Таким образом, новоевропейское научное мировосприятие стало фундаментом для оформления антропоцентрического сознания техногенной цивилизации. Роль «великого модернизатора» отводилась научно-технической революции. Она должна была создать «идеальный мир», где все стихии природы были бы окончательно обузданы, а материальная вселенная подчинена человеку, что определило бы торжество «всеупорядочивающего разума» и контроль над внешним миром.
Однако дальнейшее развитие общества и кризис парадигмальных оснований классической науки поставили под сомнение принципы антропоцентризма в экомировоззрении. Последовавшая эпоха постмодерна началась с разочарования научно-технической революцией, где становятся очевидными деструктивные последствия ряда новоевропейских ориентиров, определивших характер экосоциальных отношений техногенной цивилизации. экологический сознание мировоззренческий модерн
В европейской системе миропонимания еще с конца XIX в. начинает наблюдаться трансформация классических онто-эпистемологических и ценностных установок, обусловивших сдвиги как на уровне парадигмальных оснований науки, так и в социальной практике. В этот период оформляется неклассическая модель науки, где представление о реальности опирается на принципы релятивизма и дополнительности, а также утверждается положение о зависимости образа микромира от позиции наблюдателя в процессе познания. Специфика познавательных практик определяется особенностями объекта квантово-механической реальности, которая представляет собой сеть взаимосвязанных событий, включающую субъекта-наблюдателя как элемента наблюдаемой системы [8. С. 50-61]. Возникает необходимость учитывать влияние субъекта на объект исследования в процессе познания, что заставило отказаться от возможности вполне объективного описания реальности и пересмотреть тезис об абсолютном субъекте-наблюдателе, «возвышающемся» над материальным миром. Данная эпистемологическая традиция способствовала формированию идеи о равнозначности внешнего мира и человека, а также равноправия различных теоретических подходов к описанию явлений.
Таким образом, неклассическая картина мира, не допускающая вполне объективного описания природы [9. С. 24-61], уже на парадигмальном уровне инициирует переосмысление антропоцентрической модели реальности, обеспечивая постепенный отказ от центрального положения человека в материальной вселенной. Природа начинает восприниматься как равная человеку и дополняющая его самого через возможность реализации своей деятельности во внешнем мире [1. С. 24-61]. Признание равноценности природы определяет необходимость ответственного отношения к собственным проектам, а также учет последствий своего вмешательства в биосферу, в том числе посредством науки и техники.
Оформление новых теоретико-практических задач послужило стимулом для оформления экоцентрического экологического сознания. Важнейшим приоритетом становится разработка новых принципов природопользования, при этом идет поиск альтернативной модели объяснения материального мира в контексте его взаимосвязи с человеком и спецификой его деятельности.
В середине 60-х гг. наблюдается ряд факторов, способствующих кризису мировоззрения в западном обществе, что проявилось в развертывании глобальных экологических, демографических, социально-политических кризисов с необратимыми деструктивными изменениями в экосистеме. Приходит осознание необходимости преобразования не только технико-технологических процессов, но и ментально-теоретических предпосылок, определивших возникновение глобальных противоречий. В этих обстоятельствах происходит смена парадигмальных оснований науки и намечается трансформация ценностно-ориентационных установок в экосознании цивилизации. Оформление новых мировоззренческих ориентиров складывается под влиянием идей постмодернизма, постпозитивизма, социального конструктивизма, где подчеркивается мысль о социокультурной обусловленности знания, науки, а также негативном влиянии логоцентрической модернистской парадигмы на отношение человека к экосреде [10, 11]. Идеи постмодернизма способствовали развитию принципа экологизма, где общество и человек помещаются в единый контекст с природой и объединяются в единую систему гео-био- социогенеза. Субъекту Нового времени - «прометееву человеку», возвышающему себя над природой и культурой, противопоставляется исследователь, готовый к взаимодействию с природой на основе принципов со-ответствия, со-причастности и со-размерности человека и экосферы.
В этих условиях наука переживает ряд кардинальных изменений, которые позволяют фиксировать новый этап в ее развитии - постнеклассический. В.С. Степин выделил следующие ее признаки: изменение характера научной деятельности, связанное с революцией в средствах получения и хранения информации; компьютеризация науки; сращивание науки с промышленной сферой; распространение междисциплинарных исследований и комплексных исследовательских программ; повышение значения экономических и социально-политических факторов и целей; открытие самоорганизующихся систем; включение аксиологического момента в состав научных теорий; использование в естествознании методов гуманитарных наук [12].
В качестве доминирующих когнитивных практик в рамках постнеклассической науки выделяются диалоговая и эволюционная модели эпистемологии [13. С. 178]. На их основе происходит оформление принципа равнозначности во взаимодействии человека с внешним миром, стремление к глубокому пониманию сущностных связей между природой и обществом.
