«Многоуважаемый Господин Профессор!
Возвратившись из поездки в Западную Сибирь, я имел удовольствие найти Ваше любезное письмо. Спешу принести Вам глубочайшую благодарность за лестный отзыв о моей работе. Ваше мнение является для меня особенно ценным, хотя я и сознаю, что оно продиктовано Вами в значительной мере Вашей любезностью и снисходительностью. Я очень рад, что на мою долю выпала честь познакомить русскую публику с Вашим трудом, который я считаю не только выдающимся явлением в этнографической литературе, но и по полноте и разнообразности материала и единственной в своем роде.
Примите уверения в чувствах глубочайшего уважения от всегда готового к Вашим услугам Н. Харузина. 3.10.1895. Москва, Собачья площадь, св. дом Ник. Ник. Харузина» [см.: 24].. Но, какими бы тесными не были научные связи, как показала жизнь, они не были свободны от влияния политики, когда планы учёных пресекались решениями власть предержащих Ужесточение политики имперских властей по отношению к узаконенным правам Великого княжества Финляндского во второй половине 1890-х -- начале 1900-х гг., известное в финляндской литературе как «годы угнетения», всколыхнуло разные слои населения автономии. Акции гражданского неповиновения сменились, террористическими актами, из лояльной провинции Финляндия постепенно превращалась во «вторую Польшу» [см. подробнее: 7].
В черновике письма Н.А. Янчуку по поводу его участия юбилейном сборнике, посвящённом Вс. Ф. Миллеру, Хейкель писал: «В теперешней политической ситуации, когда вся Финляндия, моё отечество, имеют горе и весь, совершенно весь финляндцы чувствуют себя глубоко оскорбленные в своё правотолюбстве, я, к сожалению, не могу участвовать в Вашем юбилейном предприятии.
Во всяком случае Вас уважающий А. О. Г. 28.02.1899» [см.: 24].. Тем не менее, демократический характер взаимоотношений в Обществе и в отделе этнографии, позволил ему просуществовать до 1930 г., когда существенно изменившиеся взгляды на предмет и содержание этнографии привели к появлению новых организационных форм.
Хейкель сотрудничал с учёными, объединёнными в Общество археологии, истории и этнографии при Императорском Казанском университете. Чаще других он общался с тюркологом Н.Ф. Катановым Поступив на службу в 1894 г. в Казанский университет в должности профессора тюрко-татарских языков, Н.Ф. Катанов вступил в ОАИЭ, вскоре став секретарём, а с 1898 по 1914 гг. являясь его председателем. Научные связи с финскими тюркологами и финно-угроведами он установил ещё 1888 г. Во время экспедиции к тувинцам, Катанов случайно встретился с А.О. Хейкелем и его спутниками, искавшими следы древних финнов в Восточной Сибири и Монголии. Завязавшаяся между ними переписка со временем переросла в дружеские отношения, способствовавшие кооперации научных усилий финских и казанских учёных. Так, в письме от 4 октября 1899 г. Н.Ф. Катанов писал:
«Mein Hochgeehrter und Unvergesslicher Freund A. O. Heikel, grass und kuus!
Ваше Suomalais-ugrilaisen Seura прислало мне в дар свои издания:
1) Suscriptions de l'Orkhon, par V. Thomsen (Hels., 1896);
2) Mordvalaisten pukuja ja kuoseja, ongelukoristeita, von A. O. Heikel (Hels., 1898).
Так как в этом обществе у меня знакомых, по-видимому, нет, то я полагаю, что упомянутые подарки я получил исключительно благодаря Вам и потому приношу Вам глубочайшую благодарность за эти подарки.
