Правовое регулирование статуса армянской общины в Польше и Украине в XV-XVIII веках
Большую часть своей истории армянское право вынуждено было формироваться в период отсутствия государственности, когда территория Армении была разделена между более сильными государствами, а армянское население было вынуждено покидать свою Родину и переселяться за тысячи километров от нее. Это приводил к организации новых или расширению существующих армянских поселений во многих странах мира, в том числе России, Индии, Италии и других.
На наш взгляд вопрос правового статуса армянских поселений в зарубежных странах, не освещен в современных исследованиях. Изучение указанного вопроса позволяет не только рассмотреть один из этапов развития армянского права и системы местного самоуправления армянской общины конкретной местности, но и раскрывает политико-правовые механизмы, используемые в различных государствах для взаимодействия с национальными меньшинствами, в том числе в сфере развития национального права и местного самоуправления. Выявленный опыт взаимодействия может быть полезен и в современных условиях в деле организации и реформирования системы местного самоуправления.
Настоящая статья посвящена вопросам правового регулирования статуса армянской общины в Польше и Украине в XV-XVIII веках, которая сыграла важнейшую роль для поддержания национальной идентичности армян, развития культуры и права.
Особое внимание заслуживают процессы в сфере зарождения самоуправления армянской общины и развития армянского права в городах Каменец-Подольском и Львове. По данным исследователей, право на внутреннее самоуправление армяне Львова и Каменец-Подольского получили еще в 1344 году от Казимира III [1, с. 589]. Впоследствии эти города стали центрами развития армянской культуры и права. Именно здесь в период с XIV по XVIII века полностью сформировалась система местного управления, которая характеризовалась масштабной правовой автономией. Созданное армянами внутреннее самоуправление в поселениях соответствовало национальным традициям и обычаям и своей эффективностью удовлетворяло потребностям населения. Армянам удалось добиться замены ранее действующего там магдебургского права на национальные правовые акты.
Главным органом местного самоуправления армянской общины являлся армянский Войтовский суд. В армянских поселениях Украины и Польши в компетенцию Суда входило не только осуществление правосудия по уголовным и гражданским делам, но и вообще все то «на что в пределах Peчи Посполитой имел право руководящий орган иноплеменной городской общины, королевским указом наделенный правом руководствоваться своими национальными законами» [2, с.189]. Общее количество судей составляло 12 человек.
Должность председателя Суда (войта) была выборной. Войт избирался на свою должность по специальной процедуре, утвержденной королем Польши. Согласно королевской грамоте, утвержденной 22 марта 1635 года Владиславом IV, выборы председателя суда должны были проводиться каждый год перед праздником святого Матвея [3, с.136-150]. В подготовке и проведении выборов председателя важную роль играл коллегиальный орган, именуемый «Сорок братьев». Он формировался путем выборов из числа самых богатых и уважаемых граждан и представлял собой совет или собрание знати.
В исследовании В. Григоряна содержится пример типичного порядка проведения выборов Войта в армянском поселении города Каменец-Подольский. Так, в голосовании принимали участие члены «Сорока братьев» во главе с председателем (маршалом) и пятьдесят участников от «простого люда». Группа участников голосования из простолюдинов избиралась членами «Сорока братьев» накануне выборов Председателя суда. Таким образом, в качестве выборщиков в голосовании за кандидатуру Войта принимало участие девяносто человек. Выборы делегатов проходили из «добрых, честных и основательно оседлых членов своей общины, с условием, чтоб они были прилично одеты» [2, с.192]. Для делегатов из народа были установлены несколько цензов, основными из которых был имущественный ценз и ценз оседлости. Лица неимущие или не имеющие постоянного места жительства в городе избирательным правом не обладали.
Одновременно с выборами председателя Суда избирался и его заместитель («субделегат»), который был призван заменять председателя в случаях временного отсутствия. На этих же выборах избирались присяжные, принимавшие участие почти во всех заседаниях Суда.
