Статья по теме:
Трансформация программной политики аудиовизуальных СМИ на Востоке Германии в переходный период 1989-1993 гг.
Вороненкова Г.Ф., доктор филологических наук, профессор факультета журналистики МГУ
Алексеева М.А., кандидат филологических наук
30-летию падения Берлинской стены посвящается
Начиная с 1989 г. система СМИ бывшей ГДР переживала серьезнейшие перемены, отказываясь от социалистических принципов и сближаясь со СМИ Западной Германии. В стране все громче раздавались требования свободы и реформ. 7 октября 1989 г., в день 40-летия ГДР, на улицы вышли сотни тысяч людей с протестами против существующего режима. Этот день стал точкой отсчета на пути к воссоединению, положил начало поворотному периоду в истории Германии. СМИ ГДР чутко отреагировали на перемены, переживая свой переворот.
На телевидении и радио ГДР начинают появляться новые программы и передачи, отвечавшие потребностям общества, стоявшего накануне краха социалистического режима. Старые теле- и радиопрограммы давно потеряли доверие аудитории, навредив сами себе политикой замалчивания и искажения фактов.
Как вспоминал профессор Гюнтер фон Лоевски (Gьnther von Lojewski), который в «эпоху перемен» был интендантом западноберлинской телерадиокомпании ЗФБ - «Зендер Фрайес Берлин» (SFB- Sender Freies Berlin), бывший глава разведки ГДР Маркус Вольф (Markus Wolf) признавал, что собственная политика ГДР в области СМИ «навредила стране больше, чем вся западная пропаганда». Когда тысячи восточных немцев бежали через Венгрию и Чехословакию на запад, секретарь Отдела агитации и пропаганды при политбюро СЕПГ Йоахим Херрманн (Joachim Herrmann) распорядился о том, чтобы СМИ ГДР не занимались «эмиграционной проблематикой», и запретил всякое упоминание названий «Будапешт», «Прага» и «Варшава».
О том, что происходило в действительности, граждане ГДР узнавали из материалов АРД (ARD) и ЦДФ (ZDF). Имея возможность сравнивать эти репортажи с тем, о чем рассказывали телевидение и радио экс-ГДР, они, как сформулировал профессор Гюнтер фон Лоевски, «обрели иммунитет ко всем манипуляциям и пропаганде из Восточного Берлина».
В то время как уже более месяца каждый понедельник в церквях проходили стотысячные демонстрации под лозунгами «Мы хотим выехать из страны» и «За свободу прессы» (первая демонстрация спонтанно возникла в Церкви Святого Николая в Лейпциге 4 сентября 1989 г.), СМИ ГДР как ни в чем не бывало сообщили о «правонарушениях» и «антисоциалистических выступлениях» в ФРГ.
Рост недоверия граждан к правящей партии (СЕПГ) и всем ее официальным заявлениям вызвал потребность в других СМИ, которые бы правдиво и объективно отражали действительность и говорили о реальных и действительно актуальных проблемах. Ряд таких программ возник в ГДР еще до воссоединения с ФРГ и создания единой системы СМИ на всей территории Германии.
На первом канале появилась передача «Доннерстагс-гешпрех» (Donnerstagsgesprдch - «Разговор по четвергам»), на радио ДДР (DDR) - программа «Дебате» (Debate - «Дебаты»), в которых разносторонне обсуждалось демократическое обновление Восточной Германии. 24 октября впервые за всю историю ГДР радио и телевидение в течение всего дня вели прямую трансляцию из Народной палаты3.
4 сентября 1989 г. стартовал молодежный тележурнал «Эльф 99» (Elf 99 - «Одиннадцать 99»), выходивший дважды в неделю. Тележурнал состоял из кратких новостных выпусков, музыкальных вставок, интервью с известными людьми. Нарушая существовавшие для СМИ ГДР табу, «Эльф 99» обращался к запретным темам в лучших традициях расследовательской журналистики. В эфир выходили разоблачительные репортажи из закрытых населенных пунктов: из района Вандлитц на северо-востоке Берлина, где жили партийные функционеры СЕПГ, с острова Вильм в Балтийском море - излюбленном курорте членов партбюро. В одном из выпусков в ходе дискуссии в прямом эфире прозвучала фраза: «На современном этапе социализма партия больше не может сохранять ведущую роль».
Изначально «Эльф-99» был ориентирован на молодежную аудиторию, но его острые актуальные материалы, так не похожие на передачи, к которым привыкли зрители в ГДР, привлекали зрителей всех возрастов. Уже в октябре «Эльф-99» смотрело 14% всех телезрителей ГДР.
