ПРОЦЕСС ПРИВЛЕЧЕНИЯ И УСЛОВИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО КАПИТАЛА В ЭКОНОМИКЕ УКРАИНЫ В 1920-е ГОДЫ
ВОЛОСНИК Ю.П.1, ОНАЦКИЙ М.Ю.2
1 Харьковский национальный университет имени В.Н. Каразина, доктор исторических наук, профессор
2 Харьковский национальный университет имени В.Н. Каразина, кандидат исторических наук
процес залучення та умови діяльності іноземного капіталу в економіці України в 1920-ті роки
Волосник Ю.П.1, ОНАЦЬКИЙ М.Ю.2
1 Харківський національний університет імені В.Н. Каразіна, доктор історичних наук, професор
2 Харківський національний університет імені В.Н. Каразіна, кандидат історичних наук
Анотація
В статті аналізується процес залучення діяльності іноземного капіталу в економіку України в роки непу. Висвітлені причини, що сприяли розвитку радянської концесійної політики, відношення керівництва РКП(б) до проблеми залучення іноземних інвестицій в країну. Досліджені основні галузі, масштаби та форми функціонування іноземного капіталу в народному господарстві УСРР, а також надзвичайно несприятливі, нецивілізовані умови функціонування іноземного капіталу в республіці. Зроблено аналіз суперечливого ставлення різних верств українського соціуму до іноземних концесій в країні.
Ключові слова: іноземний капітал, концесії, неп, економіка, інвестиції, соціальні групи.
концессионный политика иностранный инвестиция
Аннотация
В статье анализируется процесс привлечения и основные направления деятельности иностранного капитала в экономике Украины в годы нэпа. Освещены причины, способствовавшие развитию советской концессионной политики, отношение руководства РКП(б) к проблеме привлечения иностранного капитала в страну. Исследованы основные сферы, масштабы и формы функционирования иностранного капитала в народном хозяйстве УССР, а также чрезвычайно неблагоприятные, нецивилизованные условия функционирования иностранного капитала в республике. Сделан анализ противоречивого отношения различных слоев населения украинского социума к иностранным концессиям в стране.
Ключевые слова: иностранный капитал, концессии, нэп, экономика, инвестиции, социальные группы.
В современных условиях чрезвычайно важной, актуальной для Украины остается проблема привлечения в народное хозяйство иностранных инвестиций. От решения этой проблемы во многом будут зависеть масштабы, направленность, темпы и результаты европейской модернизации не только экономической, но также социальной и даже политической сфер украинского социума. Поэтому критическое переосмысление предшествующего опыта привлечения и деятельности иностранного капитала в Украине на разных этапах ее развития будет способствовать, во-первых, принятию оптимальных решений относительно условий, масштаба и сфер деятельности иностранных инвесторов, а во-вторых, позволит избежать тех ошибок, просчетов и заблуждений, которые имели место в прошлом.
Одним из интересных исторических периодов в этом отношении является эпоха нэпа. Тогда в целях выхода из острейшего социально-политического и экономического кризиса, угрожавшего власти большевиков, руководство РКП(б) было вынуждено пойти на уступки крестьянству, приостановив (на время) военно-коммунистический штурм общества и допустив функционирование под жестким государственным контролем смешанной рыночной экономики и привлечение в страну иностранного капитала.
К сожалению, работы, касающиеся в той или иной степени проблемы привлечения и деятельности иностранного капитала в Украине в период нэпа, освещают ее лишь эпизодически, зачастую без использования всего комплекса фактического материала по данной теме [54; 55; 60]. В свете сказанного данная проблема нуждается в дальнейшей систематической разработке. Поэтому автор статьи ставит цель - проанализировать процесс привлечения, условия и масштабы деятельности иностранного капитала в экономике советской Украины в годы нэпа. Хронологические рамки статьи 1921-1929 гг. - период, когда осуществлялась новая экономическая политика и функционировал иностранный капитал в народном хозяйстве Украины.
Источниковую базу исследования составили следующие группы опубликованных и неопубликованных документов: законодательные источники [67; 68], документы РКП(б) - ВКП(б) [37; 42] и ее деятелей [32], тематические сборники документов [25; 26; 27], статистические источники [6; 7], материалы периодической печати [52; 53; 56; 57; 58; 74]. Особое место занимают неопубликованные источники, отложившиеся в архивных фондах центральных и областных архивов Украины. Значительный массив архивных документов, относящийся к осуществлению концессионной политики, долгое время был засекречен и поэтому недоступен исследователям. Но именно эти документы позволяют объективно осветить процесс привлечения и условия функционирования иностранных инвесторов в народном хозяйстве УССР.
