Спор достиг такого принципиального значения, что современным интерпретаторам приходится привлекать доводы из юриспруденции - вспомнить о презумпции невиновности применительно к авторам свидетельств о Сократе двухтысячелетней давности. И один из биографов философа подводит итог: «Любой источник информации о Сократе следует признать достоверным, пока не будет доказано обратное теми, кто подвергает сомнению эту достоверность» [9, с. 15]. Но всё же остаётся устойчивое мнение, что все авторы воспоминаний так или иначе идеализировали Сократа и в их свидетельствах как литературных произведениях на полных правах присутствует поэтический вымысел, т.е. миф.
Слово «миф», как известно, имеет в широком обиходе два значения - это «предание» и «вымысел», и как будто третьего не дано. Но в культурологии мифу отводится очень важная роль - роль «законодательной модели мира» [10, с. 333]. Данная способность (или функция мифа) заложена на переходе двух названных значений мифа, она как раз обусловливает нагруженность исторического факта вымыслом - элементами, не имеющими подтверждений в предании. Процесс мифотворчества объективно закономерен и вызывается потребностью идеального закрепления в культуре значимого события в истории общества или в жизни исторической личности. Тогда и образуются вымыслы или умолчания о некоторых частностях, о компромиссах. Преданию важно транслировать в веках заветную Мысль, Мечту и Веру в совершенство мира и человеческой личности, основанные на мифологизации конкретного факта.
С этой точки зрения и различаются: «принцип истории как чистой, совершенной новости и принцип мифа как вечной универсалии, они оказываются полярно противоположны друг другу». Исследуя «поэтику мифа» [11], М.Н. Виролайнен вслед за Е.М. Мелетинским находит, что «ретроспективный взгляд на мифологическую реальность обнаруживает в ней некую особую точку, в которой тенденция мифа и тенденция истории могут пересечься между собой. В этой точке стоит тот, кого современная наука называет культурным героем» [10, с. 334]. Сократ соответствует и этому званию, так как привнёс в культуру человечества новое знание, «новость», которая осталась в веках.
Сократ-античный мудрец и Сократ-личность во многом мифическая существуют в истории поиска Истины. Перефразируя максиму Вольтера, можно и в этом случае сказать: если бы Сократа не было, его следовало бы выдумать. А если так, то человечество на полном основании доверилось Платону, могущему создать миф о Сократе.
Каждое время, обращаясь к Сократу, по-своему толкуя и споря о нем, по сути дела, занимается не прошлым, а своей современностью. И при всякой новой встрече, как заметил ещё К. Маркс, «Сократ оказывается не таинственным, а ясным и светлым, не пророком, а общительным человеком» [12, с. 57].
Предположение о мифологизации фигуры Сократа возникло от того, что философы от Гегеля до Б. Рассела, ознакомившись с чужих, вроде бы, слов с его учением, обнаруживали провал в мировоззренческом сознании, провал, который усугубился вследствие секуляризации этого сознания. Философы Нового времени как бы устыдились этого провала, отставания философской мысли в одном из главных её направлений - определении целеполагания человеческого существования и роли в нём разума.
И должным образом не было осмыслено, что свидетельства Ксенофонта или Платона о Сократе проистекают из того же, сократовского века древней истории, они не подлаживались под какую-либо конъюнктуру. То, что идеи из апологий Сократа в своей сущности принадлежат именно Сократу, не вызывает сомнений. Иначе авторам этих апологий не нужна была бы мифологизация, - они (особенно Платон) могли бы свободно приписать сократовские идеи себе.
Несомненно лишь одно, что и Платон, и Ксенофонт не редактировали какие-то зафиксированные высказывания Сократа (таковых просто не было), но обобщили и систематизировали свои, оставшиеся в памяти слова, впечатления от встреч и бесед с Учителем, привели их в порядок по своему разумению. И можно такое приведение в строгий порядок назвать мифологизацией, ибо от того не убудет ни у Сократа, ни у философии Греции V века до Р.Х. Такая «мифологизация» только помогла будущим мыслителям принять эстафету в следовании «вечным истинам», заявленным когда-то Сократом.
Когда апостол Павел пришел в Афины проповедовать Христа, он обратился к собравшимся так: «Афиняне! По всему вижу я, что вы как бы особенно набожны; ибо проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я и проповедую вам» (Деян., 17, 22-23). На основе этого В.С. Непомнящий сделал вывод: «религия «неведомого Бога», религия Христа, пришла в Европу прежде всего через Грецию, которая была отчасти подготовлена к этому напряженными исканиями и предчувствиями культуры (среди которых, к примеру, прикованный к скале Прометей - смутный прообраз Распятия), выдающимися мыслителями языческого мира: отцом идеализма Платоном, учеником великого Сократа - «христианина до Христа», как называли его в Средние века» [13, с. 25].
Таким к началу ХХI в. сложился «миф» о Сократе, «миф», смыкающий «вечные истины» с христианскими ценностями.
сократ миф идеологический
Библиографический список
Аристотель. Метафизика. 1078 Ь. 24-30. Под «наведением» имеется в виду индуктивный способ восхождения к общим определениям.
Рожанский, И.Д. Загадка Сократа / И.Д. Рожанский // Прометей. - 1972. - Т. 9.
Нерсесянц, В.С. Сократ / В.С. Нерсесянц. - М. : Наука, 1980.
Аристотель. Метафизика. XIII. 4. 1078b. 17-25.
Шестов, Л.И. Сократ // Шестов Л.И. Лекции по истории греческой философии. - М. : Русский путь ; Париж : YMCA-Пресс, 2001.
Пушкин, А.С. Полное собр. соч. : в 10 т. / А.С. Пушкин. - Т. VII. - М., 1965.
Лосев, А.Ф. Жизненный и творческий путь Платона // Платон. Сочинения. - М. : Мысль, 1999.
Рассел, Б. История западной философии / Б. Рассел. - М., 1959.
Кессиди, Ф.Х. Сократ / Ф.Х. Кессиди. - СПб. : Алетейя, 2001.
Виролайнен, М.Н. Культурный герой нового времени // Легенды и мифы о Пушкине. - СПб. : Академический Проект, 1999.
Мелетинский, Е.М. Поэтика мифа / Е.М. Мелетинский. - М., 1995.
Маркс, К. Сочинения. - Т. 40. / К. Маркс, Ф. Энгельс. - М., 1975. - С. 57.
Непомнящий, В.С. Русская картина мира / В.С. Непомнящий. - М., 1999. - С. 25.