Материал: Alan_Karlson_-_Shvedskiy_experiment_v_demografi-1

Введение

Анализ причин падения рождаемости тоже имел общие черты. В межвоенный период большинство сторонников повышения рождаемости усматривало главную причину его снижения в духовном упадке Запада. Во всем была виновата буржуазная мораль среднего класса с характерным для нее стремлением к личному успеху, жаждой чрезмерной роскоши, индивидуалистическим эгоизмом и нежеланием идти на жертвы ради детей. Неомальтузианская пропаганда противозачаточных средств как средства борьбы с бедностью и эмансипация женщин вызывали презрение. При этом в бедности, отсутствии жилья, безработице и распаде расширенной семьи исследователи видели всего лишь второстепенные причины, хоть и заслуживающие порой внимания8.

Die Befölkerungsbewegnung der Gegenwart und ihr Einfluss auf die sozialen und wirtschaftlichen Verhaltnisse der Statten Mittel-Europas (Vienna: Selbst-Verlag, 1935); John Maynard Keynes, “Some Economic Consequences of a Declining Population,” Eugenics Review 29 (April 1937): 13—18; Roderich von Ungern-Sternberg, Bioligie und Ökonomie (Berlin: Schoetz, 1936); Fernando Gazzetti, Economica del declino demographico: Premessa alla politica demografica (Rome: Mediterranea, 1938); Fritz Huhle, “Ist Frankreichs Nationalwirtschaft durch den Geburtenrückgang dedraht?” Jahrbücher für Nationalökonomie und Statistic 15 (February 1940): 186—211; Johan Åkerman, “Bevolkerungswellen und Wechsellagen,” Schmoller Jahrbüch 61 (February 1937): 91—98; August Lösch, “Population Cycles as a Cause of Economic Cycles,” Quarterly Journal of Economics 51 (August 1937): 649—662; “Le Probleme de la natalite,” Bulletin de la Chambre de commerce de Paris 46 (8 July 1939): 652— 685; Henri Brenier, “De Quelques Consequences economiques prochaines de la denatalite en France et en Europe,” Congress international de la population, Vol. 7 (Paris: Hermann et Cie, 1937), pp. 118—26.

8См.: Max Von Gruber, Ursachen und Bekampfung des Geburtenrückgangs im Deutschen Reich (Munich: J. F. Lehmann Verlag, 1914), pp. 1—6, 55—69, 73—76; Fritz [Friedrich] Burgdörfer, Das Bevölkerungsproblem: Seine Erfassung durch Familien Statistik und Familienpolitik: Mit besonders Berücksichtigung der Deutschen Reformplane und der Französischen Leistungen (Munich: Verlag von A. Buchholz, 1917), pp. v—x, 1—46; Roderich von Ungern-Sternberg, “Die Ursachen des Geburtenrückgangs im Welteuropäischen Kulturkris wahrend des 19. und 20. Jahrhunderts,“ Archiv für befölkerungswissenschaft und

16

Введение

Что касается конкретных политических мер, то сторонники повышения рождаемости призывали государство вознаграждать тех, кто проявляет социальную ответственность, и наказывать неженатых и бездетных. Они выступали против работы замужних женщин по найму и поддерживали политику, целью которой было удержать или вернуть женщину к традиционной роли жены и матери. Не доверяя городу и не любя все городское, они призывали людей переселяться в «зеленые пригороды», чтобы придать новую энергию селу и аграрному сектору. Сторонники повышения рождаемости обычно были противниками добровольной стерилизации генетически здоровых индивидов. Они поддерживали законы, запрещавшие половое воспитание, продажу или использование противозачаточных средств и аборты.

Позитивные социально-политические меры обычно включали введение или увеличение семейных налоговых вычетов, введение особого налога на холостяков и бездетных, установление выплат за рождение детей и кредитов новобрачным, пособия для семей с тремя и более детьми, надбавки к заработной плате или введение выплат в соответствии с числом детей, использование таких моральных стимулов, как медали многодетным матерям; программы предоставления жилья многодетным семьям и пропаганда, подчеркивающая ценность для нации семейной жизни и детей.

