Материал: Dukhovnaya_kultura_Kitaya_Tom_1_-_Filosofia

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

Вэй Юань, Вэй Хань ши, Вэй Мо шэнь. 23.04.1794, Шаоян пров. Хунань, —

ВЭЙ ЮАНЬ

 

 

 

1856/7, Ханчжоу пров. Чжэцзян. Философ неоконфуцианец (см. Неоконфу

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

цианство), ученый энциклопедист, литератор и политич. деятель, предста

 

 

 

 

 

 

витель «школы канонов в современных знаках» («школы текстов новых

 

 

 

 

 

 

письмен» — цзиньвэньцзин сюэ), воссозданной в XVIII в. Родился в семье

 

 

 

 

 

 

чиновника, находился на гос. службе, в 1844 получил высшую ученую степень

 

 

 

 

 

 

цзинь ши, дружил с Гун Цзы чжэнем и Линь Цзэ сюем.

 

 

 

 

 

 

Взгляды Вэй Юаня отражены в сб. эссе «Гу вэй тан цзи» («Собрание [сочине

 

 

 

 

 

 

ний] из Зала древних сокровенностей», 1878), состоящем из 10 цз. и вклю

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

чающем его гл. филос. сочинение «Мо гу» («Записки Молчальника [Мо]»).

 

 

 

 

 

 

В 1909 сб. был переиздан под заглавием «Вэй Мо шэнь вэнь цзи» («Собрание

 

 

 

 

 

 

прозы Вэй Мо шэня»). Писал коммент. к древнекит. классике, из к рых наи

 

 

 

 

 

 

более значительный — «Лао цзы бэнь и» («Коренной смысл [сочинения] Лао

 

 

 

 

 

 

цзы»; включен в состав канонической серии «Чжу цзы цзи чэн» — «Корпус

 

 

 

 

 

 

философской классики»), в к ром Вэй Юань предложил вслед за У Чэном

 

 

 

 

 

 

(XIII–XIV вв.) оригинальную разбивку текста «Дао дэ цзина» на 68, а не на

 

 

 

 

 

 

81 параграф. Вэй Юань создал также след. историко политич. и страновед

 

 

 

 

 

 

ческие труды: «Шэн у цзи» («Записки о священной войне», 1842), «Юань ши

 

 

 

 

 

 

синь бянь» («Новая редакция истории [династии] Юань», изд. в 1905), «Хай го

 

 

 

 

 

 

ту чжи» («Описания заморских государств [с приложением] карт», 1849). В по

 

 

 

 

 

 

следнем соч., основанном на работе Линь Цзэ сюя «Сы чжоу чжи» («Сведения

 

 

 

 

 

 

о четырех материках») и, по утверждению нек рых историков, известном

 

 

 

 

 

 

в Японии в эпоху «революции Мэйдзи» (1867–1868), были использованы

 

 

 

 

 

 

также сведения из зап. источников, что было новаторством для Китая того

 

 

 

 

 

 

времени. Продолжением концепции Вэй Юаня в политике стал лозунг:

 

 

 

 

 

 

«Руками варваров управлять варварами».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

После поражения Китая в «опиумной войне» 1840–1842 Вэй Юань одним из

 

 

 

 

 

 

первых выдвинул программу модернизации страны путем заимствования зап.

 

 

 

 

 

 

научно технич. достижений, получившую впоследствии название «Движение

 

 

 

 

 

 

за усвоение заморских дел» (ян у юньдун). Утверждая, что в мире нет неизмен

 

 

 

 

 

 

ных законов (фа [1]), Вэй Юань пытался проводить практич. преобразования,

 

 

 

 

 

 

касающиеся хлебного налога, контроля над добычей и сбытом соли, иррига

 

 

 

 

 

 

ции и т.п., выступал за отмену экзаменационной системы (кэ цзюй). Он считал

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

практический, прежде всего личный, опыт критерием «истины и лжи» (ши

 

 

 

 

 

 

фэй), отождествляемых с «пользой и вредом» (ли хай), и заявлял, что без дей

 

