Центр ближневосточных исследований Института международных исследований МГИМО МИД России
БОРЬБА ЗА ПРЕСТОЛОНАСЛЕДИЕ В САУДОВСКОЙ АРАВИИ
Андрей Васильевич Федорченко
д-р. экон. наук, профессор, директор
Аннотация
саудовская аравия внутриполитический руководство
Статья посвящена проблеме престолонаследия в Саудовской Аравии. Несмотря на то что аравийские монархии пока остаются вне зоны «арабской весны», за кажущимся спокойствием скрываются обострившиеся в последнее время внутриполитические и социальные противоречия, экономические проблемы. Внутриполитическая модернизация тесно связана со сменой поколений в высшем руководстве. Страна стоит на пороге изменения действовавшей в течение многих десятилетий системы престолонаследия, при которой власть переходила от одного к другому сыну основателя саудовского государства короля Ибн Сауда. Сегодня, когда реальных претендентов на престол среди этой группы королевских родственников почти не осталось, в борьбу за власть вступает третье поколение семьи Саудов. Проанализировано влияние «дела Хашогги» на ход борьбы за власть. В прогнозной части рассматриваются перспективы реформирования саудовского общества, развития партнерских отношений между Россией и Королевством.
Ключевые слова: Саудовская Аравия, престолонаследие, правящая семья, смена поколений, дело Хашогги, российская внешняя политика.
Annotation
The Fight for Succession in Saudi Arabia
Andrey Fedorchenko, Doctor Habilitated (Economics), Professor, Director, Center for Middle Eastern Studies, Institute for International Studies, MGIMO-University.
The article is devoted to the study of the succession problem in Saudi Arabia. Despite the fact that the Arabian monarchies so far remain outside the zone of the "Arab spring", domestic political and social conflicts, economic problems are escalated here hiding behind the apparent tranquility. Internal political modernization is closely connected with the change of generations in the top leadership. The country is on the verge of changing the succession system that has existed for many decades, in which power passed from one to the other son of the founder of the Saudi state, King Ibn Saud. Today, when there are almost no real candidates for the throne among this group of royal relatives, the third generation of the Saudi family is entering the struggle for power. The influence of the "Khashoggi case" on the course of the struggle for power is analyzed. The forecast part examines the prospects for reforming of Saudi society, the development of partnerships between Russia and the Kingdom.
Keywords: Saudi Arabia, succession to the throne, ruling family, generational change, Khashoggi case, Russian foreign policy.
Основная часть
Аравийские монархии пока остаются вне зоны арабской «оттепели». Властям этих стран удалось сохранить политическую и социальную стабильность, в основе которой многие годы было сочетание трех факторов. Во-первых, доходы от экспорта углеводородов давали возможность устранять реальные и потенциальные очаги социального протеста. Во-вторых, режимы поддерживали союзнические отношения с консервативными религиозными кругами и лидерами племенных кланов. В-третьих, национальная безопасность гарантировалась западными державами, в первую очередь США.
Несмотря на возникшие оппозиционные настроения, монархам удавалось сохранять поддержку большинства населения своих стран. Характер отношений между правителями и их подданными в течение длительного времени можно охарактеризовать словами кувейтского эмира, выступавшего в апреле 2007 г. перед представителями правящей семьи: «Мы не найдем народа лучше, чем народ Кувейта, а народ Кувейта не найдет лучшей правящей семьи...» Аль-Ватан. 2007. 15 апреля..
Но за кажущимся спокойствием скрываются обострившиеся в последнее время внутриполитические и социальные противоречия, экономические проблемы. Для более или менее успешного ответа на вызовы «арабской весны» аравийским монархиям придется осуществлять в той или иной форме внутриполитическую модернизацию. Опасность дестабилизации ситуации в настоящее время велика.
Несмотря на частичную модернизацию политических систем в странах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) за годы существования этой Организации, этот процесс идет медленно, носит «разноскоростной» характер. Остро стоит проблема передачи верховной власти, которая в Королевстве Саудовской Аравии (КСА) была сосредоточена в руках представителей поколения 80--90-летних детей основателя государства, а в Катаре и Омане -- нуждалась в преемниках верховных правителей. Робкая и непоследовательная модернизация не трансформирует саму политическую элиту, «продолжающую играть свою традиционную бедуинско-исламскую патриархальную роль “благодетеля” в отношении подданных» [1, с. 48].
