Круг криминализуемых деяний, составляющих злоупотребление должностными полномочиями в законодательстве зарубежных государств характеризуется широкой вариативностью и не имеет унифицированного содержания. К наказуемым деяниям отнесены:
- совершение ложного обвинения, в преступлении, связанном с доказательствами, физическим нападением, лишением свободы (§154 УК Дании);
- не подчинение какому-либо законному официальному приказу (§156 УК Дании);
- незаконное применение должностным лицом при выполнении своих служебных обязанностей оружия или насилия, а равно совершение им мучительных для потерпевшего или оскорбляющих его достоинство действий (ст. 161.1 УК Эстонии); нанесение телесного повреждения при исполнении служебных обязанностей (§ 340 УК ФРГ);
- невыполнение государственным должностным лицом своих обязанностей (§156 УК Дании, ст. 319 УК Латвии; ст. 123 УК Литвы; § 112 УК Норвегии; ст. 315 УК Таджикистана; § 336 УК ФРГ);
- умышленное использование должностным лицом своего служебного положения (ст. 327 УК Молдовы);
- совершение действия вопреки здравому смыслу (§ 110 УК Норвегии);
- требование или для себя, или для другого, или для официальных властей незаконного налога, сбора или вознаграждения за чиновничью операцию (§ 111 УК Норвегии); незаконное взимание сборов (§ 352 УК ФРГ; незаконное взимание непредусмотренных сборов, уменьшение платежа (§ 353 УК ФРГ);
-использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы (ст. 314 УК Таджикистана; ст. 364 УК Украины; ст. 323 УК Италии);
- учреждение должностным лицом организации, осуществляющей предпринимательскую деятельность, либо участие в управлении такой организацией лично или через доверенное лицо вопреки запрету (ст. 318 УК Таджикистана);
- невыполнение закона (ст. 432-1 УК Франции; ст. 355 УК Голландии);
- продолжение выполнения своих обязанностей после официального информирования об их прекращении (ст. 432-3 УК Франции);
- требование выгоды для себя или третьего лица и принятие выгоды (§ 331 УК ФРГ);
- вынесение неправосудного приговора (§ 339 УК ФРГ);
- принуждение к даче показаний (§ 343 У К ФРГ);
- преследование невиновного (§ 344 УК ФРГ);
- исполнение приговора в отношении невиновного (§ 345 УК ФРГ);
- фальшивое официальное засвидетельствование (§ 348 УК ФРГ);
- подрыв доверия во время пребывания на дипломатической службе (§ 353а УК ФРГ);
- нарушение служебной тайны и особой обязанности по сохранению тайны (§ 353ь УК ФРГ);
- незаконное разглашение сведений о судебных разбирательствах (§ 353й УК ФРГ);
- нарушение налоговой тайны (§ 355 УК ФРГ);
- незаконное задержание либо содержание под стражей (§147 УК Дании).
Субъективная сторона злоупотребления должностным положением в законодательстве зарубежных государств характеризуется умышленной формой вины. Исключение составляет лишь УК Швеции, поскольку в ст. 1 гл. 20 «О злоупотреблении служебным положением» предусмотрено, что неисполнение служебных обязанностей может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности.
Вместе с тем, как и в Российской Федерации в уголовных законах некоторых стран в систему криминообразующих признаков включена цель злоупотребления должностными полномочиями. Так, в ч. 1 ст. 327 УК Молдовы установлено, что преступное деяние должно быть совершено «в корыстных или иных личных интересах». В подобном же ключе определена цель злоупотребления должностными полномочиями в ст. 205 УК Узбекистана, ст. 314 УК Таджикистана и ст. 308 УК Азербайджана. В ч. 1 ст. 308 УК Армении помимо названных целей содержится указание на групповые интересы. В ч. 1 ст. 364 УК Украины, так же указывается, что должностное злоупотребление совершается «из корыстных побуждений либо в иных личных интересах или в интересах третьих лиц». На специальную цель указывает и ст. 323 УК Италии: «в целях получения для себя или для третьих лиц незаконных выгод неимущественного характера либо в целях нанесения незаконного ущерба другим лицам». На личные цели злоупотребления должностным положением указывает и диспозиция ст. 312 УК Швеции . Помимо этого, в данной номер говориться и о стремлении причинения вреда другим лицам.
