Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)
Технологический и правовой аспекты смарт-контракта
Владислав Михайлович Камалян, аспирант
Аннотация
В настоящей работе автор сопоставляет смарт- контракт с аккредитивом, раскрывая технологическую и правовую составляющую смарт-контракта. Автор подчеркивает неразрывность данных двух аспектов, образующих между собой уникальный симбиоз цифровых решений и правовых конструкций. Более того, раскрывается техническая и правовая природа смарт-контракта, а именно программный и правовой механизм его действия. Сравнивая смарт-контракт с аккредитивом, автор приходит к выводу о принадлежности смарт-контракта как способа исполнения платежного обязательства к аккредитивной форме расчетов, отмечая правовые преимущества и недостатки данной цифровой технологии.
Ключевые слова: блокчейн, цифровые технологии, платежные инструменты, формы расчетов, смарт-контракт, аккредитив.
Abstract
V. M. KAMALYAN, postgraduate student
of the Department of banking law of the Kutafin Moscow State Law University (MSAL)
TECHNOLOGICAL AND LEGAL ASPECTS OF A SMART CONTRACT
In this work author compares smart-contract to letter of credit. Discovering technological and law aspects of smart-contract. The author underlines indivisibility of these aspects, which consolidate in unique symbiosis of digital solutions and law constructions. Moreover, technical and law nature are to be discovered in this paper, particularly, program and law mechanism of smart-contract. Comparing smart-contract to letter of credit, author concludes that smart-contract is one of types of letter of credit as a payment instrument.
Keywords: blockchain, digital technologies, payment instruments, smartcontract, letter of credit.
Основная часть
Смарт-контракт как правовое явление является неоднозначным с точки зрения правовой природы. Одни причисляют его к правовой категории договора, т.е. смарт-контракт -- это договор, заключенный и исполняемый посредством технологии блокчейн. Другие считают, что смарт-контракт технически представляет собой компьютерный код, программу, которая является алгоритмом действий, направленных на исполнение договора. Автор, придерживаясь второй точки зрения, относит смарт-контракт не к категории гражданско-правовых договоров, а к способам исполнения обязательств, в том числе платежных, поэтому смарт-контракт можно использовать при осуществлении различных форм безналичных расчетов.
С точки зрения особенностей функционирования смарт-контракт наиболее близок к механизму расчетов аккредитивами. Прежде всего их объединяет такой существенный признак, как условность исполнения: исполнение обязанности одной стороны договора обусловлено наступлением определенных обстоятельств, что проявляется в исходном коде смарт-контракта, выражающемся операторами if then....
Смарт-контракт представляет собой сочетание технологического и правового аспекта: с одной стороны, это компьютерная программа, с другой стороны, цель данной программы -- совершение юридических действий, за которыми следуют последствия, имеющие юридическое значение для сторон договора, иными словами, исполнение договора. Обе составляющие являются неразрывными, без той или иной части теряется правовая сущность смарт-контракта, в связи с чем необходимо рассмотреть обе составляющие более детально.
Как уже было сказано, с точки зрения технической составляющей смарт- контракт представляет собой программный код. Как и любая компьютерная программа, смарт-контракт состоит из большого количества строк этого кода, которые представляют собой алгоритм исполнения программы. Поэтому составить смарт-контракт сможет только специалист, владеющий языком программирования, даже если он не имеет юридической квалификации. Тем не менее британский ученый Mayukh Mukhopadhyay в одной из своих работ предлагает любому желающему составить примитивный смарт-контракт всего в семь шагов.
Рис. 1
Как правило, любое условие смарт-контракта состоит из трех базовых частей: наименование, тип, значение, что наглядно отражено на следующем примере (рис. 1):
Рис. 2 {наименование (или ID): ежедневная ставка процента; тип: денежное выражение; значение: сумма, умноженная на процентную ставку, разделенная на количество дней -- 365 (в случае если валютой является фунт стерлинга) или 360 (в случае с иной валютой)}
Стоит отметить, что данное условие основано на трех показателях, заранее не известных на момент его создания: точная сумма, действующая на момент расчета процентная ставка и валюта. Однако такое условие вполне применимо для смарт-контракта, заключенного, например, для банковского кредитования или вклада.