В диалоговой эпистемологической схеме субъект вступает с объектом в отношение, которое Ю. Хабермас назвал «коммуникативным действием» [14]. Познание, таким образом, здесь является диалогом, актом взаимодействия между миром и человеком, которые представляют единое целое и имеют неразрывную связь друг с другом. В дополнение к этому эволюционная эпистемология рассматривает человека как часть изменяющейся природы, а его познавательные структуры описывает как соразмерные миру, развивающиеся в единстве с ним. Данная эпистемологическая установка определяет процесс познания как равноценные и равнозначные отношения человека и природы. При этом природа рассматривается как собеседник, которому исследователь задает вопросы и формирует ответы, позволяющие узнавать себя (человека, человечество) как часть природы, глобальной вселенной.
В этой ситуации человек является не просто исследователем, наблюдателем мира, но соучастником эволюционного становления вселенной, задавая новые векторы ее развития. Индивид, познающий мир, а также знания, процедуры и инструменты исследования, технологические объекты, сама природа - все является элементами глобальной саморазвивающейся системы. Взаимодействие между ними порождает множество перспектив и вариантов развития событий мирового масштаба, за последствия которых именно человек должен нести ответственность.
Таким образом, экоцентрическое сознание фиксирует современную познавательную ориентацию на понимание себя через природу и природы через изучение собственной сущности, что достигается при использовании комплекса различных (иногда нетрадиционных) принципов и методов познания. При этом особая роль отводится науке, от которой ожидается создание основы для нового типа взаимодействия человека, общества и природы, совмещающей в себе точные знания, целостное восприятие мира, высокие технологии, этические ограничения и экологические нормы.
Происходят изменения и в аксиологической структуре общественного сознания, где в качестве высшей ценности определяется гармоничное развитие человека и природы, представляющие единство в био- и ноосферах [15]. Впервые в программном виде экологические ценности были сформулированы в работах представителей Римского клуба. На первый план были выдвинуты ценности, соответствующие общечеловеческим идеалам о гармонии между человеком и природой, поддержание здоровой окружающей среды, любви к ближнему, социальной справедливости, о равенстве между людьми, толерантности, солидарности во имя мира и социального благополучия для всего человечества [16. С. 224]. Подчеркивается необходимость утверждения гуманистического содержания ценностей нового экзистенциально-экологического порядка, соответствующего представлениям о нравственной и добродетельной природе человека, которая может раскрыться во всей своей полноте в условиях творческого взаимодействия с природой и при бережном отношении к естественной среде. Особое значение придается «экологическому императиву», где «правильным является только то, что не нарушает существующее в природе экологическое равновесие» [17]. Большое внимание также уделяется значению глобализации, развитию биотехнологий, принципам биоэтики, которые рассматриваются сегодня как морально-этический регулятив для современного научно-технического прогресса.
Установки и ориентиры неклассического и постнеклассического этапов науки стали теоретической платформой для оформления экоцентрического сознания. Становлению экоориентированного мировоззрения способствовало оформление онтоэпистемологических принципов, сложившихся в постмодернизме, синергетике, эволюционизме, гуманитарном знании, что определило возникновение нового видения отношений между природой и человеком как формы безопасного и взаимовыгодного сосуществования.
Экоцентрическая модель сознания стремится обеспечить успешное решение комплекса различных задач современного бытия и предложить новую мировоззренческую систему, в рамках которой возможно установление бесконфликтных отношений между человеком и природой, сочетание социального и научно-технического прогресса, бережное использование ресурсов естественной среды и обеспечение воспроизводства природных богатств. В процессе природопользования важнейшим признается поддержание баланса между удовлетворением потребностей человека и нуждами всей экосистемы. Природоцентризм становится мировоззренческим основанием современной науки, под влиянием которой формируется экоориентированная модель деятельности человека и разрабатывается стратегия будущего развития цивилизации. На этой основе сегодня происходит развитие сети теоретических и социально-практических проектов, целью которых является создание безопасной среды и обеспечение благоприятных условий для гармоничного сосуществования природы и общества.
В целом развитие науки и экологического сознания является единым взаимосвязанным процессом, становление которого происходит на фоне динамики онтологических, эпистемологических принципов и ценностномировоззренческих ориентиров, характерных для западноевропейского общества. В зависимости от специфики парадигмальных оснований науки в определенную эпоху происходило оформление определенного типа экологического сознания. Т ак, классическая наука стала источником антропоцентрического сознания с установкой на доминирование человека в окружающей среде, приоритетностью реализации его материальных интересов и потребностей в природопользовании. В неклассической и постнеклассической парадигмах науки оформляется и развивается модель экоцентрического сознания, ориентированного на принципы равнозначного, безопасного взаимодействия человека с природой, определяется необходимость этического отношения к биосфере и установления взаимовыгодного, бережного сотрудничества с окружающей средой. Данный тренд является доминирующим в современной системе мировоззрения западного общества, но при этом далеко не в полной мере определяющим социальные практики и процессы природопользования.
