7. Предварительное судебное заседание в стадии подготовки дела к судебному разбирательству
Цели предварительного судебного заседания. Одной из новелл ГПК является введение института предварительного судебного заседания (ст. 152 ГПК). При этом систематическое толкование п. 13 ч. 1 ст. 150 и ст. 152 позволяет сделать вывод, что предварительное судебное заседание не является обязательной формой окончания подготовки дела к судебному разбирательству.
Представляется, что, закрепляя цели проведения предварительного судебного заседания, законодатель одновременно очертил круг случаев, когда проведение такого заседания необходимо или целесообразно.
Целями предварительного судебного заседания являются:
а) процессуальное закрепление распорядительных действий сторон, совершенных при подготовке дела к судебному разбирательству;
б) определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела;
в) определение достаточности доказательств по делу;
г) исследование фактов пропуска сроков обращения в суд и сроков исковой давности.
Рассмотрим указанные цели более подробно.
Процессуальное закрепление распорядительных действий сторон, совершенных при подготовке дела к судебному разбирательству. Статья 143 ГПК 1964 г. (в редакции Закона РФ от 27 октября 1995 г.) допускала возможность прекращения производства по делу ввиду отказа истца от иска или утверждения судом мирового соглашения сторон в стадии подготовки дела к судебному разбирательству. При этом предусматривалось, что процессуальные действия, связанные с вынесением определения о прекращении производства по делу в связи с отказом истца от иска или утверждением мирового соглашения, отражаются в протоколе, а заявление об отказе от иска или о мировом соглашении приобщается к делу. Сторонам разъясняются последствия такого процессуального действия.
Однако такой подход к определению процедуры прекращения производства по делу ввиду отказа истца от иска и заключения сторонами мирового соглашения не вполне согласовывался с требованиями ч. 2 ст. 34 ГПК РСФСР, по которой возможность утверждения мирового соглашения ставилась в зависимость от двух условий:
1) мировое соглашение не должно противоречить закону;
2) мировое соглашение не должно нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.
В то же время закон не давал ответа на вопрос, каким образом можно учесть заслуживающие внимания интересы других лиц без проведения полноценного, с участием всех заинтересованных лиц, судебного разбирательства См.: Грось Л. Мировое соглашение в гражданском судопроизводстве // Российская юстиция. 1996. N 12. С. 38 - 40.. Думается, в новом ГПК, ст. 39 которого сохранила и даже несколько расширила контроль суда за распорядительными действиями сторон, найден оптимальный вариант ответа на данный вопрос: предварительное судебное заседание, с одной стороны, не исключает возможности принятия отказа истца от иска и утверждения мирового соглашения в стадии подготовки, а с другой стороны, позволяет доскональным образом проверить, пострадают в результате совершения указанных действий чьи-либо (помимо самих сторон) права и охраняемые законом интересы или нет.
Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, и определение достаточности доказательств по делу. Обращает на себя внимание общая направленность двух из четырех целей предварительного судебного заседания. И определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, и определение достаточности доказательств по делу тесно связаны с выяснением вопроса о готовности дела к судебному разбирательству. Однако при таком подходе проведение судебного заседания следовало бы признать обязательной формой окончания подготовки дела к судебному разбирательству, своего рода предтечей назначения дела к судебному разбирательству, что противоречит закону. Отсюда логически вытекает вывод о том, что указанные цели могут служить побудительным мотивом проведения предварительного судебного заседания по наиболее сложным делам, когда уточнение предмета доказывания и разрешение вопроса о достаточности доказательств без проведения судебного заседания сопряжено с определенными трудностями (для включения того или иного факта в предмет доказывания нужно уточнить заявленное требование, для разрешения вопроса о достаточности доказательств требуется выяснить мнение лиц, участвующих в деле, и т.д.). Учитывая, что в таких случаях проведение предварительного судебного заседания способно предотвратить возможное в будущем отложение судебного разбирательства по мотиву необходимости представления или истребования дополнительных доказательств, закрепление указанных целей предварительного судебного заседания следует признать оправданным.
Исследование фактов пропуска сроков обращения в суд и сроков исковой давности. Сроки исковой давности и сроки обращения в суд имеют одинаковую юридическую природу: и те и другие являются сроками, в течение которых может быть осуществлена судебная защита нарушенного права или охраняемого законом интереса. Различие заключается лишь в средствах защиты: поскольку основным средством защиты нарушенного гражданского права является иск, срок предъявления искового заявления в суд получил наименование срока исковой давности. Однако в судебной защите нуждаются не только гражданские права, да и иск не является единственно возможным средством реализации права на обращение в суд. Примером могут служить дела неисковых производств, которые возбуждаются путем подачи заявления, а не искового заявления. Очевидно, поэтому все остальные сроки, в течение которых может быть реализовано право на судебную защиту, получили название сроков обращения в суд. Сроки исковой давности устанавливаются преимущественно нормами материальных отраслей права (ст. 199 ГК, ст. 392 ТК, ст. 9 СК, ст. ст. 408 - 411 Кодекса торгового мореплавания РФ, ст. 164 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ, ст. ст. 125, 126 Транспортного устава железных дорог РФ, п. 3 ст. 78 Федерального закона "Об охране окружающей среды", ст. 13 Федерального закона "О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг" и т.д.). Сроки обращения в суд регулируются как нормами процессуальных отраслей, в частности гражданского процессуального права (ст. ст. 256, 260, 303, ч. 2 ст. 310, ч. 2 ст. 418, ч. 1 ст. 441 ГПК), так и нормами материальных отраслей права (ст. 30.3 КоАП и т.д.).
