Поиск выхода становится для Свердлова серией возвращений к своему «я», «самоуглубляющимся движением» [Топоров 1983, с. 239] от попытки выйти из города на волю до попытки обрести свободу, которую, по мысли В.Н. Топорова, «находят только внутри себя» [Топоров 1983, с. 239]. Если горизонтальное пространство выстроено как совокупность локусов с искаженной ролевой функцией, то вертикальное пространство формирует смысловой ряд, связанный с историческим, культурным и духовным бытием личности. Вертикализация, образуемая расположенной на горе голгофой, вводит мотив христианского верха. Условием обретения идентичности для Свердлова является обретение памяти, хранящейся в виде фотографий и писем на втором этаже музея, то есть срединном уровне между подземным миром и конечным уровнем духа, что можно также соотнести с заполнением пустоты в солнечном сплетении, лишающей внутреннего ориентира.
Там сознание героя теряет опору в настоящем, и прошлое с его страшным пространством тюрем и лагерей врывается в виде бегущих собак. «Чужое» пространство города Свердлов начинает осознавать как страшное «свое» («Я не уверен, что был на втором этаже ВАШЕГО музея <...> какой странный у нас музей» [курсив мой. - Е. М.]), где билет в музей становится билетом на экскурсию в собственные слои бессознательного, куда вытеснена память поколений. Для героя внесценический хронотоп Москвы начинает сближаться по своей глубинной сути со сценическим хронотопом города Н., а для читателя и зрителя он начинает проявляться как «не-место», но город-модель метафоризированного пространства потерянной идентичности: «Шахтер, который погибнет через две недели. Офис компании, где ты работаешь, находится в каждом городе» (Букреева). Выход в черную пургу, то есть за границы замкнутого бытия с целью встречи с медведем, приводит к покиданию героем жизненного пространства, но одновременно ведет к преодолению внутренней несвободы.
Таким образом, Букреева переводит бытийную коллизию героя в плоскость поисков утраченной идентичности, в то время как Чехов проверяет способность персонажей не утратить свое «я» в «чужом» для них пространстве. Привязанное к прошлому субъективированное пространство грез, в котором пребывают Прозоровы, превращает мир их настоящего в пустую, лишенную ценностного наполнения декорацию. Внешняя сторона жизни Прозоровых против их воли начинает сжиматься до масштабов места, поэтому выход из него ведет героев только в мир иллюзий, не способный дать опору для осуществления их собственного выбора. В чеховской пьесе идентичность героя в «чужом» пространстве неизбежно оказывается утраченной, круг замыкается, и остается лишь выход, уготованный Тузенбаху, - ответив на вызов судьбы, пойти к «медведю» и, «не успев ахнуть», обрести свободу, перейдя в иной бытийный план.
Герою же «Черной пурги» удается осознать, что «чужое» пространство в действительности и есть его собственное, хотя и не «домашнее», пространство, и что «своя постель» в Москве - лишь иллюзия возвращения домой. Преодоление границ замкнутого пространства города Н. как собственного кризиса идентичности требует выбора, а именно встречи с медведем как с искаженным подобием самого себя. Решаясь выйти за границы пространства смещенного самоопределения, где люди и места становятся декоративными подобиями себя, Свердлов, вслед за Тузенбахом, обретает свободу иного бытия, а в нем - свой собственный авторский голос. Категория идентичности, следовательно, позволяет проследить в ткани произведения современного драматурга интенсификацию поставленной более века назад Чеховым проблемы несоответствия масштабов внутренней и внешней жизни героя, его потери и поиска тождественности самому себе в мире искаженных, смещенных ориентиров.
Литература
1. Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе: Очерки по исторической поэтике // Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. М.: Художественная литература, 1975. С. 234-407.
2. Кеидия К.З. Философское понимание самоидентификации в бытийной структуре личности // Вестник Оренбургского государственного университета. 2012. № 1 (137). С. 50-51.
3. Кофман А.Ф. Художественное пространство и время в драмах Чехова «Чайка», «Три сестры», «Вишневый сад» // Культура и искусство. 2013. № 5(17). С. 516-524.
4. Лотман Ю.М. Художественное пространство в прозе Гоголя // Лотман Ю.М. В школе поэтического слова: Пушкин, Лермонтов, Гоголь. М.: Просвещение, 1988. С. 251-292.
