Среди исследователей и литературоведов до сих пор идут споры о том, следует ли имажинизм поместить в один ряд с символизмом, акмеизмом и футуризмом, трактуя творческие достижения этой поэтической группы как «интересное явление литературы постсимволизма и как определенный этап развития», или корректнее было бы рассматривать это явление в ряду многочисленных течений и объединений 20-х годов XX века, которые, развиваясь в общем духе авангардизма, не смогли открыть принципиально новых путей развития поэзии и в итоге остались только эпигонами футуризма.
Так же как символизм и футуризм, имажинизм зародился на Западе и уже оттуда был пересажен Шершеневичем на русскую почву. И так же, как символизм и футуризм, он значительно отличался от имажинизма западных поэтов.
Теория имажинизма основным принципом поэзии провозглашала примат «образа как такового». Не слово-символ с бесконечным количеством значений (символизм), не слово-звук (кубофутуризм), не слово-название вещи (акмеизм), а слово-метафора с одним определенным значением является основой имажинизма. В вышеупомянутой Декларации имажинисты утверждали, что «единственным законом искусства, единственным и несравненным методом является выявление жизни через образ и ритмику образов… Образ, и только образ <...> -- вот орудие производства мастера искусства… Только образ, как нафталин, пересыпающий произведение, спасает это последнее от моли времени. Образ -- это броня строки. Это панцирь картины. Это крепостная артиллерия театрального действия. Всякое содержание в художественном произведении так же глупо и бессмысленно, как наклейки из газет на картины». Теоретическое обоснование этого принципа сводилось у имажинистов к уподоблению поэтического творчества процессу развития языка через метафору.
Одним из организаторов и признанным идейным лидером группы был В. Шершеневич. «Известный как теоретик и пропагандист имажинизма, яростный критик и ниспровергатель футуризма, начинал он именно как футурист. Е. Иванова справедливо замечает, что «причины, побудившие Шершеневича объявить войну футуризму, носят отчасти личный («Принимая футуризм, я не принимаю футуристов»), отчасти политический характер. Но если отвлечься от его антифутуристической риторики («Футуризм умер. Да будет ему земля клоунадой»), становится очевидной зависимость поэтических и теоретических экспериментов Шершеневича от идей Ф. Маринетти и творческих исканий других футуристов -- В. Маяковского, В. Хлебникова».» [4, c. 200]
Основные признаки имажинизма:
· главенство «образа как такового»;
· образ -- максимально общая категория, подменяющая собой оценочное понятие художественности;
· поэтическое творчество есть процесс развития языка через метафору;
· эпитет есть сумма метафор, сравнений и противоположений какого-либо предмета;
· поэтическое содержание есть эволюция образа и эпитета как самого примитивного образа;
· текст, имеющий определенное связное содержание, не может быть отнесен к области поэзии, так как выполняет скорее идеологическую функцию; стихотворение же должно представлять собой «каталог образов», одинаково читаться с начала и с конца.
4. Другие поэтические течения. Сатиристическая и крестьянская поэзия, конструктивизм, поэты не входившие в общепризнанные школы
1. Конструктивизм
Конструктивисты в качестве самостоятельной литературной группы впервые заявили о себе в городе Москве весной 1922 г. Первыми ее членами стали поэты А. Чичерин, И. Сельвинский и критик К. Зелинский (теоретик группы). Изначально программа конструктивистов имела узко формальную направленность: на первый план выдвигался принцип понимания литературного произведения как конструкции. В окружающей действительности главным провозглашался технический прогресс, акцентировалась роль технической интеллигенции. Причем трактовалось это вне социальных условий, вне классовой борьбы. В частности, было заявлено: «Конструктивизм как абсолютно творческая школа утверждает универсальность поэтической техники; если современные школы, порознь, вопят: звук, ритм, образ, заумь и т. д., мы, акцентируя И, говорим: И звук, И ритм, И образ, И заумь, И всякий новый возможный прием, в котором встретится действительная необходимость при установке конструкции <...> Конструктивизм есть высшее мастерство, глубинное, исчерпывающее знание всех возможностей материала и уменье сгущаться в нем».
Но в дальнейшем конструктивисты постепенно освободились от этих узко очерченных эстетических рамок и выдвинули более широкие обоснования своей творческой платформы.