Смарт-контракт основан на технологии блокчейн. Предполагается, что смарт- контракт представляет собой закрытую цепочку, состоящую из пиров -- участников смарт-контракта. Пиры являются неотъемлемой частью смарт-контракта (пир -- это то лицо, от имени которого смарт-контракт исполнит то или иное действие). Благодаря элементу криптографии каждый участник обладает публичным и частным ключом -- это криптографические средства защиты интересов сторон, позволяющие авторизовать проведение операций. Публичный ключ -- код, доступный для неограниченного круга лиц, позволяющий идентифицировать лицо как потенциального контрагента. Частный ключ -- код, доступный только его владельцу для авторизации проведения операций (удостоверяющий, что данную операцию действительно хочет провести владелец ключа, а не третье лицо).
Смарт-контракт -- это алгоритм действий: выстроенная последовательность операций, которые начинают осуществляться при наступлении того или иного события. Непосредственно алгоритм составляется на языке программирования, например Solidity, с использованием математических инструментов (например, криптографии с открытым ключом), что устраняет споры при толковании условий сделки.
Исполнение смарт-контракта происходит в автоматическом режиме благодаря заранее заданному алгоритму действий программы, который выполняет определенное действие при наступлении также заранее определенного обстоятельства. При этом все данные о транзакциях (о совершенных действиях и наступивших обстоятельствах) фиксируются программой и хранятся на базе распределенного реестра, благодаря чему такие данные защищены от постороннего вмешательства и не могут быть изменены.
Основной проблемой технической составляющей смарт-контракта является правильность его составления. Проблемы могут возникать на двух стадиях: на стадии составления смарт-контракта и на стадии его исполнения. На стадии составления смарт-контракта важно не ошибиться с набором символом, задаваемых в программу, ведь от лишнего знака код не сможет быть скомпилирован, а программа -- запущена. Данная проблема характерна для любого программного кода, не только для смарт-контракта. В связи с этим написание программного кода смарт-контракта -- это скрупулезная работа, требующая высокой квалификации и внимательности специалиста.
Однако куда более серьезные технические и юридические последствия могут вызвать ошибки в составлении смарт-контракта, когда он уже запущен. Смарт- контракт, благодаря свойствам блокчейн-технологий, невозможно изменить или остановить, если он начал самоисполняться . Если в коде допущена ошибка, не задан алгоритм при наступлении того или иного события, смарт-контракт не сможет исполниться в полном объеме. Помимо того, что технически он будет неопределенное время «в тупике», это может повлечь существенные юридические последствия, в том числе ответственность стороны за несвоевременное исполнение обязательства.
Все операции происходят в электронной среде на базе платформы блокчейн. Тем не менее, исполняя реально существующие обязательства, смарт-контракт не может существовать без взаимодействия с внешним реальным миром. Для такой связи существуют оракулы (Oracles), которые являются неотъемлемой частью системы смарт-контракта и представляют собой широко признанные организации, которые передают по безопасным каналам связи актуальную информацию в программу смарт-контракта.
Например, смарт-контрактом предусмотрена выплата дивидендов с учетом текущей рыночной цены на бирже. При создании смарт-контракта невозможно определить биржевую цену ценной бумаги на тот или иной момент в будущем, соответственно, заложить условие по выплате дивидендов с учетом биржевого курса ценной бумаги также невозможно. Чтобы смарт-контракт на выплату дивидендов по ценным бумагам мог исполниться, ему нужно получить информацию о текущем актуальном курсе этой ценной бумаги на дату совершения операции по выплате дивидендов. Для этого и нужны оракулы, которые передают в систему смарт-контракта информацию о том же курсе ценной бумаги11. Информация, которая передается в системы смарт-контрактов, может быть разной: от прогноза погоды до новостей по всему миру.
Передача информации от оракула к смарт-контракту основана на принципе аутентичности информации, что отражает достоверность полученных от того или иного источника данных. Этот принцип достигается за счет криптографии (электронной подписи). Передача информации возможна двумя способами: либо путем подписки, когда смарт-контракт, будучи подписанным на обновления информации от того или иного источника, самостоятельно получает информацию; либо оракул сам направляет информацию в систему смарт-контракта. При этом важно, чтобы оракул был действительно надежным источником информации, не имеющим возможности так или иначе влиять на ее содержание.
