УДК 811.11-112
Перельгут Надежда Майеровна
Нижневартовский государственный университет
ОКУЛЕСИЧЕСКИЙ КОМПОНЕНТ АГРЕССИВНОГО НЕВЕРБАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ В МЕЖЛИЧНОСТНОЙ КОММУНИКАЦИИ (НА ПРИМЕРЕ РОМАНА ДЖ. СЭЛИНДЖЕРА «НАД ПРОПАСТЬЮ ВО РЖИ»)
Бартенева Валентина Васильевна
Подтверждая антропоцентрический характер современного языкознания, лингвистические исследования второй половины прошлого века и начала нынешнего столетия посвящены проблемам пограничного, междисциплинарного характера: взаимосвязи языка и культуры, языка и теории познания; изучению многогранного процесса человеческого общения, часть сторон которого традиционно находилась вне сферы лингвистики - в области психологии, социологии, физиологии. Возрождается интерес и к той стороне коммуникации, которая считалась «окололингвистической», - паралингвистике, в современной трактовке, именуемой «невербальное поведение», или «невербальная коммуникация», или шире - «невербальная семиотика». Свидетельство тому - появившееся в последние десятилетия множество работ как отечественных, так и зарубежных авторов [1-5; 6; 8; 11; 12; 18; 19; 23]. При этом объектами исследования служат различные компоненты невербального поведения, их функционирование в разных лингвокультурах, в том числе в сопоставительном плане.
Считается, что в межличностном общении слова способны передать лишь семь процентов информации [14, с. 272]. По мнению Г. В. Колшанского, несловесный аспект коммуникации представляет интерес для языкознания только в сочетании с вербальным. Экстралингвистические средства сопровождают речевое общение: способны элиминировать неоднозначность конкретного речевого акта, могут восполнить недостающую информативность вербального высказывания [7, с. 76].
В настоящее время проблемы неязыковой организации устной речи, равно как и языкового отражения невербального поведения считаются недостаточно изученными. До сих пор невербальное поведение не подвергалось системному описанию с социокоммуникативных позиций: оно, главным образом, изучалось психологами, социологами, антропологами. В связи с этим изучение способов воздействия невербальными средствами на участников общения и языковой репрезентации невербального поведения представляется весьма актуальным.
В рамках невербального коммуникативного поведения, исследователи выделяют следующие группы компонентов: паралингвистические, кинетические (которые включают в себя мимику, жестику и пантомимику), проксемические, гаптические и окулесические (пространственные, телесные и зрительные контакты общающихся соответственно) [8, с. 375; 22, р. 28]. Именно эти компоненты «сопряжены с изменением психических состояний человека, его отношений к партнеру, детерминированы разворачивающимся процессом общения» [9, с. 39]. Нередко говорят о синергии вербального и невербального компонентов общения [12], однако, если под синергией понимать совместное действие, содружество, или гармоничное взаимодействие [17, с. 414], то следует заметить, что невербальные средства не всегда находятся в гармонии со словесным содержанием, и даже могут противоречить им.
Среди невербальных средств особый интерес представляют функции и свойства глаз. Окулесика - наука о языке глаз и интерактивном глазном, или визуальном поведении людей [8, с. 374-411; 19, р. 32; 22, р. 28]. Глаза нередко метафорически называют зеркалом души, подразумевая, что в них отражаются истинные чувства и эмоциональные состояния человека. Американский философ и писатель XIX века Ральф В. Эмерсон в своей книге «The Conduct of Life» / «Человек и его поведение» писал: «When the eyes say one thing, and the tongue another, a practiced man relies on the language of the first» [21, р. 90]. / «Когда глаза говорят одно, а язык - другое, опытный человек больше полагается на глаза». Окулесическое поведение в ситуации общения является чрезвычайно информативным, при этом значимыми считаются внешние изменения глаз, возникающие в результате работы мышц, расположенных вокруг глаз, движение глаз (в том числе моргание, подмигивание), направление и длительность взгляда. Как источник определённой информации, связанной с глазами, рассматриваются слёзы, а также время зрительного контакта [8, c. 384-387; 20, р. 141-142; 22, р. 12-13].
Настоящая работа посвящена рассмотрению роли одного из компонентов невербальной коммуникации - зрительному контакту в ситуации недоброжелательного, агрессивного общения, поскольку в агрессивном коммуникативном акте несловесные явления несут особую смысловую нагрузку. Любое явление окружающей действительности находит отражение в языке, и агрессия в этом смысле не исключение: можно говорить как об агрессивном речевом поведении, так и невербальной агрессии как одной из его форм [18, р. 2].
