«ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО КОНКУРЕНЦИИ» КАК ОСНОВА МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ КОНКУРЕНЦИИ
В.В. Осипов, ст. преподаватель
Самарский государственный экономический университет
(Россия, г. Самара)
Аннотация. В статье показано несовершенство существующих теоретических представлений о конкуренции. Предложена новая концептуальная модель конкуренции - «золотое правило конкуренции». Модель обеспечивает количественную и качественную характеристику конкретных проявлений конкуренции. При разработке модели использован функционально-целевой подход.
Ключевые слова: «золотое правило конкуренции», функционально-целевой подход, количественное измерение конкуренции, ущерб от конкуренции, баланс спроса и предложения.
конкуренция правило золотой
Дискуссия на тему конкуренции столь же неисчерпаема, как и сама эта тема. Многие дискуссионные вопросы конкуренции не находят разрешения в течение десятилетий и требуют возвращения к своему обсуждению вновь и вновь, формируя нечто наподобие перманентной платформы для обсуждения. Но у современного этапа обсуждения есть и свои особенности. Одной из таких особенностей явилась постановка вопроса о возможном оформлении специальной теории конкуренции в качестве относительно самостоятельной отрасли научного знания [1, с.38-67].
Не вызывает сомнений, что у любого предложения имеются веские аргументы как «за», так и «против» него. Но у ситуации с конкуренцией есть и собственная, уникальная специфика: ввиду нетривиальности проблематики многие такие аргументы могут одновременно трактоваться и как аргументы «за», так и как аргументы «против» позиционирования конкуренции в качестве самостоятельной отрасли научного знания. В качестве базовой иллюстрации проанализируем ставшее уже классическим представление Ф.А. Хайека о сущности конкуренции и наши последующие выводы из него.
Но у необходимости рассмотрения данного вопроса есть и более веские причины - до сих пор отсутствует простая и интуитивно понятная модель конкуренции, как естественнонаучного явления, а само по себе это явление даже не имеет собственной меры измерения. Как нам представляется, это должно вызывать ряд закономерных вопросов, и в том числе и такой: проявляется ли конкуренция как реально существующее и материально фиксируемое явление, или же это чисто гипотетическая абстракция, живущая только в дискуссиях и информационном пространстве в качестве виртуальной, бестелесной формы? Невозможность количественно измерить конкуренцию свидетельствует в пользу последнего варианта ответа. О том же свидетельствует и принципиальная позиция ряда наиболее уважаемых автором ученых, демонстративно игнорирующих конкуренцию, как экономическую категорию. Именно такой вывод следует из содержания фундаментального двухтомника по экономической теории, подготовленного авторским коллективом в составе 42-х авторитетных ученых под редакцией И.К. Ларионова, Н.Н. Пилипенко и В.Н. Щербакова [2]. В данном издании общим объемом 1184 страницы, рассчитанном на студентов, аспирантов и преподавателей экономики, о конкуренции вообще нет ни одного упоминания, а в качестве основного пути социально-экономического развития России предусматривается развитие корпоративных (по сути, внутренне неконкурентных) структур [2, часть 2, с.281]. Вышеизложенные аргументы требуют нового и более непредвзятого подхода к рассмотрению сущности конкуренции. Культивируемая автором идеология функционально-целевого подхода такую возможность, в принципе, обеспечивает [3].
Как следует из смысла двух стереотипных лекций о конкуренции, прочитанных австрийским ученым-экономистом Фридрихом Августом фон Хайеком ещё в 1968 году («Конкуренция как процедура открытия»), к этому моменту времени ситуация в теории конкуренции мало изменилась по сравнению с той, которая имела место примерно 40-50 лет назад [4, с. 200-208].
Ф.А. Хайек обращает внимание, что на протяжении этого периода времени рассуждения экономистов о конкуренции опирались на предпосылки, которые в случае их соответствия действительности сделали бы конкуренцию бессмысленной и бесполезной. При этом он указывает на методологическую специфику, делающей сомнительными выводы любой теории конкуренции. По его мнению, в случаях, когда конкуренция имеет смысл, достоверность теории заведомо невозможно проверить эмпирически. Поскольку нам неизвестно, что конкретно мы надеемся при помощи конкуренции обнаружить, постольку мы бессильны определить, какова эффективность её влияния на результаты, потенциально поддающиеся выявлению. Это возможно на абстрактных моделях и предположительно - в искусственно воссоздаваемых реальных ситуациях, где факты, на открытие которых рассчитана конкуренция, заранее известны наблюдателю. Но в таких ситуациях теория не имеет никакой практической ценности [4, с. 201]. Данный тезис австрийского ученого Ф.А. Хайека мы рассматриваем как отсутствие меры измерения конкуренции, свидетельствующее о неизвестности первичного механизма конкуренции, который бы являлся материальным носителем её свойств. Другими словами - как отсутствие сколько-нибудь убедительной материалистической модели конкуренции (в рамках общепринятой концепции этого явления) на момент подготовки цитируемой публикации.
