В сказках 1700 г. Савелея Сергеева сына Остафьева и Ивана Левонова сына Остафьева мы обнаруживаем примерно аналогичную информацию, представленную в разборной книге (РГАДА. Оп. 9 г. Столбцы Белгородского стола. Д. 1774. Л. 432, 548).
Анализ данных, представленных в выявленных источниках, дает нам возможность получить информацию о родственных связях служилых людей, поскольку указываются персональный состав семьи служилого человека (на тот момент только представителей мужского пола. - Д. А., Е. Г.), год начала службы, годность к службе, количество поместной земли.
Первая особенность, выявленная в ходе работы с данными источниками, заключается в том, что у многих служилых людей есть пасынки, представители других служилых фамилий, как, например, у Леона Ильина и Еремея Тимофеева Остафьевых.
Это говорит нам о том, что служилые люди, во-первых, участвуя в военных походах, отражая набеги на окраины Русского государства, часто погибали, это являлось частью их повседневности. Во-вторых, скорее всего, в служилой среде было долгом чести помочь родственникам своего соратника и взять на воспитание в свою семью мальчика погибшего товарища. При этом пасынки сохраняли свою фамилию, что также важно для генеалогического исследования.
Вторая особенность - это наличие в исследованных источниках информации о физических увечьях служилых людей, также отражающих экстремальную повседневность жизни на пограничных территориях и участие в военных действиях. Частое явление у служилых людей того времени - отсутствие руки или ноги либо невозможность владения правой или левой рукой, различные увечья от нанесенных ран и т. д.
В конце разборной книги также представлена информация о тех служилых людях, которые в силу «скудости» (так по тексту. - Д. А., Е. Г.) вынуждены были покинуть свои поместья, в лучшем случае - отправились на службу в другие окраинные города, в худшем - «сошли безвестно от скудости» или «оскудали и волочатся по миру, а дворы их пусты и землей никто не владеет». В некоторых случаях поместья оставались за родственниками и свойственниками, в других - земли и дворы просто подвергались запустению. Такие ситуации были характерной чертой того времени, поэтому многие служилые люди жили большими семьями, принимая разорившихся, безземельных родственников.
Следующий документ, изученный нами с целью выявления генеалогической информации об Астафьевых, - переписная книга 1710 г. по г. Чернавску и уезду (РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Д. 451).
В данном документе обнаруживаем по-прежнему Леона Ильина, которому согласно переписи 80 лет, т. е., согласно указанному возрасту, он рожден в 1630 г. Скорее всего, это не соответствует действительности, поскольку часто в те времена возраст определяли на глаз, а жизнь у служилого человека была такой сложной и тяжелой, что он мог и в возрасте 50-60 лет (преклонный возраст для тех лет. - Д. А., Е. Г.) выглядеть с точки зрения переписчика как древний старец (РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Д. 451. Л. 106 об.).
Относительно первой переписи 1710 г. известно, что в ней много погрешностей и неточностей, особенно это касается представителей старшего поколения. Поэтому для большей точности в определении года рождения в генеалогическом исследовании необходимо обращаться к документам разных лет, где может присутствовать информация о возрасте изучаемых людей. Большей точностью, безусловно, будут обладать источники, более ранние по хронологии, то есть те, в которых у исследуемого персонажа указан меньший возраст.
Самая точная и правдивая информация в переписи того времени касается новорожденных детей, где ошибиться или забыть информацию о возрасте практически невозможно. Что касается Левона Ильина, то наиболее ранний документ, в котором указан его возраст, датируется 1659 г.; в нем его отец Илья Юрьев отмечал, что у него сын Левон 20 лет (РГАДА. Ф. 210. Оп. 13. Столбцы Приказного стола. Д. 981. Л. 48). С учетом этого мы имеем разницу уже в 10 лет с информацией из переписи 1710 г. Кстати, такая же неточность и в записях, касающихся одного из сыновей Леона Ильина - Силы, про которого в 1700 году отмечено, что ему восемь лет, а в 1710 г. уже 30; скорее всего, ему в 1700 г. 18 лет.
Важное новшество переписи 1710 г. - в ней впервые появляются данные о представительницах женского пола (женах и дочерях служилых людей. - Д. А., Е. Г.). Таким образом, генеалогическое исследование становится более цельным и объемным, а мы также узнаем имена, которые носили женщины в начале XVIII в. Например, супругу Ивана Левонова звали Лукерья Яковлева, Силы Левонова - Просковья Трофимова, их дочерей - Марья, Акилина, Пелогея, Стефанида, Марфа (РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Д. 451. Л. 106 об.). В переписи присутствуют три семьи служилых людей Астафьевых - указанная выше семья Леона Ильина, а также Данилы Сергеева и Савы (Савелея) Сергеева, потомков Сергея Тимофеева сына Остафьева (РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Д. 451. Л. 107 об. - 108 об.).
