иранская вона османская
Русско-иранская (1804--1813), русско-турецкая (1806--1812) войны. Завершение вхождения Дагестана в состав России
В мае 1804 г. чрезвычайный посол шаха прибыл к Цицианову и высокомерно потребовал, чтобы русские войска немедленно покинули азербайджанские ханства, Грузию и Дагестан. Шахская армия двинулась на Ереван с намерением занять и Грузию. В фирманах кавказским владетелям шах писал: «Всех россиян из Грузии выгоню, вырежу и истреблю до последнего», призывал нападать на русских. От кабардинских, чеченских и осетинских князей, старшин и населения шах требовал закрыть для русских войск все горные проходы.
Шахский двор использовал в своих целях и грузинских царевичей, не желавших мириться с потерей своих наследственных прав на царство. Брат Георгия XII Александр и некоторые другие царевичи, по сути дела, предали национальные интересы Грузни. Они стали марионетками и эмиссарами шаха и султана. Население Северного Кавказа не поднялось по их призывам, хотя грузинским царевичам удавалось подолгу укрываться в Аварии и других местах и способствовать выступлениям отдельных феодалов против России. Их деятельность нередко преувеличивалась в реляциях царских генералов и в прежних исторических трудах.
Захватом Грузии Фетх Али-шах хотел упрочить свое шаткое положение на иранском престоле и самоуверенно пренебрегал силами России па Кавказе. Шахское правительство начало войну в расчете на поддержку Англии и широкое выступление владетелей и народностей Кавказа на стороне Ирана, но скоро выявилась ложность этих ожиданий. В иллюзиях шахского двора проявилась его неосведомленность о действительном положении в Европе. На деле Англии сама нуждалась в союзе с Россией для воины с наполеоновской империей. Несмотря на заинтересованность британского правительства в вытеснении России с Кавказа, помощь»
Англии шаху, особенно в первые годы войны, сводилась всего лишь к подстрекательствам, обещаниям денег, присылке немногих офицеров и небольших партий оружия.
Сильнейшим соперником Англии была тогда Франция. Обе эти державы старались использовать шахский Иран и Османскую империю как орудие для своих завоевательных целей, но обращались с ними, как с разменной монетой, в своей политике, давали щедрые обещания и не выполняли их, меняли свою позицию смотря по обстоятельствам, а более всего были заняты войнами в Европе. Нельзя сказать, что правители Ирана и султанской Турции совсем не понимали этого. Они не были ни марионетками, ни сателлитами западных держав и не доверяли им, но хотели заполучить их поддержку в интересах своей реваншистской политики, всегда распускали дутые слухи насчет обещанной им помощи, нередко оказывались обманутыми этими посулами.
Главные силы русской армии оставались прикованными к европейским событиям, но упрочение позиций па Кавказе к началу XIX в. ив этом регионе сделало ее намного более сильной, чем то казалось Порте и шахскому правительству. Русские войска в Закавказье были разбросаны и немногочисленны -- в 1806 г. не более 20 тыс. чел. Но европейской выучкой, дисциплиной и организацией, боевыми порядками и тактикой, правильным ружейным и артиллерийским огнем русские отряды намного превосходили шахскую, в основном иррегулярную конницу, несмотря на ее огромный перевес в численности. Заметим при этом, что приводимые в реляциях царских генералов и в османских и шахских документах громадные цифры численности иранских и османских войск явно преувеличены и требуют весьма критического подхода, а сам ход войны нуждается в новых исследованиях.
Народности и владетели Кавказа давно познали на себе кровавую жестокость и беспощадные грабежи шахских и султанских войск. Часть феодалов Кавказа стремилась воспользоваться войнами Ирана и Османской империи против России, но не с целью перехода под власть Ирана или Османской империи, а для лавирования в своих местных интересах: для сохранения относительной самостоятельности, неограниченной власти над своими подданными, свободы междоусобиц, феодальных разбоев, грабежей и работорговли. Они боялись распространения военно-административной власти России на новые территории, были против постройки новых русских укреплений, дорожных и других работ и повинностей. И все же и шахские угрозы, и подстрекательство «беглых» грузинских царевичей приносили в общем весьма ограниченные результаты, далеко не отвечавшие иллюзорным расчетам шахского правительства и Порты.
Малочисленность русских войск н трудности сообщений через горы и ущелья создавали для кн. Цицианова огромные трудности. Для обеспечения успеха он прибег к нанесению быстрых н неожиданных ударов в разных направлениях. Сначала Цицианов двинул свой отряд наперерез шахской армии, нанес ей поражение у Эчмиадзина и обложил Эривань. Армянское население повсюду было на стороне России, многие армяне уходили в Грузию43. Но для взятия эриванской крепости Цицианову не хватало артиллерии, а нести длительную осаду не позволяла нехватка провианта, а также и волнения, вспыхнувши.- вдоль Военно-Грузинской дороги.
