Тюменский государственный университет (филиал г. Ишим)
Кафедра истории, социально- экономических и общественных дисциплин
УДК 94: (327 : 359) (430)
Военно-морская политика Германии при рейхсканцлерах Б. Бюлове и Т. Бетман-Гольвеге: общее и особенное
Синегубов Станислав Николаевич
доктор исторических наук, профессор
100-летний юбилей начала Первой мировой войны, который отмечается в 2014 г., поднимает многие вопросы предвоенной внешней политики кайзеровской Германии. Одним из ее значимых аспектов является военно-морской, поскольку именно он стал серьезным «камнем преткновения» в германо-английских отношениях и способствовал переводу их в военную плоскость развития 4 августа 1914 г. И Б. Бюлов, и Т. Бетман-Гольвег, на чьи годы нахождения у власти пришлась самая активная фаза флотского строительства II-го рейха, несут свою долю ответственности именно за такой сценарий событий. В отечественной историографии проблеме военно-морской политике германских властей в начале XX столетия уделялось достаточное внимание [9, с. 94-96; 11, с. 144-147]. Однако специального сравнительного анализа действий двух руководителей германского правительства «в морской сфере» не проводилось. Представляется возможность заполнить данный пробел и дать краткую сравнительную характеристику их политической линии, показав, насколько состоятельной и значимой она была в общей стратегии создания мощных военно-морских сил Германии в начале XX в.
Б. Бюлов вошел в политическую элиту страны в 1897 г., когда сменил на посту статс-секретаря иностранных дел А. Биберштайна. На этой должности он проявил себя как ярый приверженец «Великой Германии», ничем не уступающей другим «ведущим мировым державам» со всеми их атрибутами. А к этим признакам государственной «породистости» не в последнею очередь относились наличие «заморских земель», а также мощного флота, способного действовать в любой точке мира и решать любые задачи в интересах» фатерлянда». К числу несомненных заслуг Б. Бюлова на «колониальном поприще» можно отнести захват в 1897 г. китайской бухты Киао-Чао, где потом разместилась база германского флота на Дальнем Востоке [15. с. 74-84], подписание с США соглашения о Самоа в 1899 г., в результате которого II-й рейх получил контроль над островами Уполу и Савайи. К 1900 г. немцы установили свое господство почти над всей Микронезией Меланезией, восточной частью Новой Гвинеи, Каролинскими, Марианскими островами и Палау [18, S. 192-24]. Значимой его роль была и при урегулировании германо-английского конфликта, возникшего в силу открытой поддержки кайзера Вильгельма II буров в их войне с англичанами в 1899-1902 гг. в Южной Африке, хотя зондаж относительно возможного союза между двумя государствами закончился провалом [2, с. 577-618.].
Этот перечень «заслуг перед Отечеством», конечно же, не исчерпывается, но дает достаточное представление о внешнеполитических успехах Б. Бюлова. Столь же решительным и бескомпромиссным он был и в деле необходимости быстрейшего строительства нового флота. Он сразу поддержал план военно-морского статс-секретаря А. Тирпица, предусматривающий коренное и принципиальное переустройство морских сил. Первоначально документ носил название «Меморандум №IX» [16, S. 87-99.]. И когда в 1897 г. законопроект первого флотского закона начал обсуждаться в рейхстаге, Б. Бюлов был одним из ярких и убедительных его пропагандистов перед депутатами. Обладая ораторскими способностями, еще тогда, находясь на посту министра иностранных дел, он мог образностью своей речи не только привлечь внимание «народных избранников» к существующей проблеме, но и показать важность ее решения государством. Так, выступая в очередной раз в зале заседания немецкого парламента 6 декабря 1897 г., Б. Бюлов заявил, что прошли те времена, «когда немец оставлял одному из своих соседей землю, другому уступал море, а за собой оставлял лишь небо, где царствует чистая теория. Мы не хотим никого отодвигать в тень, но и себе требуем места под солнцем» [12, с. 78-79].
С еще большей энергией он убеждал любую аудиторию в необходимости Германии иметь современный флот во время агитационной компании второго флотского закона 1900 г. [20, S. 230]. Только на этот раз в его речах преобладали не отвлеченные образы и метафоры, а конкретные факты и аргументы. Главным из них был жупел «английской угрозы». По глубокому убеждению Б. Бюлова, немецкому «процветанию и благосостоянию» всячески противодействуют британцы. Для нейтрализации этих действий требуется новый флот, практически мало чем уступающий «островитянам» [1, с. 193]. Это была такая доступная по форме ретрансляция одного из основных положений программы А. Тирпица о том, что у Германия на море должна быть сила, составляющая 2/3 от английской. Только тогда, по убеждению военного статссекретаря, Лондон из опасения потерять свой главный военный аргумент во внешней политике крепко подумает, стоит ли связываться с Германией, т. е. воевать с ней [16, S. 128].
