В отношении к партнеру ситуация инкорпорации является повторением сосания материнской груди; следовательно инкорпорация приводит к повторению и влиянию травмы отлучения от груди. В приравнивании пенис - грудь, и сосательной активности вагины, коитус реализует исполнение фантазии сосания пениса отца.
Идентификации, установленные между двумя партнерами в предварительном акте (Ференци) теперь, приобретают разнообразное значение, идентификация с матерью происходит двумя способами: (1) посредством приравнивания пениса к груди, (2) посредством преодоления полового акта мазохистически, т. е. посредством идентификации с матерью. Посредством этой идентификации, женщина играет в коитусе роль матери и ребенка одновременно - отношение, которое продолжается во время беременности. Материнский регресс по Ференци достигается женщиной приравниванием коитуса и сосания. Концепция коитуса отражает все психологическое различие, демонстрируемое мужчинами и женщинами в их отношении к объектному миру.
Х. Дойч связывает процессы сосания-коитуса-родов. Стать женщиной означает установить материнскую функцию влагалища (при этом клитор оказывается оставленным). Энергия, полученная для установления материнской функции влагалища, берется не из клитора, а из катексиса всего тела женщины.
Роды для женщины Дойч рассматривает как оргию мазохистического удовольствия и страха (в том числе страха смерти). Это обусловлено тем, что во время родов высвобождаются деструктивные влечения. Безумие, суицидальные тенденции, желание убить новорожденного женщиной после родов Дойч связывает с актуализирующейся деструкций и коитусом (где собственно эти процессы запускаются, но не всегда окончательно реализуются; при этом имеют возможность реализации в оргазме).
Во время беременности актуализируются оральные конфликты. Это можно наблюдать в виде рвоты, специфической тяге к еде, отрыжке и пр. Регрессивные элементы анально-садистической фазы выражаются во враждебных тенденциях к изгнанию плода, что проявляется в болях, имеющих место задолго до самого процесса деторождения. Подобные отклонения согласно Дойч исчезают на 5 месяце беременности. Отношение матери к ребенку становится «фаллическим».
Каким образом разворачиваются отношения мать-ребенок во время беременности женщины по Х. Дойч.
Либидо, отосланное партнеру в половом акте, возвращается к нарциссизму субъекта. Либидо, возвращающееся в Эго, составляет вторичный нарциссизм женщины как матери, хотя оно посвящено объекту (ребенку), поскольку ребенок является одновременно частью ее Эго. Изменение в Эго беременной женщины уже имело место ранее: ребенок становится для нее воплощением Эго-идеала, который она простроила в прошлом (интроецированный отцом).
Нарциссическое либидо смещается на недавно установленное Супер-Эго, которое становится предъявителем всех тех совершенств, однажды приписанных отцу. Субъект измеряет и управляет своим Эго-идеалом через сублимацию во внешнем мире. Женщина свой Эго-идеал воплощает в ребенке и всех тех тенденциях к сублимации, которые человек использует в интеллектуальной и общественной деятельности. Ребенок для женщины в психологическом смысле может быть рассмотрен как ее продукт сублимации. Следовательно, ребенок в матке становится частью Эго, усиливается нарциссизм. И на данный момент нет никакого различия между Эго-либидо и объект-либидо.
Это основное условие может быть нарушено двумя факторами: (1) процессом сублимации ребенок становится Супер-Эго, и это может вызвать сопротивление Эго; (2) ребенок одновременно является объектом, принадлежащим внешнему миру, относительно которого возникают конфликты всех фаз либидонозного развития.
Можно выделить два характерных типа женщин согласно их реакциям на беременность. Есть много женщин, которые переживают беременность дискомфортом и депрессией. Другой тип составляют женщины, которые достигают во время беременности своего самого большого физического и психического расцвета.
В первом случае нарциссизм женщины был принесен в жертву ребенку. С одной стороны, Супер-Эго справилось с Эго, и с другой - ребенок как объект любви привлек к себе такую значительную меру Эго-либидо, что Эго обеднело. Возможно, это объясняет те состояния меланхолии, которые случаются во время беременности.
У другого типа женщин распределение либидо во время беременности отличается. Та часть либидо, которое было взято из внешнего мира, направляется к ребенку как часть Эго. Это может произойти только, когда формирование Супер-Эго менее сильно, и ребенок расценивается меньше как объект и больше как часть Эго. Тогда результатом становится усиление вторичного нарциссизма, что выражается в увеличенном чувстве собственного достоинства, самодовольстве, и т. д.