Ваш почитатель Н. Катанов» [см.: 24].. В бытность проф. Катанова председателем Общества, он и ещё ряд казанских учёных (И.Н. Смирнов, С.К. Кузнецов и др.) были избраны почётными членами Финно-Угорского Общества, в знак признания заслуг перед финно-угроведением. Важной стороной их деятельности была публикационная работа, заключавшаяся в издании «Известий ОАИЭ», в наши дни являющихся одним из основополагающих источников по истории и культуре народов Среднего Поволжья и Приуралья. Вместе с тем, редакция старалась избежать лишней региональной ориентации публикуемых статей, устанавливая контакты с отечественными и зарубежными центрами историко-этнографических исследований В послании доценту финской этнографии Гельсингфорского университета А. О. Хейкелю от 31 октября 1891 г. редактор «Известий ОАИЭ» проф. И. Н. Смирнов писал:
«Многоуважаемый г. Гейкель!
С 1892 г. «Известия Общества Археологии, Истории и Этнографии» обращаются в периодическое издание, которое будет выходить выпусками по 7 листов каждый, 1 раз в год. В содержание каждого выпуска будут входить:
1) Руководящая -- оригинальная и переводная статьи по общим вопросам археологии, истории и этнографии;
2) Программы по специальным вопросам археологии, истории и этнографии Восточной России;
3) Изыскания и рефераты по археологии, истории и этнографии Восточной России;
4) Хроника: известия о находках, раскопках, археологических, этнографических и археографических экспедициях, заседаниях русских научных обществ, имеющих отношение к задачам журнала;
5) Смесь: выдержки из местных изданий Восточной России, заключающие в себе ценные, с точки зрения истории и этнографии, факты;
6) Библиография, посвящённая интересным изданиям Восточной России и важнейшим новостям европейской литературы по археологии и этнографии.
Ввиду тесной связи между многими вопросами русской и финской археологии и этнографии, журнал ставит себе задачей знакомить с новостями финской литературы по археологии и этнографии.
Имея Вас в числе своих членов-сотрудников, Общество рассчитывает и на Ваше сочувствие нашему предприятию. Позволяю себе от имени редакционного комитета просить Вас принять участие в нашем издании и не отказать в сообщении, от времени до времени, известий о новых завоеваниях финской науки в области этнографии. Искренне уважающий ВасИ. Смирнов P.S.
Статьи можно присылать на немецком и французском языках, перевод берёт на себя редакция. Адрес: Казань, Университет, проф. И. Н. Смирнов» [см.: 24].. Состоявшие в Обществе финские этнографы информировали русских коллег о развитии этнографических исследований в Финляндии и Скандинавии В архиве этнографических рукописей (Kansatietteen kasikirjoituksia arkisto) Музейного ведомства Финляндии (Museovirasto) хранится несколько писем и открыток, направленных руководством ОАИЭ финскому этнографу А.О. Хейкелю. Так, в письме от 18 ноября 1895 г. сообщалось, что:
«Совет Общества Археологии, Истории и Этнографии, при Императорском Казанском университете, получив доставленную Обществу книгу “Explorations ethnologiques” из “Travaux geographiques ex ecutes en Finlande”, страницы 132-147, от 14 ноября, считает своим долгом выразить члену-сотруднику общества проф. А.О. Гей-келю свою искреннюю признательность за это приношение.
Председатель Общества Н. Фирсов
Секретарь Н. Катанов» [см.: 24].
Письмо из деканата историко-филологического факультета Императорского Казанского университета от 15 апреля 1899 г. сообщало:
«Господину Магистру Акселю Гейкелю
Историко-филологический факультет Императорского Казанского университета вменяет себе в особо приятный долг выразить Вам, милостивый Государь, искреннюю благодарность за принесенное Вами в дар Музею Отечествоведения роскошное издание, имеющее важное значение для изучения этнографии финских племен «Mordvalaisten pukuja ja kuoseja».
Декан факультета А. Смирнов
Секретарь А. Александров» [см.: 24].. Это обстоятельство ещё раз указывает на значительную роль московских и казанских народоведов в институциолизации этнографического финно-угроведения.