Во Франции и Бельгии в движении за повышение рождаемости были и демократические, и католические группы. Ассоциации многодетных семей, обычно связанные с церковными приходами, к 1920 г. слились в мощные общенациональные лобби, боровшиеся за предоставление многодетным семьям пособий и налоговых льгот. Католические лидеры опирались на папские энциклики «Rerum Novarum» и «Quadragesimo Anno», которые благословляли усилия государств по перераспределению дохода в пользу многодетных семей. Успех, которым движение гордилось больше всего, заключался во всеобъемлющей системе семейных пособий, установленных сначала в добровольном порядке на уровне отраслей, национализиро-

befölkerungspolitik 8 (January 1939): 1—19; Fernand Boverat, L’Effrondrement de la natalite (Paris: Alliance nationale contra la depopulation, 1935); V. M. Palmieri, Denatalita (Milan: S. P. E. M., 1937).

17

Введение

ванных в 1930-е годы, а впоследствии превратившихся в общенациональную систему9. Фашистская Италия пристегнула движение за повышение рождаемости к своей борьбе с гедонизмом и за возрождение духовной силы западного человека. Государство обложило холостяков внушительным налогом

иобеспечило многодетным семьям право бесплатного проезда, льготы по оплате коммунальных услуг, преимущества при найме на работу, женские консультации, гарантированные отпуска по беременности и родам, оплачиваемый в двойном размере восьмидневный отпуск новобрачным и программу семейных пособий10.

Забота о поддержании рождаемости не обошла стороной

иВеймарскую Германию (к примеру, в конституции 1919 г. содержалось несколько уважительных упоминаний о семье

имногодетных семьях), где демократический режим предоставил налоговые и иные льготы семьям с пятью и более детьми. Несмотря на это, в 1928—1933 гг. рождаемость в Германии резко упала, что способствовало нагнетанию панических настроений и пессимизма, охватившего Германию в эти годы. Вскоре после того, как в 1933 г. к власти пришли националсоциалисты, министр внутренних дел Вильгельм Фрик призвал к перестройке всей политической системы и подчинению ее задачам демографической политики. Особую известность получил принятый в июне 1933 г. закон о ссудах новобрачным, по которому «расово приемлемые» пары могли получить кредит в размере 1000 дойчемарок на покупку мебели и об-

9Во Франции страхи перед депопуляцией страны породили обширную литературу. См.: Jacques Bertillon, La depopulation de la France (Paris: F. Alcan, 1911); Joseph J. Spengler, France Faces Depopulation (Durham, N. C.: Duke University Press, 1938); Robert Talmy, Histoire du Mouvement familial en France, 1896— 1939, Vols. 1, 2 (Paris: Union Nationale des Caisses d’Allocations Familiales, 1962); Jean Pinte, Les Allocations familiales — Origines regime legal (Paris: Librarie de Recueil Sirey, 1935). О ситуации в Бельгии см.: E. Dembour, La Questtion de la population (Brussels: Ligue des Familles Nombreuses de Belgique, 1933);

Valere Fallon, Famille et population (Tournoi: Casterman, 1942). 10 См.: Benito Mussolini, La politica demografica (Rome: Pinciana, 1937); Filippo Robatti, Il Problems demografico sul piano del l’impero (Torino: La Stella di San Domenico, 1937); Orazio di Marco, La legislazione fascista per l’incremento demografico e l’assistenza sociale (Campobasso: DiNunzio e Santorelli, 1938).

18

Введение

заведение хозяйством, причем с рождением каждого ребенка прощалась четверть основной суммы долга11.

Тем временем в Англии озабоченность убежденных империалистов вопросами повышения рождаемости наткнулась на требования сторонников евгеники и на классовые различия в уровне рождаемости. В то время как организованная в частном порядке Национальная комиссия по уровню рождаемости в своем докладе за 1916 г. предостерегала от опасности прекращения роста населения с точки зрения национальных интересов, другие обращали внимание на «вымирание высших классов» и беспорядочное размножение «низших»12. В Великобритании серьезные дебаты о «прожиточном минимуме» и пособиях на детей редко затрагивали вопрос о повышении рождаемости, поскольку рассматривались как элемент политики социального обеспечения13.

