лиции свобода перемещения и военные возможности ИГ стали носить ограниченный характер. В Ираке авиация коалиции помогает иракской армии проводить операции по ликвидации террористов ИГ». Специальный представитель анти-ИГ коалиции считал, что в настоящий момент необходимо обеспечить освобожденные от ИГ территории надежным контролем, поскольку военные должны двигаться дальше, а оставлять местность без контроля полиции или специальных сил нельзя. Более того, население данных областей нуждается в защите и помощи, а во многих случаях речь идет и о восстановлении разрушенного жилья и базовой инфраструктуры.
«Для успешной стабилизации ситуации необходимо, чтобы во время военных операций соблюдались принципы честности, равной ответственности перед законом. Мы восхищаемся иракскими лидерами, которые призвали к защите мирного населения, недопущению случаев вандализма и насилия. Этот призыв также включал необходимость защиты школ, больниц, библиотек и музеев. Мы считаем, что подобные меры положили начало процессу объединения Ирака и выстраиванию доверительных отношений между различными сообществами внутри страны», – заявил Дж.Аллен. «Безусловно, подобные меры могут быть успешно реализованы лишь в случае тесного сотрудничества между правительством, военными и гражданским обществом. Мы также знаем, что меры по стабилизации требуют значительных ресурсов. Мы, как коалиция, продолжим всячески помогать Ираку, хотя у нас нет необходимых ресурсов для удовлетворения всех нужд Ирака. В то же время мы уверены, что сами по себе деньги, будь они выделены США, правительством Ирака или какой-либо организацией, не способны решить имеющиеся проблемы без предварительного планирования и выстраивания приоритетов», – добавил он. «В настоящее время партнеры США по коалиции прилагают все усилия для того, чтобы остановить рекрутирование террористами ИГ граждан соседних государств за счет ужесточения по-
41
граничного контроля, обмена информацией между службами безопасности и проведения реформ в правовой сфере», – добавил он. По мнению Дж.Аллена, необходимо продолжать работу в данной сфере, что поможет отследить наемников на пути в Сирию и Ирак, а обмен информацией между спецслужбами поможет перекрыть пути финансирования ИГ. Если говорить о финансировании, то в последнее время коалиции удалось заблокировать часть банковских счетов ИГ, перекрыть поток частного финансирования и ограничить возможности ИГ получать доход от продажи нефти.
Наиболее важной задачей на тот момент, по оценке выступавшего, являлось противодействие информационной пропаганде ИГ. В феврале 2015 года президент США Барак Обама объявил о создании специального центра, отслеживающего информационное поле на предмет пропагандистской деятельности ИГ. США совместно со своими партнерами по коалиции также поддержали инициативы ООН по снабжению продуктами и предметами первой необходимости населения в пострадавших от террористов зонах. Дж.Аллен подчеркнул, что единственный способ помочь населению Сирии и Ирака – ослабить, а затем уничтожить ИГ как в военном, так и в идеологическом плане. Безусловно, это займет несколько лет. Президент Б.Обама обратился в Конгресс с просьбой разрешить применение военной силы против ИГ, что, по его мнению, является единственным адекватным ответом на агрессию со стороны данной группировки. «Мир должен увидеть, что мы едины в стремлении одержать победу над ИГ. США особенно сильны как государство, когда администрация и Конгресс едины в таких вопросах, как применение военной силы. Более того, борьба с ИГ будет более эффективной, если администрация согласует свою тактику с Конгрессом», – подытожил Дж.Аллен.
Представитель Министерства обороны Майкл Фантини подтвердил слова Дж.Аллена касательно того, что американская стратегия противодействия ИГ представля-
42
ет собой комплекс различных мер, реализуемых непосредственно правительством США при поддержке их союзников по коалиции. По его словам, перед США стоит несколько важных задач: во-первых, ликвидировать районы, контролируемые террористами, во-вторых, способствовать укреплению позиций правительства Ирака и сил иракской армии, в-третьих, обучить и предоставить необходимые ресурсы умеренной сирийской оппозиции.
«Коалиции удалось остановить продвижение ИГ, лишив его преимущества на поле боя. Благодаря авиаударам удалось уничтожить ряд военных командиров ИГ, склады и транспортные средства. Были нарушены линии продовольственных и оружейных поставок, перекрыты финансовые потоки. В целом позиции ИГ в Ираке значительно ослабли», – заявил М.Фантини. «Однако США остро нуждаются в союзниках в лице региональных государств, поэтому Вашингтон заинтересован в укреплении позиций иракского правительства и армии, а также в поддержке бойцов курдской пешмерга. В Сирии же необходимо сначала создать ту силу, на которую можно опираться. В связи с этим Вашингтон прилагает все усилия для того, чтобы подготовить умеренную сирийскую оппозицию для борьбы с ИГ и для дальнейшего управления страной. Программа поддержки и тренировки умеренной оппозиции в Сирии была, в частности, поддержана такими региональными державами, как Саудовская Аравия, Катар и Турция», – добавил он.
