Дальневосточный государственный гуманитарный университет
Энантиосемия в словаре русских говоров Приамурья
Приходько В.К., канд. филол. наук
Аннотации
В данной статье на материале русских говоров Приамурья дано описание эмоционально-оценочной энантиосемии в многозначных словах. На примере диалектных слов-полисемантов рассматриваются противопоставленные значения слов, выделяются дифференциальные группы энантионимов, раскрываются некоторые особенности антонимичных отношений и причины появления полярности в лексико-семантических вариантах слов.
Ключевые слова и фразы: энантиосемия; внутрисловная антонимия; энантионим; полисемия; русские говоры Приамурья; диалект.
The author by the material of the Russian dialects of Amur region describes the emotional-evaluative enantiosemy in polysemantic words, by the example of dialect words-polysemants considers the opposed meanings of words, studies the differential groups of enantionyms, and reveals some features of antonymous relations and the reasons of polarity manifestation in the lexicalsemantic variants of words.
Key words and phrases: enantiosemy; intra-word antonymy; enantionym; polysemy; Russian dialects of Amur region; dialect.
Основное содержание исследования
Словарь русских говоров Приамурья, на материале которого в данной статье рассматривается энантиосемия в многозначных диалектных словах, включает лексику и фразеологию русских говоров Приамурья, распространенных на большой территории от с. Албазино до г. Хабаровска (говоры старожилого населения Амурской области и Хабаровского края по верхнему и среднему течению р. Амур). Словарь отражает специфические особенности лексики русского населения Дальнего Востока России, потомков первых амурских переселенцев из Забайкалья. Время формирования говоров Приамурья - середина XIX в., когда возникли первые русские поселения - казачьи станицы: Албазинская, Черняевская, Игнашинская, Поярковская, Екатерино-Никольская, Михайло-Семеновская и др., на обозначенной территории образовался уникальный сплав забайкальских говоров, в которых преобладали севернорусские черты.
Явление энантиосемии относится к наиболее интересным семантическим феноменам языка. Несмотря на то, что проблема энантиосемии в той или иной степени привлекает внимание исследователей уже целое столетие, до настоящего времени энантиосеманты в русских говорах Приамурья подробно до настоящего времени не рассматривались.
Энантиосемия - это внутрисловная антонимия, смысловая противопоставленность лексико-семантических вариантов многозначного слова. Особенно интересна эмоционально-оценочная энантиосемия. Например, в словах злой, лихой, блаженный, гордый оценочность бывает положительной или отрицательной в зависимости от контекста или ситуации. Ср.: злой разбойник - злой до работы, лихой казак - лихая свекровь и т.д.О.С. Ахманова считает, что "энантиосемия" - это "троп, состоящий в употреблении слов в противоположном смысле (в сочетании с особым интонационным контуром)" [1, с.527].
энантиосемия русский говор приамурье
Причина возникновения эмоционально-оценочной энантиосемии может скрываться в способности человеческого мышления полярно оценивать одно и то же явление, находить противоположные аспекты одного понятия, индивидуально и критически осмысливать окружающую действительность, вплоть до полного противопоставления различных сторон одного и того же предмета, явления, признака, действия, "энантиосемию можно рассматривать как потенциальный компонент значения" [4, с.135].
Особый интерес представляют случаи перехода значений внутри одного многозначного слова на уровне радиальных и последовательных значений в их качественную противоположность. Следует отметить, что к смене знака оценки (+ или - ) может привести гиперболическое интенсивное проявление не только положительного качества, но и отрицательного.
Необходимо отметить, что явление эмоционально-оценочной энантиосемии носит динамический, исторический характер, отчасти связанный с табуированием слов, желанием предков "не сглазить" охоту, рыбалку, урожай, попыткой "отвести глаза" персонифицированной смерти или болезни. В древности имел место обычай называть рожденное дитя прозвищами с негативной семантикой: "Некрас", чтобы был красивым, "Буян", чтобы был спокойным и т.д.