Вопрос рождаемости породил интеллектуальную тревогу и политические решения во многих других европейских странах14, в том числе в Швейцарии, Австрии, Голландии, Эстонии,

11См.: Max Reuscher, Der Kampf gegen den Geburtenrückgang früher und heute (Stettin: Ostsee-Druckerei und Verlag, 1935); Siegfried

Boschan,NationalsozialistischeRassen—undFamiliengesetzgebung, praktische Rechtsanwendung und Auswirkungen auf Rechtspflege Verwatung und Wirtschaft (Berlin: Deutscher Rechtsverlag, 1937); Elisabeth Nutt, Die Bevölkerungspolitische Auswirkungen des Ehestandsdarlehen (Berlin: Pfau, 1940); Frank H. Hankins, “GermanPoliciesforIncreasingBirths,”American JournalofSociology 42 (March 1937): 630—52.

12James Marchant, Birth Rate and Empire (London: Williams and Norgate, 1917); National Council on Public Morals, National Birth Rate Commission, The Declining Birth Rate: Its National and International Significance (London: Chapman and Hall, 1916); W. C. D. and C. D. Whetkam, “The Extinction of the Upper Classes,” Nineteenth Century (July 1909): 97—108); R. B. Catell, The Fight of Our National Intelligence (London: D. S. King and Son, 1937).

13C. D. H. Cole, The Next Ten Years in British Social and Economic Policy (London: Macmillan, 1929), pp. 183—199; Eleanor F. Rathbone, The Case for Family Allowances (Harmondsworth: Penguin Books, 1940).

14Лучшим обзором межвоенного движения за повышение рождаемости остается классическая работа Д. В. Гласса: D. V. Glass,

Population Policies and Movements in Europe (Oxford: Clarendon Press, 1940).

19

Введение

Латвии, Венгрии, Испании и Болгарии. Сходные опасения дали о себе знать в Канаде, Австралии и США15. К середине 1930-х годов создалось впечатление, что все европейские народы вотвот рухнут в пропасть демографического кризиса.

Вот в эту бурлящую идейно-политическую среду и вмешались в 1934 г. Альва и Гуннар Мюрдали, предложившие свой, уникальный подход к демографической проблеме. Мюрдали разделяли обеспокоенность других борцов за повышение рождаемости поддержанием расовой или этнической однородности, национальной обороной и негативными психологическими и демографическими последствиями сокращения численности населения. Они объявили своей целью повышение уровня рождаемости в Швеции на 40% и отстаивали масштабное государственное стимулирование браков и рождаемости.

Но в остальном Мюрдали не соглашались с борцами за повышение рождаемости. Занявшись причиной снижения рождаемости, они отвергли идею о «духовной слабости западного человека» как анахронизм, выдвинув на передний план изменившееся в материальное положение семей, у которых пропало желание рожать детей. Они с энтузиазмом подхватили лозунг о «женской эмансипации» и другие феминистские сюжеты, заклеймив домохозяек как старомодных приживалок. Если другие борцы за рождаемость мечтали о переустройстве сельской местности и пригородов и создании там семейных гнезд, то Мюрдали прославляли городскую жизнь как неизбежное и желанное будущее. Еще скандальнее было то, что они

15О кризисе рождаемости в Британском содружестве наций см.: A. E. Mauder, Alarming Australia (Sydney, London: Angus and Robertson, 1939); H. I. Sinclair, Population: New Zealand’s Problem (Dunedin: Gordon and Gotch, 1944); A. N. MacKenzie,

“Problems of Population and Persons,” Canadian Defense Quarterly 14 (October 1937): 84—92.

В Соединенных Штатах тон в дебатах задавали поклонники евгеники. См.: Henry Pratt Fairchild, People: The Quantity and Quality of Population (New York: Henry Holt, 1938); Ernest Kulka, The Causes of the Declining Birth Rate (Cold Harbor, N. Y.: Eugenics Research Association, 1932); J. C. Litzenberg, “Presidential Address: Challenge of the Falling Birthrate,” American Journal of Obstetrics and Gynecology 27 (March 1934): 317—29; Joseph J. Spengler, “Population Policy in the United States: The Larger Crisis in American Culture,” Vital Speeches (1 January 1941).

20