 

 

 

 

 

ствия (син [3]) не может быть знания (чжи [2]). По Вэй Юаню, образующие

 

 

 

 

 

 

мир «превращения пневмы» (ци хуа) представляют собой ни на миг не зами

 

 

 

 

 

 

рающий процесс изменений, источник к рого — универсальная «двойствен

 

 

 

 

 

 

ность» (дуй [2]) явлений. Все членится на пары противоположностей, в к рых

 

 

 

 

 

 

один элемент — «главенствующий» (чжу [1]), а другой — «содействующий»

 

 

 

 

 

 

(фу [5]). Противоположности содержатся друг в друге, превращаются друг

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

в друга. Человек способен к творческому самосозиданию («сотворению пре

 

 

 

 

 

 

вращений» — цзао хуа) посредством сознательного методич. приобщения

 

 

 

 

 

 

к творческому самосозиданию природы, с к рой он связан единством «духов

 

 

 

 

 

 

ной энергии» (лин шуан). Человеч. проблемы разрешаются в процессе взаи

 

 

 

 

 

 

модействия различных мнений. Филос. и социально политич. взгляды Вэй

 

 

 

 

 

 

Юаня оказали глубокое влияние на последующее реформаторское движение

 

 

 

 

 

 

(см. Кан Ю вэй; Лян Ци чао).

 

 

 

 

 

 

* Вэй Юань цзи (Собр. [соч.] Вэй Юаня). Пекин, 1975; Гу вэй тан нэй

 

 

 

 

 

 

вай цзи (Внутреннее и внешнее собр. [соч.] из Зала древних сокровен

 

 

 

 

 

 

ностей). Тайбэй, 1976; Предисловие к сборнику «Материалы эпохи

 

 

 

 

 

 

царствующей династии», «Записки Мо» // Избранные произведения

 

 

 

 

 

 

прогрессивных китайских мыслителей нового времени (1840–1898).

 

 

 

 

 

 

М., 1961; ** История китайской философии. М., 1989, с. 441–447;

 

 

 

 

 

 

История политических и правовых учений XIX в. М., 1993, с. 362–364;

 

 

 

 

 

 

Кобзев А.И. Философия китайского неоконфуцианства. М., 2002,

 

 

 

 

 

 

с. 445–447; Ли Хань у. Шилунь Вэй Юань ды бяньчжэнфа сысян фань

 

 

 

 

 

 

чоу (Предварительные суждения о категориях диалектической мысли

 

 

 

 

 

 

Вэй Юаня) // Чжунго чжэсюэ. Вып. 13. Пекин, 1985; Се Ин фэнь. Вэй

 

 

 

 

 

 

191

ВЭНЬ

192

Юань синь сюэ сысян шуяо (Изложение основ идеологии новых наук Вэй Юаня) // Хунань вэньсянь. 1976, т. 4, № 1; Цзиньдай айгочжуи сысянцзя — Вэй Юань (Мыслитель патриот нового времени — Вэй Юань). Пекин, 1976; Чжан Мин хуа. Вэй Юань гайгэ сысян чутань (Введение в реформаторскую идеологию Вэй Юаня) // Чжунго чжэсюэ ши яньцзю. Тяньцзинь, 1985, № 4; Чжун Чжао пэн. Вэй Юань // Чжун го цзиньдай чжумин чжэсюэцзя пин чжуань (Критические биографии знаменитых китайских философов нового времени). Т. 1. Цзинань, 1982; Elman B.A. From Philosophy to Philology. Camb. (Mass.) – L., 1984, index; idem. The Relevance of Sung Learning in the Late Ch’ing: Wei Yuan and the Huang ch’ao ching shih wen pien // Late Imperial China. 1988, vol. 9, № 2, p. 56–85; Leonard J.K. Wei Yuan and China’s Rediscovery of the Maritime World. Camb., 1984; idem. Wei Yuan and Images of the Nan yang // Ch’ing shih wen t’i... 1979, vol. 4, № 1, p. 23–57; Mitchell P. The Limits of Reformism: Wei Yuan’s Reaction to Western Intrusion // Modern Asian Studies. 1972, vol. 6, № 2, p. 175–204.

