Антропологические проблемы традиционной культуры (на примере тувинской культуры)
Аяс Анатольевич Данчай-оол, Екатерина Карбый-ооловна Даваа
Аннотация
Целью исследования является выявление в антропологии традиционной тувинской культуры изменений, которые происходят под влиянием факторов исторического развития. Обнаруживается, что в современности традиционные культуры содержат в себе противоречивый комплекс архаичных взглядов, новых интерпретаций, возникающих в процессе модернизации и глобализации. Определено пограничное состояние тувинской культуры между западным и восточным мировоззрением. Сделан вывод, что последовательная передача традиции прервана новыми формами мировоззрения. Так, натуралистическая картина мира анализируется людьми в системе рационального мировоззрения, что противостоит целостной самоидентификации представителей традиционной культуры. Раскрывается необходимость детального выявления смыслов традиционных культур для понимания действительной семантики. Выявляется отсутствие предметных исследований, раскрывающих антропологию тувинской культуры, что привело к лакунам и парадоксальному пониманию феномена человека в современных условиях.
Ключевые слова: традиционная культура, тувинская культура, модернизация, глобализация, антропология, культура, интерпретация, человек, природа.
Abstract
Anthropological problems of traditional culture (the case of Tuvan culture)
Ayas A. Danchay-ool1, Ekaterina K. Davaa2
The aim of the study is to identify changes in the anthropology of traditional Tuvan culture, which occur under the influence of factors of historical development. It is found that in modern times, traditional cultures contain a contradictory set of archaic views, new interpretations that arise in the process of modernization and globalization. The boundary state of T uvan culture between the Western and Eastern worldview is determined. It is concluded that the consistent transmission of tradition is interrupted by new forms of worldview. Thus, the naturalistic picture of the world is analyzed by people in the system of a rational worldview, which opposes the integral self-identification of representatives of traditional culture. The necessity of a detailed identification of the meanings of traditional cultures in order to understand the actual semantics is revealed. The absence of subject studies revealing the anthropology of Tuvan culture is uncovered, which led to gaps and a paradoxical understanding of the human phenomenon in modern conditions.
Keywords: traditional culture, Tuvan culture, modernization, globalization, anthropology, culture, interpretation, man, nature
Традиционные культуры в XXI веке переживают множество трансформаций на самых различных уровнях, что обусловлено резким изломом и модернизацией. Данный процесс несет в себе объективные черты, не зависимые от самих культур, а также субъективные черты, что раскрывается в адаптации к новым условиям, проявляющейся в архаизации, глокализации. Довольно уникальным примером традиционных культур, подвергшихся процессу модернизации, и в дальнейшем интеграции с мировыми рыночными и политическими системами в процессе глобализации, является тувинская культура. При этом существенной чертой пространства тувинской культуры является практически мононациональность Республики Тыва, что с одной стороны обедняет ее в процессе развития, но с другой, позволяет выявить важные черты, являющиеся характерными для традиционной культуры.
Наиболее актуальной проблемой в противоречивом развитии традиционной тувинской культуры является понимание человека. Поэтому задачей данного исследования является выявление внутренних противоречий антропологии традиционной тувинской культуры с использованием философской антропологии в её стремлении к возвышению к конкретности человеческого бытия, наполненного множеством процессов и явлений.
В краткой ретроспективе можно определить, что тувинская культура в ХХ веке переживает модернизацию на основе коммунистической идеологии, а на рубеже ХХ и XXI веков - культурную и экономическую унификацию под влиянием глобализации. Вопреки таким процессам современная тувинская культура сохраняет в себе аутентичные онтологические и экзистенциальные паттерны и формирует новый взгляд на основные феномены культуры. То есть процессы модернизации и глобализации отличаются не только в историческом процессе, но и по степени влияния, и по своим источникам.
Традиционная культура является образом жизни людей, который основывается на приверженности традиции в мышлении и поведении. Кроме того, данный тип культуры чаще всего органически вплетен в единую систему «природа-человек», сущность которой не предоставляет особую роль человеку. В традиционной культуре человек растворен во множестве феноменов природы. В научной литературе, чаще всего, для раскрытия этого гармоничного единства обращаются к понятию «космос». Но в русле данного исследования мы постараемся не обращаться к нему, так как оно сформировано в методологии античного философствования, основанного на дихотомии субъекта и объекта, и создающего понятия логоса, хроноса и топоса. Традиции тувинской культуры, как и другой незападной, не развертываются в аналитически рациональном мировоззрении, стремящемся встроить феномены культуры в систему пространственно-временного единства бытия в сознании человека. Именно по этой причине в русской литературе красной линией проявляется сюжет инаковости русской культуры.
