Введение
В соответствии с частью 3 ст. 46 Конституции Российской Федерации (далее - РФ) каждый вправе в соответствии с международными договорами РФ обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека. Указанная норма позволяет обращаться в Европейский суд по правам человека (далее - ЕСПЧ), который может признать нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) и указанное решение ЕСПЧ окажет влияние не только на заявителя, но и на аналогичные ситуации, однако, в настоящее время применение решений ЕСПЧ вызывает некоторые сложности, поскольку в законодательстве РФ прямо не обозначено место решений ЕСПЧ в системе законодательства РФ и степень их обязательности, что подчёркивает актуальность настоящей работы. Кроме того использование решений ЕСПЧ в российской судебной практике будет способствовать осуществлению справедливого правосудия и интеграции РФ в европейское сообщество. Цель настоящей курсовой работы проанализировать распространение решений ЕСПЧ на российскую судебную практику и законодательство, которая будет достигнута путем решения следующих задач:
описанием места и роли решений ЕСПЧ в российской судебной практике;
проанализировать распространение решений ЕСПЧ на российскую судебную практику и существующие проблемы применения.
проанализировать распространение решение ЕСПЧ на российское законодательство.
Объектом исследования являются решения ЕСПЧ.
Предмет исследования являются общественные отношения по применению решений ЕСПЧ в российской судебной практике.
1. Место и роль решений Европейского Суда по правам человека в российской судебной практике
Присоединение РФ в 1998 г. к Конвенции и признание юрисдикции ЕСПЧ повлияло на развитие законодательства РФ и судебную практику РФ. Так например, решения ЕСПЧ повлияли на либерализацию уголовного права, создание механизма по возмещению ущерба, причинённого государством, открытости судебной системы и так далее.
В юридической литературе, посвященной проблемам исполнения Россией своих конвенционных обязательств, неоднократно отмечалась обязанность судов при рассмотрении и разрешении ими конкретных дел обращаться к практике Европейского суда по правам человека во избежание в будущем возможных нарушений прав и свобод граждан. Более того, также и Верховный Суд Российской Федерации, и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указали на необходимость применения судами Конвенции <consultantplus://offline/ref=F9A31219AD8C31C3FDEBC388B1353FE2E5CDC6C44F903577BAAFD482HEWFL> с учетом практики ЕСПЧ во избежание любого ее нарушения.
В тоже время существуют сложности применения решений ЕСПЧ, для решения которых было принято постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 г. N 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней». Однако не все сложности применения разрешены, так например, юридическая природа решений ЕСПЧ остается дискуссионной. Так например, Д.В. Зверев считает, что «в российскую правовую систему инкорпорирован новый источник права - прецеденты Европейского суда по правам человека». И.С. Метлова рассматривая юридическую природу решений ЕСПЧ, пришла к выводу, что он, применяя и толкуя Конвенцию в рамках конкретного дела, создает нормативные установки в виде своих правовых позиций. Именно это обстоятельство дает основание считать решения ЕСПЧ источниками права - судебными прецедентами, а не актами толкования или применения.
По моему мнению, нельзя согласиться с позицией о том, что решения ЕСПЧ это новый источник права, так как ЕСПЧ не обладает способностью творить право, а имеет возможность лишь толковать Конвенцию. Нельзя не согласиться с Е.А. Ершовой, которая критикует радикально настроенных теоретиков и практиков права, зачастую без необходимых и достаточных правовых аргументов рассматривающих постановления ЕСПЧ как уже состоявшийся самостоятельный источник права.
В юридической литературе вопрос о применении российскими судами международных договоров РФ, в том числе в их истолковании международными судебными учреждениями получил определенное освещение.
Государства можно разделить на три группы: признающие приоритет ЕСПЧ в толковании Конвенции над национальной конституцией; частично признающие; в целом признающие приоритет национальной конституции.