А.И. Кобзев

Вэнь — «знак, письменность, текст, культура, культурность, цивилизованность; цивильный, гражданский, гуманитарный; просвещение, образование, лите ратура, изящная словесность, стиль, украшенность». Одна из центр. и наибо лее специфичных категорий кит. филос., эстетич. и лит. мысли. Этимологич. значение иероглифа вэнь — «татуировка, узор, орнамент». Терминологич. оппозицию вэнь составляют, с одной стороны, «природная (стихийная, мате риальная) основа» (чжи [4]), «первозданная простота (пу) и дикость (е [2])» как состояние, еще не достигшее упорядоченности, а с другой — «военное начало», «воинственность» (у [2]) как состояние, разрушающее уже существу ющий порядок.

Исходным материальным прообразом культуры в Китае стала ткань, о чем свидетельствует архаич. значение иероглифа вэнь — «тканый предмет, тканое узорочье» («Шу цзин», гл. 6). Детально проанализировавший эту тему А.М. Кара петьянц даже пересмотрел традиционную этимологию вэнь, предположив его происхождение от изображения переплетающихся нитей, родственность

сиероглифом яо [1], обозначающим отдельную черту символа гуа [2] (три , гексаграммы) «Чжоу и» и имеющим дописьменное значение — «тканный орнамент».

Изготовление ткани или сети в кит. культуре, как и во многих других, ассоци ировалось с созданием письмен и текстов (ср. латинское textus — «сплетение», «ткань»), а возникновение иероглифич. письменности возводилось к схожему

синдейским кипу узелковому письму, упоминаемому в «Чжоу и» («Си цы чжуань», II, 2) и «Дао дэ цзине» (§ 80).

Производство тканей и одежды из них — один из основополагающих призна ков, отличающих культуру от дикости. В Китае оно традиционно таковым и считалось наряду с земледелием. Эти две культуросозидательные формы деятельности соотносились с самым фундаментальным делением человеч. сообщества — на женщин и мужчин. Первым полагалось ткать, вторым — обрабатывать землю (см., напр., гл. «Као гун цзи» — «Записки об исследова нии труда» канона «Чжоу ли»). Поэтому в семантике вэнь сохранились «жен ское» значение «мягкость, нежность, изящность» и протиповоставленность мужской воинственности, закрепленной за парным термином у [2].

Уже к середине I тыс. до н.э. этот образ был концептуализирован с помощью нумерологических (сяншучжи сюэ) и каноноведческих (цзин сюэ) терминов цзин–вэй (букв. «основа и уток», перен. «продольная вертикаль и поперечная горизонталь», «меридиан и параллель», «канон и апокриф») и цзи ган (букв. «связующие нити и главные вервии», перен. «устои и правила»), этимологиче ски (о чем, в частности, свидетельствует присутствующий в каждом из четы рех иероглифов ключевой знак «шелковая нить») связанных с ткацко пря дильным производством, плетением шнуров, переплетением нитей, вязанием

сетей и обозначавших соответственно троично пятеричную и двоично четве ричную системы взаимоперпендикулярных (продольно вертикальных и по перечно горизонтальных) осей как численно определенной сетчатой матрицы мироздания.

О подобной нумерологической схематике в качестве самого общего каркаса культуры вэнь прямо говорится уже в древнейших идеологических памятни ках Китая, отражающих мировоззренческие представления VIII–V вв. до н.э.

