Статья: Оценка устойчивости российской сберегательной системы

Для определения границ доверительного интервала воспользуемся возможностями MS Ехсе1 -- процедурой «Описательная статистика». На рис. 1 приведены данные об относительных и накопленных частотах величины валовых сбережений за период 2001-2018 гг.

Полученные данные свидетельствуют о том, что в течение рассматриваемого периода наиболее часто встречались показатели валовых сбережений, близкие к 3981 млрд руб. Для уточнения результата определим границы 95%-ного доверительного интервала для среднего значения и для нахождения «выскакивающей» варианты по всей выборке значений валовых сбережений. Уровень надежности результата равен половине доверительного интервала для средней арифметической всей генеральной совокупности. Используя возможности Excel, определим среднее значение величины валовых сбережений для периода 2001-2018 гг. и границы доверительного интервала. Среднее значение составляет 10 693,87 млрд руб., т.е. с вероятностью 0,95 среднее арифметическое для генеральной совокупности находится в интервале 10 693,87 ± 3546,80 млрд руб.

Рис. 2 / Fig. 2. Относительные и накопленные частоты величины чистых сбережений в Российской Федерации за период 2001-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of net savings in the Russian Federation for the period 2001-2018

Источник/Source: Федеральная служба государственной статистики. Национальные счета. Консолидированные счета / Federal state statistics service. National accounts. Consolidated account; Федеральная служба государственной статистики. Инвестиции в России / Federal State Statistics Service. Investment in Russia величин). В этом случае варианта, попадающая в интервал 7147,06-14 240,67 млрд руб., считается принадлежащей данной совокупности с вероятностью 0,95. Выходящая за эти границы может быть отброшена с уровнем значимости 0,05. Таким образом, пределы изменения величины валовых сбережений в рассматриваемый период составляют от 7147,06 до 14 240,67 млрд руб. Сопоставив полученные результаты, приходим к выводу, что величина 3981 млрд руб. находится за пределами 95%-ного доверительного интервала для среднего значения, поэтому оптимальный параметр следует искать как среднее арифметическое следующих величин валовых сбережений: 9221, 13 151, 17 081 и 23 631 млрд руб., что составляет 15 443,5 млрд руб.

С учетом изменения экономической ситуации в стране целесообразно сузить период анализа до 2008-2018 гг. В этом случае среднее значение составляет 15 827,72 млрд руб., т.е. с вероятностью 0,95 среднее арифметическое для генеральной совокупности находится в интервале 15 827,72 ± 3642,02 млрд руб. Следовательно, безопасным для экономики страны можно считать изменение величины валовых сбережений в пределах от 12 185,70 до 18469,74 млрд руб.

Данные об относительных и накопленных частотах чистых сбережений за период 2001-2018 гг. (рис. 2) позволяют определить безопасные пределы изменения величины чистых накоплений, которые составляют: 8665,79-12 577,17 млрд руб.

Для прогнозирования тенденций изменения ресурсного потенциала экономического роста в стране целесообразно определить безопасные границы изменения темпов роста валовых и чистых сбережений. Для этого используем рассмотренную выше методику.

Динамика относительной и накопленной частоты темпов роста валовых и чистых сбережений за период 1999-2018 гг. свидетельствует о том, что в анализируемом временном интервале наиболее часто встречалась величина темпов роста валовых сбережений -- 135,4% (рис. 3).

Рис. 3 / Fig. 3. Относительные и накопленные частоты темпов роста валовых сбережений в Российской Федерации за период 1999-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of gross savings growth rates in the Russian Federation for the period 1999-2018

Источник/Source: Федеральная служба государственной статистики. Национальные счета. Консолидированные счета. Счет использования располагаемого дохода / Federal State Statistics Service. National accounts. Consolidated account. Account for using disposable income

Среднее значение для параметра валовых сбережений составляет 126,56%., т.е. с вероятностью 0,95 среднее арифметическое для генеральной совокупности находится в интервале 126,56 ± 10,82%. Таким образом оптимальным для анализируемого периода является темп роста валовых сбережений на уровне 135,40% в год. Для темпов роста чистых сбережений с вероятностью 0,95 среднее арифметическое для генеральной совокупности находится в границах 130,62 ± 16,17%. Следовательно, оптимальными можно считать темпы роста чистых сбережений -- 115,50 и 130,50% (рис. 4).

