ваш сын хулиганит, а наказывать надо другого?!" (1940. № 24. С. 18). В данном случае звучит извинение за излишнюю прямоту и некоторую стилистическую сниженность.

Второй пример содержится в "Огоньке" 1959 г., где герой рассказа "Ася", немолодой профессор, восклицает: ".Вы должны ехать и пробиваться. Иначе вы обидите меня смертно. Да, запомните это! Мне жаль расставаться с вами, но вас ждут люди. О! Простите, если старик говорит высокопарно" (1959. № 11. С. 14). Здесь говорящий считает необходимым извиниться за, возможно, избыточный с точки зрения молодой слушательницы пафос.

Редкие случаи не прямой, авторской, а отраженной, приписанной персонажу лингвоэтической рефлексии весьма показательны. Они соответствуют двум векторам, которые в дальнейшем обнаружатся в речи журналистов, в советский период высказывавшихся уверенно и не демонстрировавших колебаний в выборе слова. В постсоветский период обращение публициста к читателю будет содержать извинение или за грубость, или за безвкусную патетику.

Активизация речевого жанра извинения за сказанное произошла на страницах "Огонька" в 1990-х годах, став отражением ряда культурных и социально-психологических процессов. Отсутствие цензуры и общая установка на речевую раскованность, характерная для раннего постсоветского периода [Костомаров 1994: 33], провоцировали использование в качестве экспрессивов жаргонных, грубых, потенциально оскорбительных слов и выражений. В то же время русская и советская культурная традиция продолжала поддерживать авторскую склонность к са- моцензуре или, как минимум, признанию "речевой вины", когда словоупотребление (вульгарное, жаргонное и т. п.) выходит за рамки лингвоэтической нормы [Бессарабова 2011: 54-63, 55-63]. В подобных ситуациях публицист заранее извиняется перед теми, кого его слова могут задеть: "Это было, прошу прощения, черт знает что такое! Без понтов, но так классно!" (1998. № 20. С. 7).

Таблица. Количественный анализ использования рефлексивов "простите" и "прошу прощения" по годам

Небольшое количество вхождений и отсутствие анализа использования синонимичных конструкций не дает возможности сделать окончательные выводы. Тем не менее, интересно обратить внимание на снижение частотности лингвоэтических рефлексивов в 2010-х годах по сравнению с концом 1990-х - началом 2000-х (табл.). Это служит косвенным подтверждением неоднократно высказывавшейся как лингвистами, так и представителями общественности мысли о постепенном изменении языкового вкуса российского общества, размывании критериев хорошей речи на фоне общей дисгармонизации публичного вербального общения, расширении границ допустимого с точки зрения рядового носителя русского языка [Сковородников 2013: 194-222; Чернышова 2018: 86, 97; Шахов- ский 2016: 175-176].

В ходе исследования была выполнена классификация метатекстовых операторов, встречающихся в публикациях "Огонька", на основании нескольких критериев.

По расположению в тексте рефлексивы делятся на используемые:

— в авторском монологе журналиста: "Ведь красота, она, простите, как зараза. Тоже размножается. И потому мы обречены. Мы будем жить и красиво, и уютно" (2003. № 17. С. 43);

— в вопросе интервьюера: "Ваш недавний поступок - появление в качестве телеведущего - выглядит странно. Зачем? В балете вы премьер, штучный экземпляр, а во "Взгляде", простите, кордебалет" (2001. № 24. С. 16);

— в ответе интервьюируемого: "То, что мы сделали с документалистикой в России, - почти катастрофа, по-моему. Простите за резкость" (режиссер Виктор Косаковский - о своем фильме "Акварель" и проблемах документального кино) (2018. № 41. С. 34) - или в реплике эксперта: "Страшно утратить какую-то информацию, не донести ее до потомков, простите за пафос, - говорит Ольга Галаничева, - особенно когда мы не знаем ответов на многие вопросы" (2019. № 7. С. 28);