Прежде чем перейти к рассмотрению проблем престолонаследия в Королевстве Саудовская Аравия, следует заметить, что реальная подоплека кадровых перестановок на высоком государственном уровне, а тем более их запланированное влияние на внутреннюю жизнь этой страны, как правило, скрыты от взгляда даже самых опытных экспертов. Поэтому наиболее реальным представляется выявление лишь общих тенденций в изменении монархической системы государственного управления.
Саудовское государство изначально строилось как абсолютная теократическая монархия. Оно основывается на салафитской интерпретации коранического вероучения -- ваххабизме. В системе государственной власти осуществляется распределение полномочий между двумя центрами силы -- политической и религиозной элитами.
Династия Саудитов, представленная более чем пятью тысячами членов королевской семьи, контролирует вооруженные силы и службы безопасности, систему внешнеполитических отношений, экономику, ситуацию в провинциях. К ним примыкают союзники из числа племенной аристократии. Религиозная же сфера, идеология, судопроизводство относятся к области деятельности потомков основателя ваххабизма Мухаммеда ибн Абдель Ваххаба -- семьи Аш-Шейх и примыкающей к ней прослойки богословов-улемов. В то же время очевидна главенствующая роль короля в этой системе -- он как глава государства носит титул малика (короля) и имама (духовного лидера), а также унаследованный от основателя КСА титул «хранителя двух священных мечетей».
Саудовское общество в целом никогда не было монолитным. Внутренние конфликты, затрагивающие интересы правящей династии, проходят по следующим линиям: саудиты -- внесистемная оппозиция в лице радикальных ваххабитов; либералы (их взгляды разделяют некоторые члены правящей семьи) -- консерваторы; суннитское руководство страны -- шиитская община.
Разногласия в самой королевской семье обострились после смерти в 1953 г. основателя государства короля Абдель Азиза ибн Сауда. Общее число его потомков, имевших право на престол, превышало 300 человек. Основатель королевства оставил своим сыновьям завещание, принцип которого состоял в передаче власти от одного его сына к другому.
В Саудовской Аравии, наряду с Оманом, проблема передачи верховной власти и смены поколений в правящей элите стоит наиболее остро. В королевстве произошедшие в последнее время изменения в порядке и характере престолонаследия были ускорены обострением внутренних противоречий в стране, нестабильностью внешнеполитических позиций КСА, преклонным возрастом и неудовлетворительным состоянием здоровья короля и большинства утвержденных наследников престола. Существующая система престолонаследия «от брата к брату» привела к сильному старению претендентов на престол. Поколение детей основателя государства вынуждено особо заботиться об укреплении стабильности королевства, обеспечении преемственности управления и престолонаследия, в том числе путем некоторого изменения процедуры передачи верховной власти, ослабления противоречий между отдельными кланами семьи Саудитов, создания условий для передачи власти от второго к имеющему растущие амбиции третьему поколению династии, правящей с начала ХХ в.
Абдалла, являвшийся королем с 2005 по 2015 г., в целях сохранения стабильности на какое-то время отложил начало передачи власти принцам-внукам (третьему поколению наследников). В этом проявилась типичная для королевства «срединность» (васатыйя) -- отказ от радикальных сдвигов в сфере государственного управления.
Тем не менее традиционная система престолонаследия «от брата к брату» уходит в прошлое.
А это в свою очередь может способствовать обострению борьбы за власть между различными кланами наследников Ибн Сауда.
