ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОРРУПЦИИ |
145 |
симальной пользы управляемым согражданам, защиты публичных интересов путем использования официальных полномочий, влияния и авторитета власти.
Преступное использование должностных (служебных) полномочий (положения, влияния, авторитета власти и т. п.) имеет место тогда, когда должностное лицо (государственный или муниципальный служащий): во-первых, использует свою власть в личных или корпоративных интересах, в том числе лишь в интересах службы, противоречащих публичным интересам; во-вторых, нарушает при этом законы и соответствующие им административно-правовые акты, в том числе (и прежде всего) регулирующие служебную деятельность и правильное использование лицом своих полномочий и власти, то есть действует незаконно, бесчестно и вопреки интересам службы; в-третьих, неэффективно использует те полномочия («публичные средства»), которыми его наделяет закон для выполнения им служебных обязанностей; в-четвертых, путем незаконного или неэффективного использования своих полномочий (власти, влияния и т. п.) причиняет существенный или более тяжкий вред правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства.
Не вызывает сколько-нибудь существенных возражений и то положение в законодательном определении коррупции, которое касается целей совершения коррупционных деяний. Законодатель считает, что лицо незаконно использует свое должностное (служебное) положение в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо юридического лица, от имени или в интересах которого оно совершает указанные деяния.
В.В. Лунеев также считает, что коррупционер использует государственную власть или свои полномочия для получения материальной или иной выгоды в личных целях, в целях третьих лиц или групп [1, с. 22].
П. «б» ст. 15 Конвенции ООН 2003 г. рекомендует государствам-участникам признать уголовно наказуемыми вымогательство или принятие публичным должностным лицом неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица.
Полагаем, отечественный законодатель прав, определяя коррупцию, а значит, и любое коррупционное правонарушение (преступление) как явление или, соответственно, как деяние, основанное на корысти. Коррупционное деяние всегда совершается в целях получения (извлечения) материальной (имущественной) выгоды (пользы) в интересах себя самого, других лиц или групп (организаций).
Такие деяния совершаются по мотивам личной заинтересованности и в любом случае направлены на достижение корыстной цели. Согласно ч. 2 ст. 10 Закона «под личной заинтересованностью государственного или муниципального служащего, которая влияет или может влиять на надлежащее исполнение им должностных (служебных) обязанностей, понимается возможность получения государственным или муниципальным служащим при исполнении должностных (служебных) обязанностей доходов в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц». Если в результате коррупционного правонарушения
146 |
А.Ш. БАЛАЕВ |
(преступления) материальную выгоду получает сам коррупционер, то мотивом поведения виновного является корысть, то есть «стремление к личной выгоде, наживе, жадность» [3, с. 298]. В случае же возникновения возможности получения такой выгоды «третьими лицами» («другими лицами или группами») мотивом поведения виновного выступает иная личная заинтересованность, то есть заинтересованность в приобретении неимущественных прав и других благ, предусмотренных ст. 128, 150 ГК РФ, «касающихся непосредственно какогонибудь лица, лиц» [3, с. 860].
Summary
A.S. Balaev. Legislative Definition of Corruption: General Characteristics and Critical Analysis.
The article analyzes the definition of corrupt practices as stated in the Federal Law “On Combating Corruption”. The definition is compared to ones present in the project of the above-mentioned law, international criminal law, other regulatory legal acts and works of Russian legal scholars. Conclusively, suggestions are worked out referring to advancement of Russian criminal legislation on responsibility for corrupt practices.
Key words: corruption, the Federal Law “On Combating Corruption”, responsibility for corruption offenses.
Литература
1.Лунеев В.В. Коррупция в России // Государство и право. – 2007. – № 11. – С. 20–27.
2.Философский энциклопедический словарь / Гл. ред.: Л.Ф. Ильичев и др. – М.: Сов.
энцикл., 1983. – 840 с.
3.Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – М.: Азбуковник, 1997. – 943 с.
4.Алексеев А.И. Криминология: Курс лекций. – М.: Щит-М, 2006. – 342 с.
5.Кузнецова-Маренко И. Если бы у нас выполнялись все законы // Право и жизнь. – 2009. – №1/54. – С. 32–35.
6.Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А.М. Прохоров. – М.: Сов. эн-
цикл., 1983. – 1600 с.
7.Коваленко Е.О. Этико-культурные детерминанты коррупции: Российский опыт // Организованная преступность и коррупция: результаты криминально-социологи- ческих исследований. – Саратов, 2005. – Вып. 1. – С. 87–92.
8.Волженкин Б.В. Служебные преступления. – М.: Юрид. центр Пресс, 2005. – 560 с.
9.Антонян Ю.М. Криминология. Избранные лекции. – М.: Логос, 2004. – 447 с.
10.Подлесских Г., Терешонок А. Воры в законе: бросок к власти. – М.: Худож. лит., 1994. – 253 с.
Поступила в редакцию
06.04.09
Балаев Азат Шахсуварович – аспирант кафедры уголовного права Казанского государственного университета.
E-mail: i_naughty@mail.ru