Материал: Batalov_E_Ya_Chelovek_mir_politika

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 256

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

ции134. Предпринимались также попытки, хотя и не часто, дать не кий общий свод признаков империи135.

Отечественный политолог М. Ильин, характеризуя «суть исто рической миссии Рима» (создавшего классическую имперскую форму) и одновременно «природы всякой империи», приводит от рывок – на мой взгляд, весьма удачный – из Вергилия:

Ты же, о римлянин, помни – державно народами править; В том твои будут искусства, вводить чтоб обычаи мира,

Милость покорным давать и войною обуздывать гордых [34, 847–853].

«Данная формула, – резонно замечает Ильин, – представляет собой соединение двух сущностно разных, но взаимодополняющих начал – цивилизаторства (введение обычаев мира, правовых, куль турных и соответствующих бытовых стандартов, норм градскости и т. п.) и империалистического господства (обуздывание непокор ных, силовое расширение сферы гегемонии и т. п.)» [35, c. 230].

Возможно ли в итоге, опираясь на существующие теоретические наработки и принимая во внимание реальную историю империй, со ставить обобщенное рабочее представление об этом феномене? Такое представление, которое позволило бы получить ответ на вопрос: не являются ли современные Соединенные Штаты Америки империей?

Очевидно, все таки возможно. Прежде всего, видимо, следует констатировать, что империя представляет собой международную политическую систему, охватывающую группу политически орга

134«Империя – ранняя архаическая форма принудительной национально госу дарственной интеграции, превращенная реализация исторической тенденции единства мира... Возникновение империй являлось в истории продолжением и развитием более простой, органичной и стабильной государственности типа “госу дарства нации»...” [32,c. 100].

135Изданный в США «Словарь политической мысли» под редакцией Р. Скратона оп ределяет империю как «государство, характеризующееся (I) значительной террито рией, населением и властью, включающее несколько наций, народов или подчинен ных государств с различными расами или культурами; и/или (II) возникновением в результате завоевания господствующим племенем или нацией, которая продолжает формировать господствующую группу и осуществляет монопольное принуждение; и/или (III) политической структурой, при которой верховная власть принадлежит одному лицу (императору), являющемуся источником всей власти на местах; и/или (IV) теоретическим обоснованием потенциально универсальной юрисдикции, санк ционированной религией, законом или идеологией, выходящими за пределы наци ональных границ... Главная черта империи – пренебрежительное или неуважитель ное отношение к суверенитету более слабых держав, обычно сопровождаемое убежденностью либо во врожденном превосходстве определенной расы, либо в преимуществах истории или институтов управляющего народа» [33, p. 145].

256

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 257

Россия, Европа, Америка

низованных территорий (государств) и характеризующуюся опре деленным способом возникновения, организации и функционирова ния. Причем внутриимперские отношения имеют достаточно ус тойчивый характер и сохраняются в течение более или менее дли тельного времени. Империи рождаются в результате колонизации или подчинения (в том числе насильственным путем, то есть за воевания) одних государственных образований другими.

В основе имперской системы отношений, имперской мироорга низации лежит принцип разделения территорий на центр (метро полию) и периферию (колонии и зависимые территории). При этом центр выступает по отношению к периферии в качестве гегемона, ко торый распоряжается всеми ее ресурсами по собственному усмотре нию и никому не подотчетен в своих действиях. Институт партнер ства в империи отсутствует. Обратная властная связь также отсутст вует. Периферийные части империи могут обладать ограниченным суверенитетом (дарованным центром), а их руководители – достаточ но высоким политическим статусом (пожалованным все тем же цен тром). Однако это не исключает обязательного подчинения – оно мо жет иметь разное юридическое оформление – периферии центру. Не подчинение влечет за собой соответствующие санкции.

Еще один имманентный признак империи (на который иссле дователи не обращают должного внимания) – это имперское созна ние136, ориентированное на стремление к экспансии (в пределе – к глобализации империи) и универсализацию культивируемых цен тром ценностей.