Литература
1. Гирусов Э.В. Природные основы экологической культуры // Экология, культура, образование: материалы конф. / отв. ред. Н.М. Мамедов и др. М., 1989. 242 с.
2. Дерябо С.Д., Ясвин В.А. Культурно-историческая обусловленность кризиса европейского экологического сознания // Culture and word. 1994, ноябрь. С. 1-2(а).
3. Beck U. Risk society: Towards a new modernity. London : Sage Publications, 1992. 272 p.
4. Степин В.С. Философия и образы будущего // Вопросы философии. 1994. № 6. С. 10-21.
5. Митченкое И.Г. Идеология в контексте экосоциальных отношений. Кемерово : Изд-во КузГТУ, 2002. 184 с.
6. Латур Б. Нового Времени не было. Эссе по симметричной антропологии. СПб. : Изд-во Европ. ун-та в С.-Петербурге, 2006. 240 с.
7. LepleyR. (Ed) Value / A cooperative Inque. Wesport, 1970. 237 p.
8. Капра Ф. Уроки мудрости. М. : Изд-во Трансперсонального ин-та, 1996. 318 с.
9. Гейзенберг В. Физика и философия. М. : Наука, 1989. 400 с.
10. БодрийярЖ. Симулякры и симулиция. Тула : Тульский полиграфист, 2013. 204 c.
11. Ильин И. Постструктурализм, деконструкция, постмодернизм. М. : Интрада, 1996. 252 с.
12. Степин В.С. Философия науки и техники. М. : Гардарики, 1996. 400 с.
13. Черникова И.В. Динамика науки в западноевропейской культуре // Эпистемология: основная проблематика и эволюция подходов в философии науки. Кемерово, 2007. С. 173-185.
14. Habermas J. Religion and Rationality: Essays on Reason, God, and Modernity. Mass. : MIT Press, 2002. 176 p.
15. ВернадскийВ.И. Научная мысль как планетное явление. М. : Наука, 1991. С. 235-244.
16. ЛейбинВ.С. Модели мира и образ человека. М. : Политическая литература, 1982. 255 с.
17. Pojman L.P., Pojman P. Environmental Ethics. Orlando : Thomson-Wadsworth, 2000. 478 p.
References
1. Girusov, E.V. (1989) Prirodnye osnovy ekologicheskoy kul'tury [Natural foundations of environmental culture]. In: Mamedov, N.M. et al. (eds) Ekologiya, kul'tura, obrazovanie [Ecology, culture, education]. Moscow: [s.n.]. pp. 11-18.
2. Deryabo, S.D. & Yasvin, V.A. (1994) Kul'turno-istoricheskaya obuslovlennost' krizisa evro- peyskogo ekologicheskogo soznaniya [Cultural and historical conditionality of the European environmental consciousness crisis]. Culture and Word. November. pp. 1-2(a).
3. Beck, U. (1992) Risk society: Towards a new modernity. London: Sage Publications.
4. Stepin, V.S. (1994) Filosofiya i obrazy budushchego [Philosophy and images of the future]. Voprosy filosofii. 6. pp. 10-21.
5. Mitchenkov, I.G. (2002) Ideologiya v kontekste ekosotsial'nykh otnosheniy [Ideology in the context of eco-social relations]. Kemerovo: Kuzbass State Technical University.
6. Latour, B. (2006) Novogo Vremeni ne bylo. Esse po simmetrichnoy antropologii [We Have Never Been Modern: Essay in Symmetrical Anthropology]. Translated from French by D. Kalugin. St. Petersburg: European University in St. Petersburg.
7. Lepley, R. (ed.) (1970) Value/A cooperativeInque. Wesport: [s.n.].
8. Capra, F. (1996) Uroki mudrosti [Lessons of wisdom]. Moscow: Izd-vo Transpersonal'nogo Instituta.
9. Heisenberg, W. (1989) Physics and philosophy. The revolution in modern science. Moscow: Nauka.
10. Baudrillard, J. (2013) Simulyakry i simulitsiya [Simulacra and simulation]. Tula: Tul'skiy poligrafist.
11. Ilin, I. (1996) Poststrukturalizm, dekonstruktsiya, postmodernism [Poststructuralism, Deconstruction, Postmodernism]. Moscow: Intrada.
12. Stepin, V.S. (1996) Filosofiya nauki i tekhniki [Philosophy of Science and Technology]. Moscow: Gardariki.