Таким образом, закономерности, обеспечивающие эффективность системы, указывают нам возможные направления совершенствования уголовно-правовой нормы или правила ее конструирования с той целью, чтобы оказывать эффективное разрушительное воздействие на систему преступления.
Продемонстрируем практическую ценность наших размышлений на конкретных примерах. Начнем с вопросов определения (описания) цели уголовно-правовой нормы.
Возьмем ст. 228 УК РФ. Название практически идентично диспозиции - определить цель уголовно-правовой нормы из текста закона весьма затруднительно. В теории же уголовного права обычно утверждают, что объектом состава данного преступления выступает "легальный оборот наркотиков". Но преступник, совершая подобное преступление, не хочет причинить вред данному объекту, его цель (цель системы преступления) - немедицинское потребление наркотиков, т.е. для получения удовольствия, которое ведет к деградации и смерти. Соответственно, целью рассматриваемой нормы, в контексте видового объекта - "здоровье населения", должно быть "медицинское потребление наркотиков". Казус, таким образом, в том, что есть норма, но она охраняет не то, чему реально причиняется вред преступлением. Критически важное общественное отношение не находится под уголовно-правовой охраной, а оконченное общественно-опасное деяние остается ненаказуемым - если наркоман успевает употребить приобретенный наркотик, его невозможно привлечь к уголовной ответственности.
Другой пример - ч. 1 ст. 301 УК РФ. Имеем подобную же ситуацию с названием статьи, оно практически совпадает с диспозицией. В литературе обычно утверждают, что если речь идет о незаконном задержании, соответственно, норма охраняет "законность задержания". Реальной же целью данной нормы является обеспечение обоснованного задержания подозреваемого, т.е. задержания, как правило, преступника, и это обусловлено основаниями задержания, т.е. фактами, указывающими на причастность лица к преступлению, - если размышлять в контексте видового объекта "интересов правосудия", которые заключаются в установлении истины по уголовному делу: достоверных обстоятельств события преступления, его точной квалификации, назначении справедливого наказания. Разве следователь имеет цель нарушить формальные нормы УПК РФ - законность в процессуальном смысле - или это как-то влияет на установление истины по уголовному делу? Его цель (цель системы преступления) другая - задержать лицо, в отношении которого, согласно положениям УПК РФ, нет оснований для подозрения в совершении преступления. Иными словами, закон, по существу, указывает на непричастность лица к совершению преступления, но следователь задерживает его по своему произволу, чем и причиняет существенный вред интересам правосудия.
Еще пример - ч. 3 ст. 299 УК РФ, он особенно яркий. Названию нормы (цели системы уголовно-правовой нормы) "Незаконное возбуждение уголовного дела" прямо противоречит диспозиция, в которой указывается цель преступления (системы преступления), никак не связанная с желанием посягнуть на интересы правосудия - "воспрепятствование предпринимательской деятельности". Состав поместили не в ту главу. Какие-либо интересы правосудия здесь могут выступать только в качестве так называемого дополнительного объекта.
Рассмотрим примеры проблем диспозиции уголовно-правовой нормы, которые вскрываются представлением о ней как о блоке управления системой.
Та же ст. 228 УК РФ. Цель преступления, как мы полагаем, - немедицинское потребление наркотика, а норма предписывает наказывать только за приготовительные действия, ведущие к преступному результату.
Если взять диспозицию ч. 1 ст. 301 УК РФ "заведомо незаконное задержание", то в контексте цели нормы очевидно, что она сформулирована чрезмерно широко, отсутствуют конкретные признаки незаконного деяния, которые бы указывали о задержании очевидно непричастного к преступлению человека - высоки риски привлечения невиновных в заведомо незаконном задержании следователей - явный недостаток управления наказанием. Это же обстоятельство позволяет произвольно или избирательно возбуждать уголовные дела по признакам данного преступления, что чрезмерно перегружает вход данной нормы, в силу чего делает ее неэффективной. Законодателю следовало бы растолковать заведомую незаконность задержания как задержание подозреваемого в совершении преступления без основания, предусмотренного УПК РФ (Baburin, Surikhin, 2004).
Приведем примеры проблем санкций уголовно-правовых норм (блока исполнения), вскрываемых системным подходом.