По моему мнению, РФ признает приоритет национальной конституции над толкованием Конвенции, данным ЕСПЧ.
В Постановлении <consultantplus://offline/ref=B494F1263F5B8DB72E4F8D1530F5D64B8FFCC3BD00BF29DAD789B9160B8DF483E6E37911FA5AAF0FyAM> от 26 февраля 2010 г. N 4-П Конституционный Суд РФ пришел к выводам о том, что требуется законодательное закрепление механизма исполнения окончательных постановлений Европейского суда по правам человека, который позволит обеспечить адекватное восстановление прав, нарушение которых выявлено Европейским судом по правам человека.
В Постановлении <consultantplus://offline/ref=D06EBC5BC947782C70C0BB841F733EB597E030667667E67A7768EFA941AC258FAE23054F5D799779EDzAM> от 6 декабря 2013 г. N 27-П Конституционный Суд РФ отметил, что в случае, если суд общей юрисдикции придет к выводу о невозможности исполнения постановления ЕСПЧ без признания не соответствующими Конституции <consultantplus://offline/ref=D06EBC5BC947782C70C0BB841F733EB594ED32677F39B178263DE1EAzCM> РФ законоположений, относительно которых ранее Конституционный Суд РФ констатировал отсутствие нарушения ими конституционных прав заявителя в конкретном деле, он правомочен приостановить производство и обратиться в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности этих законоположений.
Правовая позиция Конституционного Суда РФ (далее - Постановление КС РФ от 14.07.2015г.), изложенная в постановлении от 14.07.2015г. позволила некоторым утверждать об отмене приоритета международных правовых договоров в законодательстве РФ, однако это не так, поскольку в п. 2 мотивировочной части Постановления КС РФ от 14.07.2015г. указано, что окончательное постановление ЕСПЧ по делам в отношении РФ подлежит исполнению. Конституционный Суд РФ допустил возможность в исключительном случае отступить от международно-правовых обязательств, если такое отступление является единственно возможным способом избежать нарушения основополагающих принципов и норм Конституции РФ и это поставило точку в продолжительном споре о верховенстве Конституции РФ перед международно-правовыми обязательствами. Обосновывая это Конституционный Суд РФ в п. 3 мотивировочной части Постановления от 14.07.2015г. указал, что если ЕСПЧ, толкуя в процессе рассмотрения дела какое-либо положение Конвенции, придает используемому в нем понятию другое, нежели его обычное, значение либо осуществляет толкование вопреки объекту и целям Конвенции, то государство, в отношении которого вынесено постановление по данному делу, вправе отказаться от его исполнения, как выходящего за пределы обязательств, добровольно принятых на себя этим государством при ратификации Конвенции.
Таким образом, следует сделать вывод, что Постановление КС РФ от 14.07.2015г. является новым этапом развития в вопросе соотношения решений ЕСПЧ и их распространения на российскую судебную практику. Постановление КС РФ от 14.07.2015г. можно рассматривать как стремление избежать конфликта при внедрении решений КСПЧ в российскую судебную практику.
В тоже время, хочется отметить, что по сути Постановлением КС РФ от 14.07.2015г., последний наделил себя полномочиями на решение вопроса о неконституционности решений ЕСПЧ, однако статья 125 Конституции РФ не предусматривает такого полномочия Конституционного Суда РФ, как возможность проверки конституционности решений ЕСПЧ, а кроме того это противоречит ст. 46 Конвенции.
России, равно как и другим странам, надо опираться в своих дальнейших действиях именно на германский прецедент. И потому, что он конструктивен, поскольку опирается на конституционный принцип государственного суверенитета и принцип верховенства Конституции в системе нормативных правовых актов государства.