Втрактате «Го юй» («Государственные речи», цз. 3) сказано: «Шестеричность неба и пятеричность земли — числовое постоянство. [Продольно вертикаль ные линии] основы (цзин [1]) касаются неба, [поперечно горизонтальные линии] утка (вэй [3]) касаются земли. Ненарушенные основы и уток представ ляют собой символ (сян [1]) культуры (вэнь)». Аналогичная мысль выражена и в синхронном памятнике «Цзо чжуань» («Предание Цзо»): «Представление неба и земли в [продольно вертикальных и поперечно горизонтальных линиях] основы и утка называется культурой» (Чжао, 28 г.). В самом раннем коммен тарии Ду Юя к этому пассажу ткацкая метафора реанимируется: «Основа и уток взаимно перекрещиваются (цо), поэтому ткут (чжи [14]) и формируют культуру». Встречающееся ранее в том же источнике высказывание об «основе и утке неба и земли» (тянь ди чжи цзин вэй) главный комментатор «Цзо чжуани» Кун Ин да разъяснял: «Когда достигается взаимное перекрещивание основы и утка, тогда формируется культура» (Чжао, 25 г.).

Всамом широком смысле вэнь означает всякую выявленную (осмысленную) упорядоченность: напр., в живой природе — это «знаки птиц и зверей» (няо шоу чжи вэнь), т.е. допускающая осмысленную интерпретацию система их следов («Си цы чжуань», II, 2), в неживой — «знаки неба» (тянь вэнь), т.е. астрономич. объекты и явления, или «знаки земли» (ди вэнь), т.е. символы праха земного («Чжуан цзы», гл. 7).

Конфуций, понимая вэнь как культуру, связанную с книжной ученостью, ритуа лом и музыкой, считал ее гармоничное сочетание с природной основой при знаком «благородного мужа» (цзюнь цзы) («Лунь юй», VI, 16; XII; 8, 15; XIV, 13), следующего в этом за благословленным Небом основателем дин. Чжоу и иду щей от нее кит. культурной традиции Вэнь ваном (XII–XI вв. до н.э.), т.е. букв. «Культурным царем» («Лунь юй», IX, 5). Конфуцианцы, сторонники этой традиции постижения культуры через каноническую (цзин [1]) лит ру, уже в III в. до н.э. стали называться «мужами, наученными культуре», или «литераторами» (litterati), — вэнь сюэ чжи ши («Хань Фэй цзы», гл. 46).

Вдальнейшем понятие вэнь в кит. философии было предельно онтологизи ровано. В комментирующей части «Чжоу и» уже говорится о «знаках неба» и «знаках человека» («Туань чжуань», 22), «знаках неба и земли» и дано опре деление «знаков» как проявляющейся в коррелятивных числам (шу [1]) «сим волах» (сян [1]) «взаимосвязи вещей» («Си цы чжуань», I, 10; II, 10).

Вкачестве универсальной онтологич. структуры знаки вэнь связывались с дао и принципами (ли [1]) всех вещей. Согласно «Хань Фэй цзы», «Путь дао есть то, что делает тьму вещей таковой и определяет тьму принципов. Принципы суть знаки, формирующие вещи» (гл. 20). В основе этих дефиниций Хань Фэя, разъяснявшего Лао цзы, лежит антропоцентрическая идея фундаментальной корреляции между «географией» и «астрономией», т.е. «принципами земли» и «знаками неба», о к рых сказано в «Си цы чжуани» (I, 4). В качестве универ сального коррелятора тут выступает дао, причем не только в абстрактном, но и в самом конкретном своем значении — «путь, линия, графически выра зимый след в пространстве», поскольку «земные принципы» и «небесные знаки» — это прежде всего зримые очертания, линии на земле и на небе, что обусловлено исходным смыслом иероглифов ли [1] и вэнь. Абстрактное же значение дао интегрирует заключенные в ли [1] и вэнь представления о физич. чертах как упорядоченных символах, наделенных определенными смыслами, к рые в своей совокупности и складываются во вселенский путь.

Позднее, в неоконфуцианстве, утвердилось понимание вэнь как эманации дао (Чжу Си) и «доступного наблюдению проявления принципов» (Ван Ян мин).

193

«ВЭНЬ ЦЗЫ»

194

Вгносеологич. аспекте это порождало аналоги теории врожденных идей. Так, по мысли Ли Чжи, «высшие знаки в Поднебесной не могут не происходить из детского сердца» («Тун синь шо» — «Изъяснение детского сердца»).