В стадии подготовки теперь возможно не только представление доказательств, подтверждающих истечение срока исковой давности, но также и исследование фактов пропуска сроков исковой давности. При этом предварительное судебное заседание выступает в качестве процессуальной формы (процедуры) совершения данного действия. Что касается момента, до которого возможна постановка вопроса о применении последствий истечения срока исковой давности, то позиция законодателя по данному вопросу не изменилась.
Наряду с целями следует отметить и одну весьма важную функцию предварительного судебного заседания, которая также получила нормативное закрепление в действующем ГПК. По смыслу ч. 4 ст. 152 ГПК именно предварительное судебное заседание является той процедурой, которую надлежит использовать для разрешения вопросов о приостановлении, прекращении производства по делу, а также об оставлении заявления без рассмотрения при возникновении соответствующих обстоятельств (ст. ст. 215, 216, 220, абз. 2 - 6 ст. 222 ГПК) в ходе подготовки дела к судебному разбирательству. Нужно сказать, что возможность окончания процесса без вынесения решения в стадии подготовки дела к судебному разбирательству была предусмотрена и в ГПК РСФСР (в редакции Федерального закона от 30 ноября 1995 г.), отсутствовала лишь нормативно установленная процедура рассмотрения указанных вопросов (ст. 143 ГПК РСФСР). В связи с этим ч. 4 ст. 152 ГПК дает основание констатировать устранение пробела в гражданском процессуальном праве.
Давая позитивную оценку содержанию правил ч. ч. 4, 5 ст. 152 ГПК, нельзя не отметить, что они способствуют оперативности судопроизводства.
8. Назначение дела к судебному разбирательству
Порядок назначения дела к судебному разбирательству. Признав дело подготовленным, судья выносит определение о назначении его к судебному разбирательству в судебном заседании (ст. 153 ГПК), извещает стороны и других участников процесса о времени и месте рассмотрения дела. Однако на этом подготовка не заканчивается. Судья вправе совершать необходимые подготовительные действия вплоть до начала судебного разбирательства, а в случае отложения разбирательства - до начала нового заседания суда. При отмене состоявшегося по делу решения в кассационном или надзорном порядке с передачей дела на новое рассмотрение подготовка, если в этом имеется необходимость, возобновляется.
В определении о назначении дела к разбирательству должны быть указаны время и место судебного заседания, а также меры по обеспечению явки участвующих в деле лиц в суд. Время разбирательства дела (конкретный день и час) назначается судьей с учетом установленного законом для данной категории дел срока их рассмотрения (ст. 154 ГПК), времени, необходимого для извещения лиц, участвующих в деле, и графика работы суда. Местом разбирательства большинства дел является помещение суда, принявшего дело к своему производству. Если же судья считает целесообразным рассмотреть дело в выездном заседании, то в качестве места разбирательства указывается местонахождение помещения (клуба, комнаты отдыха и т.д.), в котором будет проводиться заседание суда. Судебное заседание по делу о принудительной госпитализации гражданина в психиатрический стационар или о продлении срока его принудительной госпитализации, согласно ч. 1 ст. 304 ГПК, проводится в помещении суда или психиатрического стационара. Однако в случае, если по сведениям, полученным от представителя психиатрического стационара, психическое состояние гражданина не позволяет ему лично участвовать в проводимом в помещении суда судебном заседании по делу, заявление о принудительной госпитализации гражданина или о продлении срока его принудительной госпитализации рассматривается судьей в психиатрическом стационаре.
Извещение лиц, участвующих в деле. Закон возлагает на суд обязанность извещать лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий (ст. 113 ГПК).
Извещение участников процесса о времени и месте проведения судебного разбирательства является, пожалуй, главной процессуальной гарантией реализации прав участвующих в деле лиц, центральным из которых является право на участие в судебном заседании. Поскольку участие (личное или через представителя) в судебном заседании имеет ключевое значение для отстаивания стороной своей позиции в деле, указанная процессуальная гарантия теснейшим образом связана с принципами состязательности и процессуального равноправия сторон.
