Собственность как отношение реализуется в действиях владения, использования и распоря-жения. Это значит, что собственность регламентирует процессы обмена и взаимодействия людей в конкретно-историческом социуме, определяет все процедуры и правила перехода любых объектов собственности из рук в руки, от субъекта к субъекту. Если при этом уточнить, что «любой» понима-ется буквально, что объектом собственности является и информация, и личное время, и способно-сти, и тело, и продукты материальной и духовной деятельности, и эмоции, и здоровье, и социаль-ный статус, то отношение собственности предстает в качестве действительно универсального об-щественного отношения. Это отношение пронизывает все общественное бытие, на нем основыва-ются практически все взаимодействия людей, все прочие общественные отношения. Ещё Гегель указал, что «собственность есть наличное бытие личности» (Гегель, с. 108).
Важнейшим обстоятельством при этом является то, что собственность как отношение определяет в принципе саму возможность обменов в обществе: обмены возможны только между собственника-ми, субъектами собственности. «Для действительности и полноты бытия недостаточно «себя», а необходимо иметь «своё» (В.С. Соловьёв, с. 430). Следовательно, собственность есть основа бытия общества, а значит, и культуры. «Неотъемлемое основание собственности... заключается в самом существе человеческой личности» (В.С. Соловьёв, с. 429).
Конкретно-историческая форма собственности регулирует обмены, опреде-ляет их процедуру. И самое главное -- она задает правила и процедуры ПРИСВОЕНИЯ и ОТЧУ-ЖДЕНИЯ. Ведь обмены включают в себя на уровне реального бытия, в пространстве конкретного социального познания, по меньшей мере, два взаимно противоположных действия: отчуждение и присвоение. В идеальном случае эти действия симметричны и адекватны, равноценны.
Иначе говоря, отчуждение есть не менее важный, чем присвоение, компонент обмена -- основы элементарного общественного отношения «собственность». Отчуждение имманентно социуму и индивиду, любому субъекту в обществе и всей системе общественных отношений. И не проклинать его надо, как это делали большевики, мечтая об уничтожении отчуждения и видя главное средство для этого в преодолении частной собственности, а наоборот, надо понимать его великое значение и фундаментальную роль в бытии, в функционировании социума, учиться использовать это знание для рационализации деятельности.
Отношения владения, использования и распоряжения тоже связаны друг с другом, но доста-точно специфически. Можно, кажется, полагать, что это -- связь основания и обоснованного. Именно: владение есть основа использования, использование же, в свою очередь, является основой распоряжения. Можно также интерпретировать их как отношения причины и следствия. Но, по-видимому, наиболее адекватны отношения основания и обоснованного.
Отсюда следует, что именно возможность распоряжаться есть конечное, наиболее полное выражение собст-венности. Иначе говоря, кто распоряжается, тот фактически и является реальным собственником, подлин-ным субъектом собственности как отношения.
Значит, сама природа, специфика культуры в ее действительности органически включает в себя управление как специфическое отношение и взаимодействие: важнейшей функцией культуры, как известно, является регулирование взаимодействий в обществе, социальных и иных отношений, нормирование, ограничение, стандартизация и т. п. самой деятельности, поступков людей, включая классическую деятельность управления.
Управление -- это общенаучное понятие, за которым стоит в качестве денотата (обозначаемого) универсальное общесистемное отношение. Отношение управления выражает одно из универсаль-ных свойств, присущих всему материальному миру, в том числе и обществу. Впервые на это указал ещё Н. Винер: «Сообщение и управление точно так же связаны с самой сущностью человеческого существования, как и с жизнью человека в обществе...» ( Винер Н., с. 31). Я полагаю, как и мно-гие другие авторы (Абрамова Н. Т., Дмитриева М. С., Кремянский В. И., Петрушенко Л. А. и др.), что управление как наиболее общее свойство систем проявляется в реальном мире, и в особенности в обществе, через регулирование, в том числе и социальное, включая саморегуляцию. Высшим, конечным результатом управления является сам человек (Дмитриева М. С., с. 149). Сегодня очевид-но, что функцией культуры является регулирование, упорядочивание, нормирование отношений не только между людьми, но и между обществом и природой. По-видимому, именно это и есть глав-ный вклад культуры в самосохранение общества: организация, упорядочивание, структурирова-ние, регуляция всех отношений и взаимодействий. Таким образом, управление в обществе, в действительности общественных и социальных отношений, в реаль-ной культуре, самым тесным образом связано с собственностью.
Это значит, что собственность как отношение, реализуясь через владение, использование и распоряжение, органически связана с властью. Собственник, являясь субъектом отношения соб-ственности, всегда властвует над объектом, над его функционированием и бытием. Собствен-ность, иначе говоря, является одной из ипостасей власти вообще.
Власть при этом понимается прежде всего как специфическое социальное отношение, как возмож-ность и право управлять: распоряжаться, принимать решения и осуществлять их. Можно согласиться с утверждением, что власть -- это «способность субъекта обеспечить подчинение объекта в соответствии со своими намерениями», «необходимое условие управления, его основная и движущая сила» (Ледяев В.Г., с. 106, 103). Власть связывается главным образом с управлением людьми. Говорится также, что существует власть и над вещами, природой, любыми объектами собственности, начиная с собственной жизни, времени, сил. Ряд авторов считает такие отношения не властью, а возможностью влияния.
Главное на-значение, собственно говоря, причина возникновения современных форм власти в западных, да и не только в западных, обществах и ее содержание -- это управление перераспределением всякого рода благ, то есть в значительной мере отчуждением этих благ у одних членов общества (например, через различные административно, властно устанавливаемые сборы, налоги и т.п.) и присвоением их другими.
Именно это -- управление отчуждением и присвоением -- есть глубинная, конечная, сущностная сердцевина власти. Власть должна устанавливать принципы, правила обмена как отчуждения и присвоения, контролировать и обеспечивать их выполнение, то есть обеспечивать функционирова-ние принятых в данном обществе, в данной культуре форм собственности.
Иначе говоря, правила отчуждения и присвоения оформляют собственность в конкретно-исторических условиях. Отчуждение, таким образом, есть одна из главных целей и результатов власти.
Значит, собственность есть социальная форма управления вообще, или, иначе, управление как универсальное общесистемное отношение реализуется в социуме через собственность.
Способность осуществлять отчуждение, и, прежде всего, на материальном уровне, придаёт власт-ным структурам в обществе черты собственников. Иначе говоря, в духовном пространстве (психологически), на идеальном уровне, субъекты власти из-за того, что они реально распоряжаются самыми различными объектами, направляя их отчуждение и присвоение, ощущают себя собственниками. Ведь они ре-ально владеют средствами отчуждения в форме налогов, пошлин, конфискационных и штрафных санкций, устанавливают правила и процедуры продаж, аукционов, рыночного обмена (торговли), распоряжаются временем подчиненных, жизнью и временем осужденных судом и т. п., то есть действуют как субъекты собственности. И все это существует как проявления, неотъемлемые черты культуры конкретного общества.
Таким образом, управление, собственность и культура оказываются связанными друг с другом на сущностном уровне, что позволяет признать за понятиями «управление» и «собственность» статус важнейших, основополагающих категорий культуры.