Заключительный «материнский регресс» имеет место во время беременности посредством идентификации с ребенком: связан с «травмой рождения». Женщина чувствует, будто жизнь закончилась, переживает тревогу, страх смерти. Возможно, здесь есть полное повторение тревоги, свойственной травме рождения, родам.
Психическое состояние женщины после родов характеризуется чувством тяжелой потери. После того, как короткая фаза, в которой перевешивается чувство победного завершения сражения, возникает ощущение безграничной пустоты и разочарования, аналогичного чувству «потерянного Рая» для ребенка, который был изгнан. Эти переживания возможны, если у женщины установился аффективный контакт с ребенком. В ином случае можно наблюдать специфическое чувство отчуждения от ребенка. Эти матери не проходят фазу пустоты и разочарования, их радость от ребенка не так интенсивна. Ребенок воспринимается как что-то чужеродное.
Фактор потери способствует радости нахождения ребенка снова. Кроме этого, этот последний фактор «разрыва» завершает аналогию с коитусом. Вагинальный проход является границей, где ребенок - в последний раз часть собственного тела женщины и в то же время уже является отдельным объектом. Здесь повторение ситуации коитуса, в котором объект, переживался как часть внешнего мира, но был на границе между внешним миром и Эго.
Теперь не смотря на то, что ребенок представлен после родов как отдельный объект реальности, единство субъекта и объекта, переживание счастья возможно посредством лактации. Это повторение коитуса, основанное на оральной инкорпорации объекта в процессе сосания (пенис = грудь). Поскольку, прежде всего пенис овладел вагиной, теперь сосок овладевается ртом младенца. Как в коитусе энергетически все тело привлечено к вагине, теперь все либидо недавно родившегося младенца сконцентрировано на оральной зоне. Из детских фантазий: в коитусе пенис играет роль груди, в то время как при кормлении грудью грудь становится пенисом.
Таким образом, репродуктивный акт, начавшийся в оральной инкорпорации, завершает круг представлением одной и той же ситуации, как в конце, так и в начале.
Р.М. Брюнсвик прослеживала желание ребенка из «асексуального орального» источника и из анального пассивного желания принять ребенка от матери. Преобразовывая пассивное в активное желание, девочка хочет пенис для того, чтобы она могла дать ребенка своей матери. Это активное желание пениса преобразовывается еще раз в пассивное, когда в эдипальный период девочка хочет получить пенис отца, чтобы начать оплодотворение и рождение.
Фрейд говорил об игре с куклой маленькой девочки как о превращение пассивности в активность. Это представление кажется особенно существенным, поскольку он приравнивал активность к маскулинности и рассматривал материнскую активность как маскулинную. Брюнсвик, Фрейд, Андреас-Саломе полагали, что вагинальная чувствительность имеет анальное происхождение.
Шакал [Jackel] отмечает, что желания беременности и фактическое оплодотворение является реакцией на потерю объекта. Подобная идея показывает не только различные уровни воскрешения потерянного объекта при беременности, но также и значимость внешней функции организации объекта любви, которая помогает преобразовывать траур по потерянному объекту в создание нового ребенка.
Джудит Кестенберг [J. Kestenberg] выделяет наличие конфликта между желанием рождения ребенка и желанием его смерти во время беременности. Автор отмечает, что добрая воля мужа часто выступает гарантией против опасностей бесплодия и детоубийства. Кляйн [Klein]: хорошие брачные отношения противодействуют типичным страхам беременности. Кестенберг отмечает, что поддержка и забота о беременной позволяют женщине преодолеть регресс, стать уверенней и справиться с различными страхами и патологическими состояниями.
Джесснер [Jessner] указывает типичные страхи ранних месяцев беременности:... она не хотела быть съеденной шакалом (так женщина изображала ребенка). Радостное признание движения эмбриона во втором триместре часто дает начало новому амбивалентному отношению. Женщина убеждена, что ее действия имеют глубокое влияние на зародыш. Даже при том, что проблемы доминирования и быть доминированным вообще признаются как анальные-садистские в природе, Черток [Chertok] описывают общий тон второго триместра как оральный и предлагают, что это третий триместр производит конфликты между удержанием и изгнанием, полученными из анальных тенденций. Черток интерпретирует напряжения третьего триместра как результат нехватки заботы. Джесснер в описаниях проблем третьего триместра отмечает: «Большинство женщин переживают зародыш как врага, который повреждает почки или матку». Время существенно и хочется чтобы поскорее это все закончилось. Эти конфликты вероятнее всего имеют генитально-уринальную природу, нежели анальную.