Таким образом, по моему мнению, конституция РФ должна иметь приоритет над толкованием Конвенции, данным ЕСПЧ. Однако существует точка зрения согласно которой международные договоры РФ имеют в российской правовой системе приоритетный характер, поскольку в ч. 4 ст. 15 <consultantplus://offline/ref=90E83EADED0DA4790997C7449456C2D834FBEE92B9451A25361F62371E2DDCCDF2B0839F5E8645H5K> Конституции РФ сказано, что если каким-либо международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. С указанным выводом нельзя согласиться, поскольку в ч. 1 ст. 15 Конституции РФ прямо указано, что она имеет высшую юридическую силу. Следовательно, международные договоры Российской Федерации, являющиеся составной частью правовой системы РФ, могут действовать в этой системе также только при условии их подчинения высшей юридической силе Конституции <consultantplus://offline/ref=F9D7EBD30978CBA7B1B6E0B530EACCD743E869D1D0B590411BB003c1K0K> РФ.
ЕСПЧ может указывать государству осуществить меры индивидуального (устранение нарушений прав конкретного заявителя) и общего характера (меры, направленные на устранение проблемы в целом).
В соответствии с п. 61 Регламента ЕСПЧ он может инициировать процедуру вынесения "пилотного" постановления и принять "пилотное" постановление, если факты по жалобе раскрывают в государственной системе Высокой Договаривающейся Стороны, против которой подана жалоба, наличие структурной или системной проблемы или ее иного подобного ненадлежащего функционирования, которые послужили или могут послужить основанием для подачи других подобных жалоб.
Начав практику пилотных постановлений, ЕСПЧ, по сути, согласился с резолюцией Комитета министров Совета Европы от 12.05.2004, призывавшей Суд в случае повторяющихся нарушений устанавливать в своих постановлениях "наличие и источник структурной проблемы, а также предписывать государству меры общего характера".
ЕСПЧ вынес в отношении РФ следующие пилотные постановления: "Бурдов против Российской Федерации (N 2)", "Ананьев и другие против России", "Герасимов и другие против Российской Федерации".
Влияние пилотных постановлений выражается в совершенствовании законодательства.
Так например, согласно доклада о результатах мониторинга правоприменения в Российской Федерации за 2014 год в порядке реализации запланированных мероприятий по выполнению пилотного Постановления ЕСПЧ от 10.01.2012 по делу "Ананьев и другие против Российской Федерации" приняты девять федеральных законов, а также одно постановление Правительства Российской Федерации и ряд ведомственных нормативных правовых актов.
Так например, после принятия первого пилотного Постановления по России ("Бурдов против Российской Федерации (N 2)") был принят Федеральный закон от 30.04.2010 N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок", которым создан механизм защиты от неисполнения судебного акта, предусматривающего обращение взыскание на средства бюджета. В то же время необходимо отметить, что в деле "Илюшкин и другие против Российской Федерации" ЕСПЧ отметил, что проблема длительности неисполнения судебных решений решена лишь частично, так как ФЗ "О компенсациях" распространяется только на денежные обязательства государства, тогда же, когда речь идет об исполнении обязательств в натуре, заявители вновь вынуждены обращаться в ЕСПЧ.
В тоже время существуют проблемы исполнения пилотных постановлений ЕСПЧ.
В пункте 106 дела «Веселов и другие (Veselov and others) против Российской Федерации» указано: российская система, в которой проверочные закупки и оперативные эксперименты всецело относятся к компетенции органов оперативно-розыскной деятельности, расходится с практикой, принятой большинством государств-участников. Европейский Суд полагает, что этот недостаток отражает структурное уклонение от обеспечения гарантий против милицейской провокации.