5. Малютина Н., Маронь А. Проблема культурной (само) идентификации героя в новейшей постсоветской драме: переформатировка. Краков: Collegium Columbinum, 2019. 220 с. (Библиотека Традиции, № 163)
6. Скафтымов А.П. К вопросу о принципах построения пьес А.П. Чехова // Скафтымов А.П. Нравственные искания русских писателей: Статьи и исследования о русских классиках. М.: Художественная литература, 1972. С. 404-435.
7. Топоров В.Н. Пространство и текст // Текст: семантика и структура / Отв. ред. Т.В. Цивьян. М., 1983. С. 227-284.
8. Тюпа В.И. Перформативные основания лирики // Сборник трудов XLII Международной филологической конференции. СПб.: Изд-во Санкт- Петербургского государственного университета, 2014. С. 306-314.
9. Тютелова Л.Г. Провинциальное пространство в драматургии Чехова и Горького («Три сестры» и «Варвары») // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия «Филология. Журналистика». 2012. Т. 12. Вып. 1. С. 76-81.
10. Чудаков А.П. Поэтика Чехова: Возникновение и утверждение. СПб.: Азбука-Аттикус, 2016. 704 с.
11. Щербинин Ж. Чехов и срединное пространство: «Дама с собачкой» // Чеховские чтения в Оттаве: Сборник научных трудов. Тверь; Оттава: Лилия Принт, 2006. С. 112-123.
пространство время корпускулярность герой
References
1. Bakhtin M.M. (1975), “Forms of time and space in a novel. Essays on historical poetics”, in Bakhtin, M.M., Voprosy literatury i estetiki [Questions of literature and aesthetics], Khudozhestvennaya literatura, Moscow, Russia, pp. 234-407.
2. Chudakov A.P. (2016), Poetika Chekhova: Vozniknovenie i utverzhdenie [Chekhov's poetics. Origins and establishment], Azbuka-Attikus, Saint Petersburg, Russia.
3. Keidia, K.Z. (2012), “Philosophical view on self-identification in existential structure of an individual”, Vestnic. Orenburg State University, vol. 137, no. 1, pp. 50-51, available at: http://vestnik.osu.ru/2012_1/9.pdf (Accessed 22 Jan. 2023).
4. Kofman A.F. (2013), “Literary space and time in Chekhov's plays `The Seagull', `Three Sisters', and `The Cherry Orchard'”, Culture and Art, vol. 17, no. 5, pp. 516-524,
5. Lotman Yu.M. (1988), “Literary space in Gogol's prose”, in Lotman, Yu.M. V shkole poeticheskogo slova. Pushkin, Lermontov, Gogol' [At the school of poetry word. Pushkin, Lermontov, Gogol], Prosveshchenie, Moscow, USSR, pp. 251-292.
6. Malyutina N., Maron, A. (2019), Problema kul'turnoi (samo)identifikatsii geroya v noveishei postsovetskoi drame: pereformatirovka [The problematics of cultural (self)identification of a character in modern drama. Reformatting], Collegium Columbinum, Krakov, Poland. (Biblioteka Traditsii, no. 163)
7. Shcherbinin G. (2006), “Chekhov and middle space. `The Lady with the Dog' ”, in Chekhovskie chteniya v Ottave: Sbornik nauchnykh trudov [Chekhov Scientific Conference in Ottava. Collection of academic papers], Liliya Print, Tver, Russia, Ottava, Canada, pp. 112-123.
8. Skaftymov A.P. (1972), “On the issue of the principles of the Anton Chekhov's plays structure”, in Skaftymov, A.P., Nravstvennye iskaniya russkikh pisatelei: Stat'i i issledovaniya o russkrnh klassikaлh [The moral search undertaken by Russian writers. Articles and research on Russian classic authors], Khudozhestvennaya literatura, Moscow, USSR, pp. 339-380.
9. Toporov V.N. (1983), “Space and text”, in Tsiv'yan, T.V. (ed.), Tekst: semantika i struktura [Text. Semantics and structure], Moscow, USSR, pp. 227-284.
10. Tyupa V.I. (2014), “Performative foundations of lyrics”, in Sbornik trudov XLII Mezhdunarodnoi filologicheskoi konferentsii [Proceedings of the 42d International Philological Conference], Izdatel'stvo Sankt-Peterburgskogo gosu- darstvennogo universiteta, Saint Petersburg, Russia, pp. 306-314.
11. Tyutelova L.G. (2012), “Provincial space in dramaturgy of Chekhov and Gorky (`Three Sisters' and `Barbarians')”, in Izvestiya of Saratov University. Philology. Journalism, vol. 12, iss. 1, pp. 76-81.