Но солнце липнет к Вашей крыше И потому душа и сердце слышат Весенних звуков сопряженья.
А это значит – с днём рожденья Вас от души я поздравляю! Строкой своею вдохновляю На встречу Вас с грядущим летом. Ну а пока примите Вы приветы
И от меня, и от коллег от Ваших бывших! Тепло, добро, уют под Вашу крышу Я верю – принесут спешащие года. Такое Вам не помешает никогда!
* * *
На час длиннее стал рассвет. Капелью сон зимы разбужен. Ночной в чернилах синий свет Бледнеет и ложится в лужи.
Пришла апрельская пора.
Но вдруг смешались снег и ветер. И не уходят со двора В снежки играющие дети.
Капели звонкой слышен звон. Вот-вот – и снег совсем растает. Идёт уже пасхальный перезвон. Тепла движенье нарастает.
А то вдруг быстрая капель Видна сосульками из окон. Как будто март, а не апрель Вьёт вьюге снежный локон.
Вот так и жизнь – то вёдро, то гроза, То серый цвет, то изумруд апреля. То счастья вьётся виноградная лоза А то безумно давит сумрак ели.
50
Идай же, Бог, Вам силы для тщеты,
Идай же, Бог, Вам лёгкие движенья, Чтоб Вам, достигнув новой высоты, Опять своих хотелось дней рождений!
Ко « взрослому» юбилею
О Вашем юбилее – в праздничных тонах, Достойных Вас, прекрасной женщины! Но как всё выразить в обыденных словах, Коль на судьбе от буден только трещины?
И потому о времени не стану говорить,
Обыстроте его и неизменной вечности,
Отом, что не порвётся с прошлым нить В извечной бесконечной бесконечности.
Изначит, я о славном юбилее Вашем Высокопарные не буду повторять слова,
Иговорить о том, что он милей и краше,
Чем те, чья без седин пока что голова. Жизнь, как извечное листание страниц, Оно и лет, и судеб быстрые мелькания, И измененья дел, и черт знакомых лиц, Оно то горечи, то счастья восклицания.
Но в этой быстротечности всегдашней Добра нам свет необходимо замечать, Жить этим днём и, помня про вчерашний, Грядущий день улыбкой привечать!
Известно то, что Жизнь во всём права, За что мы говорим благодаренья Богу, Будь то взошедшая весенняя трава, Иль снег седин, летящий на дорогу.
И хоть теперь уже не отойти от двери, Ведущей в нашу зиму, милый друг, Хоть горше всё и всё больней потери, Но нашей дружбы не сожмётся круг!
И хочу, чтоб тяжесть необщений Вам не давила б душу ни на миг!
51
Ещё хочу, чтобы весны смущенья Всегда Вы ждали, как надежды бриг.
И, здравствуя, Вы, сто здоровых лет И жизнь как дар от Бога принимая,
Храните искренний мой сей привет! Своей душой я Вашу душу обнимаю.
12 апреля 2007 г.
Я снова думаю о Вас, Улыбку вижу Ваших глаз И рук красивые движенья. Короче – с днём рожденья! Короче – многих лет! Примите снова мой привет, А с ним и пожелания Добра, здоровья и желания Душой быть вечно молодой!
Примите слог приветный мой!
Доктор технических наук, профессор Виктор Петрович Алёнин проработал на кафедре уже более четверти века и ему, конечно, тоже «досталось» от меня.
Поджёг сентябрь листья клёнов Оранжевым до красноты огнём. А это значит – В. Алёнин
С рожденья встретился вновь днём! День непростой, предъюбилейный. Год пролетит и вот тогда С великой радостью, без лени Отметим все Ваши года!
Ну а сейчас, как говорится, Рюмашку в честь В.П. до дна Мы выпьем, чтобы повториться
Чрез год, где «воля» будет в том дана!
24 сентября 2005 г.
52
Дарственная надпись на книге «Разноцветные нити»
Даря свои стихотворенья,
Одно хочу Вам пожелать Седея, молодости настроенье Нельзя никак, ни в чём снижать!
13 января 2006 г.
В пестреющей узорной тишине Над Иртышом берёзовая роща Стоит в закатном стынущем огне
Ина судьбу свою не ропщет. Она опять надеждами полна
На возвращенье вёсен и улыбок, Хотя ветров осенняя волна Её уже щекочет за загривок.
ИВам той рощи состоянье
Надежд и веры я дарить готов. Её души примите достоянье, Неся его до сотни до своих годов.
Не остался в стороне от моих стихотворных «нападок» и доктор технических наук, профессор Михаил Иванович Белянкин!
Ура! Ура! Ещё ура! Ура, пока есть мочи! Вновь поздравления пора Пришла без проволочек!
А повод к поздравленью в этот раз Не связан с чьим-то днём рождения. Но от того не меркнет ярость фраз И радость настроения!
Михал Иванович Белянкин Под шелест листьев сентября
И, как на флоте ударяют в склянки, Высокой страстию горя,
53
ВМИИТе бросил докторский «кирпич», Весомый, толстый, с «кучей» формул.
ВСовете огласил свой умный спич,
За что имел успех огромный! И вот, тумана формул отодвинув вату, Забыв серьёзность, весело займусь Тем, что по докторскому автореферату
Пером своим «безжалостным» пройдусь – М.И. Белянкин своим умищем написал Аж девять глав с введением и прочим! Всех этих глав я, люди, честно не читал И потому о них сужу не между прочим.
Начну с названья – длинное, увы, оно. В нём мысли резво кувыркаются, Но здесь своё всё ж видится «бревно», Что мягкой оболочкой называется.
А начал этот славный автореферат Он, как положено, с характеристики работы.
В ней – актуальность, цель работы и стократ Описаны возникшие в труде сиём заботы.
В главе же первой состояние проблемы Он оболочки (очень мягкой) описал.
Всех авторов упомнил, кто был в курсе темы, И, сделав выводы, к главе второй он пошагал.
А в ней-то он за МКЭ принялся резво так, Что мягкой оболочке было некуда деваться. Её он ими тискал, мял. Её считал и так, и сяк, И всё никак не уставал над нею «издеваться».
Составив массу разрешающих всё уравнений, В главе он третьей стал усердно их решать. Решал их днём, и ночью среди бдений,
Используя где матрицы, а где-то вспоминая мать.
В главе четвёртой стал тестировать свои модели Деформирования конструкций мягких оболочек. Они же были дирижаблями на самом деле От кончика хвоста до самой до последней точки.
54