Между этими документами в отличие от конституционных документов 1789--1791 гг. не было принципиальных расхождений. В конституции 1793 г. воплотились некоторые важные демократические принципы организации государства. Торжественно подтверждалось установление республики. Верховная власть объявлялась принадлежащей суверенному народу, и, как следствие этого, устанавливалось всеобщее (но только мужское) избирательное право. Возможность избирать предоставлялась всем гражданам, имеющим постоянное место жительства не менее шести месяцев (ст. 11). Каждый француз, пользующийся правами гражданства, мог быть избран на всем пространстве республики (ст. 28).
Французское гражданство предоставлялось каждому родившемуся и имеющему место жительства во Франции. По достижении 21 года он допускался к осуществлению прав французского гражданина. Эти права мог получить также каждый иностранец по достижении 21 года, проживающий во Франции в продолжении одного года, живущий своим трудом, приобретший собственность, или женившийся на француженке, или усыновивший ребенка, или принявший на иждивение старика; наконец, каждый иностранец, имеющий, по мнению Законодательного корпуса, достаточные заслуги перед человечеством (ст. 4).
Органом законодательной власти стал Законодательный корпус (Национальное собрание). Он состоял из одной палаты и избирался на один год. Столь короткий срок, по мнению Робеспьера, исключал возможность чрезмерного обособления депутатов от избирателей.
Законодательный корпус составлял так называемые предложения законов. Их предметом были наиболее важные сферы законодательства: гражданское и уголовное право, бюджет, объявление войны и т.д. (ст. 54).
Предложения законов направлялись на утверждение первичных собраний, которые образовывались в составе 200--600 граждан, имевших право участвовать в голосовании. Если через 40 дней после рассылки предложения закона в половине департаментов плюс один десятая часть первичных собраний в каждом из них не отклоняла его, проект считался принятым и становился законом. В случае отклонения проекта предусматривался опрос всех первичных собраний, решение которых по данному вопросу, как следует полагать, становилось окончательным.
Законодательный корпус получил также право издания декретов, не требующих последующих плебисцитов. Их предметом было все, выходящее за рамки законов Ревуненков В. Г. Очерки по истории Великой Французской революции: 1789 - 1814. СПб., 1996. С. 334.
Текущее административно-распорядительное управление вручалось исполнительному совету, который образовывался следующим образом: собрание выборщиков каждого департамента выдвигало по одному делегату, из назначенных таким путем 83 кандидатов (по числу департаментов) Законодательный корпус избирал 24 члена исполнительного совета, половина из них подлежала ежегодному переизбранию. Исполнительному совету, действующему строго в границах принятых законов и декретов, предстояло руководить, координировать и контролировать деятельность всех ведомств (министерств), назначать высшие должностные лица во все ведомства.
Введение новой конституции откладывалось до полного разгрома контрреволюции. На время борьбы с ней создавалась система правления, наделенного исключительными правомочиями. Основу революционного правительства (правления) составили учреждения, возникшие еще при жирондистах, но только в якобинской республике начавшие играть активную роль.
Конвент считался высшим органом государственной власти. Ему принадлежало право издания законов и их толкования. Якобинцы, доминировавшие в Конвенте, оставили, однако, всех депутатов центра -- «равнина» сохранилась.
Непосредственное управление страной возлагалось на специальные комитеты и комиссии Конвента, прежде всего Комитет общественного спасения и Комитет общественной безопасности.
Комитет общественного спасения стал центром революционной власти. Его значение особенно возросло, когда в его состав вошли Робеспьер, Сен-Жюст, Кутон. Насчитывая 14--15 членов, переизбираемый каждый месяц, он тем не менее почти не менял своего состава в течение всего времени нахождения якобинцев у власти. Комитет общественного спасения получил от Конвента исключительные полномочия: руководство обороной страны, текущее управление, включая внешнюю политику. Под его началом и контролем находились все министерства, ведомства, включая исполнительный совет.