Одним из наиболее острых вопросов, возникших у конгрессменов, был следующий: насколько большим должно быть вмешательство США в дела региона, и каким образом должно соотноситься участие США и региональных государств в операциях против ИГ. По словам приглашенных докладчиков, основную роль в операциях должны играть страны региона, а задача США – помочь и обучить региональные силы. Дж.Аллен отметил, что действия США должны носить вспомогательный характер, но
43
само американское вмешательство необходимо в любом случае. При этом ряд конгрессменов высказал мнение, что администрация скорее заинтересована в том, чтобы сохранить целостность Ирака, нежели в уничтоже-
нии террористов ИГ. Более того, некоторые даже от-
метили, что Ирак – это искусственно созданное государство, где слишком много внутренних противоречий, и поэтому не стоит пытаться сохранить его целостность.
Еще одним важным вопросом являлись взаимоотношения между суннитами, шиитами и курдами в Ираке. По мнению конгрессменов, ситуация усложняется с каждым днем, учитывая, что боевики-шииты уничтожают суннитов на территориях, отвоеванных у ИГ, что в свою очередь делает ИГ в глазах суннитов единственным их защитником. Иракские власти неоднократно призывали к поддержанию порядка и отказу от насилия, однако это не помогло. Более того, по словам представителей Министерства обороны США, часть суннитов считает, что ИГ может быть отличной альтернативой нынешнему правительству Ирака.
Если говорить о влиянии Ирана на Ирак, то Дж.Аллен заявил, что не видит в этом никакой угрозы, т.к. Ирак и Иран – это слишком разные страны, и Тегеран не сможет оказать влияние и привлечь на свою сторону значительное число иракцев. Заключительный вопрос касался бюджета, необходимого для ведения военных операций против ИГ в ближайшие 2–3 года. Конгрессмены, в частности, И.Рос-Лейтинен, поинтересовались, хватит ли, по мнению представителей Министерства обороны, у США финансовых средств для войны в Ираке. Генерал Грег Олсен ответил, что в настоящее время выделенных средств вполне хватает на проведение всех запланированных операций, и в ближайшее время значительного увеличения бюджета не потребуется.
Таким образом, летом 2015 года Вашингтон пришел примерно к следующему итогу своей политики на сирий-
44
ском направлении. Белый дом при активной лоббистской деятельности ЦРУ и Пентагона сумел добиться от ЭрРияда смещения самого главного своего антагониста в лице бывшего руководителя Управления общей разведки (УОР) КСА принца Бандара, являвшегося основным локомотивом накачивания вооруженного сегмента сирийского сопротивления откровенными исламистами. Такая позиция Вашингтон, безусловно, не устраивала, вне зависимости от его отношения к Б.Асаду. При этом американцы не имели никакой внятной альтернативы. Сирийская свободная армия (ССА), считавшаяся условно «светской» и создававшаяся при прямой финансовой и организационной поддержке Анкары, ими в качестве таковой не учитывалась. Формально – по причине «слабой поддержки среди сирийского населения», реально – в силу того, что руководство США категорически было не готово признавать ведущую роль Анкары (читай – ярого антагониста Б.Обамы в лице турецкого лидера Р.Т.Эрдогана) на сирийском направлении. Широко объявленные планы создания совершенно нового вооруженного отряда сирийской оппозиции администрация Б.Обамы озвучила еще осенью 2014 года, но до реального воплощения этих планов в жизнь дело так и не дошло.
Опять же их осуществление тормозилось по причине скрытой оппозиции таким планам со стороны Эр-Рияда и Анкары, которых категорически не устраивал предложенный американцами формат и требования к членам будущего вооруженного формирования. В частности, Турция решительно противилась намерению американцев привлечь в ряды вновь сформированных отрядов вооруженной оппозиции курдов, которые связаны в той или иной степени с Рабочей партией Курдистана (РПК). В Эр-Рияде, естественно, были недовольны тем, что американцы оставляли «за бортом» лиц, связанных с просаудовскими исламистскими группировками, прежде всего «Джебхат ан-Нусрой». Отсюда последовали
совершенно разрозненные действия союзников
45