Национальные меньшинства Китая на изломе эпох: цицикарские дауры в 1913-1945 гг.
Б. Д. Цыбенов
Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, г. Улан-Удэ
Ли Пин
Хулун-Буирский университет, г. Хайлар
Аннотация
цицикарский даур меньшинство
Изучается новейшая история цицикарских дауров - одной из четырех крупных этнотерриториальных даурских групп, проживающих в КНР. Анализируются отдельные аспекты исторического развития этой группы дауров в периоды правления Китайской Республики и Маньчжоу-Го. В частности, освещена деятельность органов власти уезда Лунцзян, где компактно проживали цицикарские дауры; выделены основные этапы реформирования административно-территориальной системы уезда. Авторами затронуты также вопросы этнической принадлежности дауров, восстание под руководством Шаолана и Дайфу (1914-1920 гг.). Особое внимание в работе уделено политике переселения различных народов (китайцев, дауров, японцев) в пределах уезда с начала XX в. до конца правления Маньчжоу-Го. Рассмотрена деятельность марионеточных властей в отношении цицикарских дауров, которая в целом характеризуется постепенным ужесточением режима. Такие меры правительства Маньчжоу-Го, как продналог, запрет на употребление риса, переселение японских семей, не могли не вызвать недовольства цицикарских дауров. В заключительной части статьи нашли освещение такие малоизученные вопросы, как создание цицикарскими даурами монгольской бригады самообороны осенью 1945 г., первые бои с гоминьдановцами и начало эвакуации частей и учреждений КПК из г. Цицикар.
Ключевые слова: цицикарские дауры, уезд Лунцзян, история, Китайская Республика, Маньчжоу-Го, переселение, КПК, Гоминьдан, монгольская бригада самообороны.
National Minorities of China in an Era of Change:
Qiqihar Daurs in 1913-1945
B. D. Tsybenov
Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies SB RAS, Ulan-Ude
Li Pin
Hulunbuir University, Hailaer
Abstract. The article examines the modem history of the Qiqihar Daurs, which is a large eth- no-territorial group of Daur people of China. The periods of rule of the Republic of China and Manchukuo were analyzed. The authors studied the activities of Longjiang County, where the Qiqihar Daurs lived compactly; revealed the main stages of reforming the administrative- territorial system of the county. They also examined the issues of the Daur ethnicity, the uprising by Shaolan and Daifu (1914-1920). The policy of resettlement of various peoples (Chinese, Daur, Japanese) was carried out in the county from the beginning of the 20th century to the end of the Manchukuo period. The Manchukuo government tightened its policies by the 40s of the 20th century. The Qiqihar Daurs were outraged by such measures as the food tax, the ban on the use of rice, the migration of Japanese families. Moreover, the article pays attention on actual problems such as the creation of the Mongolian self-defense brigade in 1945, the first battles with the Kuomintang and the evacuation of the CPC institutions from Qiqihar.
Keywords: Qiqihar Daur, Longjiang County, history, Republic of China, Manchukuo, migration, CPC, Kuomintang, Mongolian self-defense brigade.
Изучение истории даурского народа невозможно представить без обращения к историческому развитию этнотерриториальных групп дауров. Одной из таких групп являются цицикарские дауры, также известные как «ко- тон даур» («городские дауры»). История этой группы дауров почти не исследована в российском востоковедении, за исключением краткого описания «цицикарских татар» И. Идесом и А. Брандтом еще в конце XVII в. Более подробные данные о них содержатся в китайских источниках, в том числе написанных и даурскими учеными. Поэтому, опираясь в основном на китайские материалы, мы решили осветить отдельные аспекты новейшей истории цицикарских дауров. Основу работы составляют материалы из книги Qiqihaer Мейш йа--оегси ди еЫ («Обозрение даурского национального района Мэйлисы Цицикара»), а также других китайских и российских источников. Особый упор сделан на анализ хронологической цепи событий и фактов, изложенных в вышеуказанной монографии. Хронологически исследование охватывает первую половину XX в. - с 1913 по 1945 г.; территориально - даурские селения уезда Лунцзян (совр. даурский национальный район Мэйлисы) провинции Хэйлунцзян Китайской Народной Респрублики.
