Дискурс интерьера
Мартынова Е.М.
Невербальная коммуникация как часть процесса обмена информацией между участниками общения играет, на наш взгляд, не просто важную, а главенствующую роль. Рассматривать и оценивать данные, получаемые по этому каналу связи, лучше всего через призму семиотики. Невербальная коммуникация это не только жесты, мимика, взгляд, любая вещь наделена неким смыслом, который иногда расшифровывается коммуникантом, а иногда остается тайной за семью печатями, раскрытие которой возможно смогло бы повернуть диалогическое взаимодействие в другое русло. Вещи стали частью человека. Они отражают его стремления, надежды, социальный статус, эмоции и т.д. С вещами связаны воспоминания, которые настраивают коммуниканта на особый лад. Вспомним шкаф из "Вишневого сада". Он настолько одушевлен, что становится полноценным участником коммуникации, разве что молчаливым, но молчание тоже часть процесса общения. Литературные прозаические произведения зачастую получают названия вещей, которые занимают в канве их повествования важное место, несут скрытый смысл, имеют подтекст. Например, "Гранатовый браслет" А.И. Куприна как символ любви, "Орден" А.П. Чехова как показатель высокого социального статуса, "Лапти" И.А. Бунина как цена жизни и др. В поэтических произведениях также много внимания уделяется миру вещей: и "цветок засохший, безуханный, забытый в книге" А.С. Пушкина, и "старый шушун" С.А. Есенина, и перчатка с левой руки, надетая на правую, А.А. Ахматовой… Сколько знаков, которые дополняют своим смыслом общую идею! коммуникация интерьер персонаж
Не только отдельная вещь, но и дом целиком послужил темой для многих произведений. В рассказе "Дом с мезонином" А.П. Чехова (пример 1) воспоминания главного героя о дорогих сердцу людях так или иначе связаны с "милым, наивным, старым домом", равно, как и у С.А. Есенина (пример 2), дом ассоциируется с прошлой жизнью, вспоминаемой с любовью и грустью.
(1) Я постоял немного в раздумье и тихо поплелся назад, чтобы еще взглянуть на дом, в котором она жила, милый, наивный, старый дом, который, казалось, окнами своего мезонина глядел на меня, как глазами, и понимал все. Я прошел мимо террасы, сел на скамье около площадки для lawn-tennis, в темноте под старым вязом, и отсюда смотрел на дом. В окнах мезонина, в котором жила Мисюсь, блеснул яркий свет, потом покойный зеленый - это лампу накрыли абажуром [Чехов, 1985, с. 72].
(2) Низкий дом с голубыми ставнями,
Не забыть мне тебя никогда,-
Слишком были такими недавними
Отзвучавшие в сумрак года [Есенин, 1983, с. 190].
Интерьер дома и его архитектурный замысел (если мы говорим о частном владении) обязательно характеризуют своего хозяина с той или иной стороны. Поэтому всякий, кто впускает в свое жилище другого человека, рискует "рассказать" ему о себе, не говоря ни слова. Пристрастия и вкусы в исполнении дизайна интерьера дают возможность собеседнику получить информацию опосредованно и объективно. Если вербально солгать легко, то невербально практически невозможно. По утверждению Ж. Бодрийяра, "домашняя обстановка есть одно из проявлений переживания жизни" [Бодрийяр, 2001, с. 31], "дом становится символическим эквивалентом человеческого тела" [Там же, с. 32], "человека связывает с окружающими его вещами такая же (при всех оговорках) органическая связь, что и с органами его собственного тела" [Там же, с. 33].
Блистательно отразил суть своих персонажей с помощью интерьера Н.В. Гоголь в незабвенных "Мертвых душах". Кабинет Манилова (пример 3) говорит о своем хозяине, как о приятном человеке, страстью которого является табак.
(3) - Приятная комнатка, - сказал Чичиков, окинувши ее глазами.
Комната была, точно, не без приятности: стены были выкрашены какой-то голубенькой краской вроде серенькой, четыре стула, одно кресло, стол, на котором лежала книжка с заложенной закладкою, о которой мы уже имели случай упомянуть, несколько исписанных бумаг, но больше всего было табаку. Он был в разных видах: в картузах и в табачнице, и, наконец, насыпан был просто кучею на столе. На обоих окнах тоже помещены были горки выбитой из трубки золы, расставленные не без старания очень красивыми рядками.
Заметно было, что это иногда доставляло хозяину препровождение времени [Гоголь, 1984, с. 30].
Кабинет Ноздрева (пример 4) также свидетельствует о главном увлечении хозяина.
(4) Ноздрев повел их в свой кабинет, в котором, впрочем, не было заметно следов того, что бывает в кабинетах, то есть книг или бумаги; висели только сабли и два ружья.
Гостям были показаны турецкие кинжалы, шарманка и трубки [Там же, с. 74].
Дом Собакевича (пример 5) стал олицетворением крепости и прочности, как и сам хозяин.
