Священник Григорий Войтовский, посетивший в Стерлитамакском уезде шесть татарских деревень и несколько русских, доносил о крайне бедственном положении беженцев в татарских деревнях в материальном и религиозном отношении. О. Войтовский просил губернский совет о беженцах о переселении беженцев из татарских деревень в русские. Войтовский подал мысль, что беженцам следует предоставить в аренду на льготных условиях свободные земли для хлебопашества, чем со временем будет достигнуто лучшее обеспечение их. В связи с этим он обращал внимание членов Отдела на возможность решить этот вопрос арендой на льготных условиях принадлежащих банку земель, о чем заявлял через «Уфимские епархиальные ведомости» управляющий Уфимским отделением Крестьянского поземельного банка А.М. Снегирев [УЕВ, 1916, № 3, с. 113].
О том, что беженцы нуждались в белье, одежде и обуви, сообщал и командированный в Мензелинский уезд иеромонах Фома. По причине того, что о. Фома в целом доложил о хорошей организации склада в г. Мензелинске, отделом было решено всю материальную помощь для беженцев Мензелинского уезда сосредоточить в мензелинском складе, на что было ассигновано 5000 рублей [Башкирия …, 2014, с. 306].
Еще одним направлением работы уфимского епархиального духовенства стала забота о детях-беженцах, прибывших на территорию епархии. Однако уже в начале 1915--1916 учебного года церковно-школьная инспекция выявила недостаточное количество церковных школ в уездах для того, чтобы охватить учебным процессом всех детей-беженцев, особенно плачевной была ситуация в Белебеевском уезде. Уфимским епархиальным наблюдателем Леонидом Соловьевым указывалось, что в некоторых местах детей-беженцев, не принятых в школу, насчитывалось в ряде случаев от 25 до 50 детей (Чегодаевская, Раевкая, Ново-Карамалинская, Ново-Мартыновская Белебеевского уезда, Семеновская, НовоТроицкая, Серпиевская Уфимского уезда, Саткинская Златоустовского уезда и др.), а в некоторых уездах даже от 50 до 80 детей (Надеждинская, Михайловско-Шкапская, Исидоровская, Екатерино-Григорьевская Белебеевского уезда и др.). В связи с возникшей ситуацией Инспекция указывала на необходимость открытия специальных беженских школ и отдельных беженских комплектов. Для положительного решения вопроса епископ Андрей обратился с ходатайством к Западно-Русскому обществу об оказании материальной помощи и поручил церковно-школьной Инспекции епархии составить смету необходимых средств для обучения детей-беженцев в 1916 году. Сметой предусматривалось открытие в епархии 21 беженской церковной школы с 22 учительскими комплектами по уездам: в Белебеевском -- 8 школ (9 комплект.), в Уфимском уезде -- 9 школ, в Златоустовском уезде -- 2, в Мензелинском -- 1 и в Стерлитамакском -- 1 школа. На организацию церковно-школьного обучения по епархии требовалось 19 120 руб. К указанной сумме было заявлено ходатайство об отпуске средств на обувь и одежду детей в размере 2020 руб.
Одной из важных проблем в деле организации учебного процесса была необходимость в преподавательском составе, в связи с чем Епархиальный Училищный Совет обратился к эвакуированным Училищным Советам с просьбой о командировании в Уфимскую епархию свободных преподавателей, прибывших из оккупированных районов. Просьба Училищного Совета была удовлетворена, и в Уфимскую губернию прибыло из Холмского Епархиального Училищного Совета 8 человек.
Согласно свидетельствам отчета уфимского епархиального наблюдателя, в течение учебного года спрос беженцев на церковные школы возрастал. Так, Белебеевское уездное отделение должно было открыть, сократив смету, кроме 9, еще 4 новых беженских комплекта, которые в течение второй половины 1915-- 1916 учебного года и работали. Похожая ситуация была отмечена в Уфимском и Мензелинском уездных отделениях. С началом нового учебного года церковно-школьное управление епархии возбудило ходатайство перед Беженским Комитетом о выделении средств на организацию еще 9 специально-беженских комплекта. Для обучения и проживания 321 ребенка было необходимо 7847 руб. Особенно остро вопрос об открытии школ стоял в Мензелинском уезде. Отметим, что материалы инспекторских отчетов свидетельствуют о том, что на отпущенные средства детям-беженцам были куплены все необходимые для учебного процесса книги, письменные принадлежности, в открытые школы специально приобретены мебель, шкафы, столы, стулья, учебные и наглядные пособия. На выделенные 2020 руб. нуждающимся детям были куплены одежда и обувь. Показательно, что дети-беженцы были лучше обеспечены учебными материалами -- пособиями и учебниками -- по сравнению с остальными учащимися [УЕВ, 1917, № 3-4, с. 101--102].
Согласно статистическим данным, представленным исследователями С.А. Пьянковым и Н.А. Михалевым, численность зарегистрированных беженцев на декабрь 1916 года составляла 76 457 человек, а в июне 1917 года -- 68 723 человека [Пьянков и др., 2014, с. 334]. Эти данные подтверждаются материалами местного статистического беженского Комитета [УЕВ, 1917, № 3-4, с. 98]. Это свидетельствовало о том, что менее чем за два года инициативой епархиального духовенства, местных органов управления и самоуправления, а также частных лиц удалось организовать разноплановые формы помощи прибывшему населению. Уфимское епархиальное духовенство внесло свой посильный вклад в дело организации моральной и материальной помощи беженцам на территории Уфимской губернии.
Литература
беженец губерния военный
1. Башкирия в годы Первой мировой войны. 1914--1918: сборник документов и материалов / сост. Р.Н. Рахимов [и др.] -- Уфа: Китап, 2014. -- 488 с.
2. УЕВ -- Уфимские епархиальные ведомости.
3. Устав Всероссийского общества попечения о беженцах. -- Томск, 1916. -- 10 с.
4. Уфимская жизнь. -- 1915. -- 1 ноября.
5. Уфимские губернские ведомости. -- 1916. -- 27 апреля.
6. Масалимов А.С. Беженцы и военнопленные Первой мировой войны в Уфимской губернии / А. С. Масалимов, Т.С. Масалимов // Вестник ВЭГУ. -- 2007. -- № 2 (31/32). -- С. 145--151.
7. Павлова О.С. Деятельность Уфимского епархиального попечительного о беженцах Комитета в 1915--1917 гг. / О.С. Павлова // Актуальные вопросы общественных наук: социология, политология, философия, история: сборник статей по материалам LII международной научно-практической конференции. -- Новосибирск: СибАК, 2015. -- С. 45--49.
8. Пьянков С.А. Беженцы первой мировой войны на Урале: численность, размещение, состав / С.А. Пьянков, Н.А. Михалев // Институты развития демографической системы общества: V Уральский демографический форум: сборник материалов. -- Екатеринбург: Институт экономики УрО РАН, 2014. -- С. 332--339.
9. Северюхин Д.Я. Всероссийское общество попечения о беженцах [Электронный ресурс] / Д.Я. Северюхин. -- Режим доступа: http://encblago.lfond.spb.ru/ showObject.do?object=2806450131.
10. Туманова А.С. Организационно-правовое обеспечение беженства в годы Первой мировой войны / А.С. Туманова // Вестник Московского городского педагогического университета. -- № 1(11). -- 2013. -- С. 50--59.