Производные переписи 1710 г. по Чернавскому уезду - переписная книга г. Чернавска и уезда 1714 г. - содержат более точные данные (РГАДА. Ф. 350. Оп.1. Д. 453). Однако спустя 4 года данные о возрасте всех переписанных не изменились, лишь добавилась информация о родившихся и умерших в семье за прошедшее время. Например, нам стало известно, что Леон Ильин умер в 1713 г.
В обеих переписях выявлена новая информация о том, что Иван Левонов, служивший, как мы знаем, городовую службу, в 1709 г. был записан в драгуны (РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Д. 453. Л. 177 - 177 об.). Скорее всего, это было связано с шедшей в это время Северной войной 1700-1721 гг. и рекрутскими наборами солдат и драгунов. Драгуны - особый вид кавалерии, способной действовать как в конном, так и в пешем строю.
В ходе исследования нами были также изучены «Сказки служилых людей - солдат, стрельцов, казаков, пушкарей, рейтар, захребетников, подьячих, церковнослужителей г. Чернавска и уезда», датируемые 1719 г. (РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 4056). Опять же отметим проблему с возрастом, поскольку в ревизских сказках 1719 г. он сильно отличается от 1710 г. и 1714 г., что, пожалуй, подтверждает правило: чем старше изучаемый персонаж, тем сложнее говорить о точном определении его возраста.
Например, уже известный нам Иван Левонов сын Остафьев, которому в 1710 г., согласно переписи, 35 лет, в сказке 1719 г., по словам его сына Петра Иванова, уже 59 лет (РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 4056. Л. 285). Разница, несомненно, значительная. Причем самому Петру в 1710 г. 17 лет, а в 1719 г. он заявляет о 35 годах (РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 4056. Л. 285). Скорее всего, Иван Левонов родился в конце 1670-х гг. (примерно в 1676 г. - Д. А., Е. Г.), поскольку в документах по Чернавску 1684-1685 гг. отмечено, что Ивашке - сыну Леона Ильина - 8 лет (РГАДА. Ф. 210. Оп. 6. Книги Белгородского стола. Д. 130. Л. 1310).
Астафьевы в Тербунах были представлены тремя семьями, являвшимися потомками первых чернавских детей боярских Остафьевых: главы семей - Ларион Данилов, Агей Савельев и Петр Иванов (РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 4056. Л. 285, 290, 293). Для этих сказок характерно описание различных увечий служилых людей, в частности, отмечено, что Иван Левонов не владеет левой рукой, возможно, это последствия его военной службы.
Но, как и большинство других служилых фамилий, дети боярские городовой службы Астафьевы были переведены в середине XVIII в. в однодворческое сословие. Мы точно не знаем, в какой период Астафьевы перестали числиться служилыми людьми и стали однодворцами, по крайней мере, в материалах 3-й ревизии 1762 г. они записаны уже как однодворцы (РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 4060).
Род Астафьевых к тому времени уже значительно разросся. Они представляли несколько самостоятельных семей, причем в предыдущую ревизию часть из них жили совместно, а к настоящей ревизии создали собственные дворы. Материалы данной переписи подтверждают документально информацию о том, что однодворцы женились только на однодворках, причем в ревизии даже отмечалось, откуда была взята жена и у кого.
Например, у Тимофея Карпова сына Астафьева - жена Авдотья Иванова, дочь однодворца Ивана Гулевского из с. Тербуны Чернавского уезда; Ивана Карпова сына Астафьева - жена Пелагея Агафонова, дочь однодворца Агафона Мешкова из с. Вислая Поляна Землянского уезда; Антона Карпова сына Астафьева - жена Надежда Артемова, дочь однодворца Артема Золотухина с. Яковлева Чернавского уезда; Антона Михайлова сына Астафьева - жена Агафия Максимова, дочь однодворца Максима Иевлева с. Ломовец Елецкого уезда и т. д. (РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. д. 4060. Л. 789 об., 790, 791-791 об., 796).
Анализ представленных в ревизской сказке сведений о женах однодворцев с. Тербуны Чернавского уезда показал следующее: в основном они брали в жены однодворок из своего села и соседних сел Чернавского уезда (с. Запольный Тербунец, с. Новосильское, с. Красная Поляна, с. Яковлево, с. Бурдино, с. Солдатское, с. Борки), а также близлежащих населенных пунктов Землянского (с. Вислая Поляна, с. Ломовец, с. Малиновая Поляна, с. Старая Ольшанка, с. Голосновка), Елецкого (с. Афанасьево, с. Ламовец), Ливенского уездов (с. Воловое), г. Землянска.
