Браки в старообрядчестве
Канатьева Наталья Сергеевна
ФГБОУ ВО «Астраханский государственный университет».
Аннотация
В статье исследуются проблемы брака в старообрядчестве, русском феномене, инициированным религиозными реформами царя Алексея Михайловича и патриарха Никона. Государственный гнёт над старообрядчеством доходил до такой степени, что даже самые частные и личные стороны жизни древлеправославных жёстко регламентировались и сопровождались массой притеснений. Правительство и господствующая православная церковь вполне сознательно и последовательно проводили политику отказа старообрядцам в легитимации их браков, запрещая венчание по старому, дониконовскому, обряду и введение собственных метрических книг. В разные исторические периоды, начиная с царствования Петра I и до Указа Александра II в 1874 году, совершение браков между старообрядцами обкладывалось пошлинами и штрафами или приравнивалось к уголовному преступлению, в том числе за недонесение о свершившемся браке. Подобная практика приводила к многочисленным злоупотреблениям и коррупции: двоежёнству, отказе в наследственных имущественных правах, признании законными наследников и вдов. Позиция православной церкви касательно её взглядов на институт семьи приводила к необходимости разделения гражданской и религиозной сторон в браке. С другой стороны, непримиримые противоречия в вопросах брака и семейного права чаще всего порождали различные старообрядческие и сектантские группы. Анализируются наиболее распространённые формах брака в наиболее крупных старообрядческих общинах, поповщине и беспоповщине. Самым распространённым способом вступить в брак для старообрядцев-поповцев был так называемый «уход», «увод», «тихоматный брак», или «самокрутка», заключавшийся в побеге невесты к жениху и последующему венчанию в православной церкви, с наложением общинной или семейной епитимии впоследствии. Беспоповцы, в частности, федосеевцы, отличались большим разнообразием форм семейной жизни, от полного безбрачия у бегунов до промискуитета в московской Преображенской общине. В 1874 году Александр II подписал метрические правила, по которым признавались старообрядческие браки, а дети, рождённые в таких браках, считались законными.
Ключевые слова старообрядчество; поповщина; беспоповщина; легитимность брака; законнорожденность детей; наследственные права
MARRIAGE IN OLD BELIEF'S TRADITION. Natalya Sergeevna Kanateva Astrakhan State University.
старообрядчество брак религиозный царь
Abstract
The article investigates the problems of marriage in the Old Belief, the Russian phenomenon, initiated by religious reforms of Tsar Alexei Mikhailovich and Patriarch Nikon. The state oppression of the Old Believers reached such an extent that even the most private and personal aspects of life of the Old Orthodox were strictly regulated and accompanied by a mass of oppressions. The government and the ruling Orthodox Church quite consciously and consistently pursued a policy of denying the Old Believers the legitimacy of their marriages, prohibiting marriage according to the old, Pre-Nikon rites and the introduction of their own metric books. In different historical periods, from the reign of Peter the Great to the Decree of Alexander II in 1874, the marriage between the Old Believers was subject to duties and fines or equated to a criminal act, including for not informing about that. This practice led to numerous abuses and corruption: bigamy, denial of inheritance rights, recognition of heirs and widows as legal heirs. The position of the Orthodox Church regarding its views on the institution of the family led to the need to separate the civil and religious elements in the marriage. On the other hand, irreconcilable contradictions in matters of marriage and family law most often gave rise to various Old Believers' and sectarian groups. The most common forms of marriage in the largest Old Believers' communities, the Popovtsy and Bezpopovtsy are analyzed. The most common way to marry Old Believers was the so-called «ukhod», «uvod», «tikhomatniy marriage», or «samokrutka», which consisted in the escape of the bride to the groom and the subsequent marriage in the Orthodox Church, with the imposition of community or family epithemium later. Among the Bespopovtsy, particularly the Fedoseevtsy there were a great variety of forms of family life, from complete celibacy among the Beguny to promiscuity in the Moscow Preobrazhenskaya community. In 1874, Alexander II signed the metric rules, according to which the Old Believers' marriages were recognized, and children born in such marriages were considered legal.
