Материал: Dukhovnaya_kultura_Kitaya_Tom_1_-_Filosofia

Специфику категории гуа [2] составляет материальная выраженность в двух количественно определенных наборах графич. символов — восьми триграм мах и 64 гексаграммах. Первые состоят из трех, вторые — из шести черт двух видов (целой — ян [1] и прерванной — инь [1], обозначенных в «Чжоу и» также цифрами 9 и 6; см. Инь–ян) во всех возможных комбинациях. Каждой гуа [2] присущи индивидуальное имя (восемь триграмм и их удвоения — восемь гек саграмм — одноименны), образный и понятийный комплексы, стандартные формулы как абстрактного, так и конкретного содержания. Например, двум парам главных гуа [2] (см. рис. 1, 2) соответствуют имена Цянь (цянь [1]) и Кунь (кунь), образы неба и земли, отца и матери, понятия «творчество» и «исполне ние» и т.д. Три , гексаграммы и их компоненты во всех комбинаторно возможных сочетаниях образуют всеобъемлющую иерархию классификац. схем, в нагляд ных символах (сян [1]; см. Сяншучжи сюэ) охватывающую любые аспекты действительности — части пространства, отрезки времени, природные сти хии, числа, цвета, органы тела, социальные и семейные отношения и т.д., поз воляя описывать всевозможные ситуации и процессы, фиксировать реальные или умозрительные соответствия между ними и т.п.

Структурно и онтологически гуа [2] представляются продуктами последователь ного раздвоения (инь–ян) «Единого» — «Великого предела» (тай цзи). Однако исторически гексаграммы могли возникнуть раньше триграмм. В статическом плане каждый из наборов — восемь триграмм и 64 гексаграммы — зафиксиро ван в двух пространственно ориентированных расположениях, приписывае мых Фу си и Вэнь вану, основателю дин. Чжоу (XI–III вв. до н.э.) (см. с. 78–79). Последнее реализовано в порядке описания гексаграмм в самом тексте канонич. части «Чжоу и». Последовательная смена черт гуа [2] в расположении Фу си, реально проявившемся значительно позже (прежде всего в трудах основателей неоконфуцианства — Шао Юна и Чжу Си), подчинена той же закономерности, что и смена знаков 1 и 0 в обозначении натурального ряда чисел в двоичной арифметике, создатель к рой, немецкий философ и математик Лейбниц, истолковал это подобие как свидетельство предустановленной гармонии и един ства Божьего промысла для всех времен и народов. В 1973 в Мавандуе был обнаружен текст «Чжоу и» (II в. до н.э.) с третьим видом расположения гекса грамм, типологически более близким к расположению Фу си.

Гуа [2] располагаются в линию, квадратом (символ Земли) и кругообразно (символ Неба), соотносясь по окружности и через центр; делятся на «мужские»

и«женские»; образуют пары по двум гл. принципам: «обратности» (фань [1]), т.е. перевернутости на 180°, и «супротивности» (дуй [2]), т.е. противоположности черт в одинаковых позициях (см. рис. 3, 4). Эти два вида противоположности

втрадиц. кит. логике (протологике) и методологии (нумерологии) охватывают все контрарные и контрадикторные (мао дунь) отношения. В динамичном плане взаимопревращения гуа [2] путем трансформации черт в противопо ложные отражают все фазы цикличности развития космоса в основополагаю щей для «Чжоу и» теории «кругообразных перемен» (чжоу и).

В эпоху Хань (III в. до н.э. — III в. н.э.) при посредстве мистико натурфилос. построений иньян цзя, «школы канонов в совр. знаках» (или «школы текстов совр./новых письмен» — цзиньвэньцзин сюэ), оракуло апокрифич. (чэнь вэй) традиции общеметодологич. потенциал схем гуа [2] был реализован в макси мальном увеличении их онтологич. референтов и координации со всеми дру гими аналогич. схемами — прежде всего «пятью элементами» (у син), циклич.

изодиакальными знаками, магич. числовыми фигурами хэ ту и ло шу. В сочи нении «Лес перемен» («И линь») Цзяо Янь шоу (I в. до н.э.) или Цуй Чжуаня (I–II вв.) система «Чжоу и» была усложнена до 4096 членов — корреляций каждой гексаграммы с самой собой и каждой другой. Ян Сюн в «Каноне Вели кой тайны» («Тай сюань цзин») предложил альтернативную систему, в к рой 64 гуа [2] заменены 81 тетраграммой (шоу [1] — букв. «голова»). Последние состоят из всех возможных сочетаний черт трех видов (целой, единожды

идважды прерванной) в четырех позициях. Однако система Ян Сюна, воз можно также восходящая к древней гадательной практике, не смогла конку

202

рировать с системой гуа [2], развитие к рой достигло апогея в эпоху Сун (X–XIII вв.), когда были созданы наиболее яркие образцы нумерологич. философии — учения Шао Юна (XI в.) и Цай Шэня (XII–XIII вв.).