Отсутствует унифицированный подход в зарубежных государствах и относительно субъекта злоупотребления должностными полномочиями. В целом, конечно, к таковым отнесены лица, осуществляющие функции публичной власти. В ч. 2 § 11 Ук ФРГ раскрываются признаки должностного лица к которым отнесены: а) государственные служащие или судьи, Ь) лица, состоящие в иных публично-правовых отношениях по должности; с) лица, иным образом назначенные для выполнения задачи публичного управления .
В разд. 29 УК Германии «Должностные преступные деяния» в ряде норм устанавливаются основания привлечения к уголовной ответственности того, кто «специально уполномочен на выполнение публичных обязанностей», т. е. работника, который не будучи собственно должностным лицом, осуществляет задачи публичного управления при каком-либо органе власти или занят в учреждении или объединении, осуществляющем такие задачи . Субъектом ряда должностных злоупотреблений признается также и адвокат . Все преступные деяния, сгруппированные в разд. 30 УК Германии, объединены по признаку субъекта преступного деяния -- должностного лица30.
Согласно УК Бельгии к субъектам данного преступления отнесены: любой государственный чиновник, агент или служащий правительства (ст. 254 УК Бельгии). Достаточно уникальный подход присущ УК Дании, поскольку к субъектам злоупотребления должностными полномочиями в нем отнесены судья, присяжный или эксперт (§110). Отнесение данных лиц к кругу субъектов злоупотребления должностными полномочиями характерно и УК ФРГ (§ 339, § 343, § 344 и др.).
Согласно ст. 12 УК Швейцарии к наказанию за злоупотребление служебным положением привлекаются члены выборного органа ичиновники31. Причем санкция предусмотрена достаточно строгая: каторжная тюрьма на срок до 5 лет либо тюремное заключение.
Согласно УК Франции субъектом уголовной ответственности может выступать юридическое лицо. В частности, оно может быть привлечено к уголовной ответственности за злоупотребление властью.
В отличие от государств дальнего зарубежья, в странах СНГ традиционно пристальное внимание уделяется вопросу о легальной дефиниции должностного лица. Достаточно рациональный подход присущ УК Республики Беларусь, поскольку в его общей части закреплено понятие должностного лица. Так, согласно ч. 4 ст. 4 данного источника к должностным лицам относятся:
1) представители власти, то есть депутаты Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь, члены Совета Республики Национального собрания Республики Беларусь, депутаты местных Советов депутатов, а равно государственные служащие, имеющие право в пределах своей компетенции отдавать распоряжения или приказы и принимать решения относительно лиц, не подчиненных им по службе ;
2) представители общественности, то есть лица, не находящиеся на государственной службе, но наделенные в установленном порядке полномочиями представителя власти при выполнении обязанностей по охране общественного порядка, борьбе с правонарушениями, по отправлению правосудия ;
3) лица, постоянно или временно либо по специальному полномочию занимающие в учреждениях, организациях или на предприятиях (независимо от форм собственности), в Вооруженных Силах Республики Беларусь, других войсках и воинских формированиях Республики Беларусь должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных обязанностей, либо лица, уполномоченные в установленном порядке на совершение юридически значимых действий;
4) должностные лица иностранных государств, то есть лица, наделенные в иностранных государствах в соответствии с законодательством этих государств полномочиями, аналогичными указанным в пунктах 1-3 настоящей части, включая третейских судей и присяжных заседателей, а равно должностные лица международных организаций, члены международных парламентских собраний, судьи и должностные лица международных судов.
Азербайджанский уголовный закон так же отталкивается от таких категорий как «функции представителя власти», «административно-хозяйственные» и «организационно - распорядительные» функции (ст. 308.2 УК Азербайджанской Республики). Сходные положения содержаться и в примечании к ст. 31 УК Таджикистана. В ч. 3 ст. 308 УК Армении к субъектам злоупотребления должностными полномочиями относятся 1) лица, постоянно, временно или по особому полномочию осуществляющие функции представителя власти; 2) лица, постоянно, временно или по особому полномочию осуществляющие организационно - распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, их организациях, а также в Вооруженных Силах Республики Армения, других войсках и воинских объединениях Республики Армения .
Узбекский законодатель оперирует категорией «ответственные должностные лица» . В общем же значении к признакам должностного лица узбекский законодатель относит: наделение организационно-распорядительными I или I административно- хозяйственными полномочиями.
Несколько иной подход к закреплению признаков должностного лица характерен для УК Эстонии (ст. 161). Круг должностных лиц включает лиц, выполняющих управленческие, надзорные, распорядительные, оперативные, организационные обязанности по упорядочиванию движения материальных ценностей. К должностным лицам, помимо указанных лиц, согласно законодательства Эстонии так же относятся и лица, выполняющие функции представителя власти.