Колоссальные разрушения и опустошения, ставшие следствием первой мировой и гражданской войн, а также проведения политики “военного коммунизма”, еще до перехода к нэпу остро поставили перед советско-партийным руководством вопрос о привлечении в экономику страны зарубежных инвестиций. “Без известной помощи из-за границы восстановление крупной промышленности... либо невозможно, либо означает такую оттяжку, которая чрезвычайно опасна”, - вынужден был признать (в мае 1921 г) лидер большевиков [33, с. 305]. Это при том, что Ленин продолжал утверждать, что “концессии ... означают дань капитализму” [34, с. 49]. Но в условиях краха надежд на скорую мировую коммунистическую революцию на Западе, и, следовательно, на предполагаемую государственную помощь зарубежного “социалистического пролетариата” в восстановлении разрушенного народного хозяйства, Ленин и большевики вынуждены были обратиться к проблеме привлечения в страну иностранных предпринимателей, чьи капиталы и международные связи могли содействовать не только скорейшему восстановлению экономики, но и модернизации на основе современных западных технологий всей отечественной сферы индустриального производства.
При этом большевистское руководство могло опереться на опыт использования зарубежных капиталов в деле модернизации народного хозяйства в Российской империи. Тогда, согласно оценке экспертов Госплана УССР, иностранными инвесторами в промышленность Украины было вложено более 500 млн. руб. золотом, из них половина в тяжелую индустрию. Иными словами украинская тяжелая промышленность на 80% являлась иностранной [43, л. 106]. В 1913 г. 67% производства чугуна в Украине вырабатывали предприятия, принадлежащие исключительно иностранному капиталу. 70% добычи каменного угля в Донбассе (1912 г.) осуществляли акционерные предприятия с исключительно иностранным капиталом [35, с. 11]. Значительным был удельный вес иностранного капитала в других отраслях экономики Украины.
Сознавая ту значительную роль, которую должно было сыграть привлечение иностранных инвестиций в страну, СНК РСФСР еще накануне перехода к нэпу в конце ноября 1920 г. принимает декрет (распростаненный и на УССР), которым декларировались определенные правовые гарантии иностранным концессионерам относительно неприкосновенности их имущества и капиталов, права вывоза полученной прибыли за рубеж, а также неукоснительное соблюдение советским правительством всех условий соглашений, заключенных с инвесторами [37, с. 182-183]. Ленин даже рассчитывал на инвестирование иностранными концессионерами 6 млрд. руб. золотом [34, с. 441].
Однако, стремясь привлечь иностранный капитал в страну, Ленин и большевики не собирались отказываться от идеи “мировой революции” и классовой борьбы против “мирового империализма”. Ленин неоднократно высказывался в том духе, что концессия является продолжением классовой борьбы в другой форме, а вовсе “не замена классовой борьбы классовым миром” [33, с. 224]. Не собирался Ленин строго придерживаться и декларированных декретом о концессиях правовых гарантий для иностранных инвесторов. Об этом, в частности, свидетельствует его выступление на собрании московского партийного актива в декабре 1920 г. на котором рассматривался вопрос о концессиях. Четвертый пункт декрета о концессиях, где говорилось, что правительство РСФСР гарантирует, “что вложенное в предприятие имущество концессионера не будет подвергаться ни национализации, ни конфискации, ни реквизиции” лидер большевиков прокомментировал следующим образом: “А вы не забыли, что нам остается суд?.. Ни конфискаций, ни реквизиций не будет, а суд остается, и суд наш, и насколько я знаю, у нас суд состоит из выборных советами. Что касается лично меня, то я вообще не так мрачно настроен относительно того, что суд у нас плохой. Так что мы его используем” [32, с. 80]. О том, как действительно большевистское руководство “уважало” законы собственной страны и права иностранных инвесторов, прекрасно свидетельствует история циничной ликвидации британской концессии “Лена Голдфилс”, ярко показанная в мемуарах бывшего секретаря Сталина Б. Бажанова [2, с. 264-266].
Это была типичная для Ленина и большевиков политика двойных стандартов относительно иностранного и отечественного капитала, на который они смотрели как на вынужденное социальное зло, с которым следовало вынуждено мириться. Это также хорошо согласовывалось с ленинской идеей строить коммунизм не коммунистическими руками.
Следует отметить, что среди руководства РКП(б) не было единства по вопросу о концессиях. Если В. Ленин, А. Рыков, Л. Красин считали экономически целесообразным деятельность концессионных предприятий, то у Л. Троцкого, Л. Каменева, а также Н. Бухарина произошли негативные изменения во взглядах на концессии с учетом того, что концессионная политика дала слабые результаты [60, с. 11]. Г. Зиновьев на XIII съезде РКП(б) в мае 1924 г. высказывал опасения: “Если подпустить концессионеров к себе, это значит - увеличить удельный вес новой буржуазии в нашей стране. Вот с таким предисловием мы переходим к вопросу о концессиях”. “Поэтому основное в том, чтобы все так построить - делал вывод Г. Зиновьев, - дабы ... мы могли сами просуществовать без них” [т. е. без концессий - авт.] [42, с. 63].