Цель работы - на основе имеющихся классификаций выявить функции зрительных компонентов речевых актов, опираясь на вербальные и другие сопутствующие невербальные средства речевого общения, а также определить специфику невербального визуального поведения.
В лингвистической литературе выделяют следующие функции глаз в коммуникации: регулятивная (выражаемое глазами требование вербальным или невербальным способом отреагировать на переданное сообщение или же, наоборот, подавить взглядом предполагаемую реакцию); контролирующая (осуществление визуального мониторинга с целью проверки, воспринято и понято ли переданное сообщение); когнитивная (стремление передать информацию глазами) и эмотивная (выражение глазами и считывание испытываемых чувств) [8, с. 387; 22, р. 25]. С точки зрения взаимодействия с вербальным компонентом различают невербальные средства, не зависимые от содержания речевого высказывания (speech-independent), и тесно связанные с ним (speech-related) [22, р. 12].
На основе упомянутых функций в работе предпринята попытка определить основные смыслы, выражаемые глазами в агрессивном коммуникативном акте на материале романа Джерома Дэвида Сэлинджера «Над пропастью во ржи» [15] и его перевода [16]. Анализ практического материала свидетельствует, что эти функции нередко сочетаются между собой, чаще - с эмоциями. Кроме того, представляется, что когнитивная функция связана не только с передачей, но и запросом информации с помощью зрительного контакта. Приведём фрагменты текстов, иллюстрирующие вышесказанное.
1. Так, примером регулятивной роли визуального контакта может служить следующая ситуация общения:
“Well, you know the ducks that swim around in it? In the springtime and all? Do you happen to know where they go in the wintertime, by any chance?” / Видели, там утки плавают? Весной и летом. Вы случайно не знаете, куда они деваются зимой?
“Where who goes?” / Кто девается?
“The ducks. Do you know, by any chance? I mean does somebody come around in a truck or something and take them away, or do they fly away by themselves go south or something?” / Да утки! Может, вы случайно знаете? Может, кто-нибудь подъезжает на грузовике и увозит их или они сами улетают куда-нибудь на юг?
Old Horwitz turned all the way around and looked at me [15, с. 70]. / Тут Горвиц обернулся и посмотрел на меня [16, с. 85].
В приведённом отрывке главный герой по дороге в ночной клуб пытается завязать разговор с водителем такси, Горвицем, поинтересовавшись, куда зимой девают уток из пруда в Центральном парке. После демонстрации внимания со стороны таксиста и видимости готовности к общению следует реакция с отрицательно окрашенной лексикой: “How the hell should I know?” he said. “How the hell should I know a stupid thing like that?” [15, с. 98]. / Почем я знаю, черт возьми! - говорит. - За каким чертом мне знать всякие глупости? [16, с. 85].
В данном случае словесное сопровождение противоречит зрительному поведению персонажа: свидетельствует об отсутствии у него намерения продолжать разговор, иными словами, о закрытии «канала связи» (термин Дж. Холла [22, р. 21]). Главный герой в связи с этим решает больше не заговаривать с водителем, видя раздражение собеседника.
Следует заметить, что отсутствие конгруэнтности в поведении или состоянии человека, в котором его невербальные сигналы и вербальные высказывания не соответствуют друг другу, характерно для ситуаций недоброжелательного общения.
2. Эмотивно-контролирующая функция - подавление собеседника и управление процессом коммуникации - может быть проиллюстрирована следующим примером:
She came over to me, with this funny look on her face, like as if she didn't believe me [15, с. 117]. / Она подошла ко мне и так странно посмотрела, будто не верила [16, с. 101].
Далее партнер по коммуникации задаёт целый ряд вопросов, заняв лидирующую позицию в ведении беседы, но не с целью получить информацию, а с тем, чтобы поддерживать разговор и добиться, в конечном итоге, нужного ей поведения от собеседника: “What'sa matter?”; “Yeah? Where?”; “Yeah? Where the hell's that?” [15, с. 117]. / А в чем дело?; Ну? А что тебе резали?; Да? А где же это такое [16, с. 101]?
3. Установление визуального контакта с целью получения информации, то есть его эмотивно-когнитивная роль, характерно для приводимого ниже отрывка:
She looked at me like I was a madman. / Она посмотрела на меня, как на сумасшедшего.
“What the heck ya wanna talk about?” she said. / О чем тут разговаривать? - спрашивает.
“I don't know. Nothing special. I just thought perhaps you might care to chat for a while” [15, с. 115]. / Не знаю. Просто так. Я думал - может быть, вам хочется поболтать [16, с. 99].
