Тема Эстетико-литературный особенности литературного процесса середины 1980-1990 годы
Современный литературный процесс связан со многими типами художественного мышления, одними из которых являются реалистический, модернистский, постмодернистский и постреалистический. Отображение особенностей каждого из этих направлений представлено на определенных этапах литературы ХХ века огромным количеством произведений, критической литературой и литературоведческими исследованиями.
Литература данного процесса представлена нам в разнообразных литературных модификациях: военная проза, деревенская и городская прозы, «неореализм», модернизм, постмодернизм, постреализм и другими. В данной главе мы рассмотрим период становления и расцвета постмодернистской и постреалистической литературы, который происходил в середине 80-х - 90-х годов XX века. литература поэтический проза литературоведение
Литературная ситуация с середины 1980-х гг. значительно отличалась в этическом и эстетическом плане от всех предшествующих десятилетий с 1917 года, являясь неким подъёмом после эпохи «застоя». Многие открытия «запрещённой классики» 20х-30х годов наконец-то смогли получить огласку в связи с отменой цензурных запретов. Так в данный период в России находят место быть два полноправных литературных направления - постмодернизм и постреализм. Для дальнейшего проведения исследования рассмотрим эстетико-поэтические особенности проявления каждого из них.
С отменой идеологической культуры широкому читателю стало доступным в полном объеме творчество М.А. Булгакова, Б.Л. Пастернака, В.С. Гроссмана, В.Т. Шаламова, А. Ахматовой, Н.С. Гумилева и других писателей. В литературе появились новые произведения опальных в советское время писателей и новые художественные течения. С творчеством В. Еврофеева, А. Битова, В. Сорокина, В. Пелевина, Д. Галковского в русскую литературу пришло понятие «постмодернизм».
В 80-90х годах усиливает свое значение новое литературное направление, при этом сохраняется место литературы антологического и экзистенциального реализма, но с переоценкой её в сторону классики. Постмодернизм как литературное направление возник на Западе. Сам термин «постмодернизм» применительно к литературе впервые употребил американский ученый Ихаб Хассан в 1971 году. Говоря о возникновении постмодернизма в России, хочу обратить внимание на цитату из общей работы Лейдермана и Липовецкого: «Постмодернизм вышел на литературную сцену как готовое направление, вне исторической динамики как единое, монолитное образование, хотя фактически русский постмодернизм 1980--1990-х годов представляет собой сумму нескольких тенденций и течений». Этой «суммой» являются концептуализм, соц-арт и необарокко.
И если концептуализм и соц-арт расширяют постмодернистскую картину мира, вовлекая новые языки различных культур, смешивая их, то необарокко, которое ярче отражает специфику постмодернизма, создает такие элементы как повторы, полицентризм, избыточность, хаотичность, прерывистость, нерегулярность как господствующие композиционные принципы.
Важной эстетико-поэтической особенностью постмодернизма является создание «второй» реальности, «в функционировании которой исключаются всякая линейность и детерминизм, в ней действуют некие симулякры, копии, у которых не может быть подлинника». Другой особенностью поэтики постмодернизма, о которой говорит Р.Барт в статье «Смерть автора», является не выраженность, размытость автора, его отсутствие, он не участвует в мире, отдаленно созерцая его.
В связи с тем, что одной из задач постмодернизма являлось переосмысление, переиначивание прошлого наследия, ещё одной важной чертой постмодернистской поэтики является интертекстуальность, накладывание текстов, мифов, языков друг на друга, с помощью которых и создаётся качественно иной текст. «Каждый постмодернистский текст, оборачиваясь интертекстом, претендует не только на подобие, но на полное, по крайней мере структурное, тождество мироустройству...
В постмодернистской интертекстуальности проступают свойства мифологического типа миромоделирования, поскольку именно в мифологии целостность бытия запечатлевается непосредственно в объекте изображения». Отсюда следует, что постмодернисту важен текст, а не произведение.