Тем не менее, вышеописанная ситуация полностью сохраняет актуальность и на текущий момент времени. По хорошо аргументированному мнению С.Г. Светунькова (Гос. университет экономики и финансов, Санкт Петербург), точка зрения Фридриха фон Хайека, недвусмысленно показывающая, что от модели «совершенной конкуренции» необходимо отказаться, не привела большинство современных ученых-экономистов к аналогичному выводу даже спустя 60 лет после ее опубликования [5, с. 60]. (Впервые Ф.А. Хайек озвучил её в своей лекции о смысле конкуренции, прочитанной в Принстонском университете, ещё раньше - 20 мая 1946 г.) [4, с. 68-77] - прим. автора. При этом значительная часть современных авторов учебников и научных публикаций используют понятие «совершенная конкуренция» в качестве некоторого эталона, присущего совершенной рыночной экономике и разрабатывают на её базе идеализированные модели, противоречащие объективной реальности [4, с. 62]. По мнению С.Г. Светунькова, парадокс заключается в самом названии этого объекта, которое вводит в заблуждение неподготовленного читателя, поскольку и сейчас «совершенная конкуренция» далеко не является той самой конкуренцией, к которой должно стремиться общество, чтобы стать совершенным. Сравнивая современное видение ситуации с видением фон Хайека, он отмечает, что последнему удалась его главная (до сих пор актуальная) задача -- «показать, что то, о чем идет речь в теории совершенной конкуренции, вообще имеет мало прав называться «конкуренцией» и что выводы из этой теории не могут принести почти никакой пользы в качестве руководства для политики» [4, с. 61]. При этом ни одно из основных свойств, которыми экономисты наделяют модель «совершенной конкуренции», не соответствует свойствам реальной конкуренции, являясь идеализацией. Как результат, С.Г. Светуньков полностью солидарен с основным выводом статьи фон Хайека о том, что надо отказаться от традиционной модели «совершенной конкуренции» и изучать конкуренцию на реальных рынках, так как выводы, вытекающие из исследования «совершенной конкуренции», противоположны экономическим реалиям.
При этом от себя подчеркнем, что так называемая «совершенная конкуренция» представляет собой лишь идеализированную модель обсуждаемого понятия, ординарное состояние которого является ещё более неопределенным. Фактическое состояние дискуссии о конкуренции настолько противоречиво и оторвано от практики, что возникает вопрос: а существует ли конкуренция как реальное явление - не является ли она гипотетической абстракцией, существующей только в теоретическом представлении? Такая ситуация требует либо решительно отказаться от явно ненаучной (в её существующем состоянии) проблематики, либо столь же решительно найти, наконец, её принципиальное решение на концептуальном уровне.
Еще одно подобное сомнение, которое можно трактовать двояко: как «за», так и «против» масштабного изучения конкуренции, следует из выводов автора настоящей статьи - Осипова В.В., рассматривавшего конкуренцию в качестве однозначно негативного явления. В его трактате «О вреде конкуренции», выпущенном издательством LAMBERT Academic Publishing (Германия) в качестве отдельного самостоятельного издания, автор показывает иллюзорность надежды на конкуренцию, как механизм достижения положительного эффекта в экономике [6]. Зато негативная составляющая этого явления представлена в трактате вполне убедительно.
С одной стороны, множественные неясности и неопределенное состояние теории конкуренции однозначно свидетельствуют о необходимости их устранения, невозможной без разработки соответствующей теоретической базы. Представление о вреде конкуренции также требует её изучения, но уже с иной целью - ради выявления и недопущения конкуренции, как потенциальной причины возникновения экономического ущерба.
Но с другой стороны, заранее извиняясь за тавтологию, подчеркнем тривиальную мысль, что отрасль научного знания должна носить научный характер. Т.е., иметь под собой строго материалистическую, реально фиксируемую основу. Иначе деятельность по исследованию, основанная на абстрактных умозаключениях и теоретизировании, на потенциальной возможности каких-либо процессов, а не на количественном измерении их реальных результатов, будет основана на вере, представляющей собой своеобразную разновидность религии. Если мы однозначно не определим, какие физически существующие и реально наблюдаемые, причем устойчиво повторяющиеся факторы характеризуют явление конкуренции, то получим своеобразный культ этого явления, вокруг которого начнут формироваться всевозможные домыслы и построения вероятностного характера.