Keywords the Old Believers; Popovtsy; Bezpopovtsy; the legitimacy of marriage; law-born children; inheritance rights
Введение
Раскол русской православной церкви 1653-1667 годов, инициированный царём Алексеем Михайловичем и воплощённый патриархом Никоном, официально затянулся на долгих 250 лет, до Указа об укреплении начал веротерпимости императора Николая II, подписанного 17 апреля 1905 года. За эти годы старообрядцы, т.е. те, кто не принял «новин» Никона, прошли трудный путь. В зависимости от личности правителя государства, находящегося на троне, им приходилось умирать за веру и покидать родину, гореть на кострах самосожжений и создавать форпосты цивилизации в безлюдных местах, платить двойную пошлину и носить особую одежду, скрываться для исполнения богослужений и искать епископа за рубежом. Государственный гнёт над старообрядчеством доходил до такой степени, что даже самые частные и личные стороны жизни древлеправославных жёстко регламентировались и сопровождались массой притеснений. Вступление в брак старообрядцев являлось одной из таких сторон и находилось полностью под государственным контролем.
Старообрядчество никогда не было единым. Вопрос о возможности брака в то время, как Антихрист воцарился в мире и вот - вот грядёт Апокалипсис, явился во многом ключевым для всего древлеправославия и разделил его на многочисленные толки и согласия. Другими словами, непримиримые противоречия в вопросах брака (т.е., по выражению Эткинда, «разрешённого секса» (29, стр. 70) и семейного права чаще всего порождали различные старообрядческие и сектантские группы.
«Институт брака в Российской империи был включён в семейное право» (Вахромеева, 2017, стр. 7), и с юридической точки зрения всё было достаточно ясно сформулировано: «брак был санкционируемой и регулируемой обществом формой отношений между мужчиной и женщиной, определявшей права и обязанности относительно друг друга и их детей. Закон определял брак как пожизненный половой союз супругов» (Вахромеева, 2017, стр. 7). В то же время православная церковь смотрела на брак иначе: «Согласно церковному праву, юридические отношения в браке признавались второстепенными, тогда как первенство принадлежало обязательным нравственным отношениям, по которым жена и муж взаимно принимали на себя обязанности по заботе друг о друге» (Вахромеева, 2017, стр. 7). На практике это выливалось в «брачный хаос» по выражению знаменитого юриста И.Г. Оршанского: «в брачном хаосе ясно только одно: высокие слова не всегда соответствуют возвышенным делам» (Оршанский, 1879, стр. 177).
В частности, Оршанский указывал: «запрещая гражданские браки, например, для раскольников, церковь превращалась в «бракоборца», преследовавшего стремление человека к созданию новой семьи. Влиятельная позиция православной церкви на институт семьи приводила к необходимости разделения гражданской и религиозной стороны в браке» (Оршанский, 1877, стр. 178-183). Н.С. Суворов в своей монографии «Гражданский брак» заявлял прямо и недвусмысленно: «русское законодательство со всею решительностию поддерживает религиозный брак, ему именно придавая законную силу и юридические последствия. И нет сомнения, что религиозный брак вполне отвечает духу и потребности русского народа» (Суворов, 2015, стр. 74).
Заметим, что множество дореволюционных работ о браках, в частности, о старообрядческих браках, принадлежат перу юристов - и это совсем неудивительно, т.к. отказ церкви и государства в легитимации брака значительной части населения по религиозным причинам являл собой юридический и правовой казус. Помимо уже упомянутой статьи И.Г. Оршанского, к таким работам относятся статьи К. Верещагина «К вопросу о регистрации браков раскольников», А. Боровиковского «О семейном праве раскольников», В. Розенблюма «Наказуемость двоежёнства у раскольников», С.Б. Гомолицкого «Брак раскольников по закону 19 апреля 1874 года. Введён ли им гражданский брак?», монографии Н.С. Суворова «Гражданский брак» и того же И.Г. Оршанского «Исследования по русскому праву обычному и брачному» (Оршанский, 1874; Верещагин, 1885; Боровиковский, 1873; Розенблюм, 1895; Гомолицкий, 1901; Суворов, 2015; Оршанский, 1879).