Как и в поэтике модернизма, так и в поэтике постмодернизма имеется такой элемент как игра, но использование его иное. Игра является связующим звеном между читателем, текстом и автором, «в системе постмодернизма можно участвовать в игре даже не понимая ее, воспринимая ее совершенно серьезно"5. Хронотоп таких текстов связан с идеей принципиальной незавершимости текста, его разомкнутости. Пространственно-временная фиксация творимого текста оказывается невозможной, так как мы сталкиваемся с отсутствием событий, действий и сюжета как такового. Герой такого текста - чаще всего сочинитель, образ которого за счет интертекстуальности не может иметь определенных границ и характеристик. Из чего следует, что психологический анализ постмодернизм исключает из своей поэтики. Постмодернизм отвергает концепцию гармонии, никак не сопротивляется хаосу и не только не преодолевает его, но и вступает с ним в диалог (эту культурную работу в последующем восполнят постреалисты). Лейдерман по этому поводу отмечал следующее: « Постмодернизм, рожденный предельно глубоким осознанием культурного кризиса - а у нас в полной мере безысходным переживанием тупика советской цивилизации, как бы сознательно создает ситуацию временной смерти культуры и через стратегию диалога с хаосом а процессе этого глобального переходного обряда моделирует лиминарное освобождение от всех вариантов структурной упорядоченности ».
Адаптирование любого литературного течения в каждой культуре происходит по-своему, не без появления в нём дополнительных свойств. Так М. Липовецкий говорил о «гибели субъективности» симулякров и о такой отличительной черте русского посмодернизма как паралогичность. Паралогия - это «противоречивое разрушение, призванное сдвигать структуры разумности как таковые».Паралогия создает ситуацию оппозиции взаимодействующих начал, но полностью исключающих существование компромисса между ними.
Постмодернизм в русской литературе конца XX века - это своеобразная культурная реакция на господствующий многие годы в России метод соцреализма. Постмодернисты поставили под сомнение идею целостности мира и возможность овладеть реальностью при помощи одного метода. Они подчеркивали условность, «литературность» создаваемых ими произведений, сочетали стилистику разных жанров и литературных эпох.
Отображение перечисленных элементов постмодернизма мы можем встретить в «Москва-Петушки» Ерофеева, «Школа для дураков» и «Между собакой и волком» Соколова, «Пушкинский дом» Битова, «Чапаев и пустота» Пелевина и других. В своем творчестве они пытались соединить художественный опыт писателей-реалистов XIX в. с постмодернистским мышлением человека конца ХХ в.
Переходя к характеристике следующего литературного направления современности, то есть к эстетико-поэтическим особенностям постреализма, упомяну, что данное направление есть сложный синтез реализма, модернизма и постмодернизма, который в 1998 году Н. Иванова в статье «Преодолевшие постмодернизм» пыталась обозначить собственный термином «трансметареализм», не объяснив причин на то. По Лейдерману и Липовецкому, постреализм - это «…новая парадигма художественности. В ее основе лежит универсально понимаемый принцип относительности, диалогического постижения непрерывно меняющегося мира открытости авторской позиции по отношению к нему.»
«Первые значительные шаги в направлении постреализма в современном литературном процессе были сделаны в конце 1970--начале 1980-х в поздней прозе Юрия Трифонова («Опрокинутый дом», «Время и место») и в так называемой «прозе сорокалетних».
Говоря об эстетике постреализма нельзя не обозначить М. Бахтина, являющегося её первооткрывателем. Он заложившим основу новой, «релятивистской эстетики, которая предполагает взгляд на мир как на вечно меняющуюся, текучую данность, где нет границ между верхом и низом, вечным и сиюминутным, бытием и небытием»10. А так же эссе Мандельштама «Разговор о Данте», автор которого требует очень внимательного отношения к слову постреалистов. Что касается особенностей создания текста, то художник-постреалист не ограничивает себя в выборе изобразительного метода, его методика зависит от его целей, но при этом обязательным остается тщательное продумывание каждого элемента. Постреализм никогда не подвергает сомнению существование реальности как данности, оказывающей нвлияние на судьбу человека. Именно ради человека и через человека постреализм пытается постигнуть хаос, чтобы найти в нём опору, за которую человек сможет схватиться. В первых произведениях постреалистов происходит восстановление космоса.
Так же М. Липовецкий и Н. Лейдерман, характеризуя постреализм, говорили о том, что художественной особенностью структурализма является такой «атрибут» как «диалог разных типов культур, архаической и современной, воплощенный' в сопряжении далековатых жанровых “языков”…»11. Но все эти характеристики присущи постреализму 30хх годов, соотвественно творчеству Замятина, Добычина, К. Вагинова, А. Ахматовой, Б. Булгакова и других.
