августа 1995 года сараевский рынок Маркале был обстрелян ракетами. Погибли 37 человек, ранения получили более 80. Виновными в результате очень грубо проведённого расследования признали сербов, хотя по предварительным выводам, «по горячим следам», было сделано заключение, что снаряды прилетели скорее с мусульманской стороны Сараево.
Тем не менее, события в Сараево в конце августа 1995 года послужили поводом для нанесения авиацией НАТО бомбовых ударов по позициям боснийских сербов в районе столицы БиГ. В августе-сентябре с ведома Совбеза ООН авиация Альянса совершала серию налётов на военные и промышленные объекты на территории РС. С 30 августа по 14 сентября было произведено 5515 атак с воздуха. Сербские войска были поставлены на грань катастрофы. Одновременно с бомбардировкой НАТО мусульмано-хорватские силы провели успешное наступление на сербские территории в Западной Боснии. Ситуация в военном противостоянии поменялась с калейдоскопической быстротой. Сербы, у которых серьёзный урон понесла система ПВО, а также была полностью нарушена связь, стали оставлять свои позиции. В результате военной катастрофы в начале сентября 1995 года сербы оставили 4 тыс. кв.км. территории с большинством сербского населения. Военное поражение заставило руководство боснийских сербов начать мирные переговоры. 12 октября были подписаны соглашения о прекращении огня. Однако хорваты продолжали обстреливать различные объекты на территории РС.
Мирные переговоры завершились в ноябре в Дейтоне (США, штат Огайо). А официальное подписание мирного соглашения по Боснии и Герцеговине состоялось 14 декабря 1995 года в Париже. В соответствии с этим соглашением, БиГ становилась единым государством, состоявшим из двух субъектов - Мусульмано-Хорватской Федерации и Республики Сербской. Сразу после подписания соглашений в Дейтоне, в декабре 1995 года, Совет Безопасности ООН объявил о начале новой миротворческой операции силами по выполнению Соглашения. Контингент численностью 60 тыс. человек, из которых 10 тыс. были из стран, не входящих в НАТО, (в том числе и из России) должны были обеспечивать условия соблюдения мирных соглашений. Четырёхлетняя война в БиГ была завершена. План Контактной группы был приведён в исполнение.
По некоторым данным, в ходе войны погибло 200 тыс. человек, более 500 тыс. было ранено. Число беженцев и перемещённых лиц составило более трёх миллионов человек. В Боснии и Герцеговине война, охватившая территорию бывшей СФРЮ, приняла наиболее ожесточённый характер. Основной пострадавшей стороной стали мирные жители.
3. Международное сообщество и боснийский кризис
В январе 1992 г. Босния и Герцеговина обратилась к Европейскому сообществу о признании ее независимости, депутаты-сербы покинули парламент, бойкотировали его дальнейшую работу и отказались от участия в референдуме, на котором большинство населения высказалось за создание суверенного государства. В ответ местные сербы создали свою Скупщину, а когда независимость Боснии и Герцеговины признали страны ЕС, США, Россия, сербская община объявила о создании Сербской республики в Боснии. Противостояние переросло в вооруженный конфликт, с участием различных вооруженных формирований, начиная от мелких вооруженных групп и заканчивая ЮНА. Босния и Герцеговина на своей территории имела огромное количество техники, вооружения и боеприпасов, которые находились там на хранении или были оставлены покинувшей республику ЮНА. Все это стало прекрасным горючим для разгоревшегося вооруженного конфликта.
В своей статье бывший премьер-министр Великобритании М. Тэтчер писала: «В Боснии происходят страшные вещи, и, похоже, будет еще страшней. Сараево подвергается непрерывному обстрелу. Горажде осаждено и вот-вот будет занято сербами. Там, вероятно, начнется массовая резня… Такова сербская политика «этнической чистки» то есть изгнания из Боснии несербского населения…
С самого начала якобы независимые сербские военные формирования в Боснии действуют в тесном контакте с главным командованием сербской армии в Белграде, которое фактически содержит их и снабжает всем необходимым для ведения войны. Западу следует предъявить правительству Сербии ультиматум, потребовав, в частности, прекратить экономическую поддержку Боснии, подписать соглашение о демилитаризации Боснии, способствовать беспрепятственному возвращению в Боснию беженцев и др.»