Империи выполняли важные исторические функции, высту пая в условиях гетерогенного мира в качестве механизмов его раз вития, действие которых было основано на насилии, принуждении и сопровождалось большими человеческими жертвами. Можно вы делить по меньшей мере три такие функции. Во первых, цивилиза торскую, благодаря которой элементы цивилизации, создававши еся в метрополии, выходили за пределы центра и, постепенно до

136 Его правильнее было бы назвать «империалистическим», поскольку оно исходит из центра, от метрополии и выражает ее интересы. Но в рамках империи существу ет и другое, именно имперское сознание, присущее империи в целом. Это дихото мичное и потому внутренне противоречивое сознание. Ориентация на господство, принуждение, неконтролируемое насилие со стороны центра предполагают (толь ко в этом случае оно оказывается функционально возможным) наличие сервиль ного, ориентированного на подчинение сознания, характерного для периферии. Учитывая, однако, что в повседневной языковой практике понятие «имперский» («имперские амбиции», «имперская политика» и т. п.) фактически отождествляет ся с понятием «империалистический», мы будем следовать этому обычаю.

257

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 258

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

ходя до провинции, становились общеимперским достоянием. Во вторых, интеграционную, поскольку связывали разрозненные и существенно отличающиеся друг от друга части мира в единое, хотя и внутренне противоречивое, целое. В третьих, мобилизаци онную: эксплуатируя провинцию, извлекая из нее необходимые экономические, финансовые и иные ресурсы, центр мобилизовы вал средства, необходимые для развития метрополий, выступав ших в качестве точек мирового роста.

Совершенно очевидно, что тип связей, соединяющих современ ную Америку с другими субъектами международных отношений, в общем и целом не соответствует имперской парадигме. И о совре менной «Американской империи» можно говорить лишь в перенос ном, метафорическом смысле этого слова. И это закономерно.

Уже к середине ХХ века стало очевидным, что происходящие в мире изменения – и прежде всего процесс модернизации – сделали институт империи анахронизмом. Наметилась отчетливо выражен ная тенденция к цивилизационной, культурной и экономической го могенизации имперских пространств (не устраняющей колоссаль ных разрывов в качестве жизни населения колоний и метрополий и в других показателях), к постепенному, хотя медленному и болез ненному, выравниванию провинций и центра. А это ломало всю структуру имперских отношений137. Тем более что они становятся экономически нерентабельными: издержки, связанные с поддержа нием усложняющихся механизмов функционирования империи, начинают сравниваться с получаемой «прибылью» или даже превос ходить ее. Меняется нравственно политический климат в мире, де лающий невозможным сохранение в неприкрытом виде отношений господства подчинения между странами. В итоге из механизма меж дународного развития империи превращаются в механизм его тор можения и сходят с исторической арены за ненадобностью…

Чем, однако, можно объяснить тот факт, что о современной Америке многие – и в самих Соединенных Штатах, и за их предела ми – говорят именно как об «империи»? Или, осознавая шаткость такой идентификации, как о «квазиимперии»? На то имеются, как уже говорилось выше, политические и психологические причины. Но есть и основания гносеологического порядка. Человеческое со знание лениво и инертно. Оно часто действует по принципу эконо мии: похожее принимается за подобное, один феномен отождеств ляется с другим на основании внешнего сходства или совпадения двух трех признаков, не обязательно самых существенных.

137 Это прекрасно выражено в названии одной из статей Г.С. Кнабе: «Империя из живает себя, когда провинция догоняет центр» [36].

258

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 259

Россия, Европа, Америка

Нынешняя Америка действительно чем то напоминает вели кие империи давнего и недавнего прошлого, особенно Римскую и Британскую, а по своей относительной (относительно других стран современниц) мощи, по своему влиянию на остальной мир – превосходит их. Американские военные базы разбросаны по всему миру. Английский язык выступает в роли мирового языка посред ника. Американская поп культура заполонила мир. Американ ские университеты притягивают молодежь многих стран, а науч ные центры собирают в своих лабораториях лучшие мозги мира. Американцы верховодят в большинстве международных экономи ческих, политических и финансовых организаций. Американский доллар стал во многих странах, включая нашу несчастную Россию, «условной единицей» финансовых расчетов. Американцы нахра писты, энергичны, вездесущи, порой наглы и беззастенчивы. Они пытаются навязать свою волю – в том числе насильственным пу тем. Чем не империя?! Ведь в обыденном сознании империя – это синоним силы, всемогущества, напористости.