Антропология в тувинской культуре с необходимостью раскрывается в диалектическом взаимопроникновении западной и восточной культур. Такая редукция в типологии культур (западная и восточная культура) вполне оправдана, так как фундаментальные мировоззренческие установки имеют общие черты в рамках пространства влияния и исторически сложившегося мировоззрения. Важно также учитывать, что развитие восточных культур развертывалось в последовательном и цикличном возврате к традициям. Именно поэтому в тувинской культуре важны древние натуралистические архетипы в картине мира.
Философских исследований, раскрывающих антропологию в аспекте раскрытия понимания человека в традиционной тувинской культуре и в современной тувинской культуре, нами не обнаружено, что является следствием этнографического уклона в тувиноведении. Проблеме органического единства человека с природой посредством экологического мышления традиционной культуры посвящена диссертация Ч.О. Адыгбай Адыгбай Ч.О. Человек и природа в традиционной культуре: автореф. дис. ... канд. филос. наук. Томский гос. ун-т. Томск, 1995. 15 с.. Частично определение понятия «человек» в тувинском языке раскрывалось в статье С.Я. Ооржак (2017), но данное исследование выявило только возрастные характеристики в понимании человека в этнопедагогике тувинцев. Анализ морального идеала человека в тувинской культуре проведен в тезисах С.М. Момбей-оол (2016), в статье А.С. Шаалы (2018).
Дополнительной сложностью в решении поставленной задачи является отсутствие качественных и полных переводов слов тувинского языка, обозначающих человека, общество, культуру, сознание, духовность и т. д. Кроме того, нет детальных переводов на тувинский язык основных понятий и категорий философии. Попытка реализации такой работы была осуществлена М.М. Гавриловой и М.Ш. Артаевым (1996), но в этом словаре четко проявляется влияние диалектического материализма, не позволяющего рассматривать антропологические понятия вне системы формационного подхода рассмотрения исторического процесса. Исследования тувинской культуры, которые проводятся современными учеными, обращают внимание на изменения под воздействием глобализации и унификации, но часто не учитывают аспект фундамента культурноисторической традиции отличного от западно-рационального.
Мы стремимся к выявлению смыслов человека в тувинской культуре с позиций философской антропологии, что, конечно, приводит к вопросу о применяемой методологии, но также и позволяет выстраивать картину становления феноменов человеческого бытия с учетом конкретных условий (климат, история, политическое устройство, религия, формы хозяйствования). Классическая философская традиция, как известно, исходила из существования абсолютного в основании бытия. Это и не позволяет объективно анализировать методы формирования антропологии в других культурно-исторических традициях. Диалектический материализм, являясь основой идеологической системы советского времени, оперирует конкретной телеологией классической философии, направленной к реализации высшей цели развития материи без решения экзистенциальных проблем человека. Ограниченный взгляд классической философии преодолевается в неклассической традиции и в философских концепциях современности. Например, M. Bang и A. Marin (2015) отмечают возникновение новых исследований, в которых раскрывается необходимость ухода от строгого разграничения природы и культуры в вопросе анализа культурных практик коренных народов. Философская антропология, сформированная в рамках неклассической философии, стремится освободиться от диктата абсолютного, что позволяет максимально объективно раскрывать множественность проявлений человеческого бытия и культурных практик.
Вне всякого сомнения, тувинцы в своем мировоззрении руководствовались сущностным единством природы и человека. Знание ими не разделялось на онтологию, гносеологию, аксиологию, эстетику, антропологию (Данчай-оол, 2019). Данные разделы выделены в западной философской традиции, в которой мир является объектом для субъекта. Деятельность активного человека-субъекта здесь направлена на изменение окружающей реальности в соответствии со своим предназначением. Сложность объективного исследования антропологии в западной традиции заключается в том, что она основывается на антропоцентризме. Кроме того, в русле данного исследования важно подчеркнуть, что западное мировоззрение стремится сформировать внутренне непротиворечивое системное знание. Общеизвестно, что абсолютная телеология сформирована в единой линии развития европейской культуры от античной мысли, через средневековый теологический креационизм к рационализму Нового времени. Современные тувинцы воспринимают как естественную такую картину мира, в которой развитие человека развертывается в системе абсолютной цели. Это является следствием неосознанного применения материалистического сциентизма, заключенного в образовательной системе. Конечно, русская и другие национальные литературы позволяют частично нивелировать строго утилитарный взгляд на жизнь человека. Однако, фундаментальные проблемы мировоззрения этим не решить. В восточном мировоззрении, не имеющем в себе революционных этапов и черт иерархичности, мир и его феномены мыслятся как субъекты, наподобие человека. Здесь отсутствует необходимость в создании абсолютно логичной картины мира. Кроме того, человек в восточной созерцательности в большей степени является пассивным. При этом понимание человека в восточном мировоззрении наполнено противоречиями, так как они и составляют сущность бытия, вечно существующего и не имеющего своей целью благодатное существование человеческого рода.