Рис. 4 / Fig. 4. Относительные и накопленные частоты темпов роста чистых сбережений в Российской Федерации за период 1999-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of net savings growth rates in the Russian Federation for the period 1999-2018

Рис. 5/Fig. 5. Относительные и накопленные частоты темпов роста валовых инвестиций в основной капитал в Российской Федерации и за период 1999-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of growth rates of gross fixed investment in the Russian Federation and for the period 1999-2018

Рис. 6. / Fig. 6. Относительные и накопленные частоты темпов роста чистых инвестиций в ОК за период 1999-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of growth rates of net fixed investment for the period 1999-2018

С целью создания условий для экономического роста важно не только поддержание на определенном уровне темпов роста валовых и чистых сбережений, но и их производительное использование на цели инвестирования. В этой связи интерес представляет выявление взаимосвязи между сбережениями, инвестициями и ВВП -- результирующим показателем экономического роста.

Полученные данные об относительных и накопленных частотах исследуемых величин позволили определить такие их параметры, которые наиболее часто встречались в анализируемом периоде: для валовых инвестиций в основной капитал (ОК), это -- темпы роста -- 110,00, 118,00 и 134,00%, для чистых инвестиций в ОК -- 115,38, 128,38 и 154,38% (рис. 5, 6).

На этой основе, с использованием возможностей Excel, найдем средние и оптимальные значения темпов роста исследуемых параметров, а также границы доверительных интервалов для них. Так, среднее значение величины темпов роста валовых инвестиций в основной капитал (ОК) за период составило 123,46%, интервал среднего арифметического для генеральной совокупности по данным показателям -- 123,46 ± 6,33%, а оптимальная величина темпа роста инвестиций в ОК -- 118%. Для темпов роста чистых инвестиций в ОК искомые параметры составили: среднее значение -- 125,03%, интервал изменения -- 125,03 ± 12,00%, оптимальное значение -- 128,38% в год.

Среди темпов роста ВВП -- результирующего показателя макроэкономической динамики, наиболее часто встречающаяся величина за рассматриваемый период -- темп роста на уровне 124,10% (рис. 7). Согласно расчетам среднее значение показателя составило 112,52%, пределы изменения -- 100,21-124,82% (112,52 ± 12,31%), а оптимальное значение -- 124,10%.

Рис. 7/ Fig. 7. Относительные и накопленные частоты темпов роста ВВП в течение 1999-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of GDP growth rates during 1999-2018

Особый интерес, на наш взгляд, представляет динамика объема потребления в экономике, поскольку определяет тенденции совокупного спроса и текущих сбережений. Данные рис. 8 свидетельствуют о том, что за период 1999-2018 гг. наиболее часто встречались темпы роста потребления -- 114,00 и 123,00% при среднем значении -- 127,97% (рис. 8).

Исходя из средней для генеральной совокупности, находящейся в интервале 127,97 ± 9,52%, безопасные пределы изменения величины темпов роста потребления составили 118,450-137,49%. Это дает оптимальный уровень темпа роста потребления за период -- 123,00%.

Согласно полученным результатам в рассматриваемом временном периоде пределы изменения темпов роста валовых и чистых сбережений, а именно, темпы роста валовых сбережений 115,75-137,28%, темпы роста чистых сбережений 114,45-146,78%, обеспечивали:

1) темпы роста валовых инвестиций в основной капитал -- 117,13-129,79%;

2) темпы чистых инвестиций в основной капитал -- 113,03-137,03%;

3) темпы роста потребления -- 118,45-137,49%;

4) темпы роста ВВП -- 100,21-124,82% (показатели номинальные).

Эти параметры можно рассматривать как границы устойчивости национальной сберегательной системы на данном этапе развития (см. таблицу), поскольку они получены на основе выборки положительных величин, т.е. тех, которые обеспечивали позитивную динамику сберегательной системы, и, соответственно, ее устойчивость.

Выявленные зависимости позволяют определить процент изменения ВВП в результате прироста валовых сбережений: при изменении величины валовых сбережений на 1% прирост ВВП составляет 1,143%. Таким образом, закладывая определенные темпы роста ВВП в качестве приоритета экономической стратегии, можно определять целевые ориентиры по параметру национальных сбережений и обосновывать направления институциональных преобразований для обеспечения устойчивости сберегательной системы.