Следует полгать, что учитывая указанные разъяснения в п. 34 Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 09.07.2013 N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» разъяснил, что от преступления, предусмотренного статьей 304 <consultantplus://offline/ref=3139BA6C96886EDF34ACB83DCECCFCA9CBFFF0B5A32EE1BF6D319E770EE141477B05C4A954FAA6F2L0l5L> УК РФ, следует отграничивать подстрекательские действия сотрудников правоохранительных органов, спровоцировавших должностное лицо на принятие взятки. Указанные действия совершаются в нарушение требований статьи 5 <consultantplus://offline/ref=3139BA6C96886EDF34ACB83DCECCFCA9CBFFF0B6AB2BE1BF6D319E770EE141477B05C4A954FBAFF8L0l0L> Федерального закона от 12 августа 1995 года N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" и состоят в передаче взятки с согласия должностного лица, когда такое согласие было получено в результате склонения при обстоятельствах, свидетельствующих о том, что без вмешательства сотрудников правоохранительных органов умысел на их получение не возник бы и преступление не было бы совершено.
Значительный вклад в исполнение решений ЕСПЧ также вносит Конституционный Суд РФ. Так например, Принимая меры по исполнению решений ЕСПЧ о недобровольной госпитализации, Конституционный Суд формулировал свои позиции схожим образом как и ЕСПЧ. В определении от 10 марта 2005 года N 62-О, давая толкование положениям Закона о психиатрической помощи, Конституционный Суд РФ указал, что в судебных процессах по делам о психиатрической помощи должны соблюдаться принципы состязательности и равенства сторон.
Таким образом, решения ЕСПЧ могут как непосредственно указывать на необходимость изменения законодательства, так и служить причиной издания разъяснений Верховным Судом РФ, Конституционным Судом РФ.
Однако, существует точка зрения о том, что имплементация не лучший и не самый эффективный способ развития взаимоотношений национального правопорядка с правоприменительной практикой ЕСПЧ. Для достижения корректных результатов применения норм Конвенции в стране важна возможность применения постановлений ЕСПЧ «напрямую, не ожидая приведения законодательства в соответствие с Конвенцией».
По моему мнению, в случае когда не требуется внесение изменений в законодательство в РФ для исполнения решений ЕСПЧ, активную роль должен играть Верховный Суд РФ, путем издания постановления Пленума, обзора судебной практики, информационного письма, что будет способствовать более эффективному и быстрому исполнению решений ЕСПЧ. Однако, по моему мнению, в настоящее время участие Верховного Суда РФ в принятии мер по распространению решений ЕСПЧ в российской судебной практике не всегда системно и своевременно.
2. Распространение решений ЕСПЧ в российской судебной практике
Распространение решений ЕСПЧ включает их исполнение, однако проблема исполнения решений ЕСПЧ продолжает привлекать пристальное внимание российской юридической общественности.
Исполнение решений ЕСПЧ существенно отличается от исполнения решений национальных судов. Рассуждая об исполнении решений ЕСПЧ, следует иметь в виду их многообразие и различные юридическую силу и последствия (например, решение единоличного судьи о неприемлемости жалобы или постановление Большой Палаты). Подлежат исполнению решения ЕСПЧ, которые являются окончательными. В качестве одной из мер по улучшению процедуры исполнения постановлений ЕСПЧ государствам - членам Совета Европы предложено создать национальную структуру, ответственную исключительно за исполнение постановлений ЕСПЧ для того, чтобы избежать конфликта сфер ответственности с представителями государств при ЕСПЧ.
При исполнении решений ЕСПЧ встречаются различные трудности правоприменения.
В соответствии с ч. 3 ст. 15 Конституции РФ законы подлежат официальному опубликованию <consultantplus://offline/ref=6260E412E5BBC88DE75CCA38FA7AF456AE7882898C0076ABC21F2CA7E7U2vCH>. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.
Как справедливо указывает И.В. Рехтина, "сложным представляется поиск русского перевода текста постановлений Европейского суда. До сих пор данный вопрос в России не получил должного разрешения. В поисковых системах акты размещаются в двух форматах: 1) исключительно на английском языке; 2) имеют неофициальный перевод.
Отсутствие регулярного опубликования на русском языке решений ЕСПЧ в официальных изданиях, препятствует реализации решений и подходов ЕСПЧ.