Такая организация строфы изоморфна ритмической организации стиха в народной песне, который, по наблюдению Р.О. Якобсона, имеет зачин (анакрузу), тело стиха и исход (коду) [9, с. 120]. Параллелизм может соединять конец и начало соседних строф:
…дал им по яблочку; (P - Adr - Obj) они съели, вмиг помолодели
и подарили ему хусточку [8, с. 191]. (P - Adr - Obj)
В этом примере зеркальный акт дарения и отдаривания, имеющий обрядовые корни, разведен по двум соседствующим строфам. Так сказитель устанавливает изоморфизм между текстом и реальностью: часто доброе дело не сразу дает плоды. При этом целостность акта взаимодействия подчеркивается симметрией строк относительно разделяющей их строки, тоже отмеченной эквивалентностью - морфологической (прошедшее время глаголов) и фонетической (внутренняя рифма).
Помимо названных видов эквивалентности следует отметить важную жанровую особенность сказок - внутритекстовый параллелизм, т.е. дистантный повтор синтаксической конструкции, обеспечивающий глобальную связность целостного фрагмента:
…откуда ни взялись - вдруг выросли из земли высокие-высокие горы, верхушками в небо упираются; и сколько тут их - видимо-невидимо!
<…>
откуда чтом - вдруг зашумели, поднялись из земли густые дубовые леса, дерево дерева толще! [Там же].
Менее выпуклым, чем в народной поэзии, оказался параллелизм, основанный на метафорическом или метонимическом переносе. Традиционные для народных песен аналогии между миром природы и миром людей встречаются не часто:
Ветер хоть пошумит да затихнет, (S - P и P)
а старая баба расходится - не скоро уймётся [Там же, с. 176]. (S - P, не P)
Иногда метафора скрывается за переходами от прямой речи к словам автора:
- Мне что-то послышалось,
- говорит ведьма. (P - S)
- Это листья шумят! (S - P)
Опять ведьма говорит… [Там же, с. 155]. (S - P)
Из-за расчлененности фрагмента не сразу становится заметной параллель между шумом листвы и звуками голоса персонажа. Возникает ощущение, что сказитель специально создает барьеры для узнавания традиционных приемов. Но автор одновременно и обеспечивает такое узнавание, помещая строку с основанием сравнения между хиастическими структурами, воплощающими объект метафорического осмысления. Еще сложнее оказалось найти параллелизм, основанный на фигуре сравнения:
…в хороших руках
она бы как сыр в масле купалась, а у мачехи каждый день слезами умывалась [Там же, с. 174].
Это подчеркивает правоту А.Н. Веселовского в том, что параллелизм народной поэзии «покоится главным образом на категории действия» [1, с. 129]. Особенно это верно в отношении сказки: лежащий в ее основе миф сосредоточен на действии, от которого образные параллели могли бы отвлекать избыточными деталями.
Несколько чаще в сказках встречается параллелизм, основанный на метонимии или синекдохе. Он представляет собой указание на повторяющиеся или обычные действия (целое) и разовое действие того же характера (часть), например:
Вздохнёт и заплачет.
Раз этак посмотрел да поплакал [8, с. 190].
Синтаксический параллелизм может быть поддержан использованием слов-синонимов. Такие формы Р.О. Якобсон называл «синонимическими параллелями» [9, с. 100]. Синонимы, расположенные по нарастанию признака, служат повышению эмоционального напряжения в драматических частях повествования:
…она рыбу забрала, его самого схватила [8, с. 154].
Они могут также различать действия героя и антигероя. Кроме синонимов могут быть использованы гипоним и гипероним:
Если я перевешу - так я его съем, а если он перевесит - пусть меня убьёт! [Там же, с. 194].
Для построения наивной картины мира, основанной на бинарных оппозициях (добро и зло, жизнь и смерть), в сказках используются антонимические параллели:
…что он прямо попал на небо, к Солнцевой сестре в терема; а ведьма-змея осталась на земле [Там же].
Особый интерес представляет, по нашему мнению, обнаруженный А.Н. Веселовским психологический параллелизм [1]. Под ним понимается осмысление внутреннего мира человека через параллели с природным миром. В сказках такие параллели часто завуалированы, они требуют вдумчивого слушания и умения обобщать. Приведем пример. Волшебный даритель Морозко в одноименной сказке трижды испытывает старикову дочь, но на вопрос: - Тепло ли те, демвица? - та отвечает с неизменной сердечностью: - Тепло, тепло, батюшко-Морозушко! [8, с. 177]. Три вопросно-ответных единства содержат кумулятивное накопление эпитетов, даваемых Морозкой падчерице, так что последняя параллельная структура выглядит так:
- Тепло ли те, демвица?
Тепло ли те, красная?
Тепло ли те, лапушка? [Там же, с. 178].
Эпитет красная, т.е. наделенная внутренней, душевной красотой, девушка получает после того, как характеризует уважительно-ласковым приложением батюшка своего мучителя. Прослеживается параллелизм между отношением человека к природе и природы к человеку. Дальше следует зеркальная композиция - дочери старухи изначально получают все три эпитета, перенесенные на них с сестры:
- Тепло ли вам, демвицы?
Тепло ли вам, красные?
Тепло ли, мои голубушки? [Там же, с. 180].
Но после того как они на доброе обращение трижды отвечают грубостью, они последовательно утрачивают один за другим эпитеты, и выясняется, что параллелью к человеческой недоброте миропорядком установлена жестокость природы.
Наше исследование показало, что в русских народных сказках повтор форм, и в частности синтаксических структур, является содержательно нагруженным художественным средством. Изучение параллелизма позволило выявить высокую степень мастерства сказителей, их умение совмещать разноуровневые повторы с целью получения эффекта тесноты стихового ряда, открытого лишь в ХХ в. Мы установили также, что характер стилистических приемов роднит сказку с народной поэзией и в то же время отличает ее как жанр, наделенный существенным своеобразием.
Список литературы
1. Веселовский А.Н. Психологический параллелизм и его формы в отражениях поэтического стиля // Веселовский А.Н. Историческая поэтика. М.: Высшая школа, 1989. С. 125-199.
2. Ковтунова И.И. Поэтический синтаксис. М.: Наука, 1986. 205 с.
3. Коробейникова О.Ю. Языковая эквивалентность как фактор организации художественного текста: автореф. дисс. … к. филол. н. СПб., 1996. 23 с.
4. Логвиненко И.А. Формальный параллелизм в поэтическом произведении (на основе стихотворений Б.Л. Пастернака) [Электронный ресурс]. URL: http://www.academia.edu/6519743 / Формальный_параллелизм_в_поэтическом_произведении (дата обращения: 17.10.2016).
5. Лотман Ю.М. Структура художественного текста // Лотман Ю.М. Об искусстве. СПб.: Искусство-СПБ, 1998. С. 14-285.
6. Николина Н.А., Ковтунова И.И. Поэтическая грамматика: в 2-х т. / отв. ред. Е.В. Красильникова. М.: Азбуковник, 2013. Т. 2. 217 с.
7. Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. М.: Лабиринт, 2010. 332 с.
8. Русские народные сказки: из сборника А.Н. Афанасьева / научн. ред. В.П. Аникина. М.: Оникс 21 век, 2003. 331 с. 9. Якобсон Р.О. Грамматический параллелизм и его русские аспекты // Якобсон Р.О. Работы по поэтике. М.: Прогресс, 1987. С. 99-132.