Наименование органов управления армянскими поселениями - войт, лавники, совет, старейшины - было заимствовано из положений магдебургского права. Однако по своим признакам, полномочиям и структуре отвечало нормам армянского права. Эти органы были уполномочены представлять интересы и действовать от лица всей армянской общины конкретного города, в том числе и перед королем при решении важнейших вопросов жизнедеятельности армянских поселений. Именно они осуществляли не только административные, но и также судебные функции внутри сообщества.
В результате активной правоприменительной и судебной деятельности органов самоуправления армян польские власти столкнулись с проблемой правильного толкования норм армянского права и принятых судебных решений. Это стало причиной начала процесса кодификации местного армянского права и появлению единого Судебника [4, с.11]. Также этому способствовало и то, что все чаще стали возникать споры между армянскими и городскими судами о компетенции и подсудности, спровоцированные нежеланием местных властей признавать самостоятельность армянской общины [5, с.175-178].
Королем Сигизмундом предпринимались попытки урегулировать возникающие конфликты. Так, 2 марта 1510 г. Был принят декрет, направленный на четкое разделение полномочий между городскими и армянскими судами [6, с.744]. К исключительной компетенции городского суда были отнесены следующие категории дел, получившие наименование «четыре статьи»:1) дела о недвижимом имуществе и наследовании; 2) дела об убийствах; 3) дела о кражах; 4) дела о насилии и ранениях.
В 1519 году королю Сигизмунду I был предложен проект кодекса армянских законов - Армянский Судебник или Армянский Статут, который был утвержден королем 5 марта 1519 года. Основу этого правового документа составили нормы Судебника Мхитара Гоша, нормы канонического права, магдебургского права, законодательство Польши, а также материалы судебной практики.
Судебник состоял из двух частей. В первой части было 10 статей, а во второй части 124 статьи. Судебник почти полностью и дословно перенял положения о светских законах Мхитара Гоша. При этом в него не включена первая глава Судебника Мхитара Гоша, посвященная церковным законам. Также в Польском Судебнике отсутствует введение, которое в Судебнике Мхитара Гоша имеет важное значение и содержит разъяснения о необходимости правового регулирования отношений. Судебник представлял собой полноценный и многофункциональный кодифицированный правовой документ, содержащий нормы различных правовых отраслей, например, церковного, уголовного, гражданского, семейного, наследственного права.
Войтовский Суд осуществлял судопроизводства по уголовным и гражданским делам на основании положений армянского Судебника 1519 года. К подведомственности армянского войтовского суда относились все дела, участниками которых были армяне. Суд не только разрешал споры, но и регистрировал договоры, хранил завещания и вносил в них изменения по просьбе завещателей. Причем, остальные жители города - не армяне, имевшие претензии к армянам, вступившие с ними договорные отношения должны были обращаться также в этот суд. В случае если такой человек обращался в свой суд с обжалованием действий армянина, то его дело передавали по подведомственности в армянский суд для рассмотрения по существу.
В 1523 году в дополнении к Судебнику был разработан еще один акт - «Порядок судов и дел Армянского права» [7], который представлял собой процессуальный кодекс и состоял из 10 разделов. Этот документ, несмотря не то, что не получил королевской санкции, широко применялся на территории почти всех армянских поселений. Он считался учебником, который предоставлял судьям и сторонам процесса необходимые знания в области гражданского и уголовного процессов [4, с.13].
В Процессуальном кодексе содержалось много новшеств, касавшихся ведения процесса. Так, в нем был четко прописан порядок извещения ответчика по делу. Причем эта обязанность была возложена на сам суд. В случае, если ответчик не являлся по извещению три раза без уважительной причины, то иск удовлетворялся судом. Уважительность причины неявки ответчик должен был доказать сам [8, с.557-559]. До момента вынесения судебного решения ответчик по гражданскому делу не имел права выезжать за пределы города. То же самое ограничение касалось и подсудимого по уголовному делу.