Постоянная острая критика конструктивистов со стороны теоретиков марксистского толка привела в 1930 г. к ликвидации ЛЦК (Литературного центра конструктивистов) и образованию «Литературной бригады М. I», вошедшей в федерацию объединений советских писателей (ФОСП), осуществлявшей «объединение различных писательских группировок, желающих активно участвовать в строительстве СССР и считающих, что наша литература призвана сыграть в данной области одну из ответственных ролей».
2. Сатира
«1 апреля 1908 года стало символичной датой. В этот день в Петербурге вышел в свет первый номер нового еженедельного журнала «Сатирикон», который затем целое десятилетие оказывал заметное влияние на общественное сознание. Первым главным редактором журнала стал художник Алексей Александрович Радаков (1877-1942), а с девятого номера этот пост перешел к писателю-сатирику, драматургу и журналисту Аркадию Тимофеевичу Аверченко.» [3, с. 305]
Редакция журнала располагалась на Невском проспекте, в доме № 9. «Сатирикон» был изданием веселым и едким, саркастическим и злым; в нем остроумный текст перемежался с язвительными карикатурами, забавные анекдоты сменялись политическим шаржем. В то же время журнал отличался от множества других юмористических изданий тех лет своим социальным содержанием: здесь, не выходя за рамки приличий, бескомпромиссно высмеивались, бичевались представители власти, мракобесы, черносотенцы. Позицию журнала в последнем пункте определяли не столько писатели и журналисты с еврейскими корнями -- В. Азов, О. Дымов, О. Л. Д'Ор, сколько чистокровные русские: А. Аверченко, А. Бухов, Тэффи и другие, которые давали антисемитам куда более яростный отпор, чем их коллеги-евреи.
Сатирики, как В. Князев, Саша Черный и А. Бухов, печатались Л. Андреев, А. Толстой, В. Маяковский, с иллюстрациями выступали прославленные русские художники Б. Кустодиев, И. Билибин, А. Бенуа. За сравнительно короткий срок -- с 1908 по 1918 год -- этот сатирический журнал (и его поздний вариант «Новый Сатирикон») создал целое направление в русской литературе и незабываемую в ее истории эпоху.
Особая заслуга в столь громкой популярности «Сатирикона» в значительной степени принадлежала даровитым поэтам -- сатирикам и юмористам, сотрудничавшим в журнале.
В мае 1913 года в журнале произошел раскол на почве финансовых вопросов. В результате Аверченко и все лучшие литературные силы покинули редакцию и основали журнал «Новый Сатирикон». Прежний «Сатирикон» под руководством Корнфельда еще какое-то время продолжал выходить, но терял лучших авторов и в результате закрылся в апреле 1914 года. А «Новый Сатирикон» продолжал успешно существовать (вышло 18 номеров) до лета 1918 года, когда был запрещен большевиками за контрреволюционную направленность.
Поэты-сатирики: Измайлов Александр, Князев Василий, Тэффи, Черный Саша.
3. Крестьянские поэты
Движение крестьянских поэтов тесно связано с революционными движениями, начавшимися в России на рубеже XIX и XX веков. Типичными представителями этого движения были Дрожжин Спиридон, Есенин Сергей, Клычков Сергей, Клюев Николай, Орешин Петр, Потемкин Петр, Радимов Павел, а подробнее я остановлюсь на биографии Демьяна Бедного (Придворов Ефим Алексеевич) (1883 - 1945 годы жизни)
Родился в д. Губовка Херсонской губернии, в семье крестьянина.
Учился в сельской школе, затем - в военно-фельдшерской школе, в 1904-1908 гг. - на историко-филологическом факультете Петербургского университета.
Начал печататься в 1909 г.
В 1911 г. в большевистской газете "Звезда" опубликованы стихи "О Демьяне Бедном - мужике вредном", откуда и взят псевдоним поэта.
С 1912 г. и до конца жизни печатался в газете "Правда".
Большевистская партийность, народность - основные черты творчества Демьяна Бедного. В программных стихах - "Мой стих", "Правда-матка", "Вперед и выше!", "О соловье" - запечатлен образ поэта нового типа, поставившего перед собой высокую цель: творить для широких масс. Отсюда - обращение поэта к наиболее демократическим, доходчивым жанрам: басне, песне, частушке, агитационной стихотворной повести.