Несмотря на актуализацию конфликтов и страхов в течение различных фаз беременности и во время родов, многие авторы отмечают, что каждый шаг в достижении материнства обогащает женское Эго, согласно Эриксону; море любви и нежности будет вылито во внешний мир, как отмечал Джесснер.
Бенедек делает акцент на оральном регрессе при беременности, но перечисляет и другие фантазии при беременности, многие из которых о матке. Фантазия «пенис в матке» позволяет компенсировать недостающий пенис и интегрировать репродуктивные возможности женщины и способность получать и сохранять, т. е. чтобы забеременеть. Фантазия о пенисе внутри готовит девочку для принятия ребенка от мужчины, как отмечали Якобсон и Кестенберг.
Кестенберг представляет описание фаз беременности. Первый триместр. Это время зарождения ребенка. Беременная женщина реагирует на физиологические внутренние-генитальные и системные изменения. Таким образом, она вновь переживает начало более ранних внутренних-генитальных фаз. Изменения в оральной и желудочной слизистой оболочке могут вызывать изменение вкуса, тошноту, и страстной тяги к чему-либо. Наблюдается набухание груди, так как это происходило в юности. Формируется плацента как орган первичной телесной коммуникации между матерью и зародышем.
Первый триместр обычно заканчивается принятием ребенка и подтверждением новой идентичности женщины. С достижением имплантации и образованием плаценты, внутреннее генитальное становится центром нарциссического обогащения, и муж может быть вовлечен в волшебный круг нового существования как защитник для матери и ребенка. Это период когда актуализируются оральные конфликты и отмечается оральный регресс.
Второй триместр. Мать, ожидающая ребенка «несет» ребенка в противоударном контейнере, со встроенным температурным контролем, метаболической сосудистой обменной системой и саморегулирующимся гормональным производством, которое гарантирует благосостояние ребенка и матери. Она больше не может скрыть свою беременность и может нести ребенка гордо, признавая собственную автономию. Поскольку ребенок растет, меняет свое положение в утробе, беременная женщина корректирует свое положение и походку, чтобы достигнуть стабильности на основе нового баланса. Она может, в какой-то мере, исследовать то, что делает ребенок. Ее мир - внутри себя. В центре ее переживаний не живот, полный фекалий и газа, а внутреннее подводное морское пространство.
Анально-садистические регрессивные тенденции доминируют на этой фазе беременности. Это можно наблюдать в фантазиях, сновидениях: быть пойманным в ловушку, или купаться в воде (типичное сновидение во время беременности, в которой женщина идентифицируется с ребенком и демонстрирует окружение его среды обитания). Дополнительно, это озабоченность темами, связанными с грязью, анально-садистические переживания и пр. Задача этого триместра - справиться с анально-садистическими фантазиями, в том числе и в отношении ребенка. При правильном развитии ребенок становится «хорошим, милым, чистым» внутренним объектом. Здесь ребенок переживается как хозяин матки, отдельный объект.
Третий триместр. Третий триместр готовит предполагаемую мать к тому, что ей нужно будет оставить внутреннего ребенка и перенести свое отношение уже к «внешнему ребенку». Это время когда ребенок быстро растет, набирает вес. Женщина ожидает его появления. Возникают страхи о невозможности контроля над своим телом и потери ребенка. Женщина становится неуклюжей, быстро утомляется и испытывает желание избавиться от беременности. Время возрождения уринальных регрессивных тенденций. Возрождение уринальных регрессов, объединенное с ожиданием отхождения вод порождает страх преждевременных родов во время мочеиспускания. Страх потери ребенка и смерти является самым сильным.
В процессе родов агрессия преобразовывается в активность и способствует рождению ребенка. Идентификации с матерью, которая родила дочь, противодействует страху смерти. Материнский интерес к новорожденному ребенку (желание родить раннее в детстве и юности опровергалось и запрещалось) способствует разрешению прежних конфликтов и отказа от садомазохистических фантазий, связанных с заботой о ребенке и родами.