Гражданский и уголовный процесс соответствовали принципу состязательности, каждая сторона обязана была представить доказательства в подтверждение своей позиции. Так, в п. 32 «Порядка судов и дел Армянского права» установлено, что «когда истец изложит свою жалобу с доказательствами либо без доказательств, ответчик получил время для ответа на эту жалобу и на то, что ему необходимо, а истец - время для ответа на респонс или ответ ответчика и на конец ответчик имеет время для дуплики на реплику ответчика» [8, с.563-565]. Таким образом, у сторон было несколько возможностей для изложения совей позиции по делу с предоставлением имеющихся доказательств. В качестве основных доказательств применялись документы, свидетельские показания и другая информация, подтвержденная присягой.
Решения армянского войтовского суда по гражданским и уголовным делам могли быть обжалованы в апелляционном порядке. Согласно ст. 118 Армянского Судебника 1519 года и раздела 4 «Порядка судов и дел Армянского права» апелляционные жалобы подавались в надворный асессорский суд, в котором председательствовал канцлер. Жалобы по сложным делам могли передаваться на рассмотрение в надворный реляционный суд, на заседаниях которого присутствовали король, министры и сенаторы [2, с.196].
По итогам рассмотрения дела в апелляционной инстанции рассматривался вопрос о возмещении судебных расходов. Согласно п. 73 «Порядка судов и дел Армянского права» проигравшая сторона была обязана возместить судебные издержки [8, с.577].
Источником изучения деятельности армянского суда могут стать сохранившиеся до нашего времени судебно-административные книги, в которых содержатся протоколы заседаний Каменец-Подольского армянского суда. Они отражают сложившиеся в рассматриваемый период общественные отношения в этом армянском поселении и имеют крайне важное значение в изучении развития армянского права. Протоколы суда являются первоисточниками, составленными в процессе деятельности суда, и отражают весь процесс правоприменительной деятельности судебных органов. Наличие протоколов и судебно-административных книг подтверждают тот факт, что судебный процесс в армянских поселениях был письменным.
Анализ протоколов заседаний армянского суда подтверждает наличие большого круга регулируемых Судебником 1519 года отношений, в которых принимали участие армяне. Однако среди них преобладали дела, связанные с торгово-экономическими и иными гражданско-правовыми отношениями. В Каменец-Подольском армяне, чаще всего, были сторонами в договорах купли-продажи, займа, залога, хранения, аренды и некоторых других.
Большая судебная практика, отраженная в протоколах, относилась к вопросам о договорах аренды мельниц, находившихся в собственности общины [9, с.953]. Сдавались в аренду также земельные участки, находившиеся как в собственности общины, та и в частной собственности [9, с.935-938]. Арендатор получал право передавать арендуемое имущество в субаренду, причем согласие собственника на это не требовалось.
Распространены были и договоры займа, с условиями о залоге в качестве способа обеспечения исполнения обязательств [10, с.105].
Женщины могли участвовать в гражданско-правовых отношениях наравне с мужчинами, выступали истцами и ответчиками в суде. Так, согласно одной из записей в актовой книге от 29 июля 1594 года Магда назначила уполномоченным своего сына Хачко, предоставив ему права «выигрывать, проигрывать, выслушивать присяги, отбирать долги, квитовать» [9, с.887]. Таким образом, женщины сами обладали всеми этими права и могли осуществлять их самостоятельно либо через представителей.
По актовым записям можно проследить действовавший в армянских поселениях порядок оформления и открытия завещаний. Так, наследодатель писал собственноручно завещание, помещал его в футляр и запечатывал. Этот футляр передавался на хранение в секвестре суда и скрывался только после смерти завещателя. Председатель суда в присутствии присяжных открывал этот запечатанный футляр и переносил текст завещания в акт суда [9, с.898-901].
Иной порядок использовался у армян Львова. Так, любые завещания должны были быть совершены публично с обязательным присутствием представителей органов управления общины, священника и близких родственников. Причем это являлось условием действительности завещания. Затем завещание регистрировалось в книге частных завещаний. Важной отличительной особенностью явилось то, что завещать можно было любое имущество, кроме недвижимости и своего наследства.
При отсутствии завещания, наследовали супруг и дети умершего в равных долях. При этом право на наследство по закону не получала дочь, которая вышла замуж и получила приданное [8, с.583].