Прошедшая в августе 1992 г. в Лондоне международная конференция привела к тому, что лидер боснийских сербов Р. Караджич обещал вывести войска с оккупированной территории, передать под контроль ООН тяжелое вооружение, закрыть лагеря, в которых содержались мусульмане и хорваты. С. Милошевич согласился допустить международных наблюдателей в подразделения ЮНА, находившихся в Боснии, обязался признать независимость Боснии и Герцеговины, уважать ее границы. Стороны свои обещания выполнили, хотя миротворцам еще не раз приходилось призывать враждующие стороны к прекращению столкновений и перемирию.
Очевидно, что международное сообщество должно было потребовать от Словении, Хорватии и затем Боснии и Герцеговины дать определенные гарантии национальным меньшинствам, проживающим на их территории. В декабре 1991 г., когда война шла в Хорватии, ЕС приняло критерии признания новых государств в Восточной Европе и в бывшем Советском Союзе, в частности, «гарантий прав этнических и национальных групп и меньшинств в соответствии с обязательствами, принятыми в рамках СБСЕ; уважение нерушимости всех границ, которые не могут быть изменены иначе как мирными средствами с общего согласия». Этот критерий не очень строго соблюдался, когда речь шла о сербских меньшинствах.
Интересно, что Запад и Россия на этом этапе могли предотвратить насилие в Югославии, сформулировав четкие принципы для самоопределения и выдвинув предварительные условия признания новых государств. Юридическая база имела бы огромное значение, поскольку оказывает решающее влияние на такие серьезные вопросы, как территориальная целостность, самоопределение, право на самоопределение, права национальных меньшинств. Россия, безусловно, должна была быть заинтересована в выработке таких принципов, поскольку она сталкивалась и до сих пор сталкивается с подобными проблемами на пространстве бывшего СССР.
Но особенно поразительно то, что после кровопролития в Хорватии ЕС, а за ним США и Россия повторили ту же ошибку в Боснии, признав ее независимость без каких-либо предварительных условий и без учета позиции боснийских сербов. Необдуманное признание Боснии и Герцеговины сделало неизбежной там войну. И хотя Запад заставил боснийских хорватов и мусульман сосуществовать в одном государстве и совместно с Россией пытался оказать давление на боснийских сербов, структура этой федерации все-таки искусственна, и многие не верят, что она продержится долго.
Заставляет задуматься и предвзятое отношение ЕС именно к сербам как самым главным виновникам конфликта. В конце 1992 - начале 1993 гг. Россия несколько раз поднимала в Совете Безопасности ООН вопрос о необходимости повлиять на Хорватию. Хорваты инициировали несколько вооруженных столкновений в Сербской Крайне, сорвав встречу по проблеме Краины, организованную представителями ООН, они пытались взорвать гидроэлектростанцию на территории Сербии, - ООН и другие организации не сделали ничего, чтобы их остановить.
Та же терпимость отличала отношение международного сообщества к боснийским мусульманам. В апреле 1994 г. боснийские сербы были подвергнуты НАТО ударам с воздуха за свои атаки на Горажде, истолкованные как угроза для безопасности личного состава ООН, хотя некоторые из этих атак были спровоцированы мусульманами. Поощряемые снисходительностью международного сообщества, боснийские мусульмане прибегли к той же тактике в Брчко, Тузле и других мусульманских анклавах под защитой сил ООН. Они старались спровоцировать сербов атаками на их позиции, поскольку знали, что сербы опять будут подвергнуты налетам натовской авиации, если только попытаются предпринять ответные действия.