Специфика подхода эстонского законодателя проявляется еще и в том, что в отличие от большинства уголовных законов других государств в нем должностными лицами признаются субъекты, выполняющие вышеназванные функции и обязанности как в государственных, так и частных учреждениях. Вместе с тем, указание подобного рода содержится и в примечании к ст. 364 УК Украины. Однако в отличие от иных источников зарубежного уголовного права в ч. 2 данного примечания к должностным лицам отнесены «... иностранцы или лица без гражданства, выполняющие обязанности, указанные в пункте 1 настоящего примечания».
Достаточно интересный прием используется в УК Литвы, поскольку в нем в отдельной норме дано легальное толкование категории «государственный служащий» (ст. 230). К государственным служащим отнесены: лица, исполняющие обязанности государственной службы, -- политики государства, служащие публичного администрирования по Закону о государственной службе, а также другие лица, которые, работая в государственных инстанциях, а также в инстанциях либо учреждениях местного самоуправления, в судебных, правоохранительных инстанциях либо в органах государственного контроля и надзора, приравненных к ним инстанциях, осуществляют функции представителя власти или наделены административными полномочиями, равно как и официальные кандидаты на такие должности. Помимо этого, к данным лицам приравнены служащие иностранного государства, международной публичной организации либо международных судебных инстанциях, а также официальные кандидаты на такие должности. Сближает позицию законодателя Литвы с уголовными законами Латвии и Украины в той части, что согласно ч. 3 ст. 230 УК Литвы, к рассматриваемой группе субъектов приравниваются и лица, занимающие должность в любом государственном, негосударственном либо в частном учреждении, предприятии или организации, либо занимающееся предпринимательством и наделенное полномочиями публичного администрирования, а также предоставляющее публичные услуги обществу, за исключением лиц, осуществляющих хозяйственные либо технические функции.
Таким образом, несмотря на то, что общего единого подхода к формированию дефиниции должностного лица в государствах постсоветского пространства выявить не удалось, все же есть ряд положений, позволяющих сделать общий вывод. Прежде всего, сохраняется функциональный подход к определению признаков должностного лица. Применяется широкое толкование исполнения должностных обязанностей, за счет учета их постоянного, временного выполнения либо выполнения по специальному, хотя и разовому полномочию. Вырисовывается тенденция на отнесение к должностным не только субъектов государственной службы, но и службы в частных структурах.
В уголовных законах зарубежных государств в ряде случаев осуществлена дифференциация уголовной ответственности за злоупотребление должностными полномочиями. Вместе с тем, как и по иным юридическим аспектам рассматриваемого состава преступления установить унифицированный подход в ходе исследования не удалось. Так, УК Бельгии усиление уголовной ответственности за данное преступления увязывает с такими обстоятельствами как:
- реальное осуществление требования или распоряжения о действиях по применению Вооруженных сил против исполнения закона или королевского указа, либо против взимания законно установленного налога, или против судебного постановления или приказа, а также против любого распоряжения, исходящего от органа власти (ст. 255 УК Бельгии);
- если приказы или требования явились непосредственной причиной других преступлений (ст. 256 УК Бельгии).
Уголовный кодекс предусматривает увеличение вдвое наказания, если в результате действия представителя власти наступили какие- либо последствия (ст. 432-1 УК Франции).
При доказанности факта совершения злоупотребления должностным положением в личных целях, итальянский законодатель предусматривет ужесточение наказания (ч.2 ст. 323 УК Италии).
Согласно §110 УК Дании, ответственность судьи, присяжного или эксперта усиливается, если а результате их злоупотребления было противозаконно назначена смертная казнь или лишение свободы более чем на 5 лет.
Для государств постсоветского пространства вопрос дифференциации уголовной ответственности, в том числе и за злоупотребление должностными полномочиями решается в традиционном ключе. Прежде всего, в качестве квалифицирующего признака называется такой как «повлекшее тяжкие последствия» (ч. 2 ст. 318 и ч. 2 ст. 319 УК Латвии; ч. 2 ст. 364 УК Украины; ч. 2 ст. 327 УК Молдовы). Помимо этого к основаниям усиления уголовной ответственности за злоупотребление должностными полномочиями отнесено совершение этого деяния с корыстной целью (ч. 2 ст. 318 и ч. 2 ст. 319 УК Латвии; ч. 2 ст. 228 УК Литвы).