Помимо три и гексаграмм «Чжоу и» термином гуа [2] обозначались иные подобные символы. В частности, в Дуньхуане были найдены мантич. тексты 2 й пол. I тыс. н.э.: «[Канон] главных секретов прорицания Гуань Гун мина» («Гуань Гун мин бу яо цзюэ [цзин]»), «Фрагмент книги гаданий и прорица ний» («Чжань бу шу цань цзюань»), «Законы прорицания» («Бу фа»), в к рых фигурируют двух и трехчастные гуа [2], образованные только целыми чер тами в горизонтальном и вертикальном расположении (например: ), что напоминает «сучжоускую» систему цифровой номинации. Там же система восьми гуа [2] выражена с помощью имен выдающихся личностей: 1) Чжоу гун (XI в. до н.э.), 2) Конфуций (VI–V вв.), 3) Цюй Юань (IV–III вв.), 4) Чи сун цзы (XXIX–XXVII вв. до н.э.), 5) Цзе (XVI в. до н.э.) и Чжоу (XI в. до н.э.), 6) Юэ ван Гоу цзянь (правил 496–465 до н.э.), 7) Цзе цзы Туй (VII в. до н.э.), 8) Цзян тай гун (XI в. до н.э.).

Гуа [2] вошли в фундамент не только философии, но и науки (особенно астро номии, хронометрии, топографии, медицины, алхимии), лит ры и искусства, всей традиц. духовной и материальной культуры Китая.

В Европе (в Мюнхене) 64 гуа [2] впервые опубликовал итал. иезуит М. Мартини (Martino Martini. Sinicae historiae decas prima. 1658). Франц. иезуит миссионер и ученый Ж. Буве, подвизавшийся при дворе кит. императора Кан си в каче стве «королевского математика» Людовика XIV, усмотрел в «Чжоу и» «библию» кит. культуры, отражающую изначальное Божественное Откровение в форме каббалистических «фигур» (figura) — гуа [2]. Его последователи стали назы ваться «ицзинистами» или «фигуралистами». Состоявший с ним в переписке Лейбниц признал его своим соавтором расшифровки порядка гуа [2] Фу си как двоичного кода. Дальнейшее развитие этих идей на Западе привело к созда нию логических машин и компьютерной технологии.

* Щуцкий Ю.К. Китайская классическая «Книга перемен». М., 1993; Даосская алхимия бессмертия: Антология древнекитайской эзотерики. Сост. Б.Б. Виногродский. М., 2003; Книга Перемен. Уроки Вэнь Вана / Пер. Б.Б. Виногродского [М., 2006]; ** Еремеев В.Е. Символы и числа «Книги перемен». М., 2002, с. 19–35; Зинин С.В. Два принципа орга низации гексаграмм «И цзина» // XIV НК ОГК. Ч. 1. М., 1983; он же. К проблеме построения гексаграмм «И цзина» // XIII НК ОГК. Ч. 1. М., 1982; он же. Отражение «И цзина» в «Цзо чжуани» и концепция перемен // XV НК ОГК. Ч. 1. М., 1984; Карапетьянц А.М. «Ба гуа» как классификационная схема // XIII НК ОГК. Ч. 1. М., 1982; он же. К про блеме структуры «И цзина» // XIV НК ОГК. Ч. 1. М., 1983; Кобзев А.И. Нумерологическая методология классической китайской филосо фии // Там же; он же. Учение о символах и числах в китайской класси ческой философии. М., 1994; Кроули М. Магическое Дао. М., 2003; Кру шинский А.А. Что такое гексаграммы И цзина? // XXXV НК ОГК. М., 2005, с. 205–213; У Цзинь, Ван Юншэн. Сто ответов на вопросы о «Чжоу и». Киев, 2001, с. 90–136; Чжоу Цзунхуа. Дао «И цзина». Киев, 2000, с. 27–97; Гао Го фань. Дуньхуан гусу юй миньсу любянь (Древние обычаи Дуньхуана и видоизменения народных обычаев). Нанкин, 1990; Чжоу и яньцзю луньвэнь (Собрание статей по исследованию «Чжоу и»). Сб. 1. Пекин, 1987; Nielsen B. A Companion to Yi Jing Numerology and Cosmology. L.–N.Y., 2003; Sherril W.A., Chu W.K. An Antology of I Ching. L. etc., 1977.

См. также лит ру к ст.: «Чжоу и».