И. Сталин и вовсе считал, что концессии - это кабала и такой же точки зрения придерживались некоторые другие деятели, в частности, М. Рухимович (заместитель председателя ВСНХ), В. Антонов-Овсеенко и др. [60, с. 12; 42, с. 181].
Подобное противоречивое и даже враждебное отношение высшего руководства ЦК РКП(б) к концессиям вело к тому, что тормозилось привлечение инвестиций в страну, создавались серьезные препятствия функционированию иностранного капитала в экономике государства, порождались конфликты между инвесторами и властями.
Такие настроения в 1920-е годы были распространены не только среди значительной части компартийной элиты, но и в сознании различных слоев советского общества. Но рядом с подобными настроениями среди определенных социальных групп, в том числе в среде промышленных рабочих и безработных, высказывались и прямо противоположные мысли. Так, в сводке Харьковской губчека (январь 1921 г.) отмечалось, что на заводе ВЭК прошел митинг по вопросу о концессиях. При этом присутствовавшие “рабочие проявили большой интерес к разбираемой проблеме, задавали выступавшим много вопросов” [14, л. 29]. Рабочие и безработные Николаева и Киева (лето 1926 г.), согласно информации ГПУ УССР, высказывались за широкое развитие нэпа, чтобы “как можно больше привлечь капитал из-за границы в промышленность”, выступали за “неограниченную концессионную политику и вливание в промышленность как можно больше средств из-за границы” [49, л. 125об].
Итак, можно сделать вывод, что в обществе в эпоху нэпа имели место противоречивые настроения относительно привлечения в экономику страны иностранных инвестиций.
Необходимо отметить, что к числу факторов, которые препятствовали или же существенно сдерживали развитие концессионного дела в стране, следует отнести агрессивную пропаганду идей мировой революции со стороны руководства РКП(б) и подконтрольного ему Коминтерна (на что советским представителям за границей указывали потенциальные инвесторы) [25, с. 184], государственную монополию внешней торговли, отказ признать долги царского и Временного правительства, нежелание советского государства допустить иностранных инвесторов в так называемые “командные высоты” в экономике, тяжелую хозяйственную разруху первых лет нэпа, гиперинфляцию советских денежных знаков в начале 1920-х годов, которая существенно ограничивала возможности потенциальных инвесторов вывозить прибыль за границу, бюрократическую зарегулированность и сверхцентрализацию деятельности концессионных органов и несовершенство советского концессионного законодательства. Естественно, что подобная закрытость и секретность в вопросе о концессиях также не благоприятствовала притоку иностранных капиталов в страну. Некоторые местные хозяйственные предприятия даже высказывались в том духе, что желательно привлекать из-за рубежа в качестве концессионеров бывших владельцев предприятий с целью раскрытия производственных секретов [13, л. 265об].
Еще одна причина слабого привлечения иностранных концессионеров - это предъявление непомерных требований местными органами власти к иностранным инвесторам. Об этом свидетельствует секретная телеграмма председателя СНК СССР А.И. Рыкова (март 1925 г.), адресованная губисполкомам, в которой выражена обеспокоенность подобными действиями органов власти, предъявляющих “... чрезмерные требования к концессионерам., выходящие даже за пределы экономических возможностей концессионных предприятий.”. Глава правительства СССР вынужден был признать, что такие действия “. увеличивают недоверие к работе у нас со стороны иностранных капиталистов, служат подтверждением мнения о невозможности работы в советских условиях и создают благоприятную почву для газетной кампании против нас” [17, л. 259]. Последнее обстоятельство, похоже, особенно тревожило Рыкова. Дело доходило до того, что президиум ВСНХ УССР даже принял (июль 1925 г.) секретный циркуляр, которым предписывал всем подведомственным ему органам воздерживаться от освещения в печати (даже советской) хода и содержания переговоров с иностранцами. А мотивировалось такое решение тем, что интервью перепечатывались иностранной прессой “зачастую в искаженном виде”, что в дальнейшем мешало ходу переговоров с иностранными фирмами, отрицательно влияло на условия концессионных договоров, а иногда влекло и прекращение самих переговоров с потенциальными иностранными инвесторами [18, л. 156, 157]. Долгое время даже такие документы, как регистрация иностранных фирм, балансы концессионных предприятий, валютные планы концессионеров, их квартальные отчеты и т. п. велись в секретном порядке [21, л. 26].