Отчасти энантиосемия в слове создается потому, что явление действительности может полярно оцениваться и вызывать различные чувства или отношения со стороны говорящих субъектов.Н.Б. Лаврентьева, например, видит неязыковые причины в эмоциональном осмыслении явлений действительности говорящими, намеренной, вполне осознанной установке носителей говоров на экспрессивный эффект. Вопрос о развитии энантиосемичных значений Н.Б. Лаврентьева считает "одним из частных вопросов при решении проблемы многозначности, типов и особенностей переносов" [3, с.109].
Анализ Словаря русских говоров Приамурья позволил распределить зафиксированные в нем энантионимы по следующим трем признакам.
1. Внутрисловные противопоставления по качественному признаку. Например: БУТАґН, а, м.3. Бугорок на возвышенном месте с норами барсуков и енотов. Бутаны больше на возвышенных местах, на р?лочках. (Пашк. Облуч.).4. Охотничья ловушка на волков, барсуков, енотов в виде искусственных ям. Волк летом коптится в бутане. Амур. (Мих.) [5, с.48]. В третьем и четвертом значении многозначного слова бутан противопоставляются верх и низ: бугорок и яма.
Ср. также: ГУСЕВАґЯ, оґй, ж.1. Находящаяся впереди упряжки, ведущая лошадь в упряжке: коренная. Гусевая первая ид?т, два рядом, а она впереди: гуськом ехали. Хаб. (Окт.).2. Пристяжная лошадь; пристяжка. Вот сюда еще одну лошадь припрягали, она гусевой называется. На гусевой ямщик сидит. Амур. (Магд.) [Там же, с.103]. Внутри одного слова противопоставлены значения: ведущая лошадь - замыкающая (пристяжная) лошадь.
Значения энантионима "желтуница" противопоставляются, как и значения слов: болезнь - здоровье, яд - противоядие: ЖЕЛТУНИґ ЦА, ЖЕЛУНИґ ЦА, ЖЁЛУНИЦА, ы, ж.1. Болезнь Боткина, желтуха. Желтуница у нас, желтуґха (Уш. Шим.).2. Лекарственная трава репяшок волокнистый - Agrimonia pilosa Idb., настой которой применяется в народной медицине при болезни Боткина. Желтуница - небольшая травка, вся усыпана ж?лтыми зв?здочками (Алб. Скв.) [Там же, с.130].
2. Внутрисловное противопоставление по временному критерию. Например: ТЁМНО, нареч.1. Поздно вечером. В девках была, всегда т?мно домой ходила (Кн-ка Кнст).2. До рассвета. А утром-то надо т?мно вставать. Утром т?мно тебя разбудят - молотить иди (Сам. Окт.) [Там же, с.436]. Внутри многозначного слова наблюдаем противопоставление поздний вечер - раннее утро.
В слове ОНОГДЫґ СЬ противопоставляются значения давно и недавно: ОНОґ ГДАСЬ, нареч.1. Вчера. Я, девка, оногдысь много нарвала саранок. Оногдысь - это, значит, вчера (Черн. Магд.).2. Устар. Давно. Оногдысь - это значит, дамноґ было (Бус. Своб.). Оногдась - это значит раньше, давно было (Пуз. Окт.) [Там же, с.286].
3. Внутрисловное противопоставление по пространственным характеристикам. Например:
ВЫґ СЕЛКА, и, ж.1. Выселение. Выселка большая была, крестьян так всех выселяли (Джл. Скв.).2. Селение, возникшее в результате переселения жителей из другой местности; выселок. Выселка когда открылась, оне сюда пошли (Джл. Скв.) [Там же, с.79].
Значения данного слова соотносятся друг с другом как причина и следствие, как действие и результат. Однако их противопоставление становится вполне возможным, если учесть, что в первом случае речь идет об исчезновении населенного пункта, когда как во втором - о его создании, возникновении.
Прямые энантионимы, значения которых содержат прямые противопоставления, можно считать эксплицитными энантионимами, так как противопоставления в их значениях очевидны.
