Институт русского языка им. А.С. Пушкина отличается от четырех других рассматриваемых вузов России тем, что представляет собой единый самостоятельный объект, где размещены и учебные зоны, и общежитие, но там живет мало студентов, в основном иностранных. Поэтому в дополнение к аудиториям, административным офисам и библиотекам в здании также есть мини-маркеты, спортивные залы, прачечные, кафе и прочие помещения для удобства студентов. МГУ как самый престижный вуз России имеет большое количество факультетов и образует кампус с центральным корпусом (главный корпус). В главном корпусе имеется как учебно-офисная зона, так и небольшое количество жилых помещений. Тем не менее здесь проживает мало студентов, потому что большинство студенческих общежитий расположено на том или ином расстоянии от университета.
Таким образом, ЯЛ российских университетов в основном располагается в аудиториях, кабинетах преподавателей, административных офисах, библиотечных комнатах, столовых и других местах в зданиях, и зона его распространения намного меньше, чем в китайских университетах.
Направление конфигурации ЯЛ в китайских и российских университетах
Внутренняя структура университета является отражением архитектурного стиля и культуры региона, на нее влияют не только окружающая среда, география, климат, но и история и культура страны. В основном здания как составляющие китайских университетов независимы друг от друга и размещены горизонтально в кампусе, благодаря чему университет занимает большую площадь. Например, в пяти университетах Китая есть отдельные учебные здания, административные здания, офисные здания, библиотеки, стадионы, поликлиники при университетах, общежития, столовые и т. д. Эти здания распределяются по горизонтали и образуют ландшафт кампуса вместе с другими живописными районами. Таким образом, объекты распределены по плоскости, но ЯЛ в каждом отдельном здании в основном сориентирован по вертикали.
В России совсем другая ситуация: большинство составляющих российских университетов находится в многоэтажном здании, т. е. «главном корпусе», как в четырех рассматриваемых университетах, за исключением СПбГУ. Главное здание, как правило, является значимым сооружением университета, а также местом проведения масштабных мероприятий в университете, в котором есть аудитории, кабинеты, библиотеки, столовые, спортивные залы, магазины, типографии и т. д. Здесь преподаватели и студенты работают, учатся и занимаются другими видами деятельности, связанными с обучением. В то же время жилые площади, как правило, распределены вокруг главного здания (в нем также имеется немного жилых помещений, как в МГУ) или находятся на небольшом расстоянии от главного здания. Преподавателям и студентам надо пройти пешком или воспользоваться транспортом, чтобы добраться до «главного здания» из общежития. Очевидно, что ЯЛ, соответствующий пространственной структуре, главным образом распределяется по вертикали в одном пространстве, то есть в одном здании.
Хотя в СПбГУ нет так называемого главного корпуса, его пространственная структура не похожа на китайские университеты. Здесь есть отдельные объекты с независимыми факультетами. Расстояние между факультетами невелико, но иногда до них нужно добираться на автобусе. По сути, каждый факультет находится в отдельном здании, в котором интегрированы аудитории, кабинеты преподавателей, буфеты и т. д. Поэтому здания разных факультетов находятся отдельно в горизонтальной плоскости, при этом составные части в каждом объекте представлены в трехмерном распределении. Таким образом, в ЯЛ российских вузов преобладает вертикальное распределение, дополняемое плоскостным.
Сфера конфигурации ЯЛ в китайских и российских университетах
Различия в сферах конфигурации ЯЛ в китайских и российских университетах обусловлены такими параметрами, как пространственная закрытость/открытость, содержание компонентов и пространственная структура.
С социологической точки зрения китайские университеты больше похожи на сообщество, чем российские университеты. По Лю Шисяну, «сообщество -- это специальная область, сформированная людьми или семьями в определенном районе для политических, социальных, культурных, образовательных и других целей, вследствие чего различаются культура и образ жизни между сообществами» [Лю Шисян 2013: 60]. Поскольку в жилых районах китайских университетов проживает множество студентов, преподавателей и их семей, мы считаем, что «обитателями» университета являются студенты, преподаватели и персонал, выполняющий другие работы. Они независимы друг от друга и находятся в условиях конкуренции с точки зрения быта, образования и др. Социально-организационная среда проживания и обучения в китайских университетах довольно насыщенна, так что проживающие могут заниматься учебой, жить и развлекаться. Следовательно, китайские университеты представляют собой целостное сообщество, где проживающие представляют собой единый коллектив с целью обучения. Таким образом, его ЯЛ распределен относительно концентрированно. В пространстве «сообщества» содержание текстов на вывесках достаточно полно, оно касается проживания, преподавания, обучения, досуга, развлечений и пр.
