Г. Ф. Шершеневич в нормах права выделял ряд основных признаков. В частности, ученый писал, что «замечается во всех нормах права -- это их повелительный характер. Всякая норма права это -- приказ... Нормы права или требуют от лиц, к которым обращены, чтобы те совершили действия известного рода (повеления), или же требуют от лиц, к которым обращены, чтобы те воздержались от действий известного рода (запрещения)» Шершеневич Г. Ф. Избранное : в 6 т. / вступ. слово, сост. : П. В. Крашенинников. М. : Статут, 2016. Т. 4. (Юристы, изменившие право, государство и общество). С. 281--282.. Следствием неисполнения повелений и приказов, содержащихся в нормах права, является применение санкции.
С.А. Алексеев писал об «особенности многих юридических средств и механизмов, призванных обеспечивать и проводить в жизнь юридические запреты, в частности их юридическое опосредование в запрещающих нормах, их гарантирование в основном при помощи юридической ответственности, их реализацию в особой форме -- в форме соблюдения» Алексеев С. С. Указ. соч. С. 230..
В пунктах 2, 3 ст. 10 ГК РФ предусмотрено, что в отношении лица, злоупотребившего правом, могут быть применены следующие последствия: отказ от защиты права. возмещение причиненных убытков, а также иные меры. Таким образом, в случае, когда в поведении лица будут установлены признаки, указанные в п. 1 ст. 10 ГК РФ, такое лицо может быть в том числе привлечено к ответственности с применением одной только ст. 10 ГК РФ. В случае с принципом добросовестности предусмотренная ст 10 ГК РФ ответственность в виде убытков является некой гарантией того, что другая сторона под страхом наступления неблагоприятных для нее последствий воздержится от злоупотребления правом (недобросовестного поведения). Возможность привлечения лица за недобросовестное поведение к ответственности по ст. 10 ГК РФ является подтверждением сближения роли принципов и норм права. Несмотря на сформировавшуюся тенденцию использования судами принципов как норм права, нельзя не признать, что принцип добросовестности остается в определенных случаях нормой применения права. Такой случай предусмотрен в п. 2 ст. 6 ГК РФ, согласно которой принцип добросовестности может применяться как «исходный ориентир» Формулировку в отношении принципов права как исходных ориентиров в правовом пове-дении предложил С. С. Алексеев. См.: Алексеев С. С. Указ. соч. С. 144. для других общих начал (принципов) при отсутствии аналогии закона.
Так, например, если при разрешении спора в соответствии с указанной статьей применяется другой общий принцип, например принцип свободы договора, то суд должен убедиться в том, что его применение не нарушает требования не только добросовестности, но и разумности, справедливости.
Принцип добросовестности как норма применения права должен учитываться при уточнении, толковании и применении других принципов и норм права. Такое применение принципов права основано на их традиционном толковании в литературе.
Принцип добросовестности как норма применения права позволяет разрешить спор не только в сочетании его с принципами права, но и с нормами права, когда нарушение любой из сторон возможно определить только при применении в совокупности принципов и норм права. В ряде случаев действия стороны формально невозможно квалифицировать как нарушение прав другой стороны, но при этом из поведения такой стороны следует, что она злоупотребляет правом.
Конкретное содержание недобросовестного поведения в каждом случае устанавливается судами. Одновременное использование общих начал и норм права в большей степени позволяет восстановить нарушенное право другой стороны. В таком случае суды уточняют, толкуют и применяют нормы права с учетом принципа добросовестности ссогласно ст. 10 ГК РФ. Кроме того, в отношении использования принципа добросовестности как нормы применения права необходимо учитывать, что данный принцип указан как приоритетный в п. 2 ст. 6 ГК РФ при применении других общих начал. Формулировка данной нормы позволяет сделать вывод о том, что законодатель обозначил значимость принципа добросовестности в сравнении с другими принципами права, поскольку указал его первым, как ориентир для других принципов.