Пол Верт, американский исследователь иноверия в Российской империи, считал, что государство вполне сознательно и последовательно проводило политику отказа старообрядцам в легитимации их браков. По его мнению, «исторически государство воздерживалось от введения метрических книг у русских раскольников, опасаясь, что это будет воспринято как официальное признание их разрыва с православной церковью. Поэтому когда раскольники в Москве попросили разрешения им вести метрические книги в 1837 году, правительство ответило, что выполнение этой просьбы - т.е. предоставление раскольникам права вести записи как раскольникам (выделение авторское - НК) - может «давать расколу вид законности и чрез то служить к укреплению раскола» Автор ссылается на «Полное собрание постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи. Собрание постановлений по части раскола. СПб, 1875, стр. 204 (19). (Верт, 2012, стр. 136-137).
Другая американская исследовательница русского религиозного диссидентства в николаевское время Ирина Перт отмечала: «Между 1839 и 1874 годами государство (Российская империя - НК) признавало преступлением и преследовало браки старообрядцев и других религиозных диссидентов. Основанное на идеологических и правовых предпосылках, это преследование систематически осуществлялось во время правления Николая I (1825-55)» (Paert, 2004).
В Российской империи признавался легитимным и законным лишь церковный брак, совершенный в храмах Русской православной церкви, с соответствующей записью во второй части Метрической книги, которая так и называлась: «О бракосочетаниях». До 1874 года старообрядческие браки, совершённые в любой другой форме, в том числе венчание старообрядцев -поповцев «бегствующими» священниками Русской православной церкви, официально не признавались. Так открывалось обширное поле для злоупотреблений. Например, дети, рождённые в этих «браках», считались незаконнорожденными и не могли претендовать на наследство. Соответственно, овдовевшие жёны, которые могли в таком «браке» прожить всю свою жизнь, также никаких наследственных вдовьих прав не имели. К тому же, были и случаи многожёнства - при наличии жены-старообрядки считавшийся холостым сожитель вполне мог обвенчаться в Русской православной церкви с другой женщиной и иметь, таким образом, двух жён.
Таким образом, проблема старообрядческих браков в Российской империи существовала продолжительный период, ограничивая право её граждан на осуществление легитимных семейных отношений и создавая массу злоупотреблений во многих сферах жизни.
Статья посвящена проблемам признания государством старообрядческих браков, особенностям их осуществления в двух крупнейших старообрядческих общинах, поповщинской и беспоповщинской.
В статье применены идеографический (описательно - повествовательный), сравнительно-исторический и ретроспективный методы исторического исследования. Основными источниками для написания статьи послужили дореволюционные издания «Полного собрание законов Российской империи» и «Полного собрания постановлений и распоряжений по ведомству православного исповедания Российской империи», что и предопределило выбор методов исследования. Кроме того, были использованы работы миссионерской направленности, в частности, Н.С. Смирнова и И. Нильского, Ф.В. Ливанова, труды юристов-правоведов И.Г. Оршанского и Н.С. Суворова, исследования современных отечественных и зарубежных исследователей старообрядчества и сектантства С.А. Зеньковского, А.Л. Эткинда, О.Б. Вахромеевой, В.В. Никонова, Ирины Перт и Пола Верта, а также члена Российского совета Древлеправославной поморской церкви К.Я. Кожурина.
Основная часть
Профессор церковного права Н.С. Суворов считал, что исконное стремление русского народа к религиозному браку, совершающемуся посредством венчания, особенно наглядно видно на примере русского религиозного диссидентства:
«Наши русские сектанты, русские диссиденты, как староверческого, так и рационалистического направления, по отделении от церкви, сохранили в себе непреодолимое стремление к религиозной форме заключения браков. Раскольники-поповцы, при всем неудобстве добывать себе беглых попов, всё-таки не выдумали никакой другой формы вступления в брак, кроме церковного венчания с участием священника, который, разумеется, должен совершать обряд венчания по старым книгам и с старыми обрядами, например, с хождением посолонь вокруг налоя. Что же касается беспоповцев, то они явили миру поразительный пример приверженности русского человека к церковному венчанию» (Суворов, 2015, стр. 77).
Зеньковский также утверждал присущее старообрядцам стремление к «возможности нормальной христианской жизни на земле» (Зеньковский, 2009, стр. 308).
«Поиски нового социального порядка всегда связаны с поисками нового сексуального порядка» (Эткинд, 2013, стр. 70). В беспоповщине две самые крупные группы внутри беспоповщины, федосеевцы, отрицающие брак, и поморцы, признающие его, на протяжении более чем ста лет пытались убедить друг друга в собственной правоте, но так и не добились единого мнения в этих вопросах.