Информация, передаваемая в смарт-контракт, должна быть надежной и достоверной, что особенно важно на финансовых рынках. Этот фактор необходимо учитывать лицу, которое составляет смарт-контракт. В противном случае смарт-контракт может причинить убытки участвующим лицам. Уже существуют несколько платформ, которые оказывают услуги по предоставлению информации, например: https://www.realitykeys.com/ или https://smartcontract.com/. В целях доказывания аутентичности информации оракулы обращаются к TLSNotary-- сервису, который предоставляет криптографические доказательства того, что полученные данные соответствуют тем, которые были предоставлены сервером. Таким образом, существует особая инфраструктура, обеспечивающая надежную работу смарт-контрактов.
Каждому техническому элементу смарт-контракта, рассмотренному выше, коррелирует определенная правовая проблема. Техническая природа смарт- контракта порождает проблему его правовой природы: если он представляет собой программный код, то возможно ли считать смарт-контракт договором, а код -- языком такого договора? Ответ на поставленные вопросы представляет, в частности, немецкая доктрина. Заключение договора является свободным волеизъявлением сторон сделать предложение и акцептовать его. Поскольку программный код не способен выразить волеизъявления сторон, будучи нечитаемым для человека, то в правовом смысле слова смарт-контракт не является договором, а является лишь выражением договора на компьютерном языке. Поэтому необходимо заключать обычный договор и применять смарт-контракт как средство его исполнения.
Кроме того, возникает проблема и в правоприменении. Смарт-контракт, будучи составленным на техническом языке, совершенно не понятен правоприменителям. Отсюда вытекает множество вопросов, связанных с уверенностью в содержании смарт-контракта:
Можно ли быть уверенным в том, что стороны действительно согласились заключать контракт на заданных условиях? Одинаково ли они понимают заданные условия?
Можно ли быть уверенным в том, что все параметры смарт-контракта заданы и заданы надлежащим образом?
Как предоставить смарт-контракт судье в случае спора? И как суду убедиться в действительных намерениях сторон в заключении той или иной сделки?
Все эти проблемы британские ученые предлагают решить одним способом: при помощи перевода текста смарт-контракта с программного языка на привычный для человека язык. При создании смарт-контракта создается обычный текстовый файл, в котором отражены все условия смарт-контракта и который можно предоставить как сторонам сделки, так и судье.
Смарт-контракт, как и аккредитив, представляет собой алгоритм, работающий по принципу «если..., то...», благодаря чему оба инструмента приобретают обеспечительный характер. Однако, по мнению цивилистов, квалификация смарт-контракта как способа обеспечения исполнения обязательства возможна лишь при абсолютизации функционального подхода. Таким образом, к способам обеспечения можно отнести расчеты по аккредитиву и договор условного депонирования (эскроу), которые обладают сходным «обеспечительным эффектом».
Однако такой «обеспечительный эффект» не должен являться критерием отнесения как аккредитива, так и смарт-контракта к способам обеспечения исполнения обязательства. Если считать аккредитив и смарт-контракт способом обеспечения исполнения обязательств, то остается неясным, что при таком подходе можно будет считать обеспечительным обязательством, а что основным. Поэтому данные инструменты являются способами непосредственного исполнения обязательства.
Правовой механизм смарт-контракта напрямую зависит от его правовой природы. Поскольку автор придерживается позиции, что смарт-контракт является способом исполнения договора, то и правовой механизм будет базироваться также на этой концепции.
Наиболее распространенным финансовым инструментом в международных сделках является аккредитив. Уже существует ряд примеров, где стороны используют смарт-контракт в рамках сделок по аккредитиву. В частности, британский банк Barclays использовал смарт-контракты в рамках аккредитивных расчетов с помощью фиатных денег по договорам поставки товаров (сыра и сливочного масла). В состав документов, подтверждающих исполнение условий аккредитива, вошли электронные документы: сертификат происхождения товара, страховой сертификат, счет, товарно-транспортная накладная.