В качестве еще одного процесса, характеризующего новый гендерный порядок в управлении, на котором акцентирует внимание И.С. Кон, следует выделить «кризис маскулинности», заключающийся в изменении традиционной маскулинной идеологии в условиях резкого уменьшения гендерных различий в основных сферах существования общества и государства (Кон, 2008). Наблюдающееся в сфере трудовой деятельности выравнивание мужских и женских функций, все большее преобладание женщин над мужчинами в части уровня образования, определяющего перспективы карьерного роста, утрата мужской монополии на политическую власть приводят к ослаблению поляризации гендерных ролей.
В данных условиях для российского гендерного порядка характерна тенденция снижения индекса гендерного развития в период с 2016 по 2020 г., что при сохранении его высокого значения свидетельствует о выравнивании положения мужчин и женщин в российском обществе, т. е. о достижении гендерного равенства Global Human Development Indicators [Электронный ресурс]. URL: http://hdr.undp.org/en/countries (дата обращения: 20.08.2021). [9]. Проведем сравнение ситуации гендерного развития (GDI) в трех странах - Исландии, в которой наблюдается наиболее высокий показатель гендерного равенства (The Gender Equality Index), России и Сирии. Отметим, что Россия и Сирия выделяются среди других стран своим социокультурным положением - это страны, которые интегрируют в себе нормы Запада и Востока. Кроме того, Сирия и Россия имеют тесное сотрудничество в экономической, военно-политической и культурной сфере, закрепленное двусторонними соглашениями в сфере социальной защиты и труда в 2020 г. По результатам сравнения можно сказать, что российский гендерный порядок отличается большим уровнем гендерного развития. Исландия в данном случае уступает России в этом показателе и к 2020 г. имеет отрицательную динамику. В то же время для сирийского гендерного порядка характерна положительная тенденция повышения значения индекса гендерного развития в период с 2016 по 2020 г. на 1,6 % при его колебаниях в рассматриваемый период, что демонстрирует движение к достижению гендерного равноправия в сирийском обществе (рис. 1).
Рисунок 1 - Динамика индекса гендерного развития в России, Исландии и Сирии в период с 2016 по 2020 г.1
В данном случае следует отметить, что индекс гендерного развития (ИГР) представляет собой отношение индексов человеческого развития (ИЧР), рассчитанных в отношении женщин и мужчин, при оценке которых учитывается ожидаемая продолжительность жизни женщин/мужчин при рождении, реальная покупательная способность женщин/мужчин на душу населения, продолжительность обучения женщин/мужчин, экономический доход женщин/мужчин.
Анализируя новый гендерный порядок и его влияние на управленческую культуру стран, нельзя не отметить опыт введения гендерных квот, которые обретают актуальность в последнее время. Квоты основаны на принципе равноправия женщин и мужчин, ключевой идеей которых является значительное увеличение женщин в правительстве, высшем руководстве компаний и других властных структурах, а также регулирование представительства как женщин, так и мужчин (Wroblewski, 2021). В некоторых европейских странах (Исландия, Финляндия, Норвегия и др.) гендерные квоты достигли своей цели, наблюдается высокий уровень участия и мужчин, и женщин в политической жизни и принятии важных решений в стране или крупных организациях (Kowalewska, 2021).
Следуя положительному примеру гендерного квотирования в политике в ряде европейских стран можно предположить не меньшую эффективность применения гендерного квотирование в топ-менеджменте, а также в управленческих должностях в сфере образования. По данным за 2009-2019 гг., доля женщин, занятых на руководящих должностях высшего и среднего звена в России составляет 39,8 %, а в Исландии - 44,0 % Global Human Development Indicators [Электронный ресурс]. URL: http://hdr.undp.org/en/countries (дата обращения: 20.08.2021). Там же., т. е., не смотря на высокий показатель индекса гендерного развития в России (рис. 1), Исландия превосходит Россию по числу женщин на управленческих должностях. Однако чтобы гендерное равноправие привело к ощутимым результатам, оно должно быть реальным, а не символическим. «Критическая масса», которую должны составлять женщины, чтобы компания пришла к положительным результатам в управлении (улучшение финансовых показателей, рост эффективности инноваций и т. д.), составляет минимум от 3 человек в совете директоров до 20 % всех руководящих должностей (Kowalewska, 2021). Также наличие штрафных санкций может выступать для организаций стимулом внедрения гендерных квот, тем самым способствуя развитию управленческой культуры нового гендерного порядка.