Шахские эмиссары не смогли поднять всеобщее восстание против России на СевероВосточном Кавказе, но отдельные осетинские феодалы на р. Арагви и в других местах решились на вооруженные выступления. Они использовали недовольство крестьян выгоном людей на дорожные работы и перевозку грузов, бесчеловечным обращением с горцами царских офицеров и неуплатой обещанных денег. Мосты в Дарьяльском ущелье были разрушены горцами, там устраивались засады, совершались нападения на казачьи посты и укрепления, ограбления купцов. В восстании участвовали осетины (особенно тагаурцы). а также пшавы и хевсуры. Возобновились нападения феодальных владетелей Дагестана на Грузию.
Феодальные верхи, особенно один из тагаурских алдаров, Ахмет Дударов, стремились возглавить крестьян, отвлечь их от гнета «своих» феодалов и родовой знати. Крестьяне требовали от русского командования прекращения чинимых обид и наказания виноватых, а Дударов открыто призывал к истреблению русских. Немалую роль и здесь играли подстрекательство и ложные обещания «беглых» грузинских царевичей, выполнявших роль шахских эмиссаров.
Перерыв сообщений по Военно-Грузинской дороге создавал серьезную опасность. Осенью 1804 г. русский отряд был двинут из Владикавказа на подавление восстания, разгромил повстанцев, разрушил многие крепостные башни горцев. П. Д. Цицианов, отступив от Еревана, тоже двинулся к Военно-Грузинской дороге, занял Джары, жестоко подавляя сопротивление. Сообщение по Военно-Грузинской дороге было восстановлено45. Горское население вовсе не мечтало попасть под владычество Ирана и выступало за свои местные интересы.
На востоке Кавказа немногие владельцы Дагестана и Северного Азербайджана открыто поднялись против России. Сурхай-хан Казикумухский особенно настойчиво призывал горцев к войне с русскими, ссылаясь па шахские фирманы, но не получил серьезной поддержки ни соседних владетелей, ни населения своего ханства. Планы шаха поднять весь Дагестан против России провалились. Известно, что жители Дербента еще ранее выгнали враждебного России Ших Али-хана и в 1804 г. вышли из города навстречу русским войскам46. Ряд дагестанских владетелей выражали свою приверженность России. Шамхал Тарковский и некоторые другие ханы выдавали посланцев шаха русским офицерам.
П. Д. Цицианов одерживал новые и новые победы. Русский отряд нанес поражение многочисленной коннице наследника шахского престола Аббаса-мирзы у Елисаветполя и вынудил его отступить.
Под влиянием успехов русских войск ханства Карабахское, Шекинское, Шнрванское, Хойское и Шурагельское султанство заявили о принятии подданства России и подписали об этом договоры. Войско хана Карабахского участвовало в действиях против шахской армии. Не только многочисленное армянское население, но и большинство других жителей, особенно купцов, заинтересованных в безопасности торговли и собственности, стояли за переход под власть России.
Упиваясь победами, кн. Цицианов быстро утрачивал всякую осмотрительность, властно и повелительно обращался с ханами, проявлявшим непокорство, писал им оскорбительные послания. 20(8) февраля 1806 г., подойдя к Баку с большим отрядом, оп почти без охраны выехал к воротам крепости на свидание с бакинским ханом, но, едва сойдя с пощади, был вероломно убит одним из ханских стражников (нукеров) выстрелом в затылок из пистолета. Голова его была послана в подарок иранскому шаху.
Гибель кн. Цицианова вызвала среди российских властей некоторое вмешательство, но оно было недолгим. Вскоре новым главнокомандующим на Кавказе был назначен весьма опытный и осторожный, хотя уже престарелый и бездеятельный гр. И. В. Гудович.
Среди многих ханств и горских обществ еще более усилился страх перед возможностью иранского нашествии. В Чечне и Дагестане ряд горских обществ подтвердили новыми присягами принятие подданства России. В апреле 1807 г. такие повторные присяги давались и в Чечне48. В том же голу присягнуло на подданство России 12 селений союза «вольных» обществ Иланхевн и нуцал Аварский. Процесс вхождения Дагестана в состав России продолжался . Многие дагестанские владетели искали покровительства России, за исключением хана Дербентского, не желавшего лишиться контроля над торговлей через Дербент с Ираном и произвольных с нее поборов. Царские власти прилагали особые старания к привлечению на свою сторону горской знати, сохраняя ее привилегии.