В начале XX в. цицикарские дауры проживали в ряде селений, лежащих в долине р. Нонни (Нэньцзян) и ее притоков. Территория проживания этой группы дауров находилась на некотором отдалении от региона Бутха, где проживало основное даурское население. Обособленное положение цицикарских дауров сказалось на их языке: сформировался особый, цицикарский диалект даурского языка. Основными занятиями населения традиционно были земледелие и скотоводство, занимались дауры также рыболовством, сплавом леса, различными промыслами. Размеренное течение жизни цици- карских дауров было нарушено активизацией переселенческой политики Цинской империи. В результате наблюдался большой наплыв переселенцев - этнических китайцев, а также небольших групп корейских крестьян из провинции Цзилинь в даурские селения, расположенные в окрестностях Цицикара. Изменения происходили и в местных административных органах. Так, в 1905 г. был создан Хэйшуйский комиссариат, куда вошел и район проживания цицикарских дауров. Недолго просуществовав, комиссариат в 1908 г. был заменен на Лунцзянскую управу [8, с. 21]. После Синьхайской революции 1911 г. произошли дальнейшие изменения в системе управления. В декабре 1912 г. полицейский участок Лунцзянской управы получил статус полицейского управления. 12 января 1913 г. Лунцзянская управа была упразднена и стала уездом Лунцзян. В том же году в пределах уезда были выделены четыре волости: Хуэйцзыфан, Синьчжан, Цзитай и Волун. В целом до японской оккупации в 1931 г. административно-территориальная система уезда Лунцзян была реформирована трижды - в 1915, 1926 и 1929 гг. В результате этих реформ менялось административнотерриториальное деление, статус населенных пунктов. Так, в сентябре 1915 г. количество волостей было сокращено до трех: 1) Цицикар; 2) Нин- нянь, Фуюй и Тэму; 3) Цзитай, Волун, Синчжан и Ганнан. В 1926 г. их число вновь увеличилось до четырех: 1) Дунгуан и Тэму; 2) Ганнан и Синчжан; 3) Цзитай и Волун; 4) Ниннянь и Фуюй. Самым масштабным было деление уезда в 1929 г., когда были образованы четыре волости, объединявшие 151 селение. В состав первой волости вошли 46 сел и деревень, второй - 48, третьей - 34, четвертой - 23 [15, с. 29, 31-32].
В первой трети XX в. большие масштабы в регионе проживания цицикарских дауров приобрела распашка земель, ведущая к неуклонному сокращению пастбищных площадей. В то же время уменьшались площади земельных наделов на душу населения от 1 шаня (0,67 га) до 5 му (0,067 га) в зависимости от местности, тогда как государственный налог зерном увеличился и достиг 1 даня (китайская мера веса, 1 дань равен 50 кг) зерновых с одного шаня земли. В мае 1914 г. в уезде Лунцзян было создано земельное управление, в задачи которого входило официальное межевание земельных участков; аннулирование цинских постановлений о сельскохозяйственных угодьях; регулирование пашенных и пастбищных угодий, а также целинных земель; равномерное распределение земельных участков на душу населения и выдача свидетельств на землю. Изменения, вызванные в первую очередь переселением ханьского населения, оказали большое влияние на развитие традиционного земледелия дауров. Крестьяне стали выращивать такие виды зерновых, как чумиза, гаолян, пшено. Начиная с 1928 г. в ряде местностей цицикарские дауры стали пользоваться плугом вместо сохи. Так, в с. Мэй- лисы плуг заменил соху лишь в 1931 г. Китайское влияние не ограничивалось сферой земледелия, а охватило фактически все стороны жизнедеятельности даурского общества.