Российские университеты отличаются тем, что места проживания и учебные зоны большинства российских университетов, таких как СПбГУ, МГПУ, МГЛУ и МГУ, расположены на большом расстоянии друг от друга. Поскольку рядом с центром кампуса российских университетов нет постоянных жителей, здесь меньше мест и объектов, связанных с бытовыми удобствами, что делает российские университеты более похожими на временные общественные места для учебной и преподавательской деятельности. Таким образом, распределение ЯЛ здесь относительно разбросано, и тексты на вывесках в кампусе не могут касаться еды, жилья, обучения, досуга и т. д. Например, в СПбГУ, МГУ, МГПУ и МГЛУ содержание большинства вывесок связано с научной деятельностью и меньше связано с бытовой жизнью, как это наблюдается в Китае.
Выводы
Из приведенного выше сравнения видно, что ЯЛ китайских и российских университетов значительно различаются по пространственному распределению, отражая следующие характеристики: 1) пространство китайских университетов закрыто, учебные, жилые и служебные зоны распределены в непрерывном пространстве в форме «сообщества», поэтому ЯЛ в основном сосредоточен в рамках определенной территории. В то же время пространство российских университетов в принципе открыто, учебные и жилые зоны расположены отдельно, ЯЛ прерывается и случайно распределяется по нескольким отделенным друг от друга пространствам, без формирования «сообщества»; 2) в ЯЛ в китайских университетах присутствуют два языка -- китайский и английский, а в российских ЯЛ по преимуществу одноязычен; 3) здания в китайских университетах размещены в кампусе, а ЯЛ представлен как внутри здания, так и снаружи в вертикальной и горизонтальной ориентации; большинство составных частей российских университетов интегрировано в многоэтажном здании. ЯЛ в основном здесь находится в здании и сориентирован по вертикали; 4) зоны и сфера распределения ЯЛ в китайских университетах намного больше и шире, чем в российских университетах. Это объясняется различиями в географическом положении, климате, культуре и менталитете, а также в национальной языковой политике и идеологии Китая и России.
Среди этих факторов важнейшим является культура. В университете она отражается в его пространстве и может рассматриваться в таких аспектах, как технология, социология и сознание [Хоу Синь 2006: 76]. Китайская и российская культуры абсолютно разные, поэтому существует большая разница в оформлении территории вузов. Кроме того, важными факторами, влияющими на пространственные характеристики университетов, являются также климатическая среда и география: например, в России, которая находится в высоких широтах, ЯЛ в основном сконцентрирован в зданиях, а в Китае с относительно теплым климатом располагается и внутри, и снаружи зданий. Поэтому географические и климатические условия в определенной степени определяют характер территории кампуса.
Литература
1. Китайгородская М.В. Активные социолингвистические процессы в сфере городских наименований: московские вывески // Современный русский язык: социальная и функциональная дифференциация / под ред. Л.П. Крысина. -- М., 2003. С. 127--148.
2. Капанадзе Л.А., Красильникова Е.В. Лексика города (к постановке проблемы) // Способы номинации в современном русском языке. -- М., 1982. С. 282--295.
3. Михалап К.П., Шмелева Т.В. Слово городской среды // Филологические науки. 1984. № 4. С. 32--40.
4. Синекопова Г.В. Языковые меньшинства в лингвистическом ландшафте Москвы // Вестн. Рос. нового ун-та. Сер.: Человек в современном мире. 2015. № 2. С. 45--49.
5. Федорова Л.Л. Языковой ландшафт: город и толпа // Вестн. Новосиб. гос. ун-та. Сер.: История. Филология. 2014. Т. 13. Вып. 6: Журналистика. С. 70-80.
6. Шмелева Т.В. Ономастикон современного города // Материалы междунар. съезда русистов в Красноярске. -- Красноярск, 1997. Т. 1. С. 80-86.
7. Backhaus P. Linguistic Landscapes. A Comparative Study of Urban Multilingualism in Tokyo. -- Clevedon ; Buffalo ; Toronto : Multilingual Matters Ltd., 2007.
8. Landry R., Bourhis R. Linguistic landscape and ethnolinguistic vitality : An empirical study // Journal of Language and Social Psychology. 1997. Vol. 16. № 1. P. 23-29.
9. Scollon R., Scollon S. W. Discourses in Place: Language in the Material World. -- London : Routledge, 2003. 258 р.
10. Shohamy E., Gorter D. (eds.). Linguistic Landscape. Expanding the Scenery. -- New York; London: Routledge, 2009.