Удивлённо вопрошающий взгляд в данном случае подкреплён соответствующим ситуации вербальным высказыванием - вопросом с целью выяснить предмет разговора (What the heck ya wanna talk about?). Однако лексема “heck” - эвфемизм слова `hell' [24] со значением «чёрт», «к чёрту», «какого чёрта», «чёрт побери» [13], используемого для выражения недовольства, удивления, свидетельствует о раздражении говорящего, по сути имплицирующего нежелание общаться (в переводе этот элемент опущен и компенсируется синтаксической структурой с местоимением «тут» - прим. авторов - В. Б., Н. П.).
4. Посредством контакта глаз можно не только передавать или считывать информацию, но также устанавливать ассиметричные отношения, а именно власти и подчинения. В беседе между человеком властвующим и человеком подчиняющимся будет значительное различие в характеристиках взгляда. Зрительный контакт может служить индикатором социально-ролевых статусов коммуникантов. Исследователи отмечают, что участник коммуникативного акта, имеющий или стремящийся установить доминирующую позицию, смотрит прямо и уверенно в глаза собеседнику, фиксируя свой взгляд на адресате. Статусное превосходство может выражаться в инициировании зрительного контакта [9, с. 5; 23, р. 368].
Примером, иллюстрирующим окулесическое поведение в отношениях неравенства, может служить ситуация из романа, в которой учитель беседует с учеником, провалившим экзамен. Когнитивный сценарий, типичный для условий реализации ассиметричных статусных ролей, выражается вербальными и невербальными средствами, в том числе с помощью взгляда:
He put my goddam paper down then and looked at me like he'd just beaten hell out of me in ping-pong or something [15, с. 14]. / Тут он положил мою проклятую тетрадку и посмотрел на меня так, будто сделал мне сухую в пинг-понг [16, с. 13].
Отчитывая неуспевающего в учебе главного героя, учитель Спенсер демонстрирует свое господствующее положение «победителя» посредством взгляда, который дополняется другими невербальными компонентами: паралингвистическими - «ядовитым голосом» учитель вслух читает его письменную работу, что молодому человеку кажется унизительным, а также кинесикой - Спенсер роняет тетрадь, невольно вынуждая Холдена наклоняться, чтобы её поднять. Всё это вводит молодого человека в состояние дискомфорта, заставляет испытывать на себе превосходство пожилого учителя.
5. Окулесическое поведение может служить средством исключительно для выражения чувств, эмоционального состояния, таких как страх, гнев, презрение, угроза, удивление, например:
“Aren't you gonna ride, too?” she asked me. She was looking at me sort of funny. You could tell she wasn't too sore at me any more [15, с. 250]. / А ты будешь кататься? - спросила она и посмотрела на меня как-то чудно.
Видно было, что она уже совсем не сердится [16, с. 222].
В данном случае взгляд младшей сестры главного героя Фиби свидетельствует о том, что поведение брата кажется ей необычным: довольно неожиданным выглядит переход от конфликта к желанию доставить ей удовольствие, посетив с ней зоопарк, позволив покататься на карусели. По глазам сестры герой понимает, что она его простила и больше не держит обиду. визуальный окулесический знак вербальный
Для верификации взглядов как каналов передачи эмоциональных сообщений имеют значение не столько их статистические параметры, сколько их изменение, что дает возможность вести речь о невербальном общении [10, c. 210]. Эмпирический материал свидетельствует, что в агрессивном невербальном поведении окулесические знаки выражают разнообразные эмоции. По выражению глаз можно вполне достоверно считывать и декодировать информацию о чувствах и состоянии собеседников. В этом помогают средства описания взгляда в виде ремарок, содержащих различные глагольные словосочетания, например: …took a last look down the goddam corridor [15, с. 61] / …на прощание посмотрел на этот наш коридор [16, с. 55]; but I couldn't keep my goddam eyes open, and I fell asleep [15, с. 234] / но я мог бы спать хоть стоя и глазом бы не моргнул [16, с. 202]; …she gave me this terrifically dirty look [15, с. 117] / …вдруг покосилась на меня - а глаза злющиепрезлющие [16, с. 101]; watching me out of the corner of her crazy eye to see where I was going and all [15, с. 248] / сама косится сердитым глазом, смотрит, куда я иду [16, с. 220]; gave … this very cold stare, like he'd insulted the hell out of me [15, с. 82] / …посмотрел на него ледяным взглядом, как будто он меня смертельно оскорбил [16, с. 73]; gave <…> this very cool glance [15, с. 82] / окинул их равнодушным взором [16, с. 73].