Между тем, по А. С. Карпенко, философия логики не ограничивается проблемами философии математики: её интересуют теория истины, «теория пропозициональной формы как высказывания о некоторых положениях дел (вещей) в мире, учение о семантических категориях, теория референции и предикации, идентификация объектов, проблема существования, учение о пресуппозициях, отношение между аналитическими и синтетическими суждениями, проблема научного закона, информативность логических законов, онтологические допущения в логике и многое другое. К философии логики относятся и такие вопросы, казалось бы чисто логические, как сущность и общая природа отношения следования, или логической выводимости между любыми высказываниями или множествами высказываний, смысл логических связок, значение фундаментальных теорем, полученных в символической логике, и в связи с этим тщательным анализом таких понятий, как вычислимость, разрешимость, доказуемость и так далее» [2, а 1085]. Итак, как можно видеть, область интересов философии логики очень широка. Однако следует помнить, что сама философия интересуется исследованием области, ничем и никем не ограниченной: она может задавать любые аспекты рассмотрения логики и всего того, что с ней связано, начиная с метафизических вопросов и заканчивая аксиологическими. Здесь всё зависит только от границ воображения исследователя логики.
А.С. Карпенко сообщает, что «философская логика изначально называлась модальной логикой, то есть выступала как логический анализ философских понятий «возможность» и «необходимость»» [2, а 1085]. Затем в круг интересов философской логики попали и другие виды модальностей: «временные, модально-временные (не механическое соединение, а синтез модальных и временных операторов) физические и причинные, деонтические, эпистемические и другие» [2, а 1085]. В результате всё это привело к следующим тенденциям в современной философской логики: 1) «включение в её прерогативу всех, или почти всех, неклассических логик» [2, с. 1085]; 2) «математизация философской логики» [2, с. 1085], то есть включение в философскую логику алгебраической логики и принятие утверждения, что «нет больше законов мышления, отличных от законов алгебры» [2, с. 1085]; 3) разработка вопросов об основаниях математики: «Что есть логическое следование?» «Что есть логические понятия (операции)?» «Что есть логическая система?» [2, с. 1085].
С тенденций 1) в принципе можно согласиться: на смену классической логике (классические Булева алгебра, логика отношений, логика высказываний и логика предикатов) пришла неклассическая логика, которая на самом деле является философской. Однако две остальные тенденции заставляют задуматься.
Тенденция 2), по сути, ведёт к превращению философской логики в математическую дисциплину. И вообще в случае сохранения такой тенденции бессмысленно будет употреблять словосочетание «философская логика», - проще будет вернуться к употреблению словосочетания «математическая логика».
Тенденция 3) вообще-то возвращает к путанице между «философской логикой» и «философией логики», ведь проблемы логического следования, логических понятий и логической системы - это именно проблемы философии логики. Более того, в совокупности с тенденцией 2) тенденция 3) может привести к редукции философии логики к философии математики. В целом же это чревато полным растворением логики в математике. Если же это конечная цель современной логики, то здесь ничего плохого нет, - просто придётся констатировать тот факт, что логика перестала быть философской дисциплиной и стала математической дисциплиной, вот и всё.
Подытоживая сказанное у А. С. Карпенко, следует отметить, что тенденции развития современной философской логики таковы, что они не позволяют предложить критерий чёткого различения философской логики и философии логики, - по крайней мере, такой вывод следует из словарной статьи А. С. Карпенко «Философская логика».
Между тем можно обратиться к другим словарным определениям понятий «философская логика» и «философия логики». Так, у американского философа и логика Роя Т. Кука в «Словаре философской логики» можно прочитать следующее по поводу «философии логики»: «Философия логики - это философское исследование формальных систем как моделей отношения следования» [3, р. 221]. Приведённое определение показывает, как узко можно мыслить философию логики: Р. Т. Кук в принципе мог бы просто ограничиться представлением философии логики как философского исследования формальных систем, - в таком случае он бы в какой-то мере вышел к пониманию философии логики в стиле А. С. Карпенко, только в более удачном определении. Тем не менее, Р. Т. Кук ограничил сами формальные системы их концептуализацией через модели отношения следования. Может сложиться такое впечатление, что логика как таковая представляет собой только формальные системы как модели отношения следования, то есть как модели отношений, которые имеют место между посылками и выводом в правильном рассуждении (valid argument) [3, р. 62]. Однако сам же Р. Т. Кук определяет «логику» как «систематическое исследование рассуждений (the study of arguments)» [3, p. 174], поэтому, само это исследование может включать в себя исследования отношений следования и их формальных моделей. Если сравнивать взгляд А. С. Карпенко на философию логики и взгляд Р. Т. Кука на философию логики, то взгляд первого окажется в более выигрышной ситуации, чем взгляд второго, так как взгляд первого охватывает больший диапазон философских проблем логики.