О постреализме, как об определенной системе художественного мышления, есть основания говорить лишь в 80-90-е годы, на финише всего XX века, логика которого стала распространяться «на мэтра и на дебютанта, как о некоем набирающем силу литературном направлении, где объединены единой “парадигмой художественности” эпические романы и лирические миниатюры, поэмы и пьесы, эссе и афористика и такие жанры и стили, которым еще нет имени»12. Представителями этого течения, как считают М. Липовецкий и Н. Лейдерман, являются Трофимов и «проза сорокалетних», а в дальнейшем М. Харитоновым (роман "Линии судьбы, или Сундучок Милашевича"), А Дмитриевым (повести "Воскобоев и Елизавета", "Поворот реки", роман "Закрытая книга"), Ю. Буйдой (сборник рассказов "Прусская невеста"), А. Берниковым (сборник рассказов "Дом на ветру") и многими другими, а так же Ф. Горенштейном, относящегося к другому посмодернистскому течению.
В дальнейшей работе выше описанные литературные течения помогут нам определить место Маканина в современном литературном процессе и подробно изучить особенности его творчества.
феноменальности «сорокалетних» говорят многие исследователи. Так одной из важных проблем является место данного поколения в современном литературном процессе.
Так О. Богданова, опираясь на работы таких исследователей как Л.Аннинский, В. Курицын, М. Липовецкий, говорит о том, что проза «сорокалетних» (В.Маканин, Р. Киреев, А. Ким, А. Курчаткин и др.) максимально отражает направление постмодернизма, часто находя отражение в прозе Маканина («Человек свиты» 1974г., «Повесть о Старом Поселке...» 1966г. и другие). «Именно проза «сорокалетних» привнесла в литературный процесс I960--1980-х годов представление о возможности «безопорности», о герое «никаком», герое амбивалентном, изменяющемся (и изменяющем), герое-конформисте, «нормально-аномальном», безындивидуальном».
Кардинальные перемены в политической организации общества, начавшиеся в 1985 году, принесли с собой долгожданную свободу слова. Утверждение атмосферы гласности стало первым и наиболее бесспорным достижением развернувшейся в стране "перестройки". "Жить не по лжи" - этот призыв А. И. Солженицына стал девизом первых перестроечных лет.
"Толстые" литературно-художественные журналы стали трибунами и бесспорными интеллектуальными центрами в годы "перестройки". Именно в литературе быстрее, в отличие от других отраслей общественного сознания, происходили радикальные перемены. На недолгий период резко возросли тиражи литературно художественной периодики. Огромный общественный интерес был вызван открытым обсуждением еще недавно "закрытых" тем и проблем, публикаций прежде запрещенных произведений как классиков советского периода русской литературы (М. Горького, А. Ахматовой, А. Твардовского, Б. Пастернака, А. Платонова, М. Булгакова и др.), так и писателей русского зарубежья (И. Бунина, И. Шмелева, М. Алданова, Г. Иванова, В. Набокова и др.).
В 1985-1986 годах в центральных журналах были опубликованы три произведения, сразу же оказавшиеся в фокусе общественного внимания: "Пожар" В. Распутина, "Плаха" Ч. Айтматова и "Печальный детектив" В. Астафьева. Общим в этих произведениях разной стилистики было обращение к материалу современной жизни и невиданная для литературы предшествующих лет активность, даже резкость в выражении авторской позиции. Публицистический накал трех указанных произведений предвещал общий процесс стилистической эволюции перестроечной литературы: она стала быстро наращивать удельный вес злободневности в тематике и полемичности в выражении авторских взглядов.
Эти содержательные особенности содействовали расцвету публицистических жанров в литературе второй половины 80-х годов. Публицистика на экологические, исторические, экономические и нравственно-психологические темы на некоторое время заняла главенствующее место в литературной жизни России.
Так, именно в публицистике и литературной критике особенно ярко проявились приметы новой литературно-общественной ситуации - более резкая, чем прежде, эстетическая и общемировоззренческая поляризация в российской писательской среде, ощущение трагичности переживаемой эпохи (оцениваемой либо как катастрофа и тупик, либо как переходная к более высокому качеству жизни), возрастание непримиримости во взаимных оценках противостоящих друг другу группировок.
"Испытание свободой" для творческой интеллигенции проходило непросто. В писательской среде сложилась обстановка растерянности, многие крупные художники либо переключились на окололитературную малопродуктивную полемику, либо на время отошли от художественного творчества.
На рубеже 1980-90-х годов самым живым и общественно значимым участком литературного процесса оказалась так называемая возвращенная литература. На страницах журналов появились произведения, созданные в прежние шесть десятилетий (20-70-е годы), но неизвестными широкому советскому читателю. Термин "возвращенная литература" активно использовался в литературной периодике 1987-1991 годов.