Собственно, кое-что из сказанного стало заметным уже сейчас в рамках противостояния структурного и поведенческого подходов к изучению и описанию конкуренции внутри современной экономической теории [1, с. 40]. Как известно, поведенческая (или деятельная) конкуренция отражает совокупность конфликтных форм воздействия участников рынка на соперников или противодействия встречным угрозам. В рамках же структурного подхода конкуренция рассматривается как структурная предпосылка к достижению того или иного результата, например, в области ценообразования. «В центре внимания оказывается не соперничество фирм в установлении цены, не выяснение того, кто и почему победил, а установление факта принципиальной возможности (или невозможности) влияния фирмы на общий уровень цен на рынке» [7, с. 31]. При этом под конкуренцией понимается лишь способность к соперничеству, но не само соперничество, лишь предпосылка конфликтного поведения акторов и экономических агентов, но не оно само. В этом контексте конкуренция участников рынка предстает исключительно как их конкурентоспособность, но не конкретные действия, осуществляемые ради обнаружения и подтверждения конкурентоспособности [1, с. 41]. Примерно того же порядка и достаточно распространенные представления о конкурентоспособности, как свойстве товаров или продукции, недвусмысленно приводящие к выводу о сущности конкуренции, как потенциальном соперничестве товаров между собой [8, с. 34-52]. Такие представления продолжают иметь место, хотя автором настоящей статьи было доказано, что конкуренцией является только деятельность продавцов или производителей, и понятие «конкурентоспособность» применимо именно к ним. В связи с вышеизложенным трудно избавиться от мысли, что существующая ситуация с взаимным отождествлением религии и конкуренции имеет место уже сейчас, поскольку ряд авторов так же некритично ссылаются на могущественную и самостоятельную силу конкуренции, как и верующие - на всесилие бога.
Поэтому в качестве аргумента против оформления специальной теории конкуренции в качестве самостоятельной отрасли научного знания выступает отсутствие строго идентифицируемых материальных факторов конкуренции, подлежащих выявлению и измерению.
Следовательно, возникает противоречие, которое нуждается в разрешении: или от изучения конкуренции надо отказаться ввиду антинаучности этого понятия, или придать ему материалистический, а следовательно, и научный смысл.
Таким разрешением может стать только первичная материалистическая модель или концепция конкуренции - та базовая основа, которая подведет под явление конкуренции материалистический фундамент. Если последняя не будет предложена, на изучении конкуренции следует поставить крест. Причем не только с точки зрения возможности её возвеличивания до уровня отдельной отрасли знания, но и целесообразности преподавания как учебного предмета в экономических специальностях.
Из всех известных автору вариантов, базовым фундаментом теории конкуренции на текущий момент времени может стать лишь основанное на функционально-целевом подходе представление о конкуренции, как потенциально вредном явлении, предложенное В.В. Осиповым (им же) в трактате «О вреде конкуренции» [6].
Во-первых, потому, что вред или ущерб можно реально оценить или измерить в натуральном количественном выражении или в его финансовом эквиваленте (по аналогии с тем, как оценивается ущерб от аварии или стихийного бедствия). Приведенная таблица известных трактовок понятия «конкуренция» показывает, что только данная авторская трактовка допускает выявление и количественное измерение результата действия конкуренции (табл. 1) [9, с. 97-98].
Во-вторых, потому, что на данный момент времени только предложенное В.В. Осиповым представление о сущности конкуренции имеет свое «законное» место в функциональном пространстве среди других (смежных) экономических категорий [10, с. 101-118]. Дело в том, что вся совокупность экономических понятий или категорий не должна допускать как пробелов в общем функциональном поле описываемых ими экономических явлений, процессов и т.д., так и взаимного наложения сфер своей компетенции. (Т.е. функции, присущие и подконтрольные какому-либо одному понятию, не должны присутствовать в зоне ответственности других понятий). Другими словами, сколько-нибудь обоснованно ответить на вопрос, что такое конкуренция, невозможно без определения строгого и однозначного позиционирования её роли и места в общей системе экономических категорий. При этом каждая из остальных экономических категорий, смежных по отношению к конкуренции, также должна обеспечивать свое строгое позиционирование как по отношению друг к другу, так и по отношению к конкуренции [10, с. 102]. Ещё раз подчеркнем, что при этом не должно происходить как пробелов в покрытии единого категорийного пространства, так и взаимного наложения (дублирования) сфер компетенции различных экономических категорий.