Втрадиц. литературоведч. сочинениях слово вэнь могло применяться в узком смысле, напр. сводиться к обозначению рифмованного текста или жанра поминального слова, а в лингвистике, вслед за первым в Китае толково этимологич. словарем «Шо вэнь цзе цзы» (нач. II в. н.э.), — обозначать простой (несоставной) иероглиф.

Всовр. языке категория вэнь не утратила своей семантич. широты, выступая, с одной стороны, как обозначение письменности (вэньцзы), а с другой — цивилизации (вэньмин) или культуры (вэньхуа) вообще, включая ее духовные (напр., вэньсюэ — лит ра) и материальные (вэньу — предметы материальной культуры) составляющие, а также распространяясь на природные объекты (тяньвэньсюэ — астрономия).

**Алексеев В.М. Труды по китайской литературе. Кн. 1. М., 2002, с. 68–72, указ.; Голыгина К.И. Теория изящной словесности в Китае XIX — начала ХХ в. М., 1971, с. 12–27; она же. Определение изящной словесности — вэнь в средневековой теории литературы // Историко филологические исследования. Вып. 2. М., 1972; Лисевич И.С. Литера турная мысль Китая на рубеже древности и средних веков. М., 1979, с. 16–31; Малявин В.В. Китайская цивилизация. М., 2000, с. 191–195; Мартынов А.С. Конфуцианство. «Лунь юй». Т. 1. СПб., 2001, с. 222–285; Рубин В.А. Идеология и культура древнего Китая. М., 1970, с. 22–24; Ткаченко Г.А. Космос, музыка, ритуал: Миф и эстетика в «Люйши чуньцю». М., 1990.

А.И. Кобзев

«Вэнь цзы» — один из древнейших даос. трактатов (V–III вв. до н.э.; см. Даосизм). Впервые упоминается в «Ши цзи» (II–I вв. до н.э.). В «Хань шу» (разд. «И вэнь чжи», I в.) говорится о трактате «Вэнь цзы» из девяти глав (пянь [1]), автор к рого Вэнь цзы (Мудрец письмен) якобы был учеником Лао цзы и современником Конфуция. Наряду с идеями даос. характера (гл. обр. «Дао дэ цзина») содержит высказывания конф., моистского и легист ского толка (см. Конфуцианство; Мо цзя; Легизм): напр., глава «Дао дэ» содер жит параллели с памятником легизма «Шан цзюнь шу». Некоторые пассажи близки к тексту «Хуайнань цзы». «Вэнь цзы» — один из первых даос. тракта тов, построенных на сочетании диалоговых и монологовых форм изложения (ср. «Чжуан цзы»), что характеризует его как компиляцию фольклорных мистич. рассказов и текстов эзотерич. школ. Уже в первые века н.э. нек рые южн. даос. школы отдавали «Вэнь цзы» приоритет перед «Дао дэ цзином». В эпоху Суй (кон. VI — нач. VII в.) получила распространение версия «Вэнь цзы» из 12 пяней, а в VII–IX вв. этот текст под названием «Тун сюань чжэнь цзин» («Истинный канон проникновения в сокровенное») стал почитаться как один из основополагающих наравне с «Дао дэ цзином» и «Чжуан цзы». Долгое время «Вэнь цзы» считался произведением II–I вв. до н.э., основан ным гл. обр. на «Хуайнань цзы». Находка текста «Вэнь цзы» на бамбуковых дощечках в ханьских погребениях уезда Динсянь пров. Хэбэй (1973) подтвер дила версию более раннего его создания.

* Вэнь цзы (с коммент. Ду Дао сяна) // Чжу цзы бай цзя и шу (Истин ные книги ста школ). Шанхай, 1989; Вэн цзы. Познание тайн. Дальней шее развитие учения Лао цзы. М., 1999 (пер.: Wen tzu. Understanding the Mysteries / Tr. by Th. Cleary. Bost.–L., 1992).