В 1913 г. вышел сборник "Басни", который высоко оценил В. И. Ленин.
В годы гражданской войны стихи и песни его играли огромную роль, поднимая дух красноармейцев, сатирически разоблачая классовых врагов.
В годы Великой Отечественной войны Демьян Бедный вновь много работает, печатается в "Правде", в "Окнах ТАСС", создает патриотическую лирику, антифашистскую сатиру.
Награжден орденом Ленина, орденом Красного Знамени и медалями.
4. Поэты вне течений
К ним можно отнести Агнивцева Николая, Бунина Ивана, Ефименко Татьяну, Ивнева Рюрика, Пастернака Бориса, Цветаеву Марину, Шенгели Георгия, чьё творчество либо слишком разнообразно, либо слишком необычно, чтобы отнести их к какому - либо течению.
5. Связь владимирского края с поэтами «серебряного века»
К сожалению, сказать что владимирский край был колыбелью поэтов «серебряного века» мы не можем, но однако, определённый след в истории нашей области был ими оставлен.
Так с осени 1915 года по май 1917 в Александрове жила Анастасия Цветаева - последний поэт серебряного века. К ней в гости часто приезжала сестра Марина. В Александрове произошла известная встреча Марины Цветаевой и Осипа Мандельштама.
А в 1867 году в Шуйском уезде Владимирской губернии родился Бальмонт Константин, который позже учился во Владимирской гимназии
Кроме того в честь поэтов этого периода названо немало улиц, проспектов, переулков во Владимирской области. Так, во Владимире существует улица (на месте бывших Фокеевской и Кочетовой), названная в честь яркого представителя поэзии «серебряного века» Бедного Демьяна постановлением президиума горсовета, протокол N 32 от 21 октября 1933 г..
Заключение
«Серебряный век» как дитё века, размытость границ этого явления
Ощущение приближающейся катастрофы: возмездие за прошлое и надежда на великий перелом витала в воздухе. Время ощущалось как пограничное, когда уходит не только прежний быт, отношения, но и сама система духовных ценностей требует радикальных изменений.
В России возникает социально-политическая напряженность: всеобщий конфликт, в котором сплелись затянувшийся феодализм, неспособность дворянства выполнить роль организатора общества и выработать общенациональную идею, натиск новой буржуазии, неповоротливость монархии, не желавшей уступок, вековая ненависть мужика к барину -- все это рождало у интеллигенции чувство приближающихся потрясений. И одновременно резкий всплеск, расцвет культурной жизни. Издаются новые журналы, открываются театры, невиданные возможности появляются у художников, актеров, писателей. Их влияние на общество огромно. Одновременно формируется массовая культура, рассчитанная на неподготовленного потребителя, и элитная культура, ориентирующаяся на знатоков. Искусство раскалывается. Одновременно русская культура усиливает контакты с мировой культурой. Безусловный авторитет в Европе Толстого и Чехова, Чайковского и Глинки. “Русские сезоны” в Париже пользовались мировой известностью. В живописи блещут имена Перова, Нестерова, Коровина, Шагала, Малевича; в театре: Мейерхольда, Неждановой, Станиславского, Собинова, Шаляпина; в балете: Нежинского и Павловой, в науке: Менделеева, Циолковского, Сеченова, Вернадского. Марина Цветаева утверждала, что “после такого обилия талантов природа должна успокоиться”.
В литературе необыкновенно возросло внимание к индивидуальности, личности: “Война и мир” (“Война и человечество”) Л. Толстого, “Человек” Горького, “Я” и трагедия “Владимир Маяковский” В. Маяковского. Возникает отказ от традиционного морализаторства, проповеднических, поучающих тем: “Как жить?”, “Что делать?”, “Как быть?”. Все это -- и экономические скачки, и развитие науки, достижения техники и идейные поиски на рубеже веков приводит к переосмыслению ценностей, к осознанию времени, требующего иных идей, чувств, новых способов их выражения. Отсюда и поиски новых форм.
Всё это в сумме и породило такое неоюбычное явление, как «серебряный век» русской поэзии, который отличался большим различием течений, а также оставил потомкам много вопросов. В частности до сих пор не утихли споры о том, какой временной период считать за «серебряный век». «Серебряный век закончился с революцией? И да, и нет. Одно можно сказать точно, что раскололась русская литература…» [1, с. 17]