Таким образом, цицикарские дауры первыми из четырех больших этно- территориальных групп даурского народа были вовлечены в тесное взаимодействие с ханьскими переселенцами. С 1914 г. дауры официально стали заимствовать китайские фамилии, в 1921 г. милитаристские власти разрешили заключение браков между этническими китайцами и представителями национальных меньшинств [15, с. 29-30, 32]. В даурских районах усилилось влияние китайского языка и письменности [6, с. 120]. Несмотря на многие положительные моменты даурско-китайских этнокультурных контактов, появление в регионе разного рода китайских торговцев и ростовщиков, а также произвол милитаристских групп вызывали негативную реакцию, прежде всего среднего и низшего слоев даурского общества.
В 1914 г. началось восстание цицикарских дауров под руководством Шаолана и Дайфу, которое явилось концентрированным отражением этнических и классовых противоречий того периода [14, с. 2]. Дауры, в основном бедняки, оказывали всемерную поддержку восставшим, которые стали реальной угрозой для богатых землевладельцев по обе стороны р. Нонни. Когда в какое-либо селение приходил отряд Шаолана и Дайфу, то крестьяне резали скот, снабжали провизией, благословляли их на дальнейшую борьбу [16, с. 3]. Известно, что, скрываясь от войск и полиции, отряд повстанцев часто наведывался в деревню Дэрламбайчин, лежащую к северо-западу от Цицикара [9, с 11]. Борьба с отрядом Шаолана и Дайфу продолжалась до 20-х гг. XX в., вплоть до поимки и казни их предводителей. Заметим, что в указанный период в уезде Лунцзян и прилегающих к нему территориях также орудовали и собственно бандитские шайки. Поэтому в целях защиты от них в августе 1920 г. в селах были созданы отряды охраны. В ноябре того же года был сформирован отряд для ликвидации бандитизма на местах.
К другим негативным факторам, осложнявшим жизнь цицикарских дауров, можно отнести периодические сильные наводнения (в 1914-1916 гг., 1926 и 1931 гг. вышли из берегов реки Нонни, Алун, Иньхэ), курение опиума. Кроме того, время от времени вспыхивали эпидемии оспы, кори и тифа. Например, в 1917 г. в с. Мэйлисы смертность детей, заболевших оспой и корью, достигала 85 % [15, с. 29]. С другой стороны, имелись и некоторые положительные моменты, вызванные стараниями местных властей. Так, во многих селениях были открыты средние и начальные школы, филиалы провинциального педагогического училища. С 1914 г. населению стали выдавать государственные займы в размере 4330 юаней сроком от 6 до 15 лет. В том же году был проведен учет домашних хозяйств уезда Лунцзян. В середине 20-х гг. XX в. были введены в оборот денежные суррогаты «фун» (1924 г. выпуска) и кредитные билеты компании «Гуансин» (1926 г.). В первой трети XX в. уездные власти проводили также мероприятия по охране лесных массивов. В 1927 г. был создан специальный отдел по борьбе с курением опиума [15, с. 31].
Отмеченные меры по стабилизации ситуации в уезде Лунцзян все же не дают полной картины его социально-экономического развития. В анализируемых нами материалах мало данных, свидетельствующих о качественном улучшении жизни цицикарских дауров в обозреваемый период. Хотя имеется распространенное мнение о быстром развитии экономики провинции Хэйлунцзян в 1900-1931 гг. Например, одним из крупных предприятий Северо-Восточного Китая была мукомольня «Чжэньчан» в г. Цицикар, созданная в 1919 г. и производившая 2400 мешков муки в день. В 1923 г. в Цици- каре имелось 128 мельниц, работающих при помощи двигателя внутреннего сгорания, 13 маслобоен. Мука и соевое масло, произведенные в провинции Хэйлунцзян, являлись экспортными товарами [2, с. 5].