Принципиально изменилось содержание информационных программ Первого и Второго каналов «Актуэлле Камера» (Aktuelle Kamera - «Актуальная камера») и «АК-цво» (AK-zwo - сокращенно «Актуальная Камера-два»). «Актуелле Камера» вместо свода официозных корреспонденций, регламентированных Комитетом, начинает освещать по- настоящему актуальные события и животрепещущие проблемы, ее рейтинг превышает 40% и иногда достигает 70%.
Перемены в Восточной Германии отразились не только на СМИ, освещавших политические и социальные темы. Даже молодежная музыкальная радиопрограмма «Югендрадио ДТ-64» (Jugendradio DT-64 - «Молодежное радио ДТ-64»; ДТ-64 расшифровывается как «Дойчланд Треффен дер Югенд» - Deutschland Treffen der Jugend - «Германская встреча молодежи») сообщало о Лейпцигских демонстрациях.
Следует отметить, что станция ДТ-64 с самого начала не была на хорошем счету у властей ГДР. Эта была первая радиопрограмма в экс- ГДР, ориентированная только на молодежную аудиторию. В 1980-е гг. в воскресном эфире «Югендрадио» можно было услышать интернациональные хиты из чартов ФРГ, Великобритании и США. Эрих Хонеккер (Erich Honecker) на заседании ЦК СЕПГ критиковал радио ДТ-64 за то, что оно «пропагандирует только бит-музыку» и «не учитывает вопросы всестороннего воспитания и образования молодых людей». А 4 октября 1989 г. певец Херман ван Веен (Herman van Veen) в эфире ДТ-64 заявил: «Я разрушу Стену пением» (Ich werde die Mauer wegsingen).
19 октября, на следующий день после отставки генерального секретаря ЦК СЕПГ Эриха Хонеккера, телевидение ГДР провело открытый диалог со зрителями в прямом эфире. 50 тыс. звонков за один вечер явно свидетельствовали о том, что недоверие населения Восточной Германии к телевидению стало преодолеваться.
ГДР неумолимо приближалась к перевороту, к окончательному отказу от социалистических идеалов и краху тоталитарного режима. Значительную роль в этом сыграли журналисты ГДР, которые, как только это стало возможным, начали работать в соответствии с демократическими принципами. Как замечает в своей книге профессор фон Лоевски, если раньше каждый журналист в ГДР был «партийным солдатом», то теперь, в особенности после отставки Хонеккера, восточногерманские журналисты изменили критерии своей работы, своей профессиональной точки зрения, продуктов своей деятельности в сторону свободомыслия.
«Радио и телевидение ГДР превратились в форум всенародного мятежа <...> - пишет фон Лоевски. - Все чаще СМИ разоблачают все те привилегии, которые присвоила себе правящая верхушка».
1 ноября 1989 г. правительство ГДР целиком ушло в отставку. 9 ноября вступил в силу закон о свободном передвижении, и ... открылась германо-германская граница. Первой телерадиокомпанией, сообщившей об этом, стала ЗФБ: уже в 19.23 в программе «Абендшау» (Abendschau - «Вечернее обозрение») она показала, как люди, забравшиеся на стену, открывают шампанское, а по Курфюрстендам едут гэ-дэ-эровские трабанты. Берлинская стена рухнула. Эпоха перемен набирала обороты.
В декабре в Берлине прошел чрезвычайный съезд СЕПГ. В результате был официально провозглашен отказ от сталинистских структур и идеологии. СЕПГ была переименована в ПДС - Партию демократического социализма. Из Конституции был вычеркнут пункт о руководящей роли СЕПГ в обществе.
По решению Совета министров ГДР во главе с Хансом Модровым (Hans Modrow) были распущены Государственные комитеты по радиовещанию и телевещанию. С этого момента главы радио и телевидения ГДР Манфред Кляйн (Manfred Klein) и Ханс Бентцин (Hans Bentzien) уже не обязаны обращаться к правительству и партии за руководством к действию.
В условиях сближения двух германских государств развивается сотрудничество и в сфере СМИ Западной и Восточной Германии. Едва ли не самое активное участие в этом принимает телекомпания ЗФБ. Интендант ЗФБ Гюнтер фон Лоевски начинает переговоры с восточными коллегами. Заключаются договоры по множеству совместных проектов: планируется создание многосерийного документального фильма о падении ГДР, совместного тележурнала о культуре, детективов по «германо-германским материалам», сотрудничество в сфере детских и юношеских передач.
Велись переговоры о трансляции молодежного журнала «Эльф- 99» и на Западную Германию. По соглашению ТВ ГДР и АРД, телерадиокомпания ВДР стала транслировать восточногерманскую информационную программу «АК-цво».