Непосредственная борьба с внутренней контрреволюцией была возложена на Комитет общественной безопасности. Он вел расследование всех дел, связанных с контрреволюционной и иной деятельностью, угрожавшей безопасности республики. Лица, уличенные им в преступлении, передавались суду революционного трибунала. В ведении Комитета находилась полиция. Он наблюдал за тюрьмами.
Важное место в системе революционной власти занял революционный трибунал (ранее Чрезвычайный уголовный трибунал). В нем было введено ускоренное судопроизводство. Его приговоры считались окончательными. Единственной мерой наказания в отношении лиц, признанных виновными, являлась смертная казнь.
Не менее важную роль играли комиссары Конвента, наделенные чрезвычайными полномочиями и посылаемые туда, где революции угрожала наибольшая опасность (в армии, ведомства, департаменты и т.п.). Под их руководством были проведены важнейшие мероприятия по повышению боеспособности армии, ликвидации мятежей, обеспечению страны продовольствием. Комиссары Конвента подчинялись Комитету общественного спасения и были обязаны каждые десять дней посылать ему отчеты.
С целью усиления влияния и контроля центральной власти за местным управлением в департаменты и дистрикты направлялись постоянные уполномоченные правительства -- национальные агенты. Исключительную роль в проведении политики якобинцев играли местные революционные, или наблюдательные, комитеты, а также народные клубы и общества. Среди них особое место принадлежало Парижскому якобинскому клубу и его отделениям в различных районах страны.
По-прежнему огромное значение в политической жизни страны имела Парижская коммуна Омельченко О. А. Всеобщая история государства и права: Учебник в 2 т., Т.2. М., 2003. -С. 334.
В сентябре 1793 г. была создана особая Революционная армия для борьбы с мятежниками и спекулянтами, а также для обеспечения Парижа и других крупных городов продовольствием. Ее командиры наделялись исключительными правомочиями, вплоть до применения смертной казни, для чего в обозе каждого отряда везли гильотину. Якобинская республика фактически порвала с католической церковью. Часть якобинцев предлагала заменить католицизм «культом разума». Начали закрываться церкви. Однако большинство населения встретило «декатолизацию» враждебно. Было принято решение о свободе культов. Но борьба с реакционным духовенством продолжалась.
В упрочении завоеваний республики решающую роль сыграли социальные мероприятия якобинцев. Ими было окончательно ликвидировано феодальное землевладение.
Значительное внимание якобинцы уделяли социальной политике в городе. Начав с мер помощи безработным, многодетным семьям (один из первых декретов), они затем обратились к решению вопросов о нормировании цен на продукты питания и другие важнейшие потребительские товары (давнее требование трудящихся городов). Робеспьер и его ближайшие сподвижники, сначала отрицательно относившиеся к нормированию, к введению всеобщего максимума, затем, учитывая настроение народа, изменили свое отношение к нему. В развитие декрета от 4 мая 1793 г. Конвент 11 сентября 1793 г. принял декрет, устанавливавший максимальные цены на зерно, муку, фураж. 29 сентября 1793 г. был утвержден декрет «О всеобщем максимуме», вводивший твердые цены на все основные товары первой необходимости и максимальные размеры заработной платы.
Претворение в жизнь декретов о «максимуме», даже несмотря на их частое нарушение торговцами и богатыми крестьянами, в некоторой степени обуздали спекулятивную вакханалию.
Для контроля за реализацией декрета «О всеобщем максимуме» и упорядочения снабжения в октябре 1793 г. была создана Центральная продовольственная комиссия. В Париже и во многих других городах вводилась карточная система. Более энергично, чем раньше, ведется борьба против спекуляции продовольствием.
В результате к концу 1793 г. положение с продовольствием в городах удалось несколько стабилизировать.
Выдающимся актом якобинского Конвента явилась отмена рабства в колониях.