Возвращение к финнам
А.О. Хейкелю суждено было прожить долгую жизнь, быть свидетелем множества событий в истории изучения родственных финнам народов: от создания в 1883 г. Финно-Угорского Общества, по сей день финансирующего немало экспедиционных и издательских замыслов; открытия в 1910 г. Национального музея Финляндии, чей отдел этнографии надолго станет эталоном представления народной культуры финно-угров; до учреждения в 1921 г. кафедры финно-угорской этнографии в Хельсинкском университете. Разделяя «финно-угорскую идею», прямо или опосредовано принимая участие в основных исследовательских и организационных проектах своих единомышленников, он, казалось бы, нигде не лидерствовал. Кроме того, что он был изначально первым. И, всё же ему удалось взрастить свою ветвь на древе финно-угроведения.
На рубеже веков, когда на север Европы настойчиво продвигались индустрия и урбанизация, историки и этнографы задумались над тем, как сохранить для потомков те произведения уходящей крестьянской культуры, что постепенно исчезали под действием модернизации. Шведский этнограф А. Хаселиус приобрёл на окраине Стокгольма участок земли и перевёз на него первые образцы народной архитектуры; так возник Скансен. Тем же путём пошёл Хейкель. В 1909 г. на небольшой островок Фёлисён/Сеурасаари на западной окраине финляндской столицы перевезли первые постройки из усадьбы Ниемеля в Конгинкангасе. Идея создания музея под открытым небом принадлежала выдающемуся финскому художнику А. Галлен-Каллела, архитектору Ю. Бломстедту и этнографу А.О. Хейкелю, который стал его первым директором. В 1913 г. музей народной архитектуры перешёл в ведение государства и в него начали перемещать наиболее типичные строения финнов из разных областей Великого княжества Финляндского, а также постройки из финской Карелии и Лапландии [18]. Преданность директора своему музею сохранилась и после смерти учёного, похороненного во дворе деревянной церкви XVII в., перевезённой из д. Каруна. Школу музея под открытым небом прошли многие финские этнографы: так, профессора финно-угорской этнографии А. Хямяляйнен и Н. Валонен были обязаны своей университетской карьерой работой в Сеурасаари.
хейкель этнограф финно-угорский
Список источников и литературы
1. Гейкель А. Мои исследования среди приволжских инородцев // Известия Русского Географического Общества. 1886. Т. 21. С. 534-536.
2. Гейкель А. О. О народном орнаменте финских племен // Труды второго областного Тверского археологического съезда, 10-20 авг. 1903 г. / Издание Тверской Учёной архивной комиссии. Тверь, 1906. С. 123-125.
3. Загребин А. Е. Финно-угорские этнографические исследования в России (XVIII -- первая половина XIX в.). Ижевск, 2006.
4. Загребин А.Е. Финны об удмуртах. Финские исследователи этнографии удмуртов XIX -- первой половины XX в. Ижевск, 1999.
5. Кудрявцев В. Марийская тема в творчестве финского художника Агатона Рейнхольма // Финно-угроведение. 1995. № 1. С. 96-104.
6. Лехтинен И. Изучение Сибири в Казани (по материалам переписки А.О. Хейкеля и Н.Ф. Катанова) // Studia Slavica Finlandensia. 2005. Tom. 22. C. 181-204.
7. Полвинен Т. Держава и окраина. Н.И. Бобриков -- генерал-губернатор Финляндии 1898-1904. СПб., 1997.
8. Рогачев В.И. Истоки (к проблеме историко-культурного и филологического наследия М.Е. Евсевьева. Саранск, 2002.
9. Сергеев О.А. Аксель Хейкель и марийский просветитель Иван Моляров // Финские учёные о языке и культуре марийского народа. Йошкар-Ола, 2002. С. 51-55.
10. Харузин Н.Н. Очерк истории развития жилища у финнов // Этнографическое обозрение. 1895. Кн. 24. № 1. С. 35-78.