Согласно «Основному закону правления Саудовской Аравии» от 1992 г., который является высшим правовым актом, определяющим государственный строй королевства, «власть принадлежит сыновьям короля -- основателя государства Абдель Азиза Абдель Рахмана аль-Фей- сала Аль Сауда и сыновьям их сыновей. Самый достойный из них для правления приносит присягу на Книге Всевышнего Аллаха и сунне Его Пророка, да благословит его Аллах и приветствует» (ст. 5, п. 2). Кроме этого, с целью обеспечения «мягкого» перехода власти в случае смерти (или недееспособности) монарха и наследного принца в Саудовской Аравии в 2006 г. был создан специальный коллегиальный орган «Совет присяги» Присяга в Исламе -- это договор о верности исламской политической системе, приверженность мусульманам и послушание имаму. Присяга также представляет собой договор между двумя сторонами -- властью и народом. Правители приносят клятву о правлении согласно Корану и Сунне, а народ -- клятву о подчинении правителям в соответствии с повелением Бога и Его Пророка., который состоит из сыновей короля Абдель Азиза, а также его внуков, чьи отцы скончались или недееспособны или не желают принять трон, а также сыновей короля и наследного принца Железнов А. А. О ситуации с престолонаследием в Саудовской Аравии // Портал Института Ближнего Востока. -- 2013. -- 8 августа. - URL: http://www.iimes.ru/?p=18054. По состоянию на 2019 г. в Совете состоят 34 члена: 4 сына основателя, 29 его внуков и 1 правнук.
Если раньше подданные Саудовской Аравии приносили присягу -- клятву верности (аль-бей- ъа) королю и наследнику престола, то весной 2014 г. в соответствии с королевским указом № А/86 от 27.03.2014 (26.05.1435 по хиджре) система отношений «властитель -- подданный» расширилась и стала включать заместителя наследника монаршего трона. 30 марта 2014 г. подданные Саудовской Аравии принесли присягу -- клятву верности вновь назначенному «наследником (заместителем) наследника престола» принцу Мукрину бен Абдель Азизу.
Король Сальман бен Абдель Азиз Аль Сауд возглавляет Саудовскую Аравию относительно недавно -- с 2015 г., когда скончался его старший брат Абдалла. Почти сразу 79-летний король начал готовить почву для того, чтобы обеспечить выгодную себе преемственность власти. Так, он снял с занимаемых должностей детей своего почившего брата Абдаллы, чтобы ослабить их позиции и авторитет. В том же году Сальман назначил своего племянника -- 56-летнего Мухаммеда бен Наифа -- наследным принцем, а своего сына Мухаммеда (ему в тот момент было всего 29 лет) -- заместителем наследного принца. Король Сальман нарушил негласную традицию, по которой наследники короля представляли то же поколение, что и сам король. 29-летний Мухаммед никак не соответствовал этим требованиям. Сальман доверил сыну пост министра обороны, и он стал самым молодым министром обороны в мире.
В июне 2017 г. король Сальман сменил наследного принца. Решение короля о назначении его сына Мухаммеда бен Сальмана своим наследником поддержал 31 из 34 членов Совета присяги королевства (самый высокий процент за всю историю). Прежний наследник -- племянник короля Мухаммед бен Наиф -- потерял посты вице-премьера правительства и главы МВД. Соответственно, от наследования престола королем Сальманом были оттеснены два кронпринца: принц Мукрин бен Абдель Азиз и принц Мухаммед бен Наеф.
Страна стоит на пороге изменения действовавшей в течение многих десятилетий системы престолонаследия, при которой власть переходила от одного к другому сыну основателя саудовского государства короля Ибн Сауда. Сегодня, когда реальных претендентов на престол среди этой группы королевских родственников почти не осталось, в борьбу за власть вступает третье поколение семьи Саудов -- а внуков Ибн Сауда насчитывается не менее 260. На первом плане в саудовской правящей элите -- наследный принц, министр обороны Мухаммед бен Сальман.