Проведенное исследование позволяет сделать вывод о том, что при наличии в научной литературе различных подходов к сущности нового гендерного порядка бесспорным его базовым вопросом выделяется проблема достижения гендерного равноправия. Большое значение при продвижении нового гендерного порядка имеет установление границ применения методов, которые не должны приводить к социальным рискам формирования негативного общественного отношения к семье, ее ценности. Исследование сущностных характеристик нового гендерного порядка, в частности в сфере образования и управленческой деятельности, способствует решению задач формирования общественных отношений, базирующихся на гендерном равноправии при сохранении культурно-нравственных ценностей и национальных традиций.
Список источников
гендерное равноправие образование
Виноградова С.М., Панцерев К.А. Гендерный мировой порядок: проблемы и перспективы формирования // Гуманитарный вектор. Сер.: История, политология. 2015. № 3. С. 90-96.
Кон И.С. Мужская роль и гендерный порядок // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. 2008. № 2. С. 37-43.
Реснянский С.И., Амиантова И.С. Гендер в российской истории: обзор новейших исследований // Вестник Российского университета дружбы народов. 2019. Т. 18, № 2. С. 278-301. https://doi.org/10.22363/2312-8674-2019-18-2-278-301
Силласте Г.Г. Рынок труда, занятости и профессий как экономическое пространство формирования нового гендерного порядка // Женщина в российском обществе. 2020. № 2. С. 38-51.
Тартаковская И.Н., Ваньке А.В. Социальные траектории мобильности прекариев // Социальная мобильность в усложняющемся обществе: объективные и субъективные аспекты : моногр. / отв. ред. В.В. Семенова, М.Ф. Черныш, П.Е. Сушко. М., 2019. С. 327-357.
Темкина А.А. Сексуальная жизнь женщины: между подчинением и свободой. СПб., 2008. 376 с
Kowalewska H. Bringing Women on Board? Family Policies, Quotas and Gender Diversity in Top Jobs // Work, Employment and Society. 2021. Vol. 35, iss. 4. Pp. 735-752. https://doi.org/10.1177/0950017020971221
Wroblewski A. Quotas and Gender Competence: Independent or Complementary Approaches to Gender Equality? // Frontiers in Sociology. 2021. Vol. 6. https://doi.org/10.3389/fsoc.2021.740462
References
Kon, I.S. (2008) A Male Role and Gender Order. The Russian Public Opinion Herald. Data. Analysis. Discussions. (2), 37--43. (In Russian)
Kowalewska, H. (2021) Bringing Women on Board? Family Policies, Quotas and Gender Diversity in Top Jobs. Work, Employment and Society. 35 (4), 735-752. DOI: https://doi.org/10.1177/0950017020971221
Resnyansky, S.I. & Amiantova, I.S. (2019) Gender in Russian History: Review of the Latest Researches. RUDN Journal of Russian History. 18 (2), 278-301. DOI: https://doi.org/10.22363/2312-8674-2019-18-2-278-301 (In Russian)
Sillaste, G.G. (2020) The Labor Market, Employment and Professions as an Economic Space for the Formation of a New Gender Order. Woman in Russian Society. (2), 38-51. (In Russian)
Tartakovskaya, I.N. & Vanke, A.V. (2019) Social'nye traektorii mobil'nosti prekariev [Social Trajectories of Precarious Mobility]. In: Semenova, V.V., Chernysh, M.F. & Sushko, P.E. (eds.) Social'naja mobil'nost' v uslozhnjajushhemsja obshhestve: obek- tivnye i subektivnye aspekty [Social Mobility in an Increasingly Complex Society: Objective and Subjective Aspects]. Moscow, FNISC RAN, pp. 327-357. (In Russian)
Temkina, A.A. (2008) Seksual'naja zhizn' zhenshhiny: mezhdu podchineniem i svobodoj [A Woman's Sexual Life: Between Subjugation and Freedom]. St. Petersburg, Izdatel'stvo Evropejskogo universiteta v Sankt-Peterburge. (In Russian)
Vinogradova, S.M. & Pantserev, K.A. (2015) World Gender Order: Problems and Prospects of the Foundation. Humanitarian Vector. (3), 90-96. (In Russian)
Wroblewski, A. (2021) Quotas and Gender Competence: Independent or Complementary Approaches to Gender Equality? Frontiers in Sociology. 6. DOI: https://doi.org/10.3389/fsoc.2021.740462