Исключительную энергию Конвент проявил при организации обороны от внешних врагов: были созданы и вооружены новые армии, проведена чистка командного состава, на освободившиеся командные должности смело выдвигались способные, подчас очень молодые люди. Слияние добровольческих и кадровых частей привело к повышению боеспособности армии. Декрет о всеобщем ополчении с 23 августа 1793 г. дал возможность к началу 1794 г. довести численность вооруженных сил до 1 млн. человек (из них в действующей армии -- 600 тыс.) Ревуненков В. Г. Очерки по истории Великой Французской революции: 1789 - 1814. СПб., 1996. С. 390.
Конец 1793 и начало 1794 г. ознаменовались решающими победами на фронтах. Но к этому времени особенно отчетливо проявились негативные стороны правления якобинцев во главе с Робеспьером. Их стремление добиться реализации исповедуемых ими эгалитаристских идей любыми средствами, даже вопреки интересам и настроениям большинства населения страны, стало основной причиной перерождения режима. Созданный во имя борьбы с контрреволюцией, ради претворения в жизнь идеалов демократии, он начал превращаться в авторитарный. Революционный трибунал все чаще использовался как карательный орган против не согласных с их политикой. Немалую часть приговоренных к смертной казни составили якобинцы, не согласные с политикой сторонников Робеспьера. Их никак нельзя причислять к контрреволюционерам. Репрессиям подверглись и многие другие лица, виновность которых, по существу, не была установлена. Фактическое искажение цели, ради которой был создан Революционный трибунал, способствовало внедрению недостойных средств борьбы, коррозии нравственности судей. Этому содействовали и некоторые декреты, по замыслу призванные усилить борьбу с контреволюцией, но не содержавшие каких-либо реальных гарантий защиты прав граждан от необоснованных репрессий и поэтому применявшиеся и против невиновных. Особенно показательным в этом отношении был декрет от 10 июня 1794 г., вводивший понятие «враг народа».
Якобинская республика наряду с ее героическими страницами дала предостерегающий урок истории, когда нетерпение находившихся у власти доктринеров может выродиться в нетерпимость, а революционное насилие, освобожденное от рамок законности, в конечном итоге превращается в произвол.
К лету 1794 г. основные задачи революции были объективно решены. Продолжавшая богатеть буржуазия мирилась с крайностями якобинского правления до тех пор, пока угроза реставрации абсолютизма оставалась реальной. Подавление мятежей, военные победы упрочили положение Франции, и с этого времени отношение буржуазии к якобинскому правлению меняется.
От якобинцев начало отходить и крестьянство, которое поддерживало революционные преобразования до тех пор пока не были ликвидированы феодальные отношения, установлено их право частной собственности на землю. После того как это было достигнуто, крестьяне все решительнее выражают свое недовольство политикой твердых цен и всем тем, что с этим связано.
Сохранение закона Ле Шапелье, разгром левых течений ослабили влияние Робеспьера и его сторонников на трудящихся городов. Политический террор вызывал все большее недовольство.
Сужение социальной опоры якобинцев было одной из главных причин их отстранения от власти.
27 июля 1794 г. (или 9 термидора II года по республиканскому календарю) в ходе вооруженного выступления в Париже якобинская республика пала Омельченко О. А. Всеобщая история государства и права: Учебник в 2 т., Т.2. М., 2003. -С. 346.
5.3 Консульство и империя Наполеона Бонапарта
Пришедшая к власти во Франции в период Директории крупная буржуазия вскоре оказалась между двумя противостоящими социально-политическими силами. С одной стороны, городские трудящиеся, страдавшие от безработицы и постоянного ухудшения уровня жизни, усиливали борьбу с режимом термидорианцев. С другой стороны, активизировалась дворянская реакция -- зрели роялистские заговоры, ставившие своей задачей реставрацию монархии. Это вынуждало термидорианцев бороться на два фронта. Выступая против народа, буржуазия искала поддержки справа; страх перед дворянской реакцией заставлял ее заключать временные соглашения с левым крылом демократов. «Политика качелей», как называли ее современники, свидетельствовала о внутренней непрочности термидорианской республики Всемирная история: в 24 т. Т. 16. Европа под влиянием Франции/ А.Н. Бадак, И.Е. Войнич, Н.М. Волчек и др. Мн., 1997. С. 104.