Став в октябре 1900 г. рейхсканцлером, уже после принятия второго флотского закона, Б. Бюлов внешней политикой обеспечивал его успешное выполнение. И в мае 1906 г., и апреле 1908 г., когда принимались дополнения в виде так называемых «флотских новелл», которые интенсифицировали флотское строительство в Германии, выводя его на уровень, сопоставимый с британским, внешне он по-прежнему считал это единственно правильным, несмотря на резкое обострение отношений с Англией [7, с. 262-273; 3, с. 191198].
Однако, былой решимости в отстаивании «немецкого права» на морскую силу уже не было. Этому в немалой степени способствовали серьезные подвижки в международной жизни. Речь идет о заключении в 1907 г. англороссийского и англо-итальянского соглашений, что было крайне неприятно для официального Берлина. Ведь этой «двухходовкой» британская дипломатия выбивала один из сильнейших козырей Германии, которая строила свою внешнеполитическую стратегию, исходя из непримиримости противоречий между русскими и англичане, и заставляла сомневаться немцев в «благонадежности» итальянского союзника. С учетом уже действовавшего еще с 1904 г. «сердечного согласия» между Лондоном и Парижем перед Германией стала вырисовываться не очень радужная перспектива «политической изоляции». К тому же отношения с Англией после принятия флотской новеллы в апреле 19098 г. заметно ухудшились. В конце августа 1908 г. рейхсканцлер в одном из своих посланий к императору отмечал, что вероятность войны с «туманным Альбионом» значительно выше, чем это было в 1904-1905 гг.[4, c. 95].
В этой ситуации Б. Бюлов начинает постепенно корректировать свою политическую линию во флотском вопросе. Он из «адвоката Тирпица» начинает мало-по-малу превращаться пусть и не жесткого, но все равно в его «обвинителя». В кооперации с немецким послом в Лондоне П. Меттернихом Б. Бюлов на протяжении нескольких месяцев пытается убедить кайзера и А. Тирпица, как главных «адептов» скорейшей реализации второго флотского закона, сократить темпы военного судостроения, поскольку это крайне опасно обостряет отношения с Великобританией [19, S. 51]. Однако усилия оказались напрасными. Тогда рейхсканцлер решил обратиться к общественности через трибуну рейхстага. Выступая 11 ноября 1908 г. в парламенте, он открыто заявил, что Германия больше нуждается в усилении сухопутной армии, чем флота, который нужно развивать только в целях обороны побережья [17, S. 2324]. Это был не только своеобразный вызов Вильгельму II и А.Тирпицу, но и сигнал британцам относительно возможности договориться по трудному для двух государств вопросу, естественно, на взаимовыгодных условиях [13, с. 110119]. В качестве платы за снижение темпов флотского строительства Б. Бюлов хотел бы заключения политического соглашения с Англией, который гарантировал бы ее нейтралитете в случае войны Германии с «третьей стороной». Понятно, что под «третьей стороной» подразумевалась, прежде всего, Франция, с которой у Великобритании были «особые отношения».
Согласно известной поговорке о гонке «за двумя зайцами» (флотское соглашение и политический договор с англичанами в трактовке рейхсканцлера), глава немецкого правительства, несмотря на все его усилия в апреле-июле 1909 г., остался ни с чем [8, с. 101-109]. Вместе с тем, его антифлотская «фронда» сыграла свою определенную роль в его отставке 14 июля 1909 г.
Новый рейхсканцлер Т. Бетман-Гольвег продолжил сложнейшее дело, начатое его предшественником по решению проблемы обеспечения нейтрализации англичан при континентальной войне. Однако, как показали первые шаги в этой «щепетильной политико-военной сфере», добиться каких-либо успехов без ревизии, пусть даже минимальной, действовавшего и успешно реализовавшегося флотского законодательства было просто невозможно [5. с. 246-252].
Потерпев, скажем так, неудачу в «лобовой атаке» на существующую германо-английскую проблему гонки морских вооружений, Т. Бетман-Гольвег решил предпринять несколько обходных маневров. Причем их исполнение шло почти параллельным курсом. С целью найти хоть какие-нибудь точки соприкосновения с англичанами, чтобы потом можно было бы договариваться с ними по принципиальным вопросам флотского и политического соглашений, рейхсканцлер всячески поддерживал и стимулировал переговоры относительно достижения взаимного согласия об обмене информацией о строящихся судах [10, с. 69-74]. В очередной раз дело закончилось ничем, поскольку А. Тирпиц планировал в начале 1912 г. принять очередную флотскую новеллу и не хотел связывать себя какими-либо обязательствами перед англичанами [6, с. 133-138].