Интендант ЗФБ фон Лоевски обратился к своим коллегам из АРД с просьбой учитывать во время переговоров с представителями восточногерманского вещания, что «поскольку ТВ ГДР вновь обрело правдоподобие, оно станет для всех в дальнейшем серьезным конкурентом».
«Правдоподобие», достигнутое телевидением и радио ГДР, подкреплялось изменениями в законодательном регулировании СМИ Восточной Германии. 5 февраля 1990 г. было принято «Постановление Народной палаты ГДР о свободе мнений, информации и печати». В соответствии с ним, радио и телевидение ГДР получили статус «независимых общественных институтов», которые «не подчиняются правительству» и являются «народной собственностью». Указывалось, что до превращения в общественно-правовые они должны финансироваться государством.
«Постановление о законодательном регулировании германского телевидения» от 15 марта 1990 г. закрепляло переименование ТВ-ГДР в ДФФ («Дойчер фернзэефунк», Deutscher Fernsehfunk) («Дойчер фернзеерфунк»). ДФФ объявлялось правопреемником ТВ ГДР и освобождалось от налогов. Оставались две надрегиональные программы - ДФФ-1 и ДФФ-215.
18 марта 1990 г. в ГДР впервые за 40 лет были проведены свободные выборы. Большинство голосов получила партия ХДС (40,9%), в то время как за ПДС (бывшую правящую партию СПГ) проголосовало только 16,3% избирателей. 5 апреля была сформирована первая Народная палата ГДР, впервые на основе свободных выборов. Премьер-министром был избран Лотар де Мезьер (Lothar de Maiziйre).
По единогласному решению Народной палаты, из преамбулы к Конституции ГДР был вычеркнут пункт о том, что страна обязана следовать по пути социализма и коммунизма. Народная палата высказалась за скорейшее восстановление единства Германии.
Было очевидно, что объединение неизбежно повлечет за собой реорганизацию в области средств массовой информации ГДР. В результате непростого преобразовательного процесса, в соответствии с 36-й статьей Объединительного договора телевидение и радио ГДР прекратили свое существование 31 декабря 1991 г., а с 1 января 1992 г. в Восточной Германии начали вещание новые общественно-правовые земельные ТРК: МДР (MDR) для Саксонии, Саксонии-Ангальта и Тюрингии, ОРБ для Бранденбурга. Мекленбург-Передняя Померания вошла в зону вещания крупной западногерманской ТРК НДР.
Согласно 36-й статье Объединительного договора, регулировавшей преобразования в сфере СМИ на востоке Германии, все институты телерадиовещания бывшей ГДР должны были быть ликвидированы либо переданы в ведение общественно-правовых земельных ТРК.
Итак, жители восточногерманских земель теперь смотрели новые телеканалы и слушали новые радиостанции, содержание которых в корне отличалось от того, к которому они привыкли за свою жизнь в ГДР.
С одной стороны, новая программная политика телерадиовещания на востоке Германии была нацелена на удовлетворение истинных потребностей и интересов аудитории, а не на пропаганду идеологии правящей партии, с другой - из теле- и радиоэфира исчезли многие любимые и привычные передачи.
Вокруг некоторых их них развернулась настоящая борьба. Так, с сентября 1990 г. молодежное радио ДТ-64 стало выходить на одной волне с западногерманским РИАС - «Рундфунк им американишен зектор» (RIAS - Rundfunk im Amerikanischen Sektor). Возникла угроза закрытия столь любимой на Востоке радиопрограммы, что вызвало большое недовольство как радиожурналистов, так и слушателей, прежде всего в Берлине, Дрездене и Нойбранденбурге. После массивных протестов программе вернули ее частоты.
Однако угроза полностью не исчезла, так как в соответствии с 36 статьей программа могла быть ликвидирована. В мае 1991 г. создается «Общество друзей Молодежного радио», своей главной целью оно объявило сохранение ДТ-6418.
Почти по всему региону бывшей ГДР - в Дрездене, Лейпциге, Галле, Шверине, Потсдаме, - проводятся митинги и демонстрации в защиту любимой радиостанции. В Нойбранденбурге члены общества защиты даже объявили голодовку, а в дрезденской демонстрации 16 ноября 1991 г. приняло участие около 10 тыс. граждан. В декабре в журнале «Супер-Иллу» было опубликовано открытое письмо канцлеру Колю с просьбой сохранить ДТ-64 «как кусочек ГДР».
В конце концов, 15 июня 1992 г., МДР принимает решение включить в свой состав радиостанцию ДТ-64 и предоставить ей частоты для вещания. С 1 марта 1993 г. программу начали передавать по спутнику. 1 мая 1993 г. ДТ-64 была переименована в радио «Спутник» (Sputnik).