В материалах данной ревизии встречается также интересная информация о том, что ряд однодворцев взяты в ландмилицию, в т. ч. один из представителей рода Астафьевых - Антон Карпов в 1746 г. Ландмилиция представляла собой особый вид поселенного войска, созданный по инициативе Петра I по шведскому образцу.
На пограничных территориях по инициативе властей создали т. н. Украинскую линию - комплекс оборонительных сооружений. Основная цель линии заключалась в защите южных границ России от набегов крымских татар и Османской империи. На Украинской линии несли службу ландмилиционеры, которые набирались из однодворцев. В общей сложности было сформировано 20 полков, входивших в состав Украинской ланд- милиции. Особенностью ландмилиции стало то, что ее полки использовались только в связи с появлением опасности в виде нападений крымских татар, а зимой они распускались домой.
Отметим, что полки Украинской линии не только выполняли защитную функцию и несли пограничную службу, но и участвовали в военных походах: войне за польское наследство 1733-1735 гг.; Русско-турецкой войне 1735-1739 гг.; Русско-шведской войне 1741-1743 гг. В 1736 г. ландмилицкие полки были преобразованы в Украинский ландмилицкий корпус. В 1762 г. Украинский ландмилицкий корпус стал называться Украинским корпусом, а в 1769 г. был окончательно расформирован.
Основные документы по ландмилиции хранятся в фондах Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА) и Центрального государственного исторического архива г. Киева (ЦГИАК). Отметим, что значительный объем документов и различных материалов представлен на сайте, посвященном Украинской линии (https:// www.ukrainianline.info. - Д. А., Е. Г.).
На данный момент нам не удалось выяснить место службы Антона Карпова. В процессе поисков выявлена информация об одном из представителей чернавцев Астафьевых - Сергее (отчество неизвестно - Д. А., Е. В.), служившем мушкетером в Елецком полку (вступил на службу в 1736 г. - Д. А., Е. Г.) (ЦГИАК. Ф. 1639.Оп. 1. Д. 5. Л. 105).
Чем интересны документы ландмилицких полков для генеалогических исследований? Тем, что, помимо общей информации о службе вашего предка, его участии в военных походах, состоянии здоровья, в некоторых из них вы можете найти описание его антропологических признаков: рост; цвет волос; цвет глаз; цвет лица; форма лица и др. Например, у вышеуказанного Сергея Астафьева «рост составлял 6 вершков (около 164,5 см. - Д. А., Е. Г.), цвет волос - русый, цвет глаз - серый, цвет лица - белый, форма лица - круглолик» (ЦГИАК. Ф. 1639.Оп. 1. Д. 5. Л. 105).
В ходе исследования служилых людей однодворцев Астафьевых в хронологических рамках XVIII в. нами была также проведена работа с материалами 4-й ревизии по Чернавскому уезду 1782 г., хранящейся в Государственном архиве Орловской области (ГАОО) (ГАОО. Ф. 760. Оп. 1. Д. 123). Сведения, представленные в ревизской сказке, позволили расширить информацию о генеалогии тербунских однодворцев Астафьевых в конце XVIII в. Для данной ревизии, как и предыдущей, характерно представление информации о прежнем месте жительства жен однодворцев, что важно и необходимо для широкого историко-генеалогического исследования однодворческих родов, являвшихся потомками служилых людей. Анализ данной информации в очередной раз показывает нам, что однодворцы по-прежнему сохраняли свою сословную замкнутость, заключая только внутри- сословные браки.
Отметим, что также в Государственном архиве Липецкой области (ГАЛО) представлены фонды, в которых отразилась информация о повседневной жизни однодворцев конца XVIII - начале XIX в. Например, в фонде Елецкого уездного суда Орловского губернского правления сохранились многочисленные дела о земельных и имущественных спорах однодворцев (с. Тербуны к этому времени стало относиться к Елецкому уезду. - Д. А., Е. Г.). В частности, по исследуемому нами роду в фонде представлено «Дело о спорной мельнице в селе Тербуны Елецкой округи между отставным из однодворцев капралом Я.Г. Володиным и Астафьевым Исаем с однодворцами Астафьевыми: Елисеем, Иваном, Кондратием и Фомой». Крайние даты данного дела: 1 июля 1799 г. - 8 апреля 1802 г. (ГАЛО. Ф. 84. Оп. 1. Д. 1055). Материалы данных дел представляют интерес как для изучения повседневных отношений однодворцев, так и для исследования их генеалогии.
Заключение
Итак, в рамках данной работы мы остановились на рассмотрении вопросов, связанных с историей и генеалогией потомков служилых людей, ставших однодворцами, на примере рода Астафьевых из Чернавского уезда. Политика Петра I привела к изменению в структуре и положении служилого сословия: одна часть его представителей перешла в дворянское сословие, другая стала однодворцами, а затем государственными крестьянами.