К сожалению, большинство из тех, кто ныне рассуждает об им перии, остаются пленниками этого сознания, которое мало помога ет при анализе новых явлений. Империя – не просто сила, но сила определенным образом вписанная в контекст ее действия, опреде ленным образом структурированная и реализуемая. Система отно шений, связывающих современную Америку с остальным миром, хотя и напоминает чем то традиционные империи, в общем и целом

организована иначе, чем они, у нее иная внутренняя и внешняя фор ма, иные функции. Это не империя138. Это что то другое, уникаль ное, не имеющее аналогов и требующее непредвзятого, лишенного ценностного подхода анализа. Отождествляя а priori этот новый фе номен (и при этом наивно исходя из представления о повторяемости

138 Уж если и говорить о современной «Американской империи», то некое подобие ее (исторически некорректна и эта аналогия) существовало в период со второй по ловины 40 х до конца 80 х годов XX века. Тогда США были единственным центром западного (капиталистического) мира, его общепризнанным лидером, его интегра тором. С помощью так называемых связывающих институтов (термин, введенный Джоном Айкенберри, одним из крупнейших современных американских междуна родников теоретиков) типа НАТО, ГАТТ, МВФ и др. они сплотили и до известной степени гомогенизировали (американизировали) этот мир. Сегодня (парадокс!) Америка стала сильнее, но ситуация изменилась не в ее пользу. Хотя с распадом двухполюсной системы союзники США и не разбежались в разные стороны, сте пень сплоченности Запада и его готовности поддерживать заокеанского партнера стала ниже. Этому немало способствовала американская политика так называемо го унилатерализма (односторонности), вызывающая раздражение и обиду евро пейцев, да и не только европейцев.

259

Batalov_2008.qxd 14.05.2008 22:51 Page 260

Э.Я.Баталов. Человек, мир, политика

истории139) с империей, мы закрываем себе путь к постижению сути того исторического уникума, каким на самом деле является нынеш няя Америка и вся нынешняя система международных отношений, в которую вплетена и Америка. Так что же в действительности скрывается под именем «Американской империи»?

С конца ХХ века в мире формируется – весьма динамично, хо тя и крайне болезненно, противоречиво, – глобальная политичес кая система, близкая в идеале к тому, что крупный британский теоретик международник Хэдли Булл именовал «мировым меж дународным обществом» (world international society)140. Сегодня оно предстает в виде гетерогенной системы, включающей несколь ко групп государств, различающихся по уровню развития (модер низированности), степени включенности в мировую политику и экономику, а в итоге и по роли в этой системе141. Структура этой си стемы (мировой порядок) еще только выкристаллизовывается. От ношения между образующими ее государствами еще не устоялись, не получили более или менее завершенного институционального

139«В виде фарса», добавляем мы иногда, кивая на Гегеля и забывая о том, что пи сал великий мыслитель по поводу повторяемости в истории (между прочим, в свя зи с попытками провести параллели между Францией эпохи Великой революции, с одной стороны, и Грецией и Римом, с другой). «В каждую эпоху оказываются такие особые обстоятельства, каждая эпоха является настолько индивидуальным со стоянием (курсив мой – Э.Б.), что в эту эпоху необходимо и возможно принимать лишь такие решения, которые вытекают из самого этого состояния... бледное вос поминание прошлого не имеет никакой силы по сравнению с жизненностью и сво бодой настоящего. В этом отношении нет ничего более нелепого, как столь часто повторяемые ссылки на греческие и римские примеры в эпоху французской рево люции» [37, c. 8].

140Согласно Буллу, «международное общество», или, как он его еще называл, «об щество государств», «имеет место тогда, когда группа государств, осознающих не которую общность интересов и общность ценностей, образует общество в том смысле, что они (государства – Э.Б.) чувствуют себя связанными общей системой правил, регулирующих их отношения друг с другом, и принимают участие в работе общих институтов» [38, p. 13]. «Мировое международное общество» – это «меж дународное общество», не только охватывающее весь мир, но и ставящее своей це лью поддержание жизни всего человечества.

141Касаясь этой гетерогенности в международно политическом плане, Генри Кис синджер утверждает, что «сегодня в мире параллельно существуют по меньшей ме ре четыре системы международных отношений»: одна – в западном мире, другая – в Азии, третья – на Ближнем Востоке и четвертая – в Африке [39, c. 10–12]. Кис синджер прав по существу, однако то, что он именует «системами», вернее, на мой взгляд, называть «подсистемами», ибо при всех различиях между названными ре гионами они существуют не «параллельно», а во взаимосвязи, как взаимодейству ющие части глобальной системы.

260