Важность указанной процессуальной гарантии подтверждается и тем, что рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, расценивается как существенное нарушение норм гражданского процессуального права, влекущее безусловную отмену судебного решения (п. 2 ч. 2 ст. 364 ГПК) Данная правовая позиция находит подтверждение и в судебной практике. См.: п. 1 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2002 г. (по гражданским делам) (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 17 июля 2002 г.) // БВС РФ. 2002. N 12.. Надлежащее извещение ответчика является одним из обязательных условий рассмотрения дела в отсутствие неявившегося ответчика в порядке заочного производства (ч. 1 ст. 233 ГПК) На это обращал внимание и Верховный Суд РФ. См.: п. 5 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 1997 г. (по гражданским делам) (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 1 октября 1997 г.) // БВС РФ. 1997. N 12 С. 14..
Обязанность суда по надлежащему извещению участников процесса о судебном заседании имеет определенные субъективные пределы. Закон обязывает суд извещать лишь участвующих в деле лиц, круг которых определен ст. 34 ГПК. Представители лиц, участвующих в деле, извещаются самими этими лицами.
Однако законным представителям должны направляться судебные извещения наравне с участвующими в деле лицами, поскольку они защищают в процессе права, свободы и охраняемые законом интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью либо безвестно отсутствующих граждан (ч. ч. 1 и 2 ст. 52 ГПК).
Что касается свидетелей, экспертов, специалистов и переводчиков, которые относятся к лицам, содействующим осуществлению правосудия, то они не извещаются, а вызываются в суд. Дело в том, что для указанных участников процесса в отличие от субъектов, перечисленных в ст. 34 ГПК, явка в суд является обязанностью, при невыполнении которой они могут быть привлечены к процессуальной ответственности в виде судебного штрафа, а свидетель при неявке в судебное заседание без уважительных причин по вторичному вызову может быть подвергнут также и принудительному приводу (ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 168 ГПК).
По делам, возникающим из публично-правовых отношений, суд может признать обязательной явку в судебное заседание представителя органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица. В таком случае соответствующему лицу, участвующему в деле, должен направляться вызов с предупреждением о последствиях неявки в судебное заседание (ч. 4 ст. 246 ГПК).
Средства извещения и вызова в суд участников процесса. ГПК закрепляет открытый перечень средств извещения и вызова в суд участников процесса, который в равной мере распространяется и на лиц, участвующих в деле, и на лиц, содействующих осуществлению правосудия. К ним относятся:
- информирование посредством направления заказного письма с уведомлением о вручении;
- судебная повестка с уведомлением о вручении;
- телефонограмма или телеграмма;
- информирование посредством факсимильной связи;
- информирование с использованием иных средств связи и доставки (например, по электронной почте), обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.
Таким образом, закон позволяет использовать практически любое средство связи (доставки корреспонденции), главное, чтобы оно обеспечивало получение судом сведений о вручении адресату соответствующей корреспонденции (уведомление о вручении и иные средства фиксирования данного факта). Иными словами, использование средств связи или доставки должно обеспечивать фиксирование извещения (вызова) и его вручение адресату.
Данное требование закона имеет принципиальное значение.
Во-первых, отсутствие в материалах дела сведений о надлежащем извещении (документа, подтверждающего факт извещения) является свидетельством невыполнения судом своей обязанности по извещению, что, в свою очередь, влечет за собой обязательное отложение судебного разбирательства (ч. 2 ст. 167 ГПК).
Во-вторых, в случае обжалования решения вышестоящая инстанция должна иметь возможность проверить факт надлежащего извещения судом участвующих в деле лиц о времени и месте разбирательства дела, поскольку невыполнение данной обязанности является безусловным основанием для отмены судебного решения.
В связи с этим уместно будет отметить, что, сняв ограничения на использование отдельных средств извещения участников процесса о времени и месте проведения судебного заседания, законодатель не разрешил проблему доказывания самого факта извещения, иначе говоря - выполнения судом своей обязанности по надлежащему извещению. Особенно актуальна эта проблема в случае использования современных средств связи. Законодатель, по сути, презюмирует, что такое извещение является надлежащим. Однако использование, например, факсимильной связи или электронной почты связано с риском неполучения или получения искаженной, неполной информации адресатом; это может быть вызвано как техническими неполадками, так и несанкционированным вмешательством третьих лиц. Возникает вопрос: может ли лицо, извещенное подобным образом, в дальнейшем оспорить судебное решение, сославшись на свое неизвещение или на ненадлежащее извещение? В арбитражном процессе законодатель попытался "подстраховать" суд в данном случае нормой ст. 122 АПК, которая обязывает судью указывать на копии переданного текста, остающейся в арбитражном суде, фамилии лица, передавшего текст, и лица, получившего текст, а также дату и время его передачи. В ГПК аналогичная норма отсутствует. В то же время указание на копии текста передаваемого документа фамилии лица, его принявшего, является технически трудновыполнимым при использовании телеграфа и электронной почты.