Рис. 8 / Fig. 8. Относительные и накопленные частоты темпов роста потребления за период 1999-2018 гг. / Relative and cumulative frequencies of consumption growth rates for the period 1999-2018

финансовый экономический сберегательный система

Таблица / Table

Параметры (номинальные показатели), определяющие границы устойчивости российской сберегательной системы

Обзор зарубежной и отечественной научной литературы по вопросам функционирования национальных сберегательных систем, оптимальности функционирования сберегательных институтов, поведения участников сберегательного процесса, индикаторов и факторов обеспечения устойчивости сберегательных систем, подходов к оценке их устойчивости показал, что, несмотря на наличие определенного количества исследований сбережений на микроуровне, нерешенным остается широкий круг вопросов. К их числу относится и вопрос об оценке устойчивости национальных сберегательных систем. Попытка найти «работающие» опорные исследования для разработки методики оценки устойчивости российской сберегательной системы не увенчались спехом.

Особенности предлагаемой методики оценки устойчивости российской сберегательной системы состоят в следующем: 1) впервые анализ результатов ее функционирования произведен на основе оценки динамики валовых и чистых сбережений с использованием параметров относительной и накопленной частоты; 2) лишь позитивные результаты функционирования сберегательной системы (увеличение темпов роста показателей) учтены в качестве параметров, обеспечивающих ее устойчивость; 3) границы устойчивости российской сберегательной системы определены на базе взаимосвязи и взаимозависимости с результатами функционирования реального сектора экономики -- валовыми и чистыми инвестициями в основной капитал и ВВП -- результирующим показателем экономического роста. Расчет параметров, определяющих границы устойчивости российской сберегательной системы, свидетельствует о том, что тесная взаимосвязь между темпами роста сбережений, инвестиций и ВВП в российской экономике обеспечивает устойчивость национальной сберегательной системы, что требует разработки эффективного механизма трансформации сбережений в инвестиции, совершенствования институциональной структуры сберегательной системы, создания соответствующей системы стимулов и гарантий для субъектов сберегательных отношений.

Перспективы дальнейшего исследования обозначенных проблем видятся в выявлении циклических лагов взаимного влияния валовых и чистых сбережений и инвестиций, потребления и ВВП в российской экономике, разработке инструментария экономической политики с учетом малых и средних циклов инвестиций и сбережений.

Список источников

1. Fernandez-Olit B., Martin Martin J. M., Porras Gonzalez, E. Systematized literature review on financial inclusion and exclusion in developed countries. International Journal of Bank Marketing. 2019;38(3):600-626.

2. Дворецкая А. Е. Устойчивое развитие: роль финансово-банковской сферы на глобальном и национальном уровнях. Банковские услуги. 2018;(1):2--11.

3. Demirgu-Kunt A., Klapper L., Singer D., Ansar S., Hess J. The global findex database 2017: Measuring financial inclusion and the fintech revolution. Washington, DC: The World Bank; 2018. 131 p.

4. Allen F., Gu X. The interplay between regulations and financial stability. Journal of Financial Services Research. 2018;53(2-3):233-248.

5. Cheng G., Mevis D. What happened to profitability? Shocks, challenges and perspectives for euro area banks. The European Journal of Finance. 2019;25(1):54-78. DOI: 10.1080/1351847X. 2018. 1470994

6. Gould D. M., Melecky M. Risks and returns: Managing financial trade-offs for inclusive growth in Europe and Central Asia. Washington, DC: The World Bank; 2017. 295 p. bitstream/handle/10986/25494/9781464809675.pdf?sequence=7&isAllowed=y

7. Cihak М., Mare D. S., Melecky M. The nexus of financial inclusion and financial stability: A study of tradeoffs and synergies. The World Bank Policy Research Working Paper. 2016;(7722).

8. Schoenmaker D. From risk to opportunity: A framework for sustainable finance. Rotterdam: Rotterdam School of Management, Erasmus University; 2017. 70 p. (RSM Series on Positive Change. Vol. 2). Литвин В. В. Национальная сберегательная система: методология исследования, закономерности и перспективы развития. М.: Русайнс; 2019. 256 с.