МИД России к концу 1995 г. находился в крайне трудном положении. Политика государства на сближение с Западом привела к тому, что практически все начинания западных стран по урегулированию конфликтов Россия поддерживала. Зависимость российской политики от очередных валютных займов вела к быстрому продвижению НАТО в роли руководящей организации. И все же попытки России по урегулированию конфликтов не пропали зря, заставляя периодически садиться противоборствующие стороны за стол переговоров. Осуществляя политическую активность в дозволенных ей западными партнерами границах, Россия перестала быть фактором, определяющим ход событии на Балканах. Россия в свое время голосовала за установление мира военным путем в Боснии и Герцеговине с применением сил НАТО. Имея на Балканах военный полигон, НАТО уже не представлял иного пути решения любой новой проблемы, кроме вооруженного.
4. «Дейтонская» Босния и Герцеговина (1996-настоящее время)
Дейтонские соглашения - соглашение о прекращении огня, разделении враждующих сторон и обособлении территорий, положившее конец гражданской войне в Республике Босния и Герцеговина 1992-1995 гг. Согласовано 21 ноября 1995 года на военной базе США в Дейтоне (штат Огайо), подписано 14 декабря 1995 года в Париже лидером боснийцев Алиёй Изетбеговичем, президентом Сербии Слободаном Милошевичем и президентом Хорватии Франьо Туджманом.
Мирные переговоры проходили при активном участии США, которые предложили создание боснийско-хорватской федерации. Договор о прекращении Хорватско-боснийского конфликта и создании Федерации Боснии и Герцеговины был подписан в Вашингтоне и Вене в марте 1994 года премьер-министром Республики Босния и Герцеговина Харисом Силайджичем, министром иностранных дел Хорватии Мате Граничем и президентом Герцег-Босны Крешимиром Зубаком. Боснийские сербы отказались присоединиться к этому договору.
Непосредственно перед подписанием Дейтонского соглашения, в августе-сентябре 1995 года авиация НАТО провела воздушную операцию «Обдуманная сила» против боснийских сербов, которая сыграла роль в остановке сербского наступления и некотором изменении военной ситуации в пользу боснийско-хорватских сил.
Соглашение состояло из общей части и одиннадцати приложений. На территорию Республики Босния и Герцеговина вводился контингент войск НАТО - 60 тысяч солдат, половина из которых - американцы.
Предусматривалось, что государство Босния и Герцеговина должно состоять из двух частей - Федерации Боснии и Герцеговины и Республики Сербской. Столицей осталось Сараево. Житель Республики Босния и Герцеговина мог быть гражданином как объединённой республики, так и одного из двух образований. Сербы получили 49 % территории, боснийцы и хорваты - 51 %.
Горажде отходило боснийцам, оно соединялось с Сараево коридором, который контролировали международные силы. Сараево и прилегающие к нему сербские районы переходили в боснийскую часть. Точное прохождение границы внутри района Брчко должна была определить Арбитражная комиссия.
Соглашение запретило обвинённым Международным трибуналом по бывшей Югославии занимать государственные должности на территории Республики Босния и Герцеговина. Таким образом от власти были отстранены Радован Караджич, Ратко Младич, Дарио Кордич и другие лидеры боснийских сербов и хорватов.
Функции главы государства передавались Президиуму, состоящему из трёх человек - по одному от каждого народа.
Законодательная власть должна была принадлежать Парламентской скупщине, состоящей из Палаты народов и Палаты представителей. Треть депутатов избирается от Республики Сербской, две трети - от Федерации Боснии и Герцеговины. При этом вводилось «вето народа»: если большинство депутатов, избранных от одного из трёх народов, голосовали против того или иного предложения, оно считалось отвергнутым, несмотря на позицию других двух народов.
В целом, полномочия центральных властей, по соглашению, были весьма ограниченными. Реальная власть передавалась органам Федерации и Республики Сербской. Вся система должна была работать под наблюдением Верховного представителя по Боснии и Герцеговине.