Шах вначале ликовал и пытался выдать убийств» Цицианова за гибель чуть ли не всей русской армии. Он снова стал требовать передачи Ирану Грузии и всего Дагестана, включая Кизляр, но II. В. Гудович ответил на эти домогательства решительным отказом на том основании, что «Кизляр никогда не был границей», а дагестанские владельцы «правили независимо под покровительством России», под которым находилась и Грузия 51.
Вскоре Дербент и Баку снова были заняты русскими войсками, а население их приняло присягу на подданство России. Шамхал Тарковский Мехди-хан помог русским войскам своим отрядом и был за то сделан ханом Бакинским. Ших Али-хан, известный своей враждебностью к России, был изгнан из Кубы, а Сурхай-хан Казикумухский присягнул в декабре 1806 г. на верность России и вернулся в свое владение, но не подписал договор о русском подданстве. Казикумухский владетель хотел сохранить самостоятельный контроль за движением купцов и товаров через его ханство в Иран
Однако в 1806--1807 гг. положение России на Кавказе серьезно осложнилось неблагоприятными переменами в Европе и началом войны с Османской империей. Поражение антинаполеоновской коалиции, победа Наполеона I при Аустерлице (2 декабря 1805 г.) и разгром им прусской армии в октябре 1806 г. в огромной степени усилили влияние наполеоновской Франции в Стамбуле и способствовали повороту Порты от союза с Россией к войне с нею. Порта еще до этого стала нарушать договоры с Россией, чинила помехи ее торговле через Черноморские проливы, по своему произволу, без согласования с Россией, смещала правителей Дунайских княжеств, что и вызвало занятие их русскими войсками. 30 декабря 1806 г. Османская империя официально объявила войну России.
Наполеон I достиг дипломатических успехов и в Иране. 4 мая в замке Финкенштейн в Восточной Пруссии посол шаха Мирза-Риза подписал с министром иностранных дел Франции Маре франко-иранский союзный договор, направленный против России и Англии. По его условиям Наполеон I обязался принудить Россию очистить Грузию, а шах - пропустить французские войска к границам Индии и напасть на владения Ост-Индской компании через Афганистан. Французский посланник и Стамбуле Себастиани добивался заключения союза Турции с Ираном, а в Тегеран направилась французская военная миссия из 70 офицеров во главе с генералом Гарданом. Все эти дипломатические обещания произвели много шума и породили огромную литературу, но были эфемерными. Они не принесли ожидаемых результатов и в основном остались на бумаге, ибо у Наполеона I уже не было сил для продолжения войны с Россией, а попытки Наполеона I заключить союз с Турцией не увенчались успехом вследствие опасений, которые у Порты вызывала его политика в Адриатике и на Балканах.
Тильзитский мир, подписанный летом 1807 г., снова круто изменил всю международную ситуацию в Европе и па Ближнем Востоке. К величайшей досаде шаха и султана Наполеон I внезапно превратился в союзника России, а Османская империя вынуждена была пойти с нею на перемирие. Приостанавливались военные действия и между Ираном и Россией. В 1809 г. шах и султан, крайне раздосадованные таким оборотом дел, переориентировались на поддержку Англии53. Наполеону I пришлось отозвать миссию Гардана, а на другой день после его отъезда британский посол торжественно въехал в Тегеран с богатыми подарками, состоявшими из зеркал и других европейских изделий, и поднес шаху огромный бриллиант на золотом блюде. Англорусские отношения в то время были разорваны. Россия включилась в континентальную блокаду. Эти события и война на Балканах не позволяли ей направить на Кавказ значительные подкрепления, и Англия получила широкую возможность открыто действовать против России через свою миссию в Иране, увеличивать поставки шаху ружей и пушек, более активно подстрекать его к продолжению войны.
Война с Османской империей осложнила положение России на всем Западном Кавказе. Порта не признавала добровольного вхождения Грузни в состав России и перехода в ее подданство Имеретии, Мингрелии и Гурии, требовала подчинения их своей власти. Султанские фирманы посылались в Прикубанье, Кабарду и во всю центральную часть Северного Кавказа с призывами изгонять и истреблять русских. Порта выдвигала широкие планы полного вытеснения России за Кавказскую линию и далее. Царское правительство со своей стороны разрабатывало проекты дальнейшего распространения владений России R Юго-Западном Закавказье и ставило задачу соединения под своей властью всех грузинских и армянских земель, о чем прямо говорилось в инструкциях II. В. Гудовичу и сменившему его в 1809 г. новому главнокомандующему генералу А. П. Тормасову.