11. Харузин Н.Н. Очерк истории развития жилища у финнов // Этнографическое обозрение. 1895. Кн. 25. № 2. С. 51-104.
12. Aspelin J.R. Muinaisaannoksia suomen suvun asumusaloilta / Antiquites du Nord Fenno-ougrien, vol. I-V. Helsingfors, 1877-1884.
13. Aspelin J.R. Suomalais-ugrilaisen muinaistutkinnon alkeita. Helsinki, 1875.
14. Hamalainen A. Axel Olai Heikel // Suomen museo, 1925, vol. 32, s. 1-4.
15. Heikel A.O. Antiquites de la Siberie occidentale // Memoires de la Societe Finno-Ougrienne, 1894, vol. 4.
16. Heikel A.O. Die Gebaude der Tscheremissen, Mordwinen, Esten und Finnen. Ethnographische Forschungen aus dem Gebiete der finnische Volkerschaften. Helsingfors, 1888.
17. Heikel A.O. Rakennukset Tsheremisseilla, Mordvalaisilla, Virolaisilla ja Suomalaisila // Akatemiallinen vaitoskiija. Ylipainos Suomi-kirjasta. Helsingissa, 1887.
18. Heikel A.O. Seurasaaren ulkomuseo. Helsinki, 1919.
19. Heikel A.O. Voyage a l'Orkhon // Inskription de l'Orkhon recuellies par l'expedition finnoise 1890 et publiees par la Societe Finno-Ougrienne. Helsingfors, 1892.
20. Heikel A.O. Explorations ethnologiques // Travaux geographiques executes en Finlande / Fennica, 1895, vol. 13, p. 132-147.
21. Karkama P. The individual and national identity in J. V. Snellman's Young-Hegelian theory // National History and Identity. Approaches to the Writing of National History in the North-Baltic Region Nineteenth and Twentieth Cen- tunes. Studia Fennica: Ethnologica, 1999, vol. 6, p. 141-152.
22. Lehtinen I. Agathon Reinholm -- suomalainen taiteilija sukukansojen parissa // Suomen Museo, 2004, vol. 111, s. 47-60.
23. Museomiehen paivakirjasta. A. O. Heikelin lehtikiijoituksia / Toim. I. Lehtinen. Helsinki, 1989.
24. MV: KTKKA (Museovirasto: Kansatieteen Kasikirjoitusarkisto). Heikeliana. A.O. Heikelin kiijekokoelma.
25. Niiranen T. Axel Olai Heikel. Sumalais-ugrilaisen kansatieteen ja arkeologian tutkija / Snellman-instuutin julkaija, vol. 4, Kuopio, 1987.
26. Niiranen T. Pioneers of Finnish ethnology // Pioneers: The History of Finnish ethnology. Studia Fennica: Ethnologica, 1992, vol. 1, p. 21-40.
27. Rasanen R. Albert Hamalainen -- champion of Finno-Ugrian ethnology // Pioneers: The History of Finnish ethnology. Studia Fennica: Ethnologica, 1992, vol. 1, p. 103-125.
28. Salminen T. Suomen tieteelliset voittomaat. Venaja ja Siperia suomalaisessa arkeologiassa, 1870-1935 // Suomen muinaismuistoyhdistyksen aikakauskiija, 2003, vol. 110, s. 59-69.
29. Schvindt T. Kotimaan kiijalisuutta // Valvoja, 1888, s. 459-467.
30. Tallgren A.M. J.R. Aspelin uran alkutaipaleelta // Kalevalaseuran vuosikiija, 1937, vol. 17, s. 90-91.
31. Topelius Z. Finland framstaldt i teckningar. Helsingfors, 1848-1852.
32. Vuorela T. Ethnology in Finland before 1920. Helsinki, 1977.
33. Wichmann Y. Uusia tutkimuksia suomalais-ugrilaisten kansojen rakennuksista // Valvoja, 1895, s. 410-415.
34. Winkler H. Uralaltaische Volker und Sprachen. Berlin, 1884.