Сегодня обстановка кардинально отличается от той, в которой проходили международные переговоры по созданию «дейтонской» Боснии и Герцеговины. В 1995 году в скорейшем завершении кровопролитной и разрушительной боснийской войны были заинтересованы не только ключевые международные представители, но и все участвовавшие в переговорах главы балканских государств - серб Слободан Милошевич, хорват Франьо Туджман и боснийский мусульманин Алия Изетбегович. В целом с единых позиций выступали тогда и международные посредники: спецпредставитель президента США на Балканах Ричард Холбрук, эмиссар Европейского союза Карл Бильдт и российский заместитель министра иностранных дел, спецпредставитель президента России Бориса Ельцина на Балканах Игорь Иванов. Как не без оснований подчеркивал позднее главный творец дейтонской дипломатии Ричард Холбрук, Дейтон на несколько дней стал «временным центром международного мира».
Закрепить единство страны и равноправие населявших ее народов был призван высший орган исполнительной власти в Боснии и Герцеговине - коллективный Президиум. В его состав вошли по одному представителю от сербов, хорватов и мусульман, заступавшие на пост председателя Президиума на основе ротации и принимавшие решения консенсусом. Был создан также единый парламент, треть депутатов которого избиралась от Республики Сербской и две трети - от Мусульмано-хорватской федерации. Третьим элементом обеспечения единства послевоенной Боснии и Герцеговины стали центральные министерства: иностранных дел, внешнеэкономических сношений, финансов, юстиции и по делам беженцев. Остальные вопросы были отнесены к ведению органов власти двух субъектов, в которых учреждались посты президентов, создавались парламент и правительство, а также собственные вооруженные силы и полицейские подразделения.
Дейтонская система отличается сложностью и даже запутанностью. Однако представители России, США и Евросоюза понимали, что только таким путем можно сохранить хрупкое единство страны, а главное - избежать новых межэтнических конфликтов. Как показали последующие выборы в центральные и местные органы власти, среди населения обоих субъектов Боснии и Герцеговины продолжают пользоваться популярностью националистические партии и движения. В частности, именно они одержали победу на последних по времени местных выборах в октябре 2008 года - причем в обстановке повышенной активности избирателей. Результаты Союза независимых социал-демократов Милорада Додика, например, улучшились по сравнению с предшествовавшими выборами более чем в два раза. Мусульманская националистическая Партия демократического действия и Хорватское демократическое содружество, основанное еще Франьо Туджманом, победили среди своих соплеменников.
«Дейтонские соглашения создали не самую худшую модель урегулирования кровопролитного балканского конфликта. За десять с лишним лет международное сообщество так и не создало на Балканах другой модели, способной урегулировать сложные этнические и конфессиональные проблемы региона, - свидетельствует директор Института славяноведения РАН, специалист по истории Боснии и Герцеговины Константин Никифоров. - Проблема в том, чтобы не допускать перекосов в пользу того или иного субъекта, не ущемлять предоставленных им прав». По его словам, «от «дейтонской» Боснии возможно движение как в сторону большего унитаризма, так и в сторону усиления центробежных сил, вплоть до распада государства». Однако, игнорируя эту специфику, «вместо того, чтобы укреплять и совершенствовать дейтонскую модель, международное сообщество взяло курс на постепенное лишение боснийских сербов их основополагающих прав».
В настоящее время наблюдается все больший перекос в сторону насильственной и ускоренной унитаризации Боснии и Герцеговины. Это засвидетельствовали состоявшиеся в октябре 2009 года два раунда переговоров лидеров боснийских сербов, хорватов и мусульман на авиабазе НАТО, занимающей часть территории международного сараевского аэропорта Бутмир. Антураж дискуссий прозрачно намекал на своеобразный «Дейтон-2». Однако если в ноябре 1995 года международные посредники требовали от сторон боснийского конфликта согласиться на раздел политической ответственности между тремя государствообразующими народами, то в последние недели речь зашла о фактическом демонтаже дейтонского устройства вопреки открыто негативной позиции боснийских сербов и скрытому недовольству хорватов. От властей боснийской Республики Сербской в ультимативной форме требуют отказаться от гарантированных Баня-Луке полномочий и, в частности, от права вето при принятии государственных решений. Данные требования, облеченные в форму конституционной реформы, означают по сути превращение Боснии и и Герцеговины в унитарное государство, власть в котором будет принадлежать боснийским мусульманам.