Напомним, санкции должны исключать возможность достижения преступных целей, лишать преступление всякого смысла.
А теперь давайте задумаемся, какой вид наказания из предусмотренных соответствующими санкциями способен лишить целесообразности преступления, предусмотренного, например, ст.ст. 228, 2281, 290 УК РФ? Дело в том, что: наркомания практически неизлечима в подавляющем большинстве случаев; прибыль в наркобизнесе, который обеспечивается на уровне государств, больше, чем в торговле углеводородами; доход от взяток перекрывает любую "амортизацию", часто делает саму уголовную ответственность нереализуемой. Требуемого адекватного вида наказания нет в санкциях указанных уголовно-правовых норм. Таким образом, цели приведенных уголовно-правовых норм не реализуются. Несколько ниже мы подробнее рассмотрим данные примеры.
С другой стороны, если говорить о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 301 УК РФ, то любой из возможных видов наказания (ограничение свободы, принудительные работы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, арест, лишение свободы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью) по отношению к конкретному преступлению вероятно чрезмерен, поскольку исключает продолжение службы в правоохранительных органах. Подобные преступления совершаются, как правило, наиболее опытными (читай - ценными) сотрудниками в период кризиса их профессионального становления - при определенных обстоятельствах достаточно было бы наказание, подобное "ограничению по военной службе", например, ограничение по службе в правоохранительных органах.
Последние примеры дополнительно демонстрируют проблематику санкций уголовно-правовых норм в части назначения наказания за совершаемые преступления, т.е. выходов систем уголовноправовых норм. Суть ее заключается в том, что за преступление назначается наказание, которое обычно оценивается такими критериями как справедливость, строгость, но не целесообразность. Назначаемое наказание не связывают с эффективностью уголовно-правовой нормы, потому что не воспринимают ее как систему, у которой есть конкретная цель. Возникает иллюзия возможности произвольного назначения наказания.
Таким образом, неэффективность уголовно-правовой нормы - это ее недостаточная системность (Gaides, 2005). Одни уголовно-правовые нормы в полной мере представляют собой систему и являются эффективными, другие соответствуют представлениям о системе благодаря сложившейся судебной практике или научному толкованию, но есть уголовно-правовые нормы, которые содержат системную ошибку (Surikhin, 2019), системой не являются - такие нормы неэффективны, часто называются "нерабочими".
III. Система наказаний. Логика исторического развития уголовного законодательства дает основание предположить, что повторяющиеся элементы системы уголовно-правовой нормы в части наказания законодателем были постепенно обобщены и конструктивно выделены в отдельный уголовно-правовой институт - уголовного наказания, была сформулирована, таким образом, и "система наказаний" (Tarbagaev, 2016). С позиций законодательной техники это оправдано и практически удобно.
Современный законодатель уже ставит нормы Особенной части УК РФ в прямую жесткую зависимость от системы наказаний. И следующая наша задача в настоящей работе - понять, насколько институт уголовного наказания отвечает представлениям о системе, а соответственно, и эффективен. Позволяет ли он системам уголовноправовых норм быть адекватными системам преступлений? Уголовно-правовые нормы должны зависеть от института уголовного наказания либо наоборот?
Принято считать, что система наказаний - это перечень видов уголовных наказаний, изложенных по мере увеличения их строгости (Tarbagaev, 2016). Но как мы уже понимаем, перечень не может быть системой, система должна иметь цель, управление, органы исполнения, вход, выход, связи между этими элементами (Gaides, 2005; Surmin, 2003). Перечень видов наказаний, указанный в ст. 44 УК РФ, такой совокупностью признаков не обладает.
Тем не менее ст. 43 УК РФ определяет цель наказания, ст. 14 содержит понятие преступления, через которое, как мы представляем, осуществляется управление наказанием. Статья 44 УК РФ описывает органы исполнения системы. Вход системы наказаний - общественно-опасное поведение, выход - общественно-полезное поведение.
Эффективность системы наказаний будет зависеть от степени реализации ее цели (Sverchkov, 2017).
Предложенное представление о системе уголовных наказаний позволяет обнаружить теоретические и законодательные ошибки. Опишем некоторые из них, явные.