Столь же провальным оказался и другой маневр Т. Бетман-Гольвега -- ему не удалось убедить Вильгельма II и военно-морского статс-секретаря в необходимости подписать с британцами взаимовыгодное колониальное соглашение в начале 1912 г., чтобы затем начать переговоры по флотскому и политическому договорам [14. с. 41-46]. Малоутешительной была победа рейхсканцлера, когда он смог на некоторое время отложить принятие флотской новеллы 1912 г. и «подрезать» ее в количественных параметрах. Хотя справедливости ради следует заметить, что это никак позитивно не сказалось на реакции Лондона. Англичане после утверждения рейхстагом очередного флотского документа окончательно записали немцев в «заклятых врагов», война с которыми была вопросом времени, причем не самого отдаленного. кайзеровский германия флот бюлов тирпиц
Таким образом, подводя итог краткому анализу военно-морской политики Германии при рейхсканцлерах Б.Бюлове и Т. Бетман-Гольвеге, можно сделать некоторые выводы. Ни тот, ни другой не были «пацифистами» и выступали за то, чтобы у Германии были сильными не только сухопутные, но и морские силы. Однако их стремление сбить темпы флотского строительства было обусловлено опасением преждевременного «горячего» столкновения с британцами со всеми тяжелейшими политико-экономическими и военными последствиями для государства. Поэтому они прилагали все усилия, чтобы заключить с «коварным Альбионом» флотское и политическое соглашения, гарантировавшие нейтралитет британцев в случае европейской войны. Ни тот, ни другой руководитель немецкого правительства не смогли ни на йоту продвинуться к заветной цели, поскольку сокрушались тандемом «Вильгельм II - А. Тирпиц», упорно и последовательно воплощавшим в жизнь второй флотский закон. Все это можно отнести к общности черт военно-морской политики рейхсканцлеров. Отличия же заключались в том, что Б. Бюлов изначально был ярым сторонником активного флотского строительства.
Только под влиянием неблагоприятных внешних обстоятельств он со второй половины 1908 г. превращается в «ревизиониста». Т. Бетман-Гольвег был таковым изначально. Кроме того, он, в отличие от Б.Бюлова, проявлял больше гибкости и разнообразия в достижении желаемого, хотя в итоге это не принесло и ему удачи. В целом же в политике этих двух государственных деятелей было больше общего, чем отличий (причем не принципиальных), что и обусловило, в конечном счете, сползание Германии к Первой мировой войне.
Литература
1. Бюлов Б. Воспоминания. М.; Л.: Соцэкгиз, 1935. 562 с.
2. Ротштейн Ф.А. Международные отношения в конце XIX в. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1960. 705 с.
3. Синегубов С.Н. Германо-английские военно-морские противоречия и проблема разоружения в 1906-1907 гг. // Альманах современной науки и образования. 2008. № 6 (13). С. 191-198.
4. Синегубов С.Н. Германские ведомства и проблема заключения германобританского флотского соглашения в период ноября 1908 г.- февраля 1909 г. // Тюменский исторический сборник. Вып. 11. Тюмень: Вектор Бук, 2008. С. 95-104.
5. Синегубов С.Н. Начало канцлерства Бетман-Гольвега и попытка заключения германо-английского флотского соглашения (июль-ноябрь 1909 г.) // Известия Российского Государственного Педагогического Университета им. А.И. Герцена. Общественные и гуманитарные науки (история, экономика, философия, право, искусствоведение, архитектура, социология, политология, культурология) 2008. № 11(66). С. 246-252.
6. Синегубов С.Н. Обсуждение вопроса усиления флота Германии и германо-английские отношения в августе 1911-феврале 1912 гг. // Научное обозрение. 2008. № 1. С. 133-138.
7. Синегубов С.Н. Подготовка к принятию флотской новеллы 1906 г. в Германии и германо-английские отношения // Альманах исследований всеобщей истории XVI-XX вв. номер 6. Альбионика. Вып. 3. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2008. С. 262-273.
8. Синегубов С.Н. Последние усилия рейхсканцлера Б. Бюлова на посту рейхсканцлера заключить германо-английское соглашение по флоту в апрелеиюле 1909 г. и их неудача // Европа: Международный альманах. Вып. 8. Тюмень: Изд-во Мандр и К., 2008. С. 101-109.
9. Синегубов С. Н. Проблема германо-английского морского соперничества в конце XIX начале - XX вв. в отечественной историографии // Историк и его эпоха: Материалы всерос. науч.-практ. конф., посвящ. памяти проф. В. А. Данилова (24-25 апреля 2007). Тюмень: Изд-во ТюмГУ, 2007. С. 94-96.
10. Синегубов С.Н. Проблема договора об обмене информации о строящихся военно-морских судах в германо-английских отношениях 1909-1912 гг. // Научное обозрение. 2007. № 6. С. 69-74.