Исходная реплика респондента, открывающая анализируемый нами фрагмент неформального интервью, носит явный рекламный характер: парфюмер подчеркивает, что новые духи передают национальную направленность. Интервьюер, делаю попытку заполнить информационную лакуну, инициирует реплику со структурой альтернативного вопроса, стремясь выявить, для кого предназначена новая парфюмерная линия - для мужчин или женщин. В этом случае диалогическое действие интервьюера можно рассматривать как иллокутивно вынуждаемую реплику, поскольку ее реализация предопределяется информационной недостаточностью предшествующей реплики респондента.
Реагируя на реплику, респондент игнорирует иллокутивное намерение интервьюера, с опорой на эпитеты детализует утонченность новых духов. В целях получения искомой информации интервьюер перефразирует альтернативный вопрос, трансформируя его в вопрос общий, на который респондент опять-таки не дает точного ответа. В неформальном общении наблюдается иллокутивное рассогласование диалогических действий собеседников, которое, однако, не приводит к конфликтному разрешению коммуникации. По сравнению с фрагментом (1), в данном случае интервьюеру с опорой на диалогическую реплику со структурой альтернативного вопроса не удается добиться от респондента искомой информации. Если во фрагменте (1) диктумная часть альтернативного вопроса воздействует на модус респондента, приводит к перестройке его эмоционально-волевого состояния, то во фрагменте (2) подобная структура оформляется как диктумная реакция на диктумный компонент предшествующей реплики, при этом диктумные составляющие обеих реплик не согласуются между собой.
Во фрагментах (1) и (2) интервьюер задействует альтернативный вопрос как прагматическое средство манифестации коммуникативной стратегии стимулирования респондента к обнародованию информации,
Языкознание 141
неизвестной для читателей, а по отношению к самой целевой аудитории - стратегии стимулирования оценочных суждений о респонденте и информационного насыщения, которое удовлетворяет любопытство. Однако во фрагменте (2) данные стратегии оказываются безрезультатными. Возможно, это связано с тем, что респондент исходно нацелен не на вопросно-ответный обмен с интервьюером, а рекламное оповещение новой модной продукции. Субъект, дающий интервью, конструирует своеобразный коммуникативный компромисс, вступает в частичную оппозицию с интервьюером, приводя незапрашиваемые, хотя и интересные для читателей, факты о новой продукции. Реплики данного субъекта не заполняют информационную лакуну неформальной беседы, отличаются невысокой степенью кооперативности, поскольку не предопределяют положительный результат реализации намерений интервьюера, который задает альтернативный вопрос. При этом альтернативные вопросы в реплике интервьюера формируют автономный смысловой блок неформальной беседы, в прагматическом плане являются средством структуризации текста неформальной беседы. В ходе исследования, проведенного нами, мы пришли к заключению, что стимулирующие реплики со структурой альтернативного вопроса можно трактовать как прагматический индикатор нацеленности диалогического шага интервьюера не только на респондента, но и целевую читательскую аудиторию, которая предстает как действенным критиком, так и «зрителем» дискурсивной деятельности собеседников. Стимулирующие альтернативные вопросы задают неформальной беседе определенный ритм, дают возможность респонденту выразить оценочные суждения в ответной реплике. Эти суждения, в свою очередь, вызывают повышенный интерес со стороны читателя как незримого участника неформальной беседы.
Реплики со структурой альтернативного вопроса в речи журналиста проанализированы нами как конструктивный сегмент непринужденного взаимодействия участников неформального интервью, который моделирует обратную связь с читателями. По мнению интервьюера, эти структуры призваны переключить читательское внимание с оценочных суждений на предметный способ категоризации творческой деятельности респондента, которая также находится в фокусе неослабевающих интересов со стороны читателей.
Полученные нами результаты свидетельствуют о том, что альтернативные вопросительные структуры актуализуются в тех контекстах неформальной беседы, когда интервьюер предварительно сформулировал оценочное мнение о некотором положении дел, связанном с респондентом, но перспектива развития этой беседы требует таких процедур, как:
1) переключение фокуса внимания с модусной характеристики творческой деятельности интервьюируемого на диктальную информацию о его жизненной позиции (с целью недопущения диссонансного развития общения);
2) активирование дополнительных сведений о профессиональной деятельности интервьюируемого (с целью поддержания читательского внимания к повседневным проблемам, обсуждаемым в интервью).
Тексты неформального интервью занимают сильную позицию в еженедельных популярных журналах, отражают новые тенденции в моде, кино, спорте, повседневной жизни вообще. Взаимно вовлекая друг друга в непринужденный разговор, интервьюер и респондент ориентируются на образ целевой читательской аудитории. В конечном счете, этот образ предопределяет релевантность употребления альтернативных вопросов в неформальном интервью.
Литература
респондент модус реплика вопросительный
1. Азарова О.А., Кудряшов И.А. Когнитивный подход к исследованию неявного знания // Когнитивные исследования языка. 2015. № 21. С. 30-33.
2. Азарова О.А., Кудряшов И.А. Эмоции, язык, когниции: проблема взаимообусловленности в междисциплинарной перспективе // Международный научно-исследовательский журнал. 2016. № 10 (52). Ч. 3. С. 6-9.
3. Володина М.С. Средства связности в спонтанном диалогическом тексте: формальные и смысловые аспекты. Ростовна-Дону: АкадемЛит, 2017. 140 с.
4. Гаврилова Г.Ф. Предложение и текст: системность и функциональность. Ростов-на-Дону: АкадемЛит, 2015. 412 с.
5. Ерещенко М.В., Захарчук О.Е., Николаенко О.В. Проблема явного/неявного выражения речевых намерений в неформальном интервью // Культура и цивилизация. 2017. Т. 7. № 2А. С. 261-271.
6. Клеменова Е.Н., Кудряшов И.А. Диалогическое движение в современной лингвистике: прагматическое исследование личности в информационном обществе // Социокультурные среды и коммуникативные стратегии информационного общества: труды международной научно-теоретической конференции. СПб.: Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого, 2015. С. 281-289.
7. Комиссарова М.С., Кудряшов И.А. Проблема речевой компетенции собеседников в диалогическом взаимодействии // Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия: материалы V международной научно-практической конференции. Ростов-на-Дону: Донское книжное издательство, 2015. С. 158-165.
8. Котова Н.С., Кудряшов И.А. Эпистемический статус собеседников и эвиденциальные средства его манифестации в диалогическом взаимодействии // В мире научных открытий. 2015. № 11.2 (71). С. 1084-1095.
9. Кудряшов И.А., Макова Т.А. Организация воздействующего потенциала косвенных средств в диалоге // Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия: материалы IV международной научно-практической конференции. Ростов-на-Дону: Донское книжное издательство, 2014. С. 38-47.
10. A knowing nose. David Livingstone talks with Francis Kurkdjian, one of the most acclaimed - and intellectual - perfumers of our time // Men's Fashion. 2016. Spring. P. 48-49.
11. Ruth would have left me years ago if I wasn't funny. An interview with Eamonn Holmes, the columnist // Best. 2016. February. № 2. P. 23-24.