У того же Р. Т. Кука можно найти и определение «философской логики»: «Философская логика предполагает использование формальных систем как инструмента решения, или способствующего решению, философских проблем (которые могут, а могут и не предполагать доказательство или рассуждение)» [3, р. 221]. В этом определении философская логика представлена как такая логика, которая используется для решения философских проблем. Другими словами: философская логика - это объект-ориентированная логика, которую можно назвать «логикой философии», объектом исследования которой являются философские проблемы или - шире - философия. Приведённое определение даёт понять, что существует определённая логика, которая используется для решения философских проблем. Что это за логика, не сообщается, - можно только догадываться.
Самой простой догадкой здесь может быть следующее: так как первой философской логикой была модальная логика, которая была расширением классической логики, можно предположить, что именно классическая логика используется для решения философских проблем. Если эта догадка верна, то сам собой напрашивается вопрос об изначальном предназначении классической логики. На мой взгляд, ответ на этот вопрос можно найти у американского логика Джона П. Бёрджесса: «Философская логика в том смысле, в каком она здесь понимается, является частью логики, которая имеет дело с тем, что классическая логика оставляет в стороне или предположительно понимает неправильно. Классическая логика первоначально была создана с целью анализа математических рассуждений (mathematical arguments). У неё более широкий диапазон, чем у традиционной силлогистики, на место которой она пришла, но всё равно существуют темы, представляющие значительный философский интерес, которыми классическая логика пренебрегает, так как они не значимы для математики. В математике факты никогда не были и никогда не будут, как впрочем, и никогда не могли быть, чем-то другим, чем они есть. Соответственно, классическая логика, в общем, пренебрегает различиями между прошлым, настоящим и будущим или необходимым, действительным и возможным» [4, р. 1]. По сути, в представленном фрагменте Дж. П. Бёрджесс предлагает простое деление современной логики на два вида: классическую логику, которая имеет дело с математическими рассуждениями, и философскую логику, которая имеет дело с нематематическими рассуждениями. По своему предмету исследования классическая логика является математической логикой, а философская - нет. Предложенная дихотомия интересна в том смысле, что она показывает, что то, что не относится к математике, для логика, использующего классическую логику, представляется относящимся к философии, поэтому собственно и возникает необходимость в философской логике - в таком варианте классической логики или её альтернативы, который способен был бы иметь дело с философскими проблемами. Отчасти эту мою догадку подтверждает и Р. Т. Кук: «Хотя основной задачей логики является оценка реальных рассуждений в естественных языках, термин «логика» перерос в нечто большее. Причину такого расширения применения термина «логика» не трудно выделить. На протяжении последнего столетия были разработаны мощные математические инструменты для изучения структуры рассуждений, что привело к разработке области математической логики. Эти инструменты, однако, доказали свою полезность в областях, отличных от первоначальной, - в частности, в компьютерных науках и в вопросах оснований математики» [3, р. 174]. Подтверждение можно найти и в других источниках, например, у белорусского логика А. Н. Шумана: «В настоящее время господствующие позиции стала занимать другая форма логического знания, представленная математической логикой, то есть таким направлением формально-логических исследований, в рамках которых эксплицируются дедуктивные, модельные и другие свойства математических теорий. В результате философская логика стала активно математизироваться. Тем не менее её содержательный (метатеоретический) потенциал не утратил свою актуальность. Многие методы математической логики экстраполируются сейчас на область философской проблематики, возникли целые традиции аналитической философии - философии, имеющей своим предметом изучение возможностей подобной экстраполяции. Основные результаты в этом направлении были получены представителями главным образом двух традиций: во-первых, львовско-варшавской школой аналитической философии, во-вторых, логическим позитивизмом. Подходы, разработанные этими школами, до сих пор считаются наиболее удачными» [5, с. 5-6]. В общем, не удивительно, что у логиков возник соблазн использовать инструменты для разработки области математической логики в сферах, не имеющих прямого отношения к математике.
Подытоживая сказанное у Р. Т. Кука, следует отметить, что философия логики представляет собой такого рода исследование, объектом которого являются формальные системы как модели отношений следования, то есть как модели отношений между посылками и выводами в правильных рассуждениях, в то время когда философская логика выступает как использование формальных систем как инструмента решения философских проблем. Так, в отличие от А. С. Карпенко Р. Т. Кук оказывается в состоянии развести два понятия - «философия логики» и «философская логика», обозначив первое как то, что изучает логику, а второе - как то, с помощью чего решают философские проблемы. Тем самым получается, что различие между философией логики и философской логикой кроется в объекте исследования: в случае философии логики этот объект - логика, а в случае философской логики этот объект - философия.
