Сравнивая же виновность с неумышленной недобросовестностью, следует обратить внимание, что для виновности минимально необходимым является одновременное наличие двух логических элементов -- как обязанности лица знать о юридической ущербности значимого обстоятельства (объективный критерий виновности), так и персональную возможность лица к этому (субъективный критерий виновности). Для недобросовестности же достаточен лишь один критерий -- либо субъективный критерий (например, ст. 302 ГК РФ), либо объективный критерий (например, ст. 335 ГК РФ). Иными словами, нижняя граница вредоносности неумышленной недобросовестности ниже такой же границы виновности. Поэтому часть проявлений неумышленной недобросовестности нельзя отождествлять с виновностью.
Сопоставление схематизированных понятий следует продолжить на моделях добросовестности и невиновности (табл. 2).
Из таблицы 2 также видно, что для невиновности достаточно отсутствия хотя бы одного из критериев виновности -- объективного, указывающего на обязанность, либо субъективного, указывающего на персональную возможность лица знать о юридической ущербности значимого обстоятельства.
В составах статей 302 ГК РФ и смежных обязательным для добросовестности является отсутствие субъективного критерия недобросовестности (лицо не «могло знать»). Если же субъективный критерий «могло знать» присутствует, а отсутствует объективный критерий «должно было знать», то отсутствие объективного критерия в данном случае не имеет значения, а лицо является недобросовестным. Таким образом, если отсутствие объективного критерия «должно было знать» в конструкции виновности само по себе означает невиновность, то для недобросовестности по статьям 302 ГК РФ и смежным это не имеет значения.
Таблица 1 Сопоставление моделей понятий «недобросовестность» и «виновность»
|
Недобросовестность |
Неосторожная виновность |
|
|
субъективное состояние лица, которое, реализуя целеполагание, |
||
|
знало или могло знать (ст. 302 ГК РФ), знало или должно было знать (ст. 335 ГК РФ) |
не знало, но должно было и могло знать |
|
|
о юридической ущербности значимого обстоятельства |
Таблица 2 Сопоставление моделей понятий «добросовестность» и «невиновность»
|
Добросовестность |
Невиновность |
|
|
субъективное состояние лица, которое, |
||
|
реализуя целеполагание, |
||
|
не знало и не могло знать |
не знало и при этом |
|
|
(ст. 302 ГК РФ), не знало и не должно было знать (ст. 335 ГК РФ) |
не должно было или не могло знать |
|
|
о юридической ущербности значимого обстоятельства |
Следовательно, в конструкции статей 302 ГК РФ и смежных, если лицо не знало и при этом не только могло, но и должно было знать о юридической ущербности значимого обстоятельства, то оно одновременно является и недобросовестным (по субъективному критерию «могло знать»), и виновным (по совокупности критериев -- объективного «должно было знать» и субъективного «могло знать»); соответственно, если лицо не знало, не должно было, но могло знать о юридической ущербности значимого обстоятельства, оно является недобросовестным (по наличию субъективного критерия), но невиновным (отсутствие одного из двух критериев виновности).
В составах статей 335 ГК РФ и смежных обязательным для добросовестности является отсутствие объективного критерия недобросовестности (лицо не «должно было знать»). Если же объективный критерий «должно было знать» присутствует, а отсутствует субъективный критерий «могло знать», то отсутствие субъективного критерия в данном случае не имеет значения, а лицо является недобросовестным. Таким образом, если отсутствие субъективного критерия «могло знать» в конструкции виновного поведения само по себе означает невиновность, то для недобросовестности по статьям 335 ГК РФ и смежным это не имеет значения.
Следовательно, в конструкции статей 335 ГК РФ и смежных, если лицо не знало и при этом не только должно было, но и могло знать о юридической ущербности значимого обстоятельства, то оно одновременно является и недобросовестным (по объективному критерию «должно было знать»), и виновным (по совокупности критериев -- объективного «должно было знать» и субъективного «могло знать»); соответственно, если лицо не знало, не могло, но должно было знать о юридической ущербности значимого обстоятельства, оно является недобросовестным (по наличию объективного критерия), но невиновным (отсутствие одного из двух критериев виновности).
Таким образом, если при неосторожной недобросовестности лицо одновременно должно было и могло знать о юридической ущербности значимого обстоятельства, то лицо является виновным с точки зрения подходов к виновности, предлагаемых такой отраслью публичного права, как налоговое право. При умышленной же недобросовестности лицо с точки зрения конструкций налогового права во всех случаях является виновным.
Необходимо сделать одно принципиальное, но очевидное замечание.
Принимая во внимание предусмотренный пунктом 7 статьи 3 НК РФ принцип толкования всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщика, считаем, что границы виновности в налоговом праве (публичном праве) не могут быть шире границ виновности в гражданском праве (частном праве). В силу этого, если в поведении лица имеются «модельные» признаки его виновности с позиций налогового права, то такое лицо во всяком случае является виновным и с позиций гражданского права. Поэтому недобросовестные лица, являющиеся виновными с точки зрения налогово-правового подхода, являются виновными и с точки зрения гражданско-правового подхода.
Это позволяет сформулировать, в частности, следующие выводы.
1. Если недобросовестное лицо знало, либо должно было и могло знать о юридической ущербности значимого обстоятельства, то в случае нарушения чужих прав такое лицо считается виновным в наступлении последствий ущербности.
2. Недобросовестность участников гражданских правоотношений, допустивших виновное нарушение чужих прав, предполагается.
3. Добросовестность участников отношений, невиновность которых в совершении правонарушения доказана, предполагается.
В завершение представляется уместным предложить формулировку субъективной добросовестности с использованием конструкции невиновности в гражданском праве.
Добросовестность -- предповеденческое субъективное состояние лица, основанное на достаточной степени его заботливости и осмотрительности в оценке юридических свойств актуальных для правоотношения фактических обстоятельств.
Примечания
1. Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. М.: «Лекс-Книга», 2002. 160 с.
2. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Книга первая. Общие положения. М.: Статут, 1999. 848 с.
3. Матвеев ГК. Основания гражданско-правовой ответственности. М.: Юридическая литература, 1970.
4. Лукьяненко М.Ф. Оценочные понятия гражданского права: разумность, добросовестность, существенность. М.: Статут, 2010. 423 с.
5. Крохина Ю.А. Правовая охрана механизма налоговых отношений // Финансовое право. 2010. № 11. С. 27--32.
References
1. Emelyanov V.I. Reasonableness, сonscientiousness, non-abuse of civil rights. Moscow: “Lex-Kniga” Publ., 2002. 160 p. (In Russ.)
2. Braginsky M.I., Vitryansky V.V. Contract law: Book one. Generalities. Moscow: Statute Publ., 1999. 848 p. (In Russ.)
3. Matveev G.K. Grounds for civil liability. Moscow: Legal literature Publ., 1970. (In Russ.)
4. Lukyanenko M.F. Evaluation concepts of civil law: reasonableness, сonscientiousness, materiality. Moscow: Statute Publ., 2010. 423 p. (In Russ.)
5. Krokhina J.A. Legal protection of the mechanism of tax relations. Financial law, 2010, no. 11, pp. 27--32. (In Russ.)