После «Мукденского инцидента» 18 сентября 1931 г., послужившего поводом для начала военных действий Японии против Китая, дауры вступили в период новых испытаний [14, с. 2]. Цицикар и его окрестности были оккупированы японскими войсками в ноябре 1931 г. В 1931-1932 гг. цици- карские дауры оказали помощь армии китайского генерала Ма Чжаншаня в обороне Цицикара от японских захватчиков. В частности, во время сражения при Цзянчу они создали группы подносчиков боеприпасов и санитаров [13, с. 217-218]. Первый год правления Маньчжоу-Го (1932 г.) вошел в историю цицикарских дауров как плохой год, принесший большие страдания. Причиной тому стали наводнения, эпидемии, неурожай и грабежи населения, устраиваемые дезертирами и бандитскими шайками. К тому же после образования Маньчжоу-Го новые власти проигнорировали этническое своеобразие дауров, и они были отнесены к монголам. Заметим, что этот факт вызвал недовольство не только дауров, но и монголов. Подавляющее большинство даурского народа, особенно передовая интеллигенция, не были согласны с этим решением властей [17, с. 22]. Однако проблема национальной принадлежности дауров мало заботила руководство марионеточного государства, занятого решением других насущных вопросов.
В 1932 г. было введено новое административно-территориальное деление «баоцзя», по которому уезд Лунцзян был разделен на четыре сектора.
В том же году были основаны сельские правления в селах Лифа и Вонюту. С 1934 г. сельские правления наделялись новыми полномочиями. Они несли ответственность за охрану общественного порядка, межевание земельных участков, отвечали за развитие школьного образования. В уезде были открыты начальные школы в селах Ярсэ, Баоан, Бадачи, Хара, Цзядифацзы; претворялись в жизнь законы Маньчжоу-Го о монополиях опиума, возврате конфискованного оружия населению. В 1935 г. для сбора продовольственного налога были созданы восемь общественных зернохранилищ. Предпринимались меры по предупреждению наводнений. В 1936 г. была сооружена защитная дамба протяженностью более 8 км от с. Инхэ до с. Вонюту [15, с. 33]. Тем самым часть земель цицикарских дауров была защищена от периодических затоплений. Надо заметить, что их плодородные пашни и в целом удобное географическое положение уезда Лунцзян попали в поле зрения марионеточных властей, планировавших переселение японского населения в Маньчжоу-Го. Существовали также и планы перемещения цицикарских дауров в другие, малозаселенные районы. С июня 1937 г. началась вербовка переселенцев. В том же году более 70 даурских семей были переселены из уезда Лунцзян в местность Солон. Большое количество цицикарских дауров в 1937-1944 гг. было переселено в район Бутха. Согласно учетным данным отдела колонизации района Бутха, переселенное население к 1944 г. составило более 7 тыс. чел. В общей сложности за указанный период около 12 тыс. цицикарских дауров покинули территорию уезда [3, с. 199]. По некоторым данным, даурское население 30 деревень было попросту изгнано в другие местности. Многие переселенцы погибли из-за тяжелых условий жизни в новых местах [14, с. 3].
Так началось масштабное сокращение численности цицикарских дау- ров. С другой стороны, с 1940 г. на их земли в небольших количествах стало прибывать японское население. Как известно, некоторые даурские деятели, в том числе занимающие высшие посты в Маньчжоу-Го, выступали против иммиграции из Японии. Одним из них был Линшен, губернатор Северо- Хинганской области, казненный японцами в 1936 г. В частности, он отмечал, что «родная земля дает жизненную силу людям и без земли они не смогут выжить» [11, с. 121]. В 1941-1942 гг. появились три группы японских переселенцев из 200 семей, располагавшихся в селах Хэси и Чжабуха. Они не могли повлиять на развитие сельского хозяйства в уезде Лунцзян [15, с. 34-35]. Можно согласиться с мнением, что японские колонисты, окруженные ненавистью китайского населения, занимались большей частью лишь экспериментированием в сельском хозяйстве и не внесли особых изменений в сельскохозяйственное производство [4, с. 194]. К тому времени правительство Маньчжоу-Го перешло к более жестким методам правления. Так, согласно приказу от 1939 г. рис предназначался только для японцев. Употребление риса китайцами и представителями национальных меньшинств приравнивалось к экономическому преступлению. В 1940 г. был принят закон о государственных войсках, по которому граждане Маньчжоу-Го, достигшие 19 лет, призывались в армию на 3 года. В том же году была введена система нормированного распределения товаров широкого потребления.