В структуре понимания человека в тувинской культуре необходимо выделить разные пласты, которые сформировались в ходе исторического процесса. Как отмечает А.К. Кужугет, идентичность человека на современном этапе не только многообразная и множественная, но и многоуровневая (Кужугет, 2016: 42). Поэтому антропология в тувинской культуре содержит в себе языческо-натуралистический и буддистский уровни, сформировавшиеся в ходе исторического развития.
В первую очередь в мировоззрении тувинцев сохраняется центральный стержень древнего язычества, которое с позиций анимизма рассматривает все феномены и процессы природы живыми сущностями. В традиционном тувинском понимании человек является частью мира, содержащего множество сложных явлений и процессов Адыгбай Ч.О. Указ. соч. С. 3.. То есть тувинцы не разделяли мир на мир природы и мир людей (Ламажаа, 2018: 29). Собственно, в этой черте подчеркивается то, что это естественно для древних культур, например, древнегреческой, видевшей в пантеоне богов проявления природных законов и сущностей. Хотя здесь обнаруживается важнейшая черта греческой антропологии, которая для создания картины мира как бы выносит человека из мира. С западной точки зрения, человек обладает разумом и самосознанием, что и выделяет его из естественно-природных процессов. Такой ракурс и ставит человека в позицию субъекта познания и самопознания. Однако, с точки зрения традиционной тувинской культуры, человек соотносит свое мышление с природными процессами, что означает наличие своего «мышления» у животных и природы. Кроме того, согласно существовавшим архетипам, человек не должен нарушать естественный порядок вещей. Природа сама по себе является совершенством, сущность которого человек должен постичь. Таким образом, человек не выделен своими ментальными чертами из естественно-природных процессов. Именно в связи с этим акцентом буддизм махаяны так органично встроился в мировоззрение тувинцев, так как он исходил из ценности всех живых существ, которыми населен мир. Как пишет Ч.К. Ламажаа: «Человек здесь не отделялся от природы, от земли, он мыслился ее продолжением, ее “плодом”, ее питомцем. Нюанс очевиден, если перечитать соответствующие строки (не земля для человека, а человек - для земли, часть земли)» (Ламажаа (1), 2018: 27). Обращаясь к трудам, исследующим понимание человека в традиционных культурах, можно утверждать, что традиция является коллективным бессознательным. Логически мы должны придти к выводу, что в традиционной тувинской культуре не было стремления к разработке картины мира, что и проявляет черты натуралистического знания. Такое природосообразное мышление является результатом исторического развития в конкретных гео- графически-климатических условиях.
С XVIII века на территорию Тувы проникает буддизм школы Гелуг. Антропология буддизма содержит синкретичный взгляд на человека, по своей сути близкий натуралистической антропологии. Отличительной чертой здесь выступает совершенно иной взгляд на мир как иллюзию и понимание существования как страдания. Поэтому человек в буддизме является лишь одной из многих живых сущностей, способных освободиться из круга страданий, хотя и наиболее близкой к такой возможности (Уланов, 2014). Важно подчеркнуть, что человек в буддийской философии не имеет строго привилегированного положения по отношению к другим живым существам. Категории трансцендентального и действительного в буддистской философии имеют совершенно отличный от западного смысл. В этой связи идеальное и материальное бытие развертываются совершенно иначе. Однако все-таки было бы объективнее сказать, что в народных массах не проявилось глубокое понимание мировоззренческих основ буддизма, что и стало причиной быстрой утраты буддистской антропологии тувинцами в ходе развертывания «атеистического» диктата советской идеологии и репрессий.
Степенное развитие традиционной тувинской культуры было прервано в XX веке объективными процессами модернизации и глобализации, в результате которых происходит замещение традиционной тувинской культуры идеологизированной советской и общемировой глобализированной культурой. В результате сформирована новая традиция, которая не осознана самими тувинцами. Например, они не видят различия между советской патриархальностью и патриархальностью древнего натуралистического мировоззрения. Новая традиция не имеет естественной преемственности, так как в тувинскую традиционную антропологию встраиваются рациональные идеи западной антропологии, которые рассматривают человека как субъект гносеологии, онтологии и исторического процесса. На основе этого явления возникает индивидуализация человеческого бытия и структуры социальных отношений. Завершается переход от сложной семьи к нуклеарной, что приводит к новым механизмам самоидентификации социума и индивида. Кроме того, в этот период в тувинскую культуру проникает трансформировавшаяся в материалистический атеизм христианская религиозная антропология, в которой важнейшей сутью человека является его духовное единство с другими людьми. Цикличное понимание человеческой жизни и природных процессов постепенно сменилось линейным, в котором конец жизни заключается в переходе в иной мир. В современности человек переносит опыт поколений в сферу осознанного и рационального. Сам человек переходит из бессознательного, инстинктивного и интуитивного в строго систематизированное и рациональное. Эти феномены особым образом интерпретируются современными тувинцами с акцентом на западно-рациональное мышление.