Например: ГОДОВИґ НА, ы, ж.1. Празднование дня рождения годовалого ребенка. Когда реб?нку год исполняется, годовину отмечаем (Алб. Скв.).2. Годовщина со дня смерти кого-л. Вот годовину будем отмечать, год прошел, как померла бабушка (Арг. Лазо) [Там же, с.88]. В слове противопоставляются значения год со дня рождения и год со дня смерти. Здесь контрадикторная (взаимоисключающая) антонимия.
Ср. также: ГУБАґНКА, и, ж.1. Сорт пшеницы - Triticum L., у которой колос с остями. Губанка - сорт пшеницы, колос у ей с усами (Бдж. Лен.).2. Сорт пшеницы с колосом без остей. А пшеницу дали без оси, губанка она называлась (Ст. Окт.) [Там же, с.100]. Как известно, ость - это тонкий длинный ус на цветковой или колосковой чешуе у многих злаков. В слове ГУБАґНКА, как и в предыдущем примере, наблюдается контрадикторная антонимия, предполагающая наличие и отсутствие признака: пшеница с остями - без остей.
Интересны также имплицитные (скрытые) энантионимы. Энантиосемия такого типа сродни речевой антонимии: значения этих слов явно не противопоставлены друг другу, их антитеза носит, как правило, образный характер. Так, например, БЕРЕСТИґ НА, БЕРЁСТИНА, ы, ж.1. Береста. У белой (бер?зы) берестоґ, берестиґна белая, е? обдирают и чумаґшки всяґки делают (Лонч. Бик.).3. Твердый черный нарост, образующийся на месте поврежденного участка березовой коры; чага. Выбирали бер?зы, зарубали, а потом накипала
ISSN 1997-2911 Филологические науки. Вопросы теории и практики, № 8 (26) 2013, часть 2 149
на ней ч?рна-ч?рна (Союз. Окт.). Хаб. (Окт.) [Там же, с.33]. Береста в нашем сознании неразрывно связана с белым цветом - основным цветом коры березы. Однако второе значение слова "берестина" указывает нам на черный цвет так называемого древесного гриба - чаги.
Антонимия значений слова БОЕґЦ складывается, во-первых, из противопоставления подвижного, жидкого (водоворот) и статичного, твердого (скала) начал, а во-вторых, если это можно считать различием между причиной (скала) и следствием (водоворот): БОЕґЦ, бойцаґ, м.1. Водоворот на реке, образующийся от столкновения сильного течения со скалами.2. Скала, вдающаяся в реку. По Союзной, по Манжурке-реке есть скаґлы - бойцы: онеґ сильно в реку вступают (Е. - Ник. Окт.) [Там же, с.37]. Данный пример тяготеет к сопутствующим, или сополагаемым, словам.
Необходимо подробнее рассмотреть интересный и спорный вид энантиосемии - сополагаемые энантионимы.
В современной лингвистике нет однозначного мнения относительно принадлежности слов данного типа к антонимам. Так, в Словаре паронимов и антонимов под ред. Н.П. Колесникова находим: "Такие пары слов, как стол и стул, книга и тетрадь, хлеб и соль, читать и писать, кошка и собака, бинт и вата, арбуз и дыня, иголка и нитка, являются не антонимами, не противополагаемыми словами, а сополагаемыми" [2, с.286]. Следовательно, собственно антонимами такие слова считаться не могут, но оттенок конверсивного противопоставления все же улавливается (с разных точек зрения, с точки зрения различных участников).
К сополагаемым энантионимам можно отнести, например, слова ГАГАґРКА и ШУґ БЕНКИ:
ГАГАґРКА, и, ж.1. Дикий гусь - Anser erythropus L. Сеґры гуси, гуси - гагарки (Деж. Лен.).2. Гусыня. Ид?т гагарка, гусыня. Она сама садится, нанес?т и выводит. Хаб. (Окт.) [5, с.83].
ШУґ БЕНКИ, нок или нов, мн.; ед. шуґбенка, и, ж.1. Меховые рукавицы. Носили шубенки - меховые рукавицы, и счас носят шубенки (Нев. Лазо).3. Меховые чулки. Шубенки в олоґчки оденут и на охоту ходят. Хаб. (Вз.) [Там же, с.501].