А.А. Маслов

Гао Пань лун, Гао Юнь цун, Гао Цунь чжи, прозвище Цзин и. 13.08.1562, г. Уси пров. Цзянсу, — 14.04.1626. Философ неоконфуцианец, глава академии Дун линь (дунлинь шуюань) и дунлиньской школы (дунлинь сюэпай) в 1612–1626. Получил высшее ученое звание цзинь ши в 1589, находился на гос. службе до 1595. В 1593 был понижен в должности и отправлен в далекую провинцию. В 1621 Гао Пань лун был призван ко двору и затем получил ряд высоких постов, в т.ч. гл. цензора. В 1625 был уволен и разжалован, опасаясь ареста, покончил с собой. В 1629 реабилитирован. Во взглядах Гао Пань луна наибо лее ярко выразилась общая тенденция дуньлиньской школы к согласованию внутр. свободы личности с нормами социальной жизни путем отказа от при знанного предшествовавшим неоконфуцианством (особенно чжусианством) дуализма метафизич. «абсолютно доброй» «коренной» природы человека и его физич. «пневменной» (ци [1]) природы, проникнутой и добром и злом.

* Гао цзы и шу (Произведения, оставленные учителем Гао [Пань луном]). [Б.м.], 1876 (1 е изд. — 1632); ** Кобзев А.И. Философия китайского неоконфуцианства. М., 2002, с. 397–400; см. также указ.; Taylor R.L. Meditation in Ming Neo Confucianism: Kao P’an lung’s Writing on Quiet Sitting // JCP. 1979, vol. 6, № 2, р. 149–182; idem. The Cultivation of Sagehood as a Religious Goal in Neo Confucianism: A Study of Selected Writings of Kao P’an lung, 1562–1626. Ann Arbor, 1978.

См. также лит ру к ст.: Дунлинь сюэпай.

А.И. Кобзев

Гексаграмма см. Гуа [2]

Го Сян, Го Цзы сюань. 252–312. Философ, один из создателей «учения о сокро венном» (сюань сюэ), первый комментатор «Чжуан цзы», придавший этому тексту его современный вид. Уроженец пров. Хэнань, Го Сян был известен среди современников, увлекавшихся философствованием в стиле «чистых бесед» (цин тань), как выдающийся полемист. К гос. службе поначалу не стре мился, предпочитая ей домашнее затворничество и лит. занятия, однако впос ледствии занимал высокие посты и подвергался из за этого критике со стороны др. участников «чистых бесед». В различных источниках имеются упоминания о ряде произведений Го Сяна, но почти все они утрачены, поэтому основным источником сведений о его взглядах продолжает оставаться «Чжуан цзы чжу» («„Чжуан цзы“ с комментарием»). Считается, что именно интерпретация Го Сяна придает тексту «Чжуан цзы» глубину, позволяющую увидеть в памятнике своего рода манифест философии даосизма. Дао предстает в виде потока жизни, от к рого человек оказался отчужденным из за присущего ему сознания, так что возвращение к подлинному существованию возможно для него только через вторичное «уравнивание со всеми вещами». В ходе трансформации сознания — последовательного «забывания» ложных идей, воспринятых вме сте с культурой вэнь (преимущественно письменной, т.е. конф.), — он приоб ретает специфические свойства «истинного человека» (чжэнь жэнь), для к рого утрачивают актуальность все различия, в т.ч. между жизнью и смертью, по скольку такой индивид становится «бессмертным небожителем» (сянь [1]) — в философско метафорич. либо в духовно практич. смысле. Го Сян придал идеям сюань сюэ систематич. характер, разработав и развив концепцию «изна чальной природы» (син [1]), «судьбы» (мин [1]) и «удела» (фэнь) каждой вещи (или существа) в общекосмич. процессе. Согласно этой концепции, всякая вещь (или существо) имеет предрасположенность, к рая содержится в ее врожденном характере (совокупности качеств) и реализуется тем успешнее, чем в большей степени поведение индивида совпадает с предусмотренным природой «устройством и предназначением». Успешное следование своему «принципу» образует благоприятную судьбу вещи, разного рода отклонения

ГАО ПАНЬ ЛУН

ГО СЯН

195