(5) Помещик, казалось, хлопотал много о прочности. На конюшни, сараи и кухни были употреблены полновесные и толстые бревна, определенные на вековое стояние. (…) Даже колодец был обделан в такой крепкий дуб, какой идет только на мельницы да на корабли. Словом, все, на что ни глядел он, было упористо, без пошатки, в каком-то крепком и неуклюжем порядке [Там же, с. 93].
Если вид дома Собакевича только намекает о характере своего хозяина, то убранство гостиной (пример 6) полностью подтверждает догадки.
(6) Садясь, Чичиков взглянул на стены и на висевшие на них картины. На картинах все были молодцы, все греческие полководцы, гравированные во весь рост. (…) Хозяин, будучи сем человек здоровый и крепкий, казалось, хотел, чтобы и комнату его украшали тоже люди крепкие и здоровые. Возле Бобелины, у самого окна, висела клетка, из которой глядел дрозд темного цвета с белыми крапинками, очень похожий тоже на Собакевича [Там же, с. 94].
Но самым искусным описанием интерьера является дом Плюшкина (пример 7). Одиозная личность Плюшкина, ставшего именем нарицательным, гораздо более популярным, чем та же Коробочка или Собакевич, отразилась в устройстве его дома во всей своей "красе". Старые, непригодные вещи, разбросанные, где попало, говорят о мелочности и скупости хозяина.
(7) Каким-то дряхлым инвалидом глядел сей странный замок, длинный, длинный непомерно. Местами был он в один этаж, местами в два; на темной крыше, не везде надежно защищавшей его старость, торчали два бельведера, один против другого, оба уже пошатнувшиеся, лишенные когда-то покрывавшей их краски. Стены дома ощеливали местами нагую штукатурную решетку и, как видно, много потерпели от всяких непогод, дожей, вихрей и осенних перемен. Из окон только два были открыты, прочие были заставлены ставнями или даже забиты досками. Эти два окна, с своей стороны, были тоже подслеповаты; на одном из них темнел наклеенный треугольник из синей сахарной бумаги (…).
На бюре, выложенном перламутною мозаикой, которая местами уже выпала и оставила после себя одни желтенькие желобки, наполненные клеем, лежало множество всякой всячины: куча исписанных мелко бумажек, накрытых мраморным позеленевшим прессом с яичком наверху, какая-то старинная книга в кожаном переплете с красным обрезом, лимон, весь высохший, ростом не более лесного ореха, отломленная ручка кресел, рюмка с какою-то жидкостью и тремя мухами, накрытая письмом, кусочек сургучика, кусочек где-то поднятой тряпки, два пера, запачканные чернилами, высохшие, как в чахотке, зубочистка, совершенно пожелтевшая, которою хозяин, может быть, ковырял в зубах своих еще до нашествия на Москву французов.
По стенам навешано было весьма тесно и бестолково несколько картин (…). С середины потолка висела люстра в холстинном мешке, от пыли сделавшаяся похожею на шелковый кокон, в котором сидит червяк. В углу комнаты была навалена на полу куча того, что погрубее и что недостойно лежать на столах [Там же, с. 111-114].
Интерьер служит не только отражением характера и предпочтений хозяина, но и передает его амбиции и стремления. В намерения хозяина кабинета из примера (8) входило создать у посетителей впечатление могущества, заставить уважать и считаться с его мнением, подавить волю клиента еще до начала коммуникации, что существенно влияет на успех в деловой сфере.
(8) Кабинет Микеля Ван Тиссена был обставлен так, чтобы нокаутировать посетителя ощущением могущества. Могущество источали огромный персидский ковер, кожаный диван и стулья. Могущество источал антикварный письменный стол, превышавший своими размерами тюремную камеру в Радли. Могущество источали многочисленные электронные аксессуары, имевшиеся в распоряжении хозяина кабинета [Гришем, 2006, с. 306].
Вещи вплетаются в жизнь человека, как в тонкое полотно, создавая причудливый орнамент. Они характеризуют эпоху, культуру страны, имеют местный колорит и отражают фантазии, предпочтения, культурнообразовательную базу и стремления самого человека. Влияние вещей на успех коммуникации часто недооценивается, но при ближайшем рассмотрении становится ясно, что окружающая обстановка накладывает на процесс общения свой, уникальный отпечаток.
Список использованной литературы
1. Бодрийяр Ж. Система вещей. М.: Изд-во "Рудомино", 2001. 219 с.
2. Гоголь Н.В. Мертвые души // Гоголь Н.В. Собрание сочинений: в 8-ми т. М.: Изд-во "Правда", 1984. Т. 5. 320 с.
3. Гришем Дж. Брокер / пер. с англ. А.А. Файнагара. М.: АСТ; ХРАНИТЕЛЬ, 2006. 349 с.
4. Есенин С.А. Собрание сочинений: в 3-х т. М.: Изд-во "Правда", 1983. Т. 1. 432 c.
5. Чехов А.П. Собрание сочинений: в 12-ти т. М.: Изд-во "Правда", 1985. Т. 9. 447 c.