Предложенные выше взгляды А. С. Карпенко и Р. Т. Кука на различие между философией логики и философской логикой основываются на практике самих философии логики и философской логики. Между тем можно попробовать дать философские основания для различения философии логики и философской логики без учёта реальной практики.
Для начала следует поставить вопрос о том, является ли логика философской дисциплиной или же научной дисциплиной. Так, в немецком справочном пособии по философии «Философия: dtv-Atlas» дают чётко понять, что логика является самостоятельным разделом (дисциплиной) философии, наряду с философской антропологией, этикой, эстетикой, метафизикой, онтологией, теорией познания, социальной философией и так далее [6, с. 13]. Между тем британский философ и логик Бертран Рассел в своё время заявил, что «математическая логика, даже в своей современной форме, не представляет непосредственной философской важности, кроме как в своих началах. После начал она принадлежит скорее математике, чем философии» [7, р. 50]. С этой позицией был солидарен Людвиг Витгенштейн: «Die formale Logik - ein Teil der Mathematik («Формальная логика - это часть математики»)» [Цит. по: 8, р. 24]. Таким образом, есть две точки зрения на логику: логика - это философская дисциплина и логика - это математическая дисциплина. Однако следует обратить внимание на тот момент, что так называемая «традиционная логика», восходящая ещё к Аристотелю, никак не может быть признана математической логикой, в то время как современная логика, начиная с Булевой алгебры, может. В таком случае простым решением может быть следующее: традиционную логику можно полагать философской дисциплиной, а современную логику (классическую и неклассическую логики) - математической дисциплиной. Тем самым под «философской логикой» можно будет понимать «логику как философскую дисциплину», а под «математической логикой» - «логику как математическую дисциплину».
От того, как понимается логика, будет зависеть то, как будет пониматься философия логики. Если логика рассматривается как математическая дисциплина (наука), то философия логики должна рассматриваться как раздел философии математики.
С логикой как философской дисциплиной всё намного сложнее. Дело в том, что если логика - это и есть философия, тогда необходимость в философии логики ставится под вопрос, ведь до конца не ясно, что же должна изучать философия логики. Так известно, что «предметом науки логики являются рассуждения, а сама она есть наука о рассуждениях. Задачей логики как науки является установление законов и правил, которым подчиняются рассуждения» [9, с. 7]. В таком случае из круга интересов философии логики выпадают рассуждения и всё то, что с ними связано, а это логические формы мысли (понятие, суждение, умозаключение, доказательство и опровержение), законы и правила рассуждения, отношения следования и тому подобное. В круг интересов философии логики не могут входить и вопросы об истинности и доказуемости, потому что эти вопросы не носят чисто логический характер, а относятся к познавательной проблематике вообще, то есть к области гносеологии, которая, помимо логики, может включать в себя эпистемологию (учение о научном познании) и методологию (учение о методе). Таким образом, получается, что бессмысленно говорить о философии логики.
И всё-таки, необходимо учитывать возможность одной «когнитивной лазейки». Сначала следует поставить вопрос: «Что такое логика?» Ответ возможен такой: логика - это наука о рассуждении. А теперь второй вопрос: «В рамках какой дисциплины был получен ответ на предыдущий вопрос?» Если это было сделано в рамках самой логики, то необходимость в философии логики полностью отбрасывается, - вопрос о философии логики должен быть закрыт окончательно и бесповоротно.
Но если ответ был получен не в рамках логики, то становится понятной необходимость в философии логики: сама логика не способна ответить на вопрос «Что такое логика?», а вот философия логики может этому поспособствовать. философия логика математизация философский
Другими словами: если принимается, что логика не может ответить на вопрос: «Может ли логика ответить на вопрос: «Что такое логика?»», то открывается ряд позиций, с которых можно хотя бы попытаться это сделать: философская, социологическая, психологическая, семиотическая (наверное, этот ряд может быть продолжен). Однако при этом следует помнить, что социология логики заинтересована в раскрытии социальной роли логики, психология логики - в раскрытии феномена логического мышления, а семиотика логики - в раскрытии функционирования логических систем как знаковых; только философия логики способна свести данные социологии логики, психологии логики, семиотики логики и самой логики воедино и вообще как бы приподняться над логикой с целью раскрытия сущности логики как таковой. Тогда и только тогда, когда ставится вопрос о прояснении того, что такое логика, можно говорить о философии логики.