1. Е.А. Каданева, будучи заложником классификации наказания по мере его строгости, считает лишение свободы единственным эффективным наказанием (Kadaneva, 2017). Мы считаем, что наказание должно классифицироваться по мере эффективности достижения целей системы наказания, способности исключать целесообразность общественно-опасного поведения. Например, с 2007 г. резко сокращается уровень преступности на фоне широкой практики применения наказаний в виде штрафа, исправительных и обязательных работ (Surikhin, 2015).
2. Если наказание не зависит от преступления, то оно может определяться произвольно и независимо от положений УК РФ (Zvonov, 2017), но это неправильно, поскольку за каждое преступление должно быть предусмотрено в УК РФ наказание, которое блокирует достижение цели системы преступления. Подобное обстоятельство особенно важно, поскольку существенным признаком преступления является сам преступник (Martsev, 2006). В отношении вора эффективным будет штраф, для наркомана только лишение свободы, для третьего - лишение права заниматься определенным видом деятельности.
Преступление в системе наказаний изначально обеспечивает подбор эффективных видов наказаний.
3. Анализ входа и выхода системы наказаний позволяет заключить, что для отдельных категорий преступников сегодня нет адекватного наказания.
4. Обратная связь выхода и цели системы наказания позволяет корректировать наказание. В противном случае, без обратной связи, механизм уголовно-правовой охраны исключает эффективность системы наказания.
Рассмотрим некоторые примеры. За получение взятки сегодня нет эффективного наказания, а им могла бы быть конфискация имущества (Bytko, 2018), но законодательно эта проблема не решается. Для справедливости стоит отметить, что отчасти решение проблемы реализуется через штраф (Nechepurenko, 2017), но это, как мы понимаем, полумера.
Другая проблема. В современных условиях даже лишение свободы не способно предотвратить противоправное поведение наркомана (Egorova, 2017). Но в ст. 44 УК РФ изначально нет эффективного вида наказания для нашего случая. Возможно, что таким наказанием был бы особый вид принудительных работ в экстремальных условиях, когда внешняя среда в приоритет ставила бы наркоману другие цели, например, связанные с элементарным физическим выживанием - работы в лесу или в условиях Крайнего Севера, т.е. когда нужно самому заботится о своей жизни, а употребление наркотика равносильно смерти. В общем, это могут быть даже и не принудительные работы, а деятельность по жизнеобеспечению.
Есть проблемы и другого характера. Чуть раньше мы описывали недостатки наказания за заведомо незаконное задержание (ч. 1 ст. 301 УК РФ) - слишком уж чрезмерны виды наказания, предусмотренные санкцией данной нормы. Но и система наказаний также не содержит соответствующего вида наказания этому преступлению.
Таким образом, система наказаний, обладая недостаточной системностью, не в полной мере реализует собственные цели и, как следствие, иногда блокирует достижение целей систем уголовно-правовых норм.
Заключение. Таким образом, концептуальный анализ проблем эффективности уголовно-правовой нормы позволяет сформулировать следующие выводы:
1. Современное теоретико-практическое понимание наказания представляется не системным, что практически блокирует его эффективность и особо остро проявляется в части наказания за отдельные виды преступлений, примеры которых приведены в работе.
2. Перечень видов наказаний в ст. 44 УК РФ сегодня определен в значительной степени произвольно, в отрыве как от целей системы наказания, так и от целей систем уголовно-правовых норм. Наказание должно лишать смысла совершения конкретного преступления в текущей социальной среде, в результате чего будут достигаться цели наказания и, как следствие, решаться задачи, стоящие перед УК РФ.
Однако уголовное наказание является, так называемым последним доводом, своего рода "хирургическим" вмешательством. Изначально все-таки не оно предназначено обессмысливать совершение преступления. Это должны делать различные социальные институты, стимулирующие правомерный способ достижения жизненных целей. Цель наказания в своей основе - предупреждение рецидива в широком смысле, предупреждение повторения совершения новых преступлений, в том числе и неосторожных. В системе общественных отношений должна быть, и существует фактически, матрица (семья, школа, ВУЗы, трудовые коллективы, спортивные, волонтерские организации и т.п.), формирующая социально полезное поведение, а уголовно-правовая норма и наказание, которое она предусматривает, являются только элементом, подсистемой этой матрицы.