В этой связи А. А. Жгулев пишет, что положение п. 2 ст 6 ГК РФ «означает невозможность применения аналогии права в случае, если общие начала и смысл гражданского законодательства не соответствуют требованию добросовестности» Жгулев А. А. Добросовестность при исполнении обязательства. М. : Инфотропик Медиа, 2011. С. 2.. Автор также отмечает, что такой подход законодателя обусловлен тем, что «рассматриваемой нормой устанавливается приоритет добросовестности перед применением иных общих начал гражданского законодательства, т.е. применение последних не должно приводить к последствиям, которые несовместимы со всеобщим принципом добросовестности» Жгулев А. А. Указ. соч. С. 2..
Интересной представляется позиция В. Г. Ротаня, который предложил отказаться от правовой конструкции аналогии права, поскольку «последовательное признание принципами, обладающими качествами непосредственного юридического регулятора, неизбежно приходит в противоречие с реальностью», что является вполне обоснованным, учитывая возрастающую роль принципов права. Категория аналогия права в условиях, когда в Конституции и Гражданском кодексе закрепляются принципы (основные начала), стала излишней Ротань В. Г. Указ. соч. С. 223..
Таким образом, на современном этапе развития законодательства и судебной практики возникает необходимость переосмысления роли судов и функций принципов гражданского права. Принцип добросовестности является оценочным понятием, поскольку в законе отсутствуют его критерии. В случае применения принципа добросовестности как нормы права требуются конкретизация, уточнение критериев добросовестности для разрешения спора, которые вырабатываются судами. Суды формируют правила, в ряде случаев отличные от правил, установленных нормами права, после чего осуществляется широкое применение их как норм права. Все это свидетельствует о появлении у судов правотворческой роли.
Судебная практика по вопросам применения правовых принципов повлияла на изменение их функций. Представляется, что применение принципов права шире, чем применение норм права, поскольку принципы права могут рассматриваться как нормы права и как нормы применения права. Предусмотренная ст. 10 ГК РФ гражданско-правовая ответственность в виде взыскания убытков в отношении лица, осуществляющего гражданские права исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действие в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав свидетельствуют о сближении функций принципов и норм права.
Библиография
1. Алексеев С.С. Теория права. - 2-е изд., доп. - М. : Бек, 1995. - 320 с.
2. Богданова Е. Е. Договорное право России: реформирование, проблемы и тенденции развития : монография / под общ. ред. Л. Ю. Василевской. -- М. : Инфра-М, 2016. -- 192 с.
3. Витрянский В. В. Реформа российского гражданского законодательства: промежуточные итоги. -- М. : Статут, 2016. -- 431 с.
4. Волос А. А. Принципы обязательственного права: дис. ... канд. юрид. наук. -- Саратов, 2015.
5. Жгулев А. А. Добросовестность при исполнении обязательства. -- М. : Инфо- тропик Медиа, 2011. -- 112 с.
6. Карапетов А. Г. Основные положения гражданского права : постатейный комментарий к статьям 1--16.1 Гражданского кодекса Россйиской Федерации / А. В. Асков, В. В. Байбак, Р С. Бевзенко [и др.] ; отв. ред. А. Г. Карапетов. -- М. : М-Логос, 2020. -- 1469 с.
7. Новицкий И. Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права // Вестник гражданского права. -- 2006. -- Т. 6. -- № 1.
8. Ротань В. Г. Регулятивное значение принципов гражданского права // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. - Серия «Юридические науки». - 2015. - № 1. - С. 221-228.
9. Фогельсон Ю.Б. Принцип добросовестности в российской судеб. практике // Вестник экономического правосудия РФ. - 2017. - № 9. - С. 103-116.
10. Шершеневич ГФ. Избранное: в 6 т. / вступ. слово, сост. : П.В. Крашенинников. - М. : Статут, 2016. - Т. 4. - 752 с. - (Юристы, изменившие право, государство и общество).
11. Шпаковский Ю. Г., Романов Е. Ю. Социальная защита государственных служащих в современной России // Право и безопасность. -- 2005. -- № 3.