А.И. Кобзев

203

фицировался как даос. («Хань шу», цз. 30, I в.; см. Даосизм), а затем как легист ский («Суй шу», цз. 34, VI–VII вв.) трактат. Последняя т. зр. закрепилась и ныне доминирует в кит. науке, распространена в науч. лит ре др. стран. Хотя адек ватное понимание «Гуань цзы» осложнено плохой сохранностью текста, нуж дающегося в серьезной реконструкции, по видимому, правильнее считать его первым в ряду энциклопедич. («эклектических» — цза цзя) произведений типа «Хуайнань цзы» и «Люй ши чунь цю», в к рых представлен широкий спектр знаний: филос., социально политич., экономич., историч., естествен нонаучных и др., почерпнутых из учений различных школ.

Специфику «Гуань цзы» составляет, во первых, общая ориентация на экономич. проблематику, во вторых, отражение самых ранних форм синтеза конф. (см. Конфуцианство), даос. и легистских идей с включением отдельных положений этики мо цзя (моизма), гносеологии и протологики мин цзя (школы имен)

ишколы Сун Цзяня — Инь Вэня (сунъинь сюэпай), теории управления цзун хэн цзя (школы дипломатов) и натурфилософии иньян цзя. Концентрирован ным выражением этого синтеза является тезис о производности законов от этико ритуальных норм (ли [2]) и их конечной зависимости от дао, «главен ствующего [во всей] тьме вещей». Легистская опора на закон и «страх вины/ наказания» (вэй цзуй, гл. 48) как основу социальной регуляции совмещена с его конф. объективизацией и морализацией: закон не орудие в руках государя, а стоящая над ним сила (гл. 46), призванная обогащать народ, а не казну («закон

иесть любовь к народу», гл. 16). Даос. трактовка дао как пустотно бесформен ного и «беспредельного» (гл. 36–38, 49) связана в «Гуань цзы» с образом иде ального правителя, больше ценящего дао и законы (или законы дао), чем свое господство (гл. 30). В гл. 36–38 и 49 представлено учение о дао, его конкрети зации («пристанище», шэ [2]) — дэ [1] и универсальной субстанции — «пневме» (ци [1]), «эссенциальная» (цзин [3]) форма к рой рождает разум, а высшее духовное состояние (шэнь [1]) — всеведение. В человеч. теле роль государя играет сердце, внутри к рого находится руководящий им психич. центр — «сердце сердца» (синь чжи синь) (гл. 49). Это учение совр. исследователи атри бутируют школе Сун Цзяня — Инь Вэня, на даос. основе соединявшей конф.

имоистские идеи. В гл. 40, 41 содержится учение иньян цзя о силах инь–ян, представляющих собой «великий принцип (ли [1]) Неба и Земли», и «пяти элементах» (у син), определяющих основные пространственно временные характеристики «пневмы». Гл. 39 посвящена Земле (ди [2]) и воде — «первоис точникам тьмы вещей». Вода сопоставлена с дао и названа «кровью и пневмой Земли». Связанный с идеологией «школы дипломатов», ведущий социально экономич. принцип «Гуань цзы» — цин чжун («[установление баланса] легкого

итяжелого») изложен в обозначенных этим термином гл. 80–86. Данный принцип стабилизации хозяйства посредством выпуска денег и накопления товаров выражает идею гос. контроля над экономич. жизнью и представление о законосообразном характере обществ. бытия. «Гуань цзы» является также ценным источником по истории кит. протологич. (гл. 6) и военной (гл. 17, 27) мысли, педагогики (гл. 59), календарной астрономии (гл. 8, 40), математики (гл. 58), гидрологии (гл. 39, 57) и географии (гл. 77).

* Го Мо жо, Вэнь И до, Сюй Вэй юй. Гуань цзы цзи цзяо («Гуань цзы» cо сводной сверкой). Т. 1–2. Пекин, 1956; Ши И сань. Гуань цзы цзинь цюань («Гуань цзы» с современными разъяснениями). Пекин, 1988; Штейн В.М. «Гуань цзы». Исслед. и пер. М., 1959; Гуань цзы. Гл. 30, 31, 40, 46 / Пер. С. Кучеры; гл. 36–39, 49 / Пер. Ян Хин шуна // Древнекитайская философия. Т. 2. М., 1973, с. 14–57; Даосские главы из трактата «Гуань цзы» / Пер. В.В. Малявина // Чжуан цзы. Ле цзы / Пер., вступ. ст., примеч. и указ. В.В. Малявина. М., 1995; Maverick L., T’ang Po fu, Wen Kung wen. Economic Dialogues in Anciеnt China: Selections from the Kuan tzu. Carbondale, 1954; Rickett W.A. Kuan tsu. A Repository of Early Chinese Thought. A Translation and Study of Twelve Chapters. Vol. 1. Hong Kong, 1965; idem. Guanzi. Political, Economic and Philosophical Essays from Early China. Vol. 1. Princ., 1985; vol. 2, Princ., 1998; ** Го Мо жо. Бронзовый век. М., 1959, с. 318–361; Иванов А.

205