Новый наследник престола претендует на роль реформатора, что вызывает неоднозначную реакцию как в КСА, так и за его пределами. В мировых СМИ его имя, начиная с октября 2018 г., как правило, сопровождает упоминание так называемого дела Хашогги Обозреватель газеты “The Washington Post”, выходец из семьи известного торговца оружием, которая находится в оппозиции клану Сальманов, Джамаль Хашогги пропал 2 октября 2018 г., после того как вошел в генконсульство Саудовской Аравии в Стамбуле. Мужчину искали больше двух недель, потом Эр-Рияд признал факт убийства журналиста. По данным следствия, его задушили в здании генконсульства, а после тело расчленили и уничтожили. Генпрокуратура Саудовской Аравии выдвинула обвинения 11 подозреваемым в убийстве, при этом настаивая на смертной казни для пяти из них. Дж. Хашогги, хорошо известный в королевстве и за его пределами за десятилетия своих журналистских расследований, утверждал, что реформы наследного принца носят половинчатый характер в рамках решения, прежде всего, двух задач: устранения личных оппонентов в королевской семье и создания себе положительного имиджа на Западе.. Во многом это объясняется тем, что «дело» совпало по времени с переломным моментом в функционировании возникшей в начале 1950-х гг. системы престолонаследия. Вместе с тем «дело Хашогги» при всем драматизме произошедшего и его международном резонансе стало лишь одним из эпизодов борьбы за власть и финансовые ресурсы в правящей саудовской верхушке в рамках происходящей смены системы престолонаследия. Если бы не драматическое происшествие в саудовском генконсульстве, скорее всего, был бы найден иной повод (или поводы) для усиления давления на наследного принца или даже его смещения. Суть этой борьбы сводится к следующему (еще раз оговоримся -- информация о многих ее деталях закрыта от постороннего взгляда): противоборствующие силы разделились на два лагеря. Перевес имеют король как глава государства, принц Мухаммед бен Сальман, который фактически правит КСА и проводит жесткую политику в отношении оппонентов, а также их (короля и принца) родственники и сторонники из других кланов.
Им явно или в скрытой форме противостоят сыновья Абдель Азиза принцы Ахмед бен Абдель Азиз и Мукрин бен Абдель Азиз. Особую активность проявляет младший брат короля Сальма- на, 76-летний член «семерки Судайри» (семь сыновей короля Саудовской Аравии Абдель Азиза от его жены Хассы бинт Ахмад ас-Судайри) принц-диссидент Ахмед, возвратившийся в Саудовскую Аравию после своего продолжительного отсутствия (он долгое время проживал в Лондоне), чтобы бросить вызов наследному принцу Мухаммеду бен Сальману. Младший брат короля был одним из членов «Совета присяги», которому было поручено выбрать преемника короля. Принц Ахмед был одним из трех членов Совета, проголосовавших против назначения Мухаммеда бен Сальмана наследным принцем, даже демонстративно не принес ему клятвы верности, когда тот все же стал наследником. Принц Ахмед во время своего пребывания в Лондоне провел встречи с другими членами саудовской правящей семьи, которые на данный момент живут за пределами королевства. Многие из них поддерживают идею замены наследного принца. Однако сам Ахмед не считается в КСА фигурой достаточно сильной для победы в межклановом противостоянии, по крайней мере, до окончания правления короля Сальмана.
После 2015 г. баланс сил в саудовской элите изменился в пользу лагеря короля Сальмана. До его коронации Саудовская Аравия фактически управлялась консенсусом различных ветвей королевской семьи, представители которых являлись прямыми потомками короля-основателя Абдель Азиза. Между фракциями действительно существовала конкуренция, однако 36 сыновей короля делили верховную и местную власть, фактически установив свои вотчины в различных отраслях экономики государства. Например, так называемая «семерка Судайри», в число которых входит король Сальман, имела контроль над министерствами обороны и внутренних дел. Национальная гвардия Саудовской Аравии и министерство муниципальных дел находились под контролем сначала принца, а позднее короля Абдаллы и его сыновей. При этом король редко принимал важные решения, не посоветовавшись с остальной семьей.
В настоящее время король и наследный принц опираются на своих родственников и лояльных им фигур из других фракций королевской семьи, но концентрация власти стала выше, что вызывает недовольство в саудовской элите. Мухаммеда бен Сальмана хотели свергнуть еще в период его назначения на пост кронпринца. Тогда это не удалось. Сегодня наследный принц возглавляет почти все ключевые директивные органы, занимающиеся вопросами безопасности, экономики, в определенной степени социальными вопросами, проводит по поручению короля реорганизацию Службы